Глава 21

У меня сегодня очень волнительный день. Я уезжаю. Десять месяцев прошли так быстро, даже не верится. В школе мне наляпали троек и со спокойной душой отдали аттестат. В универ я естественно не поступлю, но пойду в колледж, в городе, примерно в четырех часах езды, чтобы приезжать на выходные и на каникулы к тете Рите. На общем горе мы совсем сблизились, считаем друг друга членами семьи, она у нас очень маленькая, хотя я уговариваю ее взять в интернате ребенка. В ней очень много нерастраченной любви и материнской заботы, это могло бы пригодиться еще кому-нибудь, кроме меня. Тете Рите и самой хочется, но там столько бумаг, а еще страшно, что кто-то из соседей настучит, что к ним приезжает псих, хотя отношения у меня вроде со всеми были нормальные. Можно было бы переехать, но нельзя же оставить здесь Алису одну. А у меня тут вообще все.

У меня была комиссия, ничего нового у меня не нашли, старое по-прежнему под вопросом, доктора решили, что для общества я не опасный, но какие-то тесты показали, что могу быть опасным для себя. Но это тоже не точно. Тетя Рита не хочет чтобы я уезжал, но здесь нет работы, а сидеть на ее шее я больше не могу. Надо двигаться дальше. Не скажу, что мне этого хочется, просто есть ощущение, что надо.

Мы не стали устраивать мне какой-то прощальный вечер, просто поужинали, обнялись, я взял свою спортивную сумку, забитую вещами, прихватил пакет с выпечкой, крепко обнял тетю Риту и двинул в новую жизнь. Я специально вышел раньше, чтобы можно было спуститься к океану, во мне сидело ощущение, что мне нужно обязательно попрощаться с Алисой здесь, а не на кладбище. Я пошел нашим обычным маршрутом, вспоминал, как мы делали это раньше, как она улыбалась мне и шутила. Меня опять душили слезы, но я запрещал себе расклеиваться, мне нельзя сильно стрессовать. Когда опять запахло морем и послышались звуки чаек, в груди уже прилично пекло, особенно когда я спустился к воде и посмотрел, что закат сегодня совершенно волшебный. Я специально решил ехать последним рейсом, чтобы еще раз на него посмотреть, перед тем, как сесть в автобус.

Долго расхаживаю вдоль берега, смотрю на скалу, на пенящуюся воду, на солнце, которое все ниже и ниже клонится, и не знаю, стоит ли что-то сказать вслух или можно просто подумать. Наконец, останавливаюсь, достаю из кармана кольцо из проволоки, верчу его в руках, рассматриваю, а потом запускаю в океан.

— Я не знаю, как еще тебе его передать, — говорю очень тихо, — Надеюсь, ты его получишь. А если нет, то оно просто останется там навсегда, потому что у океана будет намного больше времени, чем у меня. Хотел сказать, что я люблю тебя. И буду продолжать любить, как бы не сложилась моя жизнь.

Я нервно сглатываю и делаю глубокий вдох, продолжаю смотреть на раскачивающиеся волны.

— Спасибо, что была со мной хотя бы столько… На самом деле очень страшно, что наше обещание друг другу сбылось. Но я надеюсь, что какая-то форма вечности все же есть и однажды мы с тобой встретимся.

Я не успеваю договорить то, что хотел, отвлекаюсь на легкое шевеление у моего локтя, приподнимаю руку и вижу, как на мой рукав опустилась бабочка. Самая обычная, Крапивница. Она медленно двигается вниз по моей руке, спускается к кисти и застывает между указательным и средним пальцем. Смотрю на нее заворожено и боюсь шелохнуться. Алиска… Бабочка тихонько шевелит крыльями, а я улыбаюсь сквозь слезы. Она держится на мне несколько минут, а потом взлетает в небо и я провожаю ее взглядом. На фоне заката очень красиво.

— Пока… — говорю тоскливо, еще раз смотрю, как солнце клонится к воде, стою так недолго и неспешно бреду к тропинке.

В автобусе ловлю легкую панику. Снова появляются сомнения и страхи, мысли опять вертятся не в ту сторону, хотя лекарства я принимаю исправно. Моя голова теперь практически не болит, но именно сейчас опять загудела. Закидываюсь очередной таблеткой, запиваю ее водой, прислоняюсь виском к стеклу и закрываю глаза. Знаю, что скоро вырубит, но я успею поспать пару часов, грузный автобус баюкает меня, как колыбель. Чувствую, как проваливаюсь в сон, а мозг будто все еще работает, но у меня нет сил открыть веки, поддаюсь инстинкту и отключаюсь.

— Эй, — слышу легкий и мягкий шепот слева от себя, — Тебе нельзя так лежать, и так дурачок, окончательно всю голову растрясешь!

Меня касается теплая рука и осторожно поворачивает мою голову в другую сторону, я испуганно открываю глаза и вижу на соседнем кресле Алису.

— Привет, — шепчет с улыбкой, — Не бойся, ты просто спишь…

— Алиса… — бормочу взволнованно.

Я протягиваю ей свою ладонь, но она не кладет на нее свою, грустно вздыхает и отрицательно мотает головой.

— Это ты? Настоящая ты? — я внимательно в нее вглядываюсь.

