Глава 2

Шел бы Ванек вместе со своим дедом… Мне кажется, старик что-то не договаривает и ищет рецепт идеального орудия убийства, а внук испытает его на нас. Слышу, как скрипят половицы, значит я почему-то дома, а не остался ночевать вместе с остальными у Мироныча. Я не помню, чем закончился вчерашний вечер, но Ванек явно ходил за добавкой. Место в голове занято совершенно другим. Вернее, другой. Испуганной девчонкой с большими, карими глазами и темными, немного вьющимися волосами, смотрящей на меня через стекло. Алиса. Красиво. И имя и девушка. А я, как всегда, накосячил в первые пять минут знакомства.

Вспоминаю, что обещал перестеклить ее окно, набираюсь сил и поднимаюсь с кровати.

Медленно прохожу через бледно зеленые шторы, которые служат дверью между моей и бабушкиной комнатой и плетусь в кухню. Бабушка что-то стряпает, смотрю на ее горбатую сухонькую спину, низко склонившуюся над столом и слышу звук катающейся скалки. Мурка шаркает языком по пустой эмалированной миске, докатила ее уже до середины комнаты. Вечно неугомонная кошка. Отодвигаю миску к стене ногой, бабушка вздрагивает и поворачивается.

— Фух, Егорка, напугал, шайтан!

— Прости, ба… — я лениво зеваю и потягиваюсь, — Что готовишь?

— Ватрушки с сахаром, — бормочет под нос и снова нависает над столом.

— Что-нибудь сделать надо?

— В магазин бы сходить, последнюю муку извела и масло почти закончилось.

— Ладно, — я еще раз зеваю, — Сейчас только в одно место заскочу и на обратном пути все куплю.

— Завтракать не будешь что ли?

— Не-а, аппетита нет…

После Ванькиного пойла вообще ничего нет, даже смысла жизни. Умываюсь ледяной водой и сразу чувствую себя бодрей. Натягиваю шмотки, ужасаюсь тому, что мои кроссы выглядят, как после бомбежки и придется надеть кирзачи. Капец, красавчик… Но, какой есть. Пусть привыкает. Выбираюсь на улицу, втягиваю прохладный, свежий воздух, который дает мне еще немного сил и шурую в сарай за стеклом. Нахожу пару подходящих вариантов и на всякий случай беру еще два похожих, стеклореза у меня нет, а есть ли у них, я не знаю. Думаю о том, что скоро увижу вчерашнюю девчонку и настроение становится веселей. Бодрой походкой чапаю к бывшему дому семьи Казанцевых и мечтаю не шлепнуться на подмерзшей грязи и не перебить и эти стекла. Идти совсем не долго, накосячить не успеваю, зато когда подхожу к дому, понимаю, что калитка закрыта а на мой крик никто не отзывается. Да блин… Смотрю на кусок картона вставленный в дыре окна и думаю о том, что с нашей погодой так можно запросто замерзнуть. В принципе, можно и без них сделать, жалко, что не смогу повидаться с девчонкой. Протаскиваю стекла через щель между землей и калиткой, а сам перебираюсь прыжком. Какой же я косяк… Не взял инструменты, а обратно идти влом. Но я знаю, где они лежат, тут у всех они хранятся либо в хозблоке, либо в сарае, вряд ли Казанцевы потащили с собой инструменты за тридевять земель. От греха подальше, оттаскиваю стекла в сторону и иду искать хозяйственное сооружение, в одном из деревянных сараев вижу верстак и несколько алюминиевых ящиков. Радуюсь своей удаче, наклоняюсь пониже, чтобы найти что-нибудь подходящее, шарюсь пальцами в первом ящике, перебирая железки и восторженно округляют глаза, когда мне сразу попадается стеклорез. Тюк. Перед тем, как отключиться, думаю, неужели я так сильно обрадовался, что аж заискрило в глазах.

Не могу отрыть глаза, затылок ломит тупой болью, зато чувствую, что лежу на чем-то холодном и твердом, морщусь, начинаю слегка постанывать, шевелиться и все таки открываю глаза. Вижу перед своим лицом низко склонившееся и такое же испуганное девичье, сразу перестаю скулить и собираюсь. Лицо перевернутое, нервное, Алиса хмурится и исчезает из поля зрения. А может это была крутая галлюцинация и она растворилась в воздухе. Приподнимаюсь и осторожно сажусь, поворачиваюсь и вижу, как она стоит у двери в сарай и воинствующе сжимает в руке полено. Вырубила.

— Ты чего опять тут лазаешь? — шипит испуганно и пятится, — Предупреждаю, моя мама работает в полиции.

— Прикольно, наверно, — прикладываю руку к пульсирующему затылку и ощупываю небольшую шишку, — А моя в Аэрофлоте. Я тебя тоже предупреждаю.

— А меня то зачем? — Алиса щурит глаза.

— А ты меня зачем? Я пришел стекло поменять, искал инструмент, а ты меня вырубила. А если ты мне там что-то важное повредила и я теперь дураком останусь?

— Ты второй раз пробираешься на чужую территорию, скорее всего, дураком ты стал еще до этого! — говорит грозно.

Я пытаюсь встать на ноги, а Алиса стискивает пальцами полено еще крепче, приподнимает его вверх и держит почти как бейсбольную биту.

