Глава 12

Я ещё несколько секунд смотрел туда, где между деревьями мелькнула знакомая серая тень, а потом перевёл взгляд на быстро темнеющий лес. Если альфа стаи, действительно, ждала удобного момента, то вместе с темнотой она наверняка рассчитывала и на другое — на нашу усталость.

К ночи мы будем видеть хуже, двигаться медленнее и окончательно выдохнемся после целого дня на ногах. Позволить твари самой выбрать момент, когда мы станем максимально удобной добычей, было крайне паршивой идеей.

— Она ждёт, пока мы ослабнем, — тихо бросил я Вильяму. Друг скосил на меня взгляд, а я продолжил следить за деревьями. — По-хорошему, не допустить этого момента. Нам надо показать слабость раньше.

Вильям пару секунд переваривал мои слова, после чего нахмурился ещё сильнее.

— Думаешь, это сработает? — он убрал руку с рукояти меча, но продолжил всматриваться в лес.

Я пожал плечами и ещё раз прикинул оставшееся до крепости расстояние.

— Либо так, либо никак. Ловушку мы здесь нормально не поставим. Она идёт за нами и прекрасно увидит всю подготовку. До крепости до захода солнца такими темпами тоже недотянем, а ждать ночи мне совсем не хочется.

Если бы удалось добраться до стен, даже таких дырявых, как мои, ситуация была бы куда проще. Стоит нам забраться в дом, в котором всего два входа, окно и дверь, и волчица не сможет воспользоваться преимуществом неожиданности, непонятно откуда.

— Значит, надо заставить её напасть сейчас, пока мы ещё способны нормально драться и хотя бы что-то видим, — закончил я и снова посмотрел на Вильяма. — Покажем, что один из нас пострадал.

— Пока не улавливаю, зачем это? — покосился на группу охотников позади нас Вильям, но те разговор не слышали и молча шли следом, так что друг вернул взгляд обратно на меня, требуя объяснений.

— Когда стемнеет, на охоту выйдет ещё всякая дрянь. Запах крови Торса и слабая добыча могут привлечь кого-нибудь раньше неё, а делиться едой волчице вряд ли захочется. Если она увидит, что мы уже сейчас вымотались и еще один человек, по сути, выбыл, у неё появится причина не ждать ночи и не рисковать. Ведь до этого она почему-то не нападала, а сейчас посчитав, что мы стали слабее, может и рискнуть.

Друг задумчиво перевёл взгляд на деревья. Несколько секунд он шёл молча, после чего медленно кивнул.

— Ладно, смысл есть, — признал он и тут же посмотрел на меня. — Кто тогда будет «вторым раненым»?

Я сразу посерьёзнел.

— Мы оба взрослые мужчины, Вильям. И такие вопросы должны решаться по-мужски, — произнёс я настолько серьёзным голосом, насколько вообще мог.

Друг мгновенно посуровел. Мы одновременно подняли сжатые кулаки.

— Раз, два, три.

Моя ладонь раскрылась бумагой. Вильям оставил кулак сжатым и несколько секунд молча смотрел сначала на него, затем на мою руку.

— Да чтоб тебя, — цыкнул он. — И как у тебя это постоянно получается?

За всё время нашего знакомства он ни разу не выиграл у меня в камень, ножницы, бумагу, хотя попыток было столько, что давно пора было заподозрить неладное. Секрет, впрочем, я раскрывать не собирался, а ведь всё было предельно просто.

Вильям слишком хорошо выдавал свой выбор ещё до того, как разжимал пальцы. Перед камнем он сильнее напрягал кисть, перед бумагой полностью расслаблял ладонь, а ножницы находились где-то посередине.

Оставалось только смотреть на руку и вовремя выбирать нужный знак. Кто-нибудь назвал бы это мухлежом, но лично я предпочитал определение «грамотное изучение слабостей противника».

— Талант, — скромно сообщил я и получил в ответ тяжёлый взгляд.

Вильям ничего не сказал, однако выражение его лица обещало, что однажды он всё-таки докопается до истины.

