Глава 14. Про окна и не только

Нет, я, похоже, всё-таки вышла в другую дверь. Потому что в зале всё стремительно изменилось. Хотя не всё. Посетители, столики, барные стойки были на месте. На потолке по-прежнему была лава, но, помимо воды под ногами, всё пространство переполнилось энергетикой. Вот как воздух перед грозой становится каким-то вязким, тяжёлым, предвкушающим. Так и тут – мурашки бежали по позвоночнику, покалывало грудь и тянуло сладко между ног, стоило только вдохнуть чуть глубже.

Свет плавно потускнел, поддерживая аналогию с затянувшимся тучами небом, а я облизнула пересохшие губы. Куда затащил меня этот драконский мелкий соблазнитель?! Взгляд как-то сам, будто по указке, притянулся к столику, накрытому чёрной скатертью. А я ещё думала, долго путь обратно искать буду. У меня вон какой, оказывается, магнит на драконов есть. Но после нескольких шагов к первым рядам столов я поняла, что «магнитит» не только меня. В центр, ранее пустующий, один за другим устремлялись огненные и водяные тела. Совсем недавно они старательно обходили этот пятак, а теперь, один за другим, стремились как к чему-то очень желанному. Стоило им ступить на центральный круг, как они начинали подсвечиваться изнутри, распространяя вокруг мягкий голубой и красный свет. А потом стали образовываться пары. Огонь и вода. И не с первым встречным, а притягивало иногда «половинки» с разных концов круга. Вроде бы хаотичное, движение превращалось в гипнотически завораживающее действо, потому что никто не сталкивался, не ошибался, меняя пары. Каждый шёл, будто знал куда, и мягко обтекал препятствия. А потом… м-да. Я поняла, что зря не дошла за это время до столика. Это была не музыка. Так гудят высоковольтные провода, которые раскачивает ветер. Но движения танца слившихся пар делали всё это искусством. Причём настолько откровенно эротичным, чтобы я ощутила себя вуайеристкой. Но отвести взгляд не могла. А вот присесть – очень даже хотелось. Так, чтобы покрепче сжать отказывающиеся слушать ноги.

Пришлось иногда придерживаться за спинки стульев, но это вряд ли кто заметил – все следили за танцем огня и воды. И вот он, божественно прекрасный чёрный столик, и не менее великолепный стул. Ох ты ж! Я не села – я упала на сиденье, чувствуя, что встать я уже не смогу. По крайней мере, минут десять, даже после того, как прекратится танец. Потому что очень жалела, что рядом нет Нокарда. Вот сейчас бы распрощалась с девственностью Амалии, даже не раздумывая. А может, и хорошо тогда, что его нет.

Конрад бросил на меня мимолётный взгляд вертикального зрачка, и я сглотнула. Что-то тут как-то жарковато, да. Выдохнула раскалившийся воздух, облизнула губы и потянулась к стакану воды на столе. Сжала стекло и… КРРРАКС! Вспышка молнии озарила зал, а я вздрогнула всем телом, ища источник шума. Нет, ну не я же это сделала?!

Треск, и ещё одна молния пробила потолок посередине, соединяя его с полом прямо в центре танцевального круга. КРРРАКС – и ещё одна. И ещё. И тут я увидела, что каждая молния впивалась в танцующую пару. Да почему же никто не идёт им на помощь?! Я вскочила на ноги. Ооой. Только в своём воображении.  Сведённые от желания мышцы не позволили мне этого сделать. А молнии продолжали сверкать всё чаще. Я закрутила головой, пытаясь отыскать хоть кого-то, кого можно позвать на помощь. Да хоть Аркадий Паровозов пролетал бы тут, когда он так нужен! Все посетители завороженно следили за происходящим. Многие часто дышали, непроизвольно наклонившись ближе к сцене, вне зависимости от пола смотрящего. Наш столик был к месту действия почти вплотную.

Кажется, я поняла, почему никто не спешит сделать громоотводы. В тех местах, куда попадали молнии, вместо пар быстро разрастались замысловатые растения. Стебель из воды, такие же распускающиеся каплевидные листья заполнялись пламенными прожилками, а на верхушке постепенно набухал бутон, переливающийся одновременно и огнём и водой. Вот один достиг размера лифтовой кабины. Такой грузовой. Лепестки распахнулись, а там… Вау! Это вам не пестики-тычинки...

