Глава 13

Поужинали мы супом и булочками. То есть булочки, как обычно, ела Молька, а я ограничилась бульоном и варёным мясом. На десерт погрызла морковку.

Вспомнила, какими вкусными бывают обычные овощи, если не забиты вкусовые рецепторы. Всего несколько дней без ароматизаторов и усилителей вкуса — и самая простая еда становится чем-то изысканным. Тело-то другое, но у него тоже проблемы со вкусом — после выпивки.

Казалось бы, прошедший день был наполнен полезными действиями, даже очень полезными, даже общественно полезными! Теперь ложись в постели и спи-отдыхай с чистой совестью. Но стоило мне со стоном облегчения растянуться на кровати, и в голову полезли мысли об эльфийской девочке.

Что сейчас с ней? Забрала ли её мама? Наверное, примчалась в участок, едва узнав о том, что ребёнка нашли. Объятия, слезы. Трогательная, должно быть, получилась сцена.

Но самое трудное для семьи — впереди. Если ребёнка использовали в магических целях, страшно даже подумать, как пострадала его психика. И боюсь, волшебными волосами там дело не обошлось. Раз даже у людей есть аура, которой он может подпитывать артефакты, наверняка у эльфов всё сложнее и мощнее. Да, получается, что я знаю об этом из земных источников, но многое из того, что я помню из книг, совпадает с реалиями этого мира.

Спала я не очень хорошо и проснулась разбитой. На рассвете села в кровати, не в силах больше терпеть ноющую боль в мышцах и суставах. В принципе для этого тела да на данном этапе всё было в пределах нормы. Плюс кето-грипп.

С молочной кислотой, накапливающейся в мышцах после нагрузок, я имела дело часто — после долгих походов, в бытность вожатой, и преподавания физкультуры в школе в молодые годы. Вчера тщательно прогрела тело тёплой водой, поливая себя из ковша. Но ванна подошла бы лучше. К сожалению, как раз полноценной ванны у меня и не было. Что там еще проповедуют блогеры в моём мире в своих стримах о здоровом образе жизни? Правильно, массаж и умеренную нагрузку.

Мысленно построила в голове список работ на сегодня. Вернее, попыталась построить, понимая, что малейший сбой сорвёт все планы к чёртовой бабушке.

Ладно, назовём список минимальным. Во-первых, стирка. Хорошо, что постельного белья у Вельты было много. Вот бы ещё нашлись запасные подушки! Моя, откровенно говоря, воняла. Молькина превратилась в тонкий блин, из неё даже толковая гора на побережье, куда выбросило пиратку Мари, не получилась.

Во-вторых, нужно навестить лавку бакалейщика чуть выше моего магазина, на той стороне улицы, куда я ещё не поднималась. Пополнить запас круп, муки и, может статься, узнать, как в этом мире обстоит дело с кофе.

В-третьих, никто, к сожалению, не избавит меня от уборки в лавке и в мастерской. А покупателей принимать надо еще вчера.

Также мне предстояло более близкое знакомство с артефактами-заготовками в коробке. Последний пункт одновременно вызывал и понятные опасения, и нездоровый интерес в стиле «ручки чешутся попробовать всякие идеи». Необходимость заменить артефакт холода в холодильнике и хоть как-то пополнить полки в лавке подстёгивала решимость.

Главное сейчас — поднять себя за шкирку и вытащить из болота.

— Сейчас-сейчас, — причитая, словно старая бабка, я двинулась оказывать телу первую медицинскую помощь.

Помассировав ноги, прямо в необъятной ночнушке принялась за утреннюю зарядку. Тяжеловато. Местами больно. Но где наша не пропадала. Дальше — вода с солью, но это уже привычка. И ещё стаканчик, чуть поменьше. Лишние нагрузки на почки нам не нужны, поэтому пить будем понемногу, но часто.

Со средствами гигиены рта тут все, можно сказать, обстояло неплохо. У Вельты в кладовке обнаружился запас коротких горьких палочек. Молли показала, как разгрызать их кончик, чтобы пользоваться им как зубной щёткой.

Мне сразу вспомнились палочки дерева ним, которые Дима привозил из Индии. Там принцип был такой же. Разве что палочки были не такими жесткими. Зато здешние неплохо очищали зубы и освежали дыхание.

