26

Раян застывает возле только что захлопнувшейся дверцы машины, как только встречается с моим взглядом. Мерное гудение мотора усиливается и автомобиль сдвигается прочь, только это всё происходит, словно в отдельном от меня пространстве, а он все так же стоит, глядя на меня.

Мягкий свет фонаря падает на его лицо, и всё остальное пропадает, оставляя меня в коконе этого момента. Я не могу оторваться от его глаз, но все равно замечаю разрезанную поперек живота футболку с кровавым следом в ее разрезе, царапины на руках и застывший помаз крови на щеке.

Мои ноги непослушно подкашиваются, сердце выстукивает громкие басы, душа отрывается от тела и льнет к нему, неподвластная никаким земным законам.

Я срываюсь и бегу к нему изо всех сил, врезаюсь в теплое тело и слышу шумный выдох, сорвавшийся из его груди.

— Ты едва не сбила меня с ног, — подшучивает он, только я не слышу, не вижу, не смотрю. Я чувствую, и это чувство распирает меня изнутри, поднимается вверх, словно зажженый хвостик петарды и извергается фейерверками по воздуху.

— Вернулся, — шепчу в порыве, вжимаюсь лицом в шею и целую, целую, целую.

Раян обхватывает мои щеки ладонями и поднимает, вынуждая в тысячный раз тонуть в зелени прекрасных глаз.

— Я всегда к тебе вернусь, — произносит, словно тихую клятву, которая греет и прочно оседает на сердце.

Глаза начинает щипать, я плачу, и слёзы мои текут по щекам словно освобождение от долгого бремя и боли. Мои чувства нагреваются и с каждой секундой душа начинает все больше дрожать, словно кто-то пытается силой вытолкнуть ее из тела. Я ударяю его в грудь, и бью его, бью, бью, попадая кулаками по плечам, животу, груди.

— Никогда, никогда больше не смей оставлять меня!

— Не оставлю, — шепотом обещает и притягивает за лицо к себе, мягко и нежно целуя.

Я закрываю глаза и обмякаю, отдаюсь в его волю, его губам и касаниям, что возрождают в сердце давно засохшие цветы.

Мои чувства воспламеняются любовью, тело превращается в яркий комок ощущений и они опускаются до ласкового протяжного помаза по ноге, словно поглаживание лёгкого пёрышка. Я разрываю поцелуй и опускаю лицо, видя, как у наших ног тихо садится на задние лапы Арчи. Гордо вскинув голову, он высовывает язык и быстро дышит, словно наш верный, сильный и бесстрашный охранник.

Где-то издали мелькает тень движения и я вскидываю голову, видя там Себастьяна. Он держит в руках поводок вместе с ошейником, его тихий пронзительный взгляд притягивает мои глаза.

— Хочешь поговорить с ним? — долетает до меня голос Раяна и я вздрагиваю.

Поворачиваю лицо к Раяну и вглядываюсь в его лицо.

— Хочу, — честно отвечаю.

Он подтягивает сползшие с моего лица ладони обратно и наклоняется ниже, оставляя на губах несколько мелких поцелуев.

— Не буду мешать, — шепчет мне в губы, поглаживая щеки, и убирает от меня руки. Отступает в полшага и наклоняется к собаке, гладит ее и ласкает, переключая внимание.

Я сглатываю и медленно поворачиваю лицо к Себастьяну. Медлю, хотя больше всего хочу сейчас подойти к нему и просто обнять.

Ноги слушаются и передвигаются, уменьшая между нами расстояние. На его губах играет маленькая, мягкая улыбка, карие глаза добрые и открытые.

— Я… Наверное, я должна вернуть тебе кольцо, — выговариваю первое, что приходит на ум.

— Глупости какие, — отмахивается он.

— Раян выбросил его через окно, — говорю правду, зная, что это наименьшее, чего он заслуживает.

— И это похоже на него, — качает головой и замолкает, опускает глаза на мои руки и долго смотрит, а затем мягко заключает их в свои ладони.

— Зато теперь я знаю, что ты в надёжных руках, — улыбка сползает с его губ, голос затихает, он все ещё смотрит вниз. — Видела бы ты, как он боролся… Там, - пронзительно поднимает глаза и я переживаю мощный спазм в груди, ощущая, как его руки сползают с моих ладошек.

Он делает порывистый вдох и вдруг резко обхватывает мои щеки ладонями, приближая к себе. Утыкается свои лбом к моему и часто дышит, а затем отодвигается, крепко целуя меня в лоб. Отпускает мое лицо и отступает, а я издаю невольный вздох, падая в секундную неподвижность.

Мое сердце щемит и обливается болью, потому что я забрала у него надежду на взаимность. Ее больше нет.

— Может, когда-нибудь ещё увидимся, Эвелин, — говорит тихо, но проникновенно, так, что мы оба понимаем: скорее всего, нет.

Я опускаю глаза на протянутый мне ошейник и часто моргаю, чувствуя жжение слёз. Я не хочу плакать, но мои эмоции всё решают за меня. Обхватываю поводок и сжимаю в ладони, долго смотрю на него, а затем не выдерживаю. Резко подаюсь вперед и Себастьян горячо принимает меня в свои объятия, словно только этого и ждал.