Мы немного замедлились, дожидаясь носилок, а затем поменялись местами с Янеком и Тарном. Оба охотника, действительно, выглядели вымотанными после долгой дороги и боя, поэтому объяснение получилось вполне естественным.

— Отдохните немного, дальше мы понесём, — я взялся за передний конец жерди, а Вильям встал с другой стороны.

Янек хотел было что-то сказать, но Гордей коротко кивнул ему, и молодой охотник всё-таки отошёл.

Носилки сразу оттянули руки вниз. Торса мы поднимали осторожно, стараясь держать настил ровно, но даже от первого движения мужчина болезненно втянул воздух и сильнее стиснул зубы.

Приходилось идти медленно.

Я постоянно следил за землёй перед ногами, обходя корни и стараясь не раскачивать жерди. Вильям делал то же самое, а впереди Гордей выбирал более ровный путь между деревьями.

Свет постепенно уходил. С каждым десятком минут тени под кронами становились глубже, а яркие полосы между стволами сужались, пока лес не начал медленно переходить в вечерний полумрак.

Прошло минут двадцать.

Я несколько раз поглядывал на Вильяма, ожидая начала представления. Друг шёл с абсолютно спокойным лицом, аккуратно переступал через корни и, судя по всему, придумывал, какое лучше представление изобразить.

Мы это не обсуждали, но что бы ни крутилось у тебя в голове, дружище, пора. Времени слишком мало. Ведь солнце ждать, пока великий актёр созреет для своей роли, явно не собиралось.

На следующем шаге Вильям внезапно зацепился сапогом за выступающий корень и рухнул набок. Причём упал он настолько удачно, что деревянная жердь носилок с размаху врезалась ему под рёбра.

Я тут же присел и аккуратно опустил свою сторону на землю, стараясь не дёрнуть Торса. Всё равно получилось плохо. Раненый глухо простонал и стиснул край кожаного настила пальцами.

Вильям тем временем свернулся на боку, прижав ладонь к рёбрам, и несколько раз судорожно попытался вдохнуть. Получалось настолько убедительно, что я на секунду сам засомневался, изображает ли он всё это.

— Да вы издеваетесь⁈ — Янек сразу подскочил ближе и указал на Торса. — Зачем вообще взялись нести, если нормально не можете? Вы ему только хуже сделали!

Гордей и Тарн отреагировали совсем иначе.

Оба сначала посмотрели на лежащего Вильяма, затем перевели взгляд на меня. У Гордея приподнялась бровь, а Тарн просто замер с тем самым спокойным выражением лица, с которым до этого следил за лесом.

В их взглядах читался один и тот же вопрос.

Я встретился глазами сначала с одним, затем со вторым и слегка кивнул. Доверьтесь мне — большего сейчас объяснить всё равно не мог.

Гордей понял первым, что все это значит.

— Хватит, Янек, — он положил ладонь молодому охотнику на плечо и оттеснил его от носилок. — Все устали. С кем не бывает.

— С кем не бывает⁈ — Янек возмущённо ткнул рукой в сторону Вильяма, который всё ещё тяжело дышал на земле. — Из-за него…

— Янек, — голос Гордея стал жёстче, и парень наконец замолчал.

Он остался недоволен, но спорить со старшим больше не полез.

Тарн тем временем присел возле носилок и мельком проверил Торса. Убедившись, что тот всё ещё в сознании, лучник впервые с момента нашего знакомства обратился ко мне сам.

— Что дальше? — коротко уточнил он и поднял голову.

Я сделал вид, что обдумываю ситуацию, и посмотрел на Вильяма. Друг продолжал держаться за бок, но на мгновение встретился со мной взглядом и едва заметно кивнул.

Значит, всё в порядке. Отлично, осталось отыграть представление до конца и заставить нашего зрителя поверить во всё происходящее.

— Идём, — решил я и поднялся. — Здесь оставаться нельзя.

Причин для такого решения было сразу две. Чем дольше мы задерживались, тем меньше походили на напуганную группу, которая любой ценой пытается выбраться из леса, да и реальные причины двигаться к крепости никуда не исчезли.

