Глава 20

Меня выписали в конце августа, кое-какие препараты пить я продолжаю. Чувствую себя странно, как будто начинается новая жизнь на прежнем месте. Меня встретила тетя Рита и мне показалось, что ее настроение было хорошим. Мы долго тряслись в автобусе и чем ближе подъезжали к родному селу, тем страшнее мне было. Я не знал чего от себя ожидать, когда я пройду мимо своего дома, дома Мирона и когда я зайду в дом Алисы, теперь не как гость, а как жилец. В результате, по старому маршруту со мной прошлись тоска и ностальгия, я постоянно вертел головой по сторонам, надеялся, что увижу Алису, но ее нигде не было. Дома меня ждал богатый стол, пельмени, пирожки и несколько салатов. Тетя Рита готовилась к моей выписке, как к празднику, это было приятно. Мы поужинали, я предложил помыть посуду, но она отказалась. А дальше было настоящее испытание, зайти в свою новую комнату, только теперь в ней все переменилось, не смотря на тот же ремонт и ту же мебель, она располагалась совершенно по-другому, не так, как стояла раньше. Тетя Рита перенесла мои вещи, разложила по шкафам и полкам, но кое-что из вещей Алисы осталось. Книги, ноутбук, ночник, который я ей дарил, и самое главное — шкатулка. Хорошо, что тетя Рита оставила ее здесь, а не перенесла в свою комнату. Я аккуратно взял ее с полки и ненадолго завис с ней в руках. Я знал, что в ней лежит. Там должно было быть несколько заколок с камнями, серебряное кольцо «Спаси и Сохрани», которое Алиса носила в детстве, пока он не стало маленьким, и флешка. Флешку я положил туда сам, потому что у Алисы она постоянно терялась. Я так жалел, что мой телефон не выжил после аварии, а ее тем более, и все наши фото пропали, я надеялся, что она скинула на эту флешку хоть что-то. Я сел на кровать, взял ноутбук и все таки открыл ее. Все лежало на месте. А еще там была жвачка, цепочка с кулоном-камешком и самая главная вещь, про которую я забыл. Кольцо из проволоки, которое я скрутил розочкой для прикола и сказал, что когда мы вырастем, я куплю ей настоящее. Не думаю, что для тети Риты оно имеет какую-то ценность, я оставлю его себе, я уже знаю, что я с ним сделаю. Потосковав над знакомыми вещами я всунул флешку в ноутбук, к моему счастью, какая-то часть наших фотографий на ней сохранилась, отсутствовали примерно последние четыре месяца. Я очень долго на них смотрел, все вспоминал и вспоминал. А потом пол ночи лазал по другим папкам, фотографий было очень много, целый архив, примерно с четырнадцати лет. Тетя Рита очень обрадовалась, ноутбук был почти чист, потому что часто зависал и его приходилось переустанавливать.

Засыпать в Алисиной кровати было странно, постельное белье то же, но пахло совсем по-другому, правда ворочался я не долго, мои лекарства работали. А потом со мной случилась вещь, которую я так долго ждал.

Алиса наконец-то мне приснилась. Это был очень короткий и яркий сон, в нем мы не разговаривали, стояли по разные стороны реки, она широко улыбалась мне и махала рукой, я собирался залезть в воду, чтобы переплыть на ее берег, но она сразу переменилась в лице, нахмурила брови и закачала головой. Я остановился и мы одновременно тронулись вдоль берега, но прошли так недолго. Алиса шлепнулась, мне показалось она сделала это специально, я рассмеялся, а она высунула язык, состряпала забавную мордочку, еще раз помахала рукой, повернулась ко мне спиной и скрылась в зарослях ивы. Я проснулся со странным чувством, грусть и счастье одновременно. А еще заметил одну вещь, даже молчаливая Алиса из моего сна больше похожа на настоящую, чем похудевшая и бледная из моего подвала.

Мой следующий день в этом доме прошел проще, потому что я был занят, у тети Риты накопилось много мужской работы. Я ремонтировал крышу, подпирал стену сарая, подбивал доски забора, рубил дрова для бани. Так устал, что вырубился без задних ног, даже не запомнил, снилось ли мне что-то. А потом мы пошли восстанавливаться в школу, мне казалось это ужасной тупостью, почти в девятнадцать идти в одиннадцатый класс, я не хотел учиться, заводить новых одноклассников и очень боялся шушуканья за спиной, мне вообще было страшно встречаться глазами с людьми, все же знают, что я псих. Но мне предложили неплохой вариант, доучиться на дому. Несколько раз в неделю ко мне приходил кто-нибудь из учителей и проверял, как я справляюсь. Сначала на меня смотрели с опаской, потом вроде поняли, что я не буйный.

Так и завертелись мои дни. Тетя Рита работала, готовила еду, я помогал ей по хозяйству, мы о чем-нибудь разговаривали. В основном, конечно, об Алисе. Я услышал миллион историй о ее детстве, о успехах и промахах, и потихоньку учился воспринимать их без боли в груди. Про меня она тоже много расспрашивала, возможно чтобы я отвлекался. Когда все истории закончились, я понял, что готов рассказать, как заточил Алису в подвал и пересказал ей все с самого начала. Тетя Рита слушала меня с тяжелым лицом, у нее было очень много вопросов, какой она была, что она мне говорила, и мы долго ломали голову, могло ли так случиться, что я просто как-то случайно перехватил ее душу. Но в итоге сошлись на том, что она никогда не отвечала мне то, чего бы я сам не знал и не могла внятно ответить на то, что я сам не помнил. Правда, мы договорились, что если Алиса однажды мне явится, я спрошу ее о том, о чем точно не мог знать. Например, я никогда не слышал, что однажды, когда Алисе было около пяти, они три месяца прожили в Казахстане и там она завела себе подружку, на всю жизнь и на веки вечные, соседскую девчонку. Они постоянно ходили вместе и во что-нибудь играли. Когда пришло время уезжать, обе устроили концерт со слезами и даже договорились переписываться, хотя обе еще не умели. Никакой дружбы на века не случилось, со временем Алиса благополучно про нее забыла и завела себе новую подружку. А вот имя той девочки тетя Рита вспомнить никак не может, помнит, что какое-то необычное, национальное, звонкое, но на этом всё. Поэтому мы решили, что если Алиса еще раз ко мне придет, я спрошу ее про эту маленькую казашку, тетя Рита сказала, что точно узнает имя. Вот я и жду, только она никак не приходит.