До этого водяные и огненные тела не отличались подробностями. Я бы не рискнула делать ставки: угловатые парни это или плосковатые девицы. Тут же… о да, это была женщина. Очень сексуальная женщина. Настолько сексуальная, что цепляло даже меня, вполне себе гетеросексуальную особу. Осознанию этого даже не мешало, что тело было из воды, прикрытым в нужных местах ультра-коротким платьем из огня. Цветок плавно склонился к полу, и, походкой от бедра, эта концентрация секса спустилась в зал прямо по лепестку.

С тихим треском раскрылся следующий цветок, и я невольно охнула. Тут женственное тело переливалось всеми оттенками открытого огня, а от груди и ниже, лишь чуть размывая силуэт, спускалось платье из воды с длинным шлейфом. Шаг, и вода обнимает изящную ножку. Второй – ласкает другую. И теперь я видела, что цель этой бестии - наш столик. Один за другим, с тихим треском, раскрывались цветки, являя нетерпеливо ёрзающим зрителям неземную красоту и откровенный секс каждого женского тела.

А пока я вела статистику наблюдений, огненная девица уже была так близко, что можно было потрогать. Только удостоилась этой чести не я. Конрад отодвинулся от стола прямо вместе со стулом и… потрогать девицу он смог практически всем телом. Потому что она уселась к нему на колени, ласково пробегая пальчиками с перламутровым маникюром по плечам.

А меня резко заинтересовало, не воспламенится ли парень? И в прямом и в переносном смысле. Потому что, ну да, такая сексуальная огненная девица, елозящая по тебе в откровенном притирании тел – это тебе не просто юношеские фантазии. А потом она (оно? Они? Учитывая, что в создании этого тела участвовали двое антропоморфов. Хм, хотя человеческие также двумя создаются)… в общем, пока я размышляла о гендерных и производственных особенностях, огненная девица устремилась поцеловать Конрада. Тот, в принципе, не возражал. Да чего не возражал, он прямо-таки вожделел.

Как в следующий момент моя ладонь оказалась между их губами, я даже сама не смогла бы сказать. Вот так, ррраз, и руку целуют с двух сторон.

Ааа. Ооо. Ыыы.

Кстати, ничего так. Не обжигает. Даже приятно. Хм. Непонятно, с какой стороны, правда. Я отдёрнула ладошку, даже потерла её немного, резко садясь на свой стул (оказалось, я даже встала и наклонилась через стол). Но, как говорится, преступление уже было совершено. И я была замечена обоими участниками недопоцелуя. Огненная девица обернулась, глянула на меня оценивающе, а потом усмехнулась, подмигнула и покинула колени дракона. А тот был не против продолжить. Я тоже планировала теперь не распускать руки, а держать их покрепче коленками под столом. Не моё же это дело, в конце концов, но момент был упущен.

Девица устремилась к кому-то другому, многие уже, кстати, расселись по «своим» коленкам и целовались, явно не как братья с сёстрами. Такие глубокие исследования внутреннего мира человека, то есть существ. Одна пара была женского пола. И кажется, там была Чиха. Хотя ракурс с моего места был неудачный, чтобы сказать точно. Но я продолжала рассматривать зал, потому что напротив меня сидел недовольный дракон-младший и сверлил взглядом, требующим ответа.

А я и рада бы его дать, вот только не могу, потому что сама ничего не поняла.

Конрад придвинулся обратно к столу и наклонился ближе. Игнорировать стало сложнее. Оставалось строить лицо (или морду?) ничего не понимающей овечки (что было недалеко от правды, так-то) под взглядом вертикального зрачка.

– И что это такое было, Ключик? – проурчал младший дракон на грани с рычанием.

Я передёрнула плечами в неоднозначном ответе. Кстати, говорить можно было вполне свободно: треск, грохот и прочие спецэффекты закончились, посвежело, да и воздух уже был не такой наэлектризованный. Кажись, гроза прошла, но я оказалась в эпицентре своей недовольной бури.

– Ревнуешь? – с довольной ухмылкой предположил Конрад.