— Конечно, настоящая! А какая еще?

— Не знаю, может быть опять галлюцинация…

— Я просто тоже хотела тебе кое-что сказать, — Алиса хитро на меня смотрит, — Хочу, чтобы ты знал, что я полностью тебя поддерживаю. Я хочу чтобы ты прожил долгую и интересную жизнь, умер стареньким и счастливым человеком. Если это произойдет так, как ты это иногда себе представляешь, мы никогда больше не сможем увидеться. А маме скажи, что ревновать я не буду.

Понятно… Это снова адекватная половина моего сознания, пришла наругать меня за идиотские мысли. Хотя опять выглядит вполне настоящей.

— А если не произойдет, мы увидимся? — спрашиваю для чего-то.

— Конечно! — улыбается Алиса.

— И как там?

— Хорошо, но ты иногда меня очень расстраиваешь! — она хмурится.

— А ты видела мою бабушку? Как у нее дела?

— Даже видела твоего деда! — хихикает Алиса, — Очень клевый мужик!

— Да, наверно… — я плохо помню, но уверен, что так и было, — А ты получила мое кольцо?

— Это? — она прыскает смехом и демонстрирует мне палец, обтянутый проволокой, — Получила! Спасибо, это очень приятно.

— Ты придешь ко мне еще? — спрашиваю с надеждой, хотя знаю, что она галлюцинация.

— Может быть… Я сама не понимаю, как это работает. На самом деле, у меня не так много времени. Поэтому, если хочешь что-то спросить, спроси…

— Что? — произношу растеряно и хлопаю глазами.

— Не знаю, — Алиса жмет плечами, а потом меняется в лице, становится печальнее, проводит рукой по моим волосам и дарит мне еще одну улыбку, только совсем грустную, — Ты сейчас проснешься, вы подъезжаете к городу.

— Уже? — я кривлюсь, — Так быстро?

— Время идет по-другому… — говорит непонятную фразу, — Мне пора, Егор. Береги себя!

— Постой! — начинаю паниковать, — Приходи ко мне еще!

— Нет, Егор… Так нельзя… Просто пообещай мне, что проживешь хорошую, насыщенную жизнь, чтобы я была спокойна. Только пообещай нормально!

— Обещаю, — говорю бегло, боюсь, что она опять растворится, сам хвастаюсь за ее руку.

— Не надо было, — хмурится Алиса, а потом говорит строго, — Просыпайся! А девочку звали Жулдыз… Ничего тебе нельзя доверить!

Я резко дергаюсь, одновременно с этим какой-то усатый мужик треплет меня по плечу, а я часто моргаю.

— Просыпайся, пацан! Приехали! — хлопает меня еще раз и двигается к открытой двери автобуса.

А очень часто дышу и постоянно повторяю про себя это имя, чтобы не забыть. Меня бьет такое дикое волнение от всего произошедшего, я выбираюсь на ватных ногах, прохожу пару шагов, останавливаюсь и хлопаюсь на скамейку. Охренеть! А если реально ту девчонку именно так и звали, такое имя нарочно не придумаешь, откуда его взяла моя башка. Я достаю из кармана телефон и набираю тетю Риту. У меня нет времени на объяснения, поэтому, как только она снимает трубку, сразу перехожу к главному.

— Жулдыз? — говорю с замиранием сердца, слышу, как часто оно колотится, на том конце стоит полная тишина, но потом мама Алисы оживает.

— Да… — произносит очень удивленно, — Что случилось? Ты же только уехал! Опять приступ⁈

— Нет… просто приснилась, — бормочу отрешенно, — Сказала, чтобы я не маялся дурью и жил нормально. А вам просила передать, что не против, чтобы вы взяли ребенка и не будет ревновать.

— Егор… — нервно всхлипывает тетя Рита, — А что она еще сказала?

— Не знаю, не помню… Улыбалась много… — я не думал, что нужно детально запоминать, теперь придется прокручивать в голове весь наш разговор еще раз, — Я перезвоню, ладно?

— Ладно, — вздыхает тетя Рита.

* * *

Этот разговор я разобрал буквально на атомы, вспомнил каждое ее слово и мне стало так спокойно, от того, что она рядом и не исчезла куда-то в пустоту. Это давало мне сил. Теперь я знал что где-то Алиса все еще существует. Мне так хотелось ее еще раз увидеть, но это была наша последняя встреча. Она не являлась мне ни в галлюцинациях, ни во снах. Сначала я очень переживал, потом смирился и понял, что Алиса тоже пришла ко мне проститься. Зато сон с бабочкой на руке мне снился очень часто. Наверно, она везде и повсюду, в ветре, в шуршании волн, в дожде, в свете звезд и пении птиц, главное, что всегда рядом, где-то за моей спиной. Я подумал, если бы мы поменялись местами, я бы тоже хотел, чтобы Алиса прожила свою жизнь полноценно, а не мучалась, завела семью и детей, была счастлива и лучше бы умерла старушкой. Мы не могли бы быть вместе, но свою жизнь, которая нам дается только один раз она провела бы прекрасно, в любви, заботе, наслаждаясь каждым днем. Наверно, это и есть любовь, вовремя отпустить. И я тоже ее должен.