Тарн и Янек снова заняли места у носилок. Я подошёл к Вильяму, перекинул его руку через своё плечо и помог подняться, после чего друг тут же перенёс часть веса на меня и тяжело задышал.

Вжился в роль, засранец, и экономил силы, из-за чего мне пришлось работать за двоих. Ну ничего, я тебе ещё припомню. Как вычту из твоей зарп… а, ну да, я же ему не плачу. Ладно, прощаю на этот раз.

Гордей пошёл впереди и начал выбирать дорогу, а я время от времени поправлял направление по карте владений. За ним двигались носилки, Янек с Тарном несли Торса, а мы с Вильямом замкнули строй.

Со стороны картина получалась именно такой, какая требовалась. Впереди несколько вымотанных охотников с тяжелораненым товарищем, сзади ещё один пострадавший, которого приходится тащить на себе.

Лёгкая добыча, которая не должна успеть отреагировать на нападение хищника.

Мы продолжили путь, а вокруг становилось всё темнее. Контуры деревьев постепенно теряли чёткость, подлесок сливался в одно тёмное пятно, и вскоре я уже с трудом различал землю дальше нескольких метров.

Где-то рядом трещали ветки, шуршала трава, а каждый новый звук теперь автоматически заставлял меня поворачивать голову. Альфа по-прежнему держалась рядом, но увидеть её становилось всё сложнее.

И в какой-то момент мне начало казаться, что тень была уже не одна.

Сначала что-то мелькнуло справа между двумя деревьями. Через несколько секунд похожий силуэт промчался далеко слева, а ещё чуть позже впереди на мгновение возникло движение, которое я успел заметить только краем глаза.

Я всматривался в темноту, пытаясь понять, действительно ли, вокруг стало больше тварей. Чем сильнее сгущался мрак, тем хуже получалось отличать движущуюся фигуру от качнувшейся ветки или обычной тени.

Очень хотелось верить, что воображение просто начало дорисовывать лишнее, ибо другой вариант означал, что наш план сработал куда лучше, чем хотелось бы и на пир пришли и другие твари.

Мы прошли ещё немного, и я решил добавить последний штрих.

На очередном выступающем корне я специально поставил ногу чуть в сторону, зацепился сапогом и пошатнулся. И лишь «чудом» в последний момент взял себя в руки и всё-таки удержался, после чего начал выпрямляться.

И именно в этот момент за спиной раздался мощный рык. Настолько близко, что я почувствовал движение воздуха.

Вильям моментально взорвался движениями. Его рука вырвала меч из ножен, серебряный клинок описал широкую дугу, и друг вместе с разворотом на сто восемьдесят градусов опустил оружие на появившуюся позади тварь.

Волчица, к моему удивлению, успела затормозить в последний момент.

Кончику меча не хватило буквально нескольких сантиметров, чтобы вкусить плоти зверя. Лезвие со свистом прошло перед её мордой, а самка резко отшатнулась, собираясь отпрыгнуть назад и отступить, осознав, что попалась в ловушку.

Ну уж нет, я этого не допущу.

Я выхватил собственный меч и бросился вперёд, не давая ей уйти. В этот момент рядом с ухом просвистела стрела и мгновение спустя глубоко вошла в правое бедро волчицы.

Вот и Тарн напомнил о себе, в очередной раз доказав, что он очень неплохой лучник.

Тварь дёрнулась и попыталась отскочить, но повреждённая лапа подломилась сразу после приземления. Она потеряла часть скорости, и мне этого хватило, чтобы сократить расстояние.

Я рубанул по левой передней лапе, оставив глубокую рану выше сустава. Тварь взвизгнула, резко развернулась и распахнула пасть, пытаясь достать мне горло хотя бы напоследок.

Но мой друг добрался до неё раньше и одним точным движением провёл меч снизу вверх. Клинок вошёл под нижнюю челюсть, прошёл через шею, и голова волчицы отделилась от тела, пока сама туша по инерции продолжала заваливаться вперёд.