А я даже возразить не могла, только воздух хватала, как золотая рыбка на берегу. Какая, к чертям, ревность?! Ладно бы ещё Нокард был тут, да и то, никаких обязательств такого рода мы друг другу не давали.

Но младшему дракону и не понадобился ответ – он делал свои ошибочные выводы.

– Ну и зря, Юля. Это же элементали. Духи, но без души.

Вот спасибо, просветил, только нифига не понятно.

– Как, по-твоему, я до этого так быстро сливал энергию, пока ты с потоками тренировалась? С их помощью как раз.

А я задумалась, как же именно он её «сливал», учитывая их любовь (во всех смыслах) к построению каналов через постель? И делал ли так же Нокард? Я мысленно наслюнявила карандаш и поставила жирную галочку с вопросом. Кажется, у меня появился ещё один пункт в поиске информации. Не знаю, зачем мне это надо, но хочу узнать. У младшенького спрашивать не захотела. Что-то как-то опасаюсь я с ним обсуждать такие темы. Вдруг за намёки примет. Он и без них справляется.

Конрад взмахнул рукой, и рядом со столом оказался огненный элементаль (хоть знаю теперь, что это такое). Кстати, сексапильных девиц водно-огненного происхождения больше не наблюдалось в зале. И я не возьмусь утверждать, что все присутствующие остались на местах, потому что все уже начали вести себя как всегда. Розовенькие – тихо, пёстрая половина – относительно шумно. Кстати, секси-девицы, не видела, чтобы ходили на длинноухую половину, всех как-то сюда к нам затягивало. Но, насколько я успела подметить, эльфы очень пристально наблюдали за процессом. Это сейчас они делали вид, как будто нас тут нет. Ой, как неудобно! Скорей всего и мою преступную ладошку заметили.

Вот что на меня нашло, спрашивается? С чего это я руки в огонь совала? Как будто это и не я была. А может?.. Я глянула на ладошку, которую до сих пор от греха подальше прятала под столом. Может, бывшая душа-хозяйка этого тела никуда и не уходила, а я её «подвинула»? Но всё равно, тогда непонятно, чего ей не сиделось в этот момент так же тихо и спокойно, как до этого. Ох, не нравится мне всё это. И чувствовать себя «квартиросъёмщиком», и невозможность изучить контракт на съём этой «жилплощади».

Дракон тем временем сделал заказ, а я, немного собравшись с мыслями, смогла переключить младшенького на безопасную тему обсуждения истории этого ресторана. Непростое ведь место, явно. Конрад оказался очень хорошим рассказчиком. Не знаю уж, врождённая ли это способность, или специально обучали, но слушать было интересно, и я сама не заметила, как была втянута в обычную шуточную беседу.

Оказалось, зря я историю создания «Союза двадцати» отложила на потом. Организация наша имела самое непосредственное к ней отношение. Если коротко и не так красочно, как у Драконовича, мы сейчас находились в эпицентре первомира, взорвавшегося то ли случайно, то ли от большой любви к власти живших тут существ. В общем, документальных сведений было немного, ибо после взрыва творилось чёрти-что ещё долго, но все миры этой связки были созданы как раз жителями первомира.

Демиурги, боги, просто высокоразвитая раса – непонятно, но баловались они сначала создавая, потом – когда стравливая, а когда сливая миры. В общем, своя лаборатория с подопытными и безропотными кроликами, не всегда даже осознающими, что с ними происходит. Ну и вот, заигрались в богов эти существа, допустили какую-то ошибку (а может эксперимент какой дал побочный эффект), и первомир был уничтожен, и никто из находившихся там в тот момент не выжил. Что и понятно – считай взрыв сверхновой, только в магическом плане.

Конечно, это дало многие побочные эффекты. Миры, которые были ближе всего, буквально выжгло, да и всю связку трясло и ломало ещё долго. А когда устаканилось, оставшиеся более-менее развитые миры решили: чтобы не произошло ещё чего такого уничтожающего, сделать организацию, следящую за маг-фоном и чересчур опасными экспериментаторами. Реально миров было гораздо больше двадцати, но не всех посчитали достойными принять в столь сильную организацию. В общем, как обычно – кого послабее подмяли, и правят им историю по-своему и по-тихому. В самой связке двадцати можно действовать более открыто.