— Меня переводят в другое отделение, это в Техасе, — тихо шелестит на ухо, и я скулю, понимая, что это действительно так: мы больше не увидимся.

Впиваюсь пальцами в его плечи и крепко сжимаю веки, обнимаю его с такой силой, что мне нечем дышать. Господи, пожалуйста, пожалуйста, пусть только он будет счастлив там.

Я выпускаю тихий всхлип, вдыхаю и выдыхаю, а затем заставляю себя разжать руки. Себастьян смотрит на меня с лёгкой улыбкой, оглядывает мое лицо, словно запоминая, и отступает.

Я стою неподвижно и наблюдаю, как он садится в машину, как заводит мотор и трогается с места.

Нарочно не смотрит на меня, я знаю, что прощальный взгляд это всегда больнее.

— Эвелин, — я вздрагиваю, ощущая на своей спине легкое касание.

Быстро стираю потекшие слёзы и разворачиваюсь с взглядом Дориана. Его глаза сильно смягчаются, но я вижу на их дне глубокую усталость и изнеможение. Ему нужен отдых.

— Как ты? — спрашивает он, хотя я могу задать ему точно такой же вопрос.

— Себастьян уезжает в Техас, — игнорирую я, внимательно вглядываясь в его реакцию. — Но ты уже об этом знаешь, верно?

— Да, — выдыхает Дориан, подтверждая мою догадку.

Я опускаю глаза и смотрю на поводок, пытаясь собрать лежащие мысли в одно. Память сама по себе возвращается к той комнате и разговору о Раяне, что ужасом отложился в моей голове.

— Его пытали, Дориан, — сквозь дрожь, тихо выдыхаю я. — И он потерял память.

— Я знаю, Эвелин, — на губах Дориана застывает горькая, знающая улыбка. — Я знаю.

Воздух вдруг разрезает громкий лай Арчи и мы синхронно отвлекаемся на подбегающую к нам собаку. Арчи останавливается возле Дориана и подпрыгивает, тихо поскуливая. Следом подходит Раян с как никогда серьезным выражением лица.

— Всё-таки уезжаете? — спрашивает он, глядя на Дориана.

Дориан кивает.

— Да, как никак, но дома всегда лучше. Да и Мелисса слишком много сегодня пережила, ей не помешает сейчас тишина и покой.

— Как знаете, — Раян замолкает и мы все на несколько мгновений погружаемся в тишину.

— Мы сегодня отлично поработали, — спустя время негромко отзывается Раян, глядя на Дориана. Его глаза вспихывают ярким, любопытным огоньком. — Как думаешь?

Дориан смотрит некоторое время, словно осознавая услышанное, затем наклоняет голову на бок и тянет уголок губ в ухмылке.

— И всё-таки, лучше напарника, чем ты, не найти, — соглашается он, прежде чем происходит то, что я уже думала, никогда не увижу.

Дориан поднимает правую ладонь в ожидании, и Раян переводит взгляд от руки к Дориану несколько раз. Хмыкает и с резким хлопком сталкивается с ним ладонью, потянувшись вперёд в братские объятия. Мягко постукивает Дориана по плечу и посмеивается, получая такую же реакцию.

— Счастливо, — с улыбкой проговаривает Раян, отрываясь.

Дориан салютует на прощание, поворачивается и идёт к полицейской машине, где на переднем сидении его ожидает Мелисса. Арчи, сразу же, как самый верный пёс бежит за ним, со знанием ожидая, пока Дориан не откроет заднюю дверцу, позволяя ему запрыгнуть в салон. Захлопнув дверцу, Дориан обходит машину и садится за руль. Заводит двигатель, а затем мягко толкается с места, осторожно уносясь в темноту ночи.

Я чувствую тепло приятных мурашек, когда ладонь Раяна мягко затягивается вокруг моей талии. Он прижимает меня к своему боку и мы некоторое время просто стоим, наблюдая за тем, как машина отдаляется.

— Ты не хотел бы вернуть Арчи? — неожиданно для себя спрашиваю я, созерцая ещё один миг, прежде чем машина пропадает из виду.

Это ведь Раян настоящий хозяин Арчи. После его пропажи, я не смогла найти в себе силы заботиться о животном, поэтому Дориан забрал его к себе.

— Не знаю, Эвелин, — тяжело вздыхает Раян. — Он уже привык к Дориану, наверное, будет глупо отрывать его.

Я киваю и опускаю глаза на поводок, который так и не отдала Дориану. Но это не страшно, мы ведь можем увидеться с ним в любой день, как и с Мелиссой.

— Идём в дом? — врывается в слух тихий голос и мое сердце пропускает удар, на этот раз от облегчения и спокойствия, медленно оседающие на мою грудь.

Раян обхватывает мои плечи и притягивает к себе, и я молча льну к нему, позволяя ему увести меня в место, которое есть и всегда будет моим домом. Нашим домом.