Я тяжело выдохнул и опустил меч, глядя на лежащую перед нами тварь. После нескольких часов этой грёбаной погони одной проблемой наконец стало меньше.

— Убили? — первым нарушил тишину Тарн. Он стоял чуть дальше с луком в руке и внимательно смотрел на тушу. — И, правда, убили.

Лицо лучника осталось таким же спокойным, как обычно, зато во взгляде впервые появилось мрачное удовлетворение. Он крепче сжал лук и ещё раз посмотрел на мёртвую самку.

Гордей шумно выдохнул и опустил плечи. Торс с носилок тоже вытянул шею, насколько позволяла боль, после чего болезненно усмехнулся.

— Поделом тебе, шавка драная, — выдавил он и снова откинул голову на кожаный настил.

Вильям тем временем спокойно стряхнул кровь с меча и уже собирался убрать его в ножны.

— А добыча тогда чья? — Янек внезапно посмотрел сначала на тушу, затем на меня. — Мы за ней несколько дней ходили. Столько сил потратили, людей чуть не потеряли. Если теперь вы собираетесь всё забрать…

Гордей тут же нахмурился, явно недовольный тем, что молодой поднял эту тему.

— Янек…

— Без проблем, вся добыча ваша, — я широко улыбнулся и указал мечом на тушу.

Гордей замолчал, а Янек явно не ожидал настолько лёгкого согласия. Зато Вильям мгновенно повернулся ко мне.

По тому, как напряглось его лицо, было видно, что он уже собирался охотникам напомнить, кто здесь только что рисковал шкурой, вытаскивал их из окружения и в итоге снёс альфе голову. Однако через секунду выражение его глаз изменилось.

Он понял. Друг усмехнулся и спокойно убрал меч обратно в ножны.

— Без проблем, добыча ваша, — повторил я и посмотрел на Янека. — Можете прямо сейчас заняться разделкой и советую поторопиться. А то ночью твари от неё вряд ли что-нибудь оставят.

Парень открыл рот, затем перевёл взгляд на потемневший лес.

Вокруг уже стояла полутьма. До крепости оставалось ещё идти и идти, Торс лежал на носилках с перебинтованной ногой и сломанным ребром, а недавно возле нас совершенно точно мелькали какие-то тени.

Возможно, фантазия разыгралась, но как-то у меня не было желания проверять и лучше поскорее вернуться к крепости, пока монстры не перестали опасаться нас после убийства их собрата.

К счастью, мозгов Янеку хватило хотя бы на этот вывод и он промолчал.

Мы снова выдвинулись в сторону крепости, оставив тушу лежать там, где она упала. Вильям больше не изображал раненого и занял место в хвосте группы, а я вышел вперёд и повёл остальных по направлению, которое показывала карта.

Через несколько минут Гордей догнал меня и поравнялся.

— Простите мальца, Ваше Благородие, — тихо произнёс он и покосился назад на Янека. — Молодой ещё, горячий. Я понимаю, как его слова выглядят после всего, что вы для нас сделали.

Я продолжил смотреть вперёд, обходя очередной толстый корень.

— Мы все понимаем, что обязаны вам жизнью, — добавил Гордей. — И долг этот обязательно вернём. Как сможем.

— Я это уже говорил, но повторю ещё раз, Гордей. Сначала выберемся, потом будем разбираться с долгами, — я указал на участок между деревьями, где проход выглядел ровнее.

Гордей замолчал и лишь кивнул.

Перед глазами тем временем почти сразу вспыхнули голубоватые строки.

[Ваша репутация значительно повышена!]

Я на секунду задержал на них взгляд и мысленно смахнул уведомление. Похоже, сегодняшняя прогулка по травы всё-таки решила превратиться в полноценную рекламную кампанию моего баронства и меня как его лорда.

— И насчёт туши я серьёзно, — добавил я, спустя несколько шагов. — Если завтра или потом сможете вернуться и от неё что-нибудь останется, забирайте.