Все помещения организации, включая и магакадемию по подготовке персонала, находятся в точке первомира. Потому что только тут энергия подходит абсолютно всем магсуществам. И отсюда же можно делать двери во многие главные миры, а уж окошки для подглядывания – вообще куда угодно. Чем, кстати, и занимается достаточно большой отдел вуайеристов. Пардон, наблюдателей-статистов, которые собирают и подготавливают сведения в случае намечающихся перекосов магического плана. Практически полностью он состоит из эльфов.

По причине же особенностей первомира и реальных окон в помещениях нет – смотреть тут не на что. Точнее, красиво, конечно, когда стихии вот так хаотично меняют друг друга, но возможны пробои-молнии. В общем – опасно. Этот зал ресторана практически единственное исключение, в создание которого вбухано столько сил и кропотливой работы, что повторить пока никто не рискует. Оно же напоминание, во благо чего все тут обучаются-трудятся. Ну и способ развлечения, когда стыкуются стихии. Несовершеннолетних поэтому сюда не допускают.

За беседой я даже не очень поняла, что же нам подносили на ужин, и не попахивало ли это эльфийской кухней с афродизиаками. Хотя я и не знаю, как она должна пахнуть, но вроде все ощущения от танца огня-воды прошли, смываясь дружеской беседой. Кстати, ещё одна крутая функция местных столов, которой позавидовали бы многие наши рестораны – стол удлинялся, если кто-то хотел к нам присоединиться. К концу ужина (моего, потому что дракон ел как не в себя, как будто топка тепловоза у него внутри) с нами весело переговаривались ещё трое знакомых Конрада. Один темноволосый и темнокожий демон с потрясающими коротенькими рожками, аккуратно загнутыми назад (ну понятно, что потрогать мне хотелось, но пока не до такой степени были знакомы). Про копыта спросить постеснялась, но под стол заглянула. Обычная вроде обувь. Звали его Барбатрос. В мыслях он превратился для меня в Барбоса. Надеюсь, не ляпну как-нибудь при встрече.

Второй к нам присоединилась тонкая и звонкая зеленокожая девица. Агама что-то-там (фамилия была настолько длинной, что я сразу предложила перейти на ты). Кстати, почему-то кто-то представлялся полными именами, а кто-то замалчивал фамилию. То ли религиозные убеждения, то ли ещё какие заморочки с именами. На всякий случай тоже стоит узнать, а то представляюсь просто Юлей – может, что не так делаю. Вздохнула. Список «надо узнать» стремился к бесконечности.

С классификациями у меня пока плохо, а представлялись новенькие только по именам, поэтому кто уж это там Агама – мавка какая или вид земноводных, не могла сказать точно. Но волосы у неё были потрясающие, густые, насыщенного синего цвета. Собранные в свободную косу, они переливались на свету перламутром. Кстати, и радужка глаза у неё, на свету золотистая, отсвечивала оранжевым. И голос интересный, с шипящими звуками.

Третьим был крайне неусидчивый рыжеволосый Ренар. Казалось, он всё время перетекал то туда то сюда, играл вилкой, замысловато складывал салфетку, жонглировал булочками, успевая откусывать от каждой. Пил, отбивая по стакану ритм пальцами с длинными тёмными ногтями, говорил, смеялся и то и дело поглядывал на меня с непонятным интересом. И это только за пятнадцать минут присутствия рядом с нами. Его родителям памятник надо ставить: вырастить и уследить за ним в детстве вообще было чудом, наверное. Пока что я не видела, чтобы он замер хотя бы на несколько секунд. А я смотрела, да.

Зато говорить я старалась поменьше. Во-первых, так минимальна возможность что-то не то брякнуть, во-вторых, больше информации услышишь. Ну а в-третьих – вот о чём мне говорить с этими существами? Конрада с ними объединяла учёба в одном заведении. По крайней мере, они активно обсуждали выпускную практику и завидовали дракону-младшему, что у того нет с ней проблем.

И так тонко завидовали, что в итоге Ренар выдал:

– А может вы кого-нибудь из нас возьмёте к себе?

И впервые замер, уставившись на меня. Кстати, почему-то на меня смотрели все присутствующие за столом, но я это не сразу заметила. Потому что зависла, то ли от вопроса, то ли от вида наконец остановившего движение Ренара.