Я полюбовалась зубами Вельты в старом зеркальце на кухне. И как ей удалось сохранить здоровую улыбку с таким-то образом жизни? Ну, возможно, хорошая наследственность сказалась. Одна забота минус.

Эх, мне бы сейчас не упустить Мольку в плане здоровья зубов, уж больно ребёнок любит сладкое. Но, вероятно, всё дело в том, что конфет и печенья мелкая в жизни не то чтобы видела много, поэтому сейчас пытается наверстать упущенное и доесть недоеденное. Буду следить, чтобы это не перешло в привычку. Побольше фруктов — здесь они не такие сладкие, как в моём мире. Очевидно, местная селекция ещё не добралась до таких высот, чтобы при каждом укусе из обычного яблока бил фонтан фруктозы.

Снова поднявшись наверх, я с опаской заглянула в шкаф Вельты. Накануне не стала в нём копаться. Ладно, и сегодня не буду. Но время идёт, а ребёнок не ходит в школу. Школьное платьице совсем заношенное. Нужно найти кусок ткани или что-то приличное из гардероба Вельты, чтобы сшить Мольке новую форму. Она тут любых оттенков коричневого — я уже видела идущих из школы малышей на нашей улице, а школа здесь одна, но большая.

Шить я умела. В молодости пришлось научиться. Я была модницей и ассортимента советских магазинов мне хватало не всегда. Правда, лекала я обычно заказывала в ателье — была тогда такая услуга. Но поскольку фигура не особо с годами менялась, то и перезаказывать их приходилось так часто. Здесь, конечно, тоже имеются портнихи. Со временем отведу Молли снять мерки в какую-нибудь лавку, а пока распорю ее старое платье и по нему пошью новое, чуть на вырост.

Ещё Молька говорила, что нужна сумка для тетрадок, а книги им выдают в школе. Вот и хорошо, меньше нагрузки на позвоночник — лучше осанка. Сумка, правда, нужна кожаная. Иначе во время дождей и снегопадов влага размоет все чернила в тетрадках.

Сумки — как и пеналы, и папки — здесь заказывают у кожевника. Я уже внесла в блокнот необходимую сумму — в столбик будущих расходов. И оставшиеся после самых необходимых покупок, вчерашних и будущих, пять золотых тоже мысленно потратила. На краску для лавки, новые занавески, минимальный ремонт в комнате Мольки. Но если я в ближайшее время не справлюсь со своими профессиональными навыками, всё банально уйдёт на еду.

Надела вчерашнюю юбку — всё равно целый день убирать — и затянула шнурок-пояс. На нём имелись потёртости в тех местах, которые попадали на узел. Но сегодня поясок затянулся немного выше отметин. Я приободрённо посмотрела на себя в зеркало. Конечно, это уходила вода. Но с ней выводились и накопленные в теле токсины. На подбородке выскочили два прыща — свидетели воспалительных процессов в организме. Ну куда ж без них? Зато лицо казалось менее отёкшим, и вся общая обрюзглость тела явно уменьшилась.

Сразу придя в хорошее настроение, я негромко сообщила своему отражению, азартно ему подмигнув:

— И жизнь хороша, и жить хорошо. И вообще жить стало проще, жить стало веселее.

Отражение подмигнуло в ответ. А интерфейс успехов и достижений выдал:

Сформировано частичное сопряжение с эгрегором

До разъединения… 59 секунд… 58 секунд… 57 секунд…

Воспользуйтесь возможностью получить необходимую информацию, пока идёт обратный отсчёт

— Ох! Получилось! Можно задать вопрос! Но какой, какой? Знаю! Как ещё можно заряжать артефакты? Третий способ! — гаркнула я.

Голограмма перед глазами слегка исказилась, словно от помех.

Зафиксировано превышение допустимого диапазона в 70 децибел

Повторите вопрос, понизив громкость голоса

— Ох, извините, — пробормотала я.

Вы можете обращаться к эгрегору в голове, не используя голос

Надо же, какой деликатный эгрегор нынче пошёл. Ладно. Я повторила свой вопрос мысленно.

Наполнение артефактов также происходит при соблюдении схемы «джна», содержащей 5 элементов плюс…

Время истекло. Частичное сопряжение разорвано.

— Да вашу ж…! Ты издеваешься, да? — вслух, с большим трудом не выйдя за диапазон в семьдесят децибел, спросила я. — Что за «плюс»?