— Воу, полегче! — иронично ржу.

— А ну пошел отсюда! Мы сами все поменяем! — угрожающе приподнимает полено еще выше.

— Да ладно тебе! Я же его разбил! Я с улицы поменяю, надо только штапики снять, а потом прибить назад. Такую панику развела, как будто я маньяк. Что с тобой может случиться средь бела дня?

— Только без глупостей! — говорит подозрительно.

Конечно, без глупостей. Где я и где глупости. Поднимаюсь на ноги, беру в руки весь ящик и немного пошатываясь, иду на выход. Когда я прохожу мимо нее, случается какая-то магия, не иначе, ее волосы почему-то липнут к рукаву моей курки магнитясь, как будто между нами электризуется воздух, хотя, возможно, Алиса неплохо меня зарядила ударом по кумполу и теперь я излучаю волны.

Чувствую как она дышит мне в спину, когда мы идем по скользкой дорожке к дому, краем глаза я видел, что ее полено все еще с собой, и от этого мне очень смешно. А потом я слышу писк и треск сзади, оборачиваюсь и ржу еще больше. Шлепнулась. Лежит на дорожке, смотрит на меня своими карими глазами очень злобно, а потом тоже начинает заливисто смеяться. Подхожу к Алисе и поднимаю ее за плечи, пока она отряхивает попу, поднимаю ее полено и вручаю его ей в руки.

— На, — говорю важно, — Всегда носи с собой! У нас тут очень неспокойно…

— Это я уже поняла… Так себе городок…

— А как вас сюда занесло? — спрашиваю с интересом и ставлю ящик с инструментом под ноги.

— По ведомственной программе отправили. Сельский участковый. Зарплата хорошая и много других плюшек, — грустно произносит Алиса, сразу видно, что ехать она сюда не хотела. А зря.

— Понял. Да не парься, тут тоже можно жить, и очень даже весело. Я тебе все покажу. А еще здесь очень красиво, но это ты и сама видела, — я пытаюсь оторвать тонкие, деревянные рейки, удерживающие стекло.

Пока я вожусь с заменой, Алиса так и стоит над душой, прикладывая полено к плечу, и очень сильно мне мешается. Вообще-то, я не особо рукастый и делаю это в первый раз, но хочу казаться крутым специалистом, только в итоге специалист криво обрезал уже три стекла. Потому что был сконцентрирован на болтовне. Мне нравится ее голос, он немного странный для девушки, низкий и очень глубокий, будто обволакивающий. Либо я все еще не очухался. Я узнал, что ей тоже шестнадцать, раньше они жили в Перми, но ее родители развелись не совсем честно, недвижимости им не осталось, на обычную зарплату участкового квартиру не купить, но если заключить контракт, государство выплачивает хорошую подъемную сумму и выделяет служебное жилье, так они у нас и оказались. Мать Алисы целыми днями пропадает на работе, принимает кучу документов от ушедшего на пенсию Палыча, а она пока сидит одна и скучает.

Я убеждаю ее перестать шарахаться, потому что здесь все друг друга знают и в любом случае скоро придется со всеми познакомиться, не здесь, так в школе. В трех словах объясняю местные обычаи и рассказываю, где тусуются люди нашего возраста.

На четвертом стекле мне улыбается удача и я довольно быстро вставляю его в раму, прибиваю рейки, отхожу на несколько шагов назад и любуюсь на свою работу. Я надеялся, что Алиса меня похвалит или пригласит на чай, но знакомиться поближе она со мной все еще не собирается.

— А у вас в Перми все такие не гостеприимные? — произношу обижено.

— Да, разве ты не слышал про великое Пермское негостеприимство?

— Но хоть стакан чая налей! — отряхиваю руки и смотрю на нее хитро, — Конфет просить не буду.

— Домой шуруй, — улыбается Алиса.

— Пол стакана…

— В следующий раз!

— Мне что еще одно окно разбить? — смотрю на нее с иронией и поджимаю губы.

— Только попробуй, — говорит ехидно, — Сразу познакомишься с моей мамой.

— Ладно, я согласен на четверть кружки. Я же старался, устал, а мне еще домой пилить…

— Вот и пили, — Алиса подталкивает меня под руку в сторону калитки, — И не дай Бог мы откажемся в одном классе!

— Конечно, окажемся, — я ржу, — Здесь только один десятый…

Негостеприимная, но очень очаровательная пермячка дотолкала меня до самого выхода, но так просто уйти я не могу.

— Завтра зайду за тобой, без пятнадцати восемь, а то еще заблудишься.

— Ладно… — с недовольным вздохом отвечает Алиса.

— Пока, — широко ей улыбаюсь и совершенно не хочу уходить.

— Пока, Егор…

Собираюсь развернуться, но в последний момент резко дергаюсь и резво чмокаю ее в щеку, рассчитываю смыться по-быстром, тяну за ручку железной калитки, и уже вижу соседский забор. А следом за ним, еще один яркий фейерверк. Тюк. Полено все еще с Алисой, этот удар намного слабее, но тем не менее я уже лежу на земле, морщусь, и второй раз за утро, смотрю на ее перевернутое, испуганное, но очень прекрасное лицо.