И пока мой мозг, вяло трепыхающийся от шока, пытался составить внятный отказ, Конрад решил всё за меня.

Его короткий рявк «нет!» так напомнил мне Нокарда, что я даже осмотрелась, не подкрался ли к нам старший.

– Вот пока ты не начинаешь вести себя как дракон, даже нормальным выглядишь, – вздохнул Барбатрос, первым отводя от меня взгляд.

Агама всё ещё смотрела на меня с тонкой ноткой мольбы, и я вынуждено пожала плечами. Вроде как – не могу идти против одного из нашей группы. Последним перестал рассматривать меня Ренар. И то после пояснений Конрада, что я ещё крайне неопытный ключ, и знаний у любого присутствующего (я так понимаю, даже элементалей), больше стократно. Конечно-конечно, причина в этом, а не в драконьих собственнических замашках. Но невольно надулась на высказывание младшенького, что он иногда удивляется глубине моего незнания.

Самого бы занесло в наш мир, посмотрела бы я на ту Марианскую впадину, очень похожую на вторые девяносто, в которой ты очутился бы! Но я не успела достойно погрузиться в собственные обиды.

– Кстати, а как так получилось, что ты – «дикий» ключ? – вновь привлек ко мне внимание Барбатрос. Ух, пооткрутила бы я ему рожки! Заодно и потрогала. Только выдохнуть успела! – Я думал, система отслеживания приёмника налажена так, что ни одного даже самого слабенького не пропустит. Если не по первым признакам, так по всплеску активации. А даже если пропустит, родители сами привезут. Почёт, пенсия родственникам, реальное трудоустройство. В приёмнике каждый день отбиваются от очередных «Проверьте! Я точно знаю – она ведьма».

Все тихонько посмеялись, видать шутка была распространённая. А вот мне было не смешно. Потому что в лучшем случае эту информацию могла знать только Амалия. Возможно, причиной было, что ключ-то она до сих пор не активированный, а может как-то с моим присутствием в неположенном месте связано. И ничего из этого нельзя рассказать. Но это мне казалось, что нельзя, а Конрад имел своё мнение.

– Юля до сих пор…

Пнула я его под столом знатно. Кажется, даже столешница подскочила. По крайней мере, тарелки звякнули. У них тут, конечно, сексуальное раскрепощение на невероятном для меня уровне, но уж моя девственность, тьфу, то есть Амалии – моё личное дело.

– Юля у нас до сих пор не знает причин, – изменила я ответ зашипевшего скорей от неожиданности, чем от боли дракона. Да знаю я твою бронированную шкуру, нечего на меня так обиженно смотреть! Пожала плечами, улыбнувшись. – Я же не работаю в приёмнике. С этим вопросом лучше к ним. – Уф, Юлька, молодец, перевела стрелки. – Мой мир достаточно удалён от центра и не входит в двадцатку, как же из таких забирают ключи?

Пра-а-авильно. Лучшая защита - это нападение. Ладно, где знают о почётной должности ключа, а где ни сном ни духом о таком «счастье»?

– Изымают, – Ренар перебрасывал из руки в руку фужер с оранжевым соком. И не проливал ведь. – Так для всех безопаснее. Особенно для ключа.

Заворожённая в первый миг наблюдением – не прольётся ли бултыхаюшийся напиток, я не сразу осознала информацию.

– То есть девочек просто забирают сюда? Выдёргивают из привычной обстановки, лишают связи с родственниками и используют по предназначению?

Да-да, я помню, что многие миры-колонии в блаженном неведении о стоящих сверху.

Ренар, как раз отпивший из недавно жонглируемого фужера, поперхнулся то ли от попытки ответить, то ли от моей формулировки. Поэтому ответил Барбатрос, успевая дружески похлопать рыженького по спине. Так, с хорошим усилием. Он же и пояснил:

– Нет, Юля, всё не так. Девочек официально забирают в закрытый пансионат для обучения. Родителям выплачивается компенсация. На каникулах, а потом и на отпуск, они могут приезжать к родственникам, под клятвой неразглашения о двадцатке, конечно. Все довольны. С ключами иначе нельзя работать, только добровольно.