Но «монитор» потух. Так, без паники. Схема «джна». Джна…

А может, «джняна» или «гьяна» — «знание» в переводе с санскрита? И не просто какое-то там обычное, но духовное, сакральное. Тогда пять элементов: это Земля, Вода, Эфир, Воздух и Огонь.

Никогда не думала, что мне пригодятся эти знания. Причём не в чисто духовной сфере применения, а в бытовой.

«Итак, эгрегор требует гармонии души и тела», — рассуждала я, стоя в своей спальне в полуголом виде перед зеркалом. Дадим ему… гармонии.

— Жизнь прекрасна! — заявила я со всей искренностью, на которую была способна. — Я полностью удовлетворена тем, что имею. Еда вкусная, есть водопровод и тёплый туалет. Чего ещё для счастья нужно?

Эгрегор отозвался с некоторой неохотой, явно намекая, что видит меня насквозь и не позволит собой манипулировать, но при этом дав мне тридцать секунд частичного сопряжения.

— Земля, Вода, Огонь, Эфир, Воздух, — повторила я. — Покажи всю схему «джна».

Перед моими глазами зажглись пять знаков Лунной вязи — по одному на каждый элемент и два — в середине. Символы я не знала, а память молчала. Зато я прекрасно умела запоминать графику.

* * *

Капитан корпуса стражей господин Курт Вахтер сидел в своём кабинете и хмуро рассматривал недавний подарок жены. Драгоценная супруга настояла, чтобы её новое приобретение — редкий хищный цветок, ловец мух — поселилось непосредственно на столе мужа. «Дабы соблюдать в кабинете чистоту от докучливых насекомых, кои этой тёплой весной пробудились несвоевременно рано», — гласила записка, отправленная супругой из лавки редких домашних растений.

В целом капитан внимание фравы Вахтер к деталям даже приветствовал. Только что хищный цветок сорвал с его уха наглую жирную муху. Ухо, правда, слегка свербело от прикосновения царапучего усика, стреляющего на расстоянии локтя, но зато в кабинете стало намного тише. Затихло нудное жужжание, и мысли как-то выстроились в ряд, позволив, наконец, сосредоточиться и приступить к делам.

А дел, как обычно, накопилось много. Ну, видимо, недостаточно много, поскольку в дверь постучались и впущенный недовольным кивком капитана писарь приволок ещё одну стопку папок. Разложив их на столе по какому-то, известному только ему принципу, писарь опасливо покосился на подарок фравы Вахтер (видимо, уже успел познакомиться с ним поближе во время доставки) и поспешно вышел.

Капитан готов был поспорить, что цветок повернул вслед писарю свой бутон со свёрнутым внутри хищным усиком. Тогда герн Вахтер не выдержал, мысленно признался, что пакость сия вызывает у него отторжение (видимо, взаимное, потому как ухо начало распухать) и переставил горшок на подоконник. Там как раз бились о стекло несколько мушек. И еда, и развлечение.

Избавившись от хищного дива, капитан облегчённо вздохнул. Все-таки в поступке драгоценной супруги ему чудился некий тайный умысел. С Эльзы Вахтер станется засунуть внутрь пышной листвы мухоловки артефакт подглядывания или подслушивания.

И всё потому, что в кабинете капитана частенько бывали не совсем приличные дамы из борделя, пойманные за мелкие правонарушения, а также молодые просительницы, заплаканные, и по мнению госпожи Вахтер, готовые на всё ради освобождения отца, мужа, брата или любовника.

И напрасно капитан доказывал, что плотские услады на рабочем месте его ничуть не интересовали. Эльза была ревнивой женщиной. И было впору самому установить в кабинете подслушивающее или подглядывающее устройство, чтобы не давать ни малейшего шанса семейным скандалам.

А что если действительно заказать такой артефакт, проведя его как тайное устройство для допросов? У герна Целлера, правда, выйдет дороговато. Старый пройдоха и так неплохо заработал на поставке магических вещиц Корпусу стражей Серого города. А если обратиться к фрау Брандт? Раньше Вельта довольно часто соглашалась сделать скидку, если заказ был большим.

Герн Вахтер уже потянулся к папке с бумагами по закупкам, но с кряхтением убрал руку. Он чуть не забыл, что фрау Брандт уже… не та. После смерти мужа вдова запила и, по слухам, совсем опустилась, забросив лавку. А жаль. Капитан помнил её ещё девчонкой. Уже тогда она помогала отцу в семейном предприятии — магазинчике особой посуды, предназначенной для долгого хранения продуктов. Это потом уже на месте предприятия Брандтов появилась лавка артефактов.

