Глава 3

2 года спустя

Я не был дома целый год, интересно, что от него осталось без бабушки? Хотя, без нее мне будет намного легче сделать то, что я задумал.

Уже четыре часа трясусь в автобусе, прислонившись лбом к стеклу, и чем ближе подъезжаю, тем ярче в памяти всплывают картинки из прошлой жизни. Моросящий дождь и туман навсегда останутся воспоминаниями о наших первых встречах с Алисой. Май, прохладный, свежий воздух, голые деревья, с ветками, похожими на паутину, сопки и океан вдали. Ее карие глаза, волосы, вьющиеся от влажности и ледяные ладони. Ее огромный рюкзак и я, старающийся понравиться и смущенный, как дебил. Наш первый поцелуй в том же сарае, где она приложила меня поленом по голове, ее звонкий смех над моими тупыми шутками, мой крик чайки от ее постоянной неуклюжести и талантом упасть на ровном месте, вечера проведенные вместе, музыка, играющая на телефоне, бабушкины плюшки и рассказы про ракетный полигон. Алиса подпирала ладонью щеку и внимательно слушала. Я влюбился в нее молниеносно, так сильно, что забыл про пацанов, гулянки, футбольный турнир, тем более про школу. Мне было с ней удивительно хорошо и легко, как будто мы знали друг друга целую вечность. Алиса любила бутерброды с маслом и сахаром и крепкий, несладкий чай, а я любил смотреть как она ест и параллельно рассказывает мне разные истории. Она никогда не могла сидеть за столом, как нормальные люди, одну ногу она поджимала под себя, а вторую сгибала в колене и укладывала на него подбородок. Я много раз пробовал сесть так же, это натуральное издевательство. От нее всегда пахло мятой, она привезла с собой целую коробку мятных драже, боялась, что у нас их не продают, но у нас они были, просто стоили дорого, как и все остальное. Она любила со мной дурачиться, не умела проигрывать и жутко злилась, если я не поддавался ей в шуточной драке, в игре в карты или метании камней в бутылки. У нее были нежные губы и перед тем, как разойтись по домам, мы могли по часу целоваться на ее заднем дворе. Я был счастлив с ней ровно год, хотя мы обещали друг другу жить долго и счастливо и умереть в один день. В тот год много чего было, миллион событий и ярких моментов, как будто я прожил маленькую жизнь, а следующий просто выпал, я видел только кошмары и четыре больничных стены. Странно, что Алиса ни разу мне не приснилась, зато часто приходила ко мне в моих воспоминаниях перед сном, в них у нас все было хорошо, как раньше. В них она мне не изменяла, не путалась с моим другом и не врала, да и я был другой, спокойный и целый, а не переломанный, как сейчас, ментально и физически. О том, что Алиса спала с Мироном знали все: Ванек, Клим, Серега Рыбин, возможно кто-то еще, но они не нашли в себе смелости сказать мне об этом. Я не держу на них зла, карма расставит все по своим местам, а я обязательно помогу. Интересно, Мироныч по-прежнему не закрывает дверь? Интересно, поменяла ли Алиса замок? Она все еще трескает в странной позе свои бутерброды с сахаром, поет по три раза подряд песню «Можно я с тобой?», все еще ест мятные конфеты или перешла на что-то другое? Она боится моего возвращения или давно меня забыла? И знает ли она, что после аварии меня собрали по кускам и подлатали или думает, что я давно кормлю червей? Скоро я это обязательно узнаю, а пока прошу водителя автобуса высадить меня за семь километров до нашего поселка, хочу пройтись, не хочу мелькать в людных местах и не хочу пересекаться с людьми, так я доберусь до дома только глубокой ночью. Никто не должен знать, что я вернулся.

Мой рюкзак дико тяжелый, расхаживать по магазинам я тоже не планирую, поэтому везу с собой консервы, снеки, сушки, порошковое пюре и лапшу быстрого приготовления. В погребе наверняка есть старые соленья и варенье. Крупы не брал, не уверен, смогу ли топить печь, если из трубы будет валить дым сразу станет ясно, что в доме кто-то есть, а мне это сейчас не нужно, я очень хочу понаблюдать за ними со стороны. Хотя если будут стоять туманы, возможно никто ничего не заметит. Помню, как в детстве, мы с пацанами решали, кто и какую суперсилу себе выберет, я всегда себе хотел невидимость. Классно, что сбудется. А вот насчет бессмертия Мироныча я сомневаюсь, но мы все таки посмотрим, ну а вдруг…

На подходе к поселку улыбаюсь, он спит, фонари работают только до двенадцати, иду дальше и не вижу ни души. Так хорошо, как будто все умерли и я тут один, натягиваю капюшон пониже и иду по знакомым улицам. Совершенно ничего не изменилось, будто бы я был тут вчера. Я ужасно устал, тело все еще слабое, поэтому Алиса сегодня может спать спокойно, надеюсь она запомнит эту последнюю безмятежную, тихую, холодную, беззвездную ночь. Не буду к ней спускаться, но на дом Мирона смотрю внимательно, опускаюсь на корточки напротив забора и сверлю его тяжелым взглядом. Надо же, совсем разжились! Полный перестой, дом снаружи просто не узнать, не дай Бог этот мудак переехал и здесь теперь обитают новые жильцы, придется доставать его, где бы он ни был, а это усложнит мои планы. Ничего, завтра все выясню. Поднимаюсь на ноги и смотрю на нашу с бабушкой избушку. Сердце ноет и отдает в спину тяжестью. Окна и двери заколочены, высокие, жухлые сорняки торчат острыми, сухими палками, сразу видно, тут совсем нет жизни, значит, я точно по адресу. Прости, ба, хорошо, что ты всего этого не видишь.

Перемахиваю через забор, иду в сарай, достаю с полки топор и плетусь на задний двор, к окну моей комнаты, аккуратно подцепляю и отгибаю рейки, держащие стекло, кладу его на землю и опять вспоминаю Алису.

До скорой встречи, любимая, я надеюсь, ты скучала.