– А если девочка не хочет сюда ехать? Да и родственники не желают расставаться? – я приподняла бровь. Не верю, что всё так сахарно. Есть же крепкие семьи, не желающие продавать своих детей. Тем более таким милым и совершенно незнакомым людям. Не только же я воспитана в мире недоверия к «бесплатному сыру».

– Находят подход, – Барбатрос пожал плечами. Ага, помню я про работающие тут любовные зелья. – Для более отсталых миров ключ слишком опасная фигура. Её просто разорвут между желающими больше сил магами. Пока там поймут, что ключ не всем подходит и насильно не работает. Лишние всплески.

Ага, вам лишние всплески, а девчонку, вот так, после первого созревания, раз, и украли «через подход». А если отследили по «первой активации», которая, как помним, равна оргазму, возможно ещё и от любимого человека оторвут, каких нужно зелий зальют и… всё на благо высшего общества. Нет, конечно, если кто-то поймет принцип ключа, может опасная штука получиться, но это ж ещё надо понять, кто там молодому человеку сил отвесил. С другими-то и недобровольно ключ не срабатывает. Универсалы – редкая штука.

В общем, не всё так радужно с этими добровольными ключами, я чую. Всё как везде - сладко и красиво розовые единорожки прыгают только снаружи. Может, и мою душу как-то вдёрнуло сюда благодаря их системе отслеживания? Чем не версия? И тогда – отпустят ли? Ладно, если что, спрашивать я не собираюсь, совершеннолетняя уже. Во всех вариантах. Но это ещё одна причина действовать аккуратно. В меру своих слоновьих незнаний.

– Ключи в удалённых мирах редкая аномалия, – подала тем временем голос Агама, – чем дальше от центра, тем слабее магия, тем ниже показатели у ключей, иногда переходя просто в лекарские или поисковые способности. И каждый серьёзный случай прорабатывается целыми связками групп, чтобы никому не повредить.

Да ладно, меня можно не успокаивать. Я в розовую сладость этого мира не верю с первых минут появления здесь. Как-то резко макнуло меня в жестокую реальность. У нас по официальным новостям тоже все ситуации «прорабатываются». А что там реально творится и творится ли вообще, знают немногие, да под такой клятвой неразглашения, что, считай, за магию сойдёт. Зато главное для себя я уловила – учитывая абсолютную «немагичность» Земли, её надо искать за окраинами. Это, конечно, если исключить параллельные реальности. Но не будем так резко себя расстраивать. С этим и другие прекрасно справляются.

Разговор тем временем перетёк на «околоключевые» темы. Кому из практикантов посчастливилось получить удачное местечко рядом с ключами. Как это круто – получить такой опыт, и что остальные «смертные» вынуждены прибиваться к неполным группам. А таким интересные задания не дают. Ага. Это мне на жалость пытаются надавить. Ну уж нет, я сама в этом мире практикант.

Поймала взгляд младшенького дракона и глазами указала, что хочу отойти. Резко сбежать чувство врождённой вежливости (чтоб его) не позволяло.

– С тобой всё в порядке? – уточнил Конрад, тут же подзывая жестом элементаль. Вот когда он такой заботливый, даже милый становится.

Уверила, что всё прекрасно, просто… гхым, с фразой «припудрить носик» нестыковка - пудры нет, а носик есть. В общем, по делам пошла. Важным. Если тема разговора не перейдёт на что-то интересное, потом и сбежать уже можно, прикрывшись усталостью. Кстати, я и правда ощутила, что изрядно за день израсходовала сил. В мире этом неполных три дня, а событий на несколько месяцев хватит. А для малоподвижных людей – и на всю жизнь.

Стало как-то немного легче в помещении дамской комнаты – всё-таки эти бурлящие воды и лава вокруг напрягают, как ни стараюсь на них не обращать внимания. Их, как бы, чересчур много вокруг. Вот прям до «лучше бы вообще не было». А тут, в крепких белых стенах, и дышится легче. И выходить не хочется. В первую очередь ополоснула лицо и порассматривала раковину, позволяя каплям воды стечь туда, а не на блузку. Погрустила, что надо просить Конрада сопроводить меня до комнаты – сама я по «киселям» заблужусь. И выпрямилась, посмотрев в зеркало.

Всё, я – труп.