Итак, дела. Вахтер вздохнул и раскрыл верхнюю папку. Прочитал отчёт капрала Кляйна и оживился. Надо же! Такая удача! Они целых полгода разыскивали похищенного у супружеской пары эльфов, Сильваны и Орофера Эль-Мииен, их трехлетнего ребёнка, девочку по имени Ниэль.

За эти шесть месяцев Вахтер чуть не поседел от давления из Белого города. Орофер Эль-Мииен служил при мастерских самой Кайзерины Элизабет. Не придворный маг, конечно, но шишка. Вахтер даже удивлялся, почему отец похищенного дитя не прибегнул к помощи эргерцога, а искал девочку своими силами. Он бы на его месте воспользовался всеми возможными каналами.

Патрули прошерстили все подпольные мастерские и совсем уж придонные клоаки Серого города, где девочку могли подвергать магическим процедурам: вытягивать у неё силы на зарядку кристаллов или заставлять лечить раненых преступников. Наконец-то можно отчитаться перед бургомистром и выкинуть из головы дело, которое истерзало капитана Вахтера до нервных судорог.

— Вызвать ко мне капрала Кляйна! — велел герн Вахтер, высунувшись в приёмную.

Новенький явился быстро, как будто ждал, что его скоро вызовут. Когда он только перевёлся в Серый город, Вахтер был не в восторге: за капралом тянулся шлейф слухов.

То ли Кляйн соблазнил жену какого-то высокого чина, то ли проворовался, то ли обворовали его самого — вариантов имелось много. И никто толком не мог сообщить Вахтеру версию, в которую тот бы поверил.

На опытного соблазнителя Кляйн похож не был, в виду чрезмерной серьёзности и некоторой даже застенчивости перед прекрасным полом. Насчёт воровства Вахтер тем более бы не поверил, сразу поняв, что перед ним редкий тип человека: честного служаки. А вот версия, что разжалованию из гауптмана в капралы поспособствовал некий влиятельный маг, показалась Вахтеру более достоверной.

Капитан внимательно выслушал устный отчёт капрала. Услышав имя Вельты Брандт, Вахтер удивлённо крякнул. Ну надо же! Вот только полчаса назад о ней вспоминал. Не знак ли это?

— Так что же ребёнок? — спросил капитан. — Мать сама приезжала?

— Приезжала, — подтвердил Кляйн. — Правда, из экипажа не вышла. Ребенка забрала служанка. Но документы все были при ней. Сильвана Эль-Мииен. Но на самом деле имя там намного длиннее.

— Эльфы, — понимающе кивнул Вахтер. — Надеюсь, вписал ты его полностью?

— Своей рукой. Артефакт… забарахлил что-то.

— На эльфийских именах даже артефакты записи показаний барахлят, — хохотнул капитан.

Нужно запомнить шутку и вечером пересказать супруге. Эльзе понравится, эльфов она недолюбливает, особенно женщин.

— Всё хорошо, что хорошо заканчивается, — Вахтер подкрутил ус, похвалил капрала и бдительность фрау Брандт и со словами: — А вот чем ты займёшься дальше? — потянулся к стопке текущих дел, наблюдая, как вытягивается холёная физиономия капрала.

А что ты думал? Что каждый день будешь похищенных эльфят благодарным до слез мамкам возвращать? Просто повезло. И что бывшая артефакторша рядом оказалась — тоже повезло. У баб… то есть дам… глаз на такие дела намётан. Капитану и в голову бы не пришло рассматривать ноги ребёнка попрошайки. Ну да, где-то они этих детей берут — даже известно где, у всякой нищеты и подзаборных выпивох. А то, что эльфёнка потащили на улицу, — это никому бы в голову не пришло.

Капитан раскрыл папку с новым делом и быстро просмотрел содержимое. Жалоба. Серьёзная. Обвинения в недобросовестной опеке. Это кто же у нас такой безответственный?

— А дело твоё нынче — обвинение в адрес Вельты Брандт, проживающей на улице Девятихвостых лис, — сумрачным голосом проговорил капитан. — Да-да, той самой, нашей свидетельницы по делу похищенного ребенка.

Видимо, все-таки знак. Но хороший или плохой — еще предстоит выяснить.