Гордей резко повернулся ко мне.

— Ваше Благородие, но это же вы…

Я поднял ладонь, не давая ему закончить.

— Вы несколько дней гонялись за этой тварью и чуть не полегли всей группой. Стрелы стоят денег, оружие тоже, лечение — тем более. Здоровье вообще дороже всего этого вместе взятого. Если с этой охоты удастся вернуть хотя бы часть потерь, я совершенно не против.

Новое сообщение появилось настолько быстро, что я даже сбился с шага.

[Ваша репутация значительно повышена!]

Я покосился на строки и невольно приподнял бровь. Система сегодня явно была щедра. Или мои слова, действительно, оказали такой поразительный эффект на мужика, что я заслужил сразу два уведомления?

— Тогда хотя бы информацией вам отдам, — Гордей упрямо продолжил идти рядом. — Про лес, про местных тварей, про места вокруг. Я просто так после такого уйти не смогу.

— Расскажешь, расскажешь, — я махнул рукой и перешагнул через упавшую ветку. — Но давай для начала выберемся отсюда живыми и передохнём, наконец-то, в нормальной обстановке.

На этот раз Гордей спорить не стал. Он вернулся ближе к носилкам, а я продолжил вести группу по отметке на карте. Благо с помощью системы я совсем не боялся заблудиться.

Ночь настигла нас ещё в лесу.

Через некоторое время деревья вокруг окончательно превратились в тёмные силуэты, а дорогу приходилось буквально выискивать под ногами. Любой треск ветки заставлял напрягаться, но после смерти альфа-волчицы больше никто за нами не увязался.

Ну, или увязался, но нападать не спешил. Меня устраивали оба варианта.

Впервые за весь день нам, действительно, повезло и мы добрались до опушки без нового нападения, вышли из-под крон и продолжили путь уже по знакомому полю.

Здесь даже ночью двигаться стало проще. Над головой открылось небо с висящей среди звёзд яркой луной, а крепость постепенно проступила впереди тёмным пятном на фоне горизонта.

Когда впереди наконец показались развороченные ворота, я почувствовал, как напряжение понемногу отпускает. Ноги гудели, раны саднили, а озноб за последние часы никуда не делся, но хотя бы лес остался позади.

Мы прошли через ворота и сразу увидели огонь во дворе.

У костра сидел Дементий. Мужчина поднял голову на шум, несколько секунд всматривался в темноту, после чего узнал нас и тут же вскочил на ноги.

Его взгляд быстро прошёлся по мне, Вильяму, незнакомым охотникам и остановился на носилках.

— Ваше Блгородие? — Дементий сделал несколько быстрых шагов навстречу и широко распахнул глаза. — Это чего ж с вами приключилось?

— Потом расскажу, — я сразу указал на Торса. — Сначала ему нужна помощь. Нога разорвана, кровь мы остановили, как смогли, но лучше очистить рану и перебинтовать, плюс ребро сломано. Есть чем нормально перевязать?

Дементий быстро подошёл к носилкам и присел возле раненого.

— Конечно, есть! — он сразу поднялся и махнул в сторону дома. — У нас Марфа, жена моя, не раз меня спасала, коли с охоты побитым возвращался. Несите внутрь, она чего надо сделает.

Тарн и Янек подхватили носилки и направились к дому, аккуратно проходя через дверь. Гордей хотел пойти следом, но задержался возле меня, пока Дементий уже торопливо скрылся внутри.

Я входить тоже не спешил. После целого дня на ногах хотелось хотя бы минуту просто постоять на месте и нормально вдохнуть.

— Ваше Благородие, — Гордей повернулся ко мне, — я у нас старший, вроде командира отряда, если говорить иначе. За мужиков отвечаю, поэтому скажу от всех сразу. Мы этот долг не забудем.

Он говорил спокойно, уже без прежней спешки. Теперь, когда вокруг была крепость, костёр и стены дома, пусть даже всё остальное вокруг и разваливалось, мужчина явно решил закончить разговор, который несколько раз откладывал по дороге.

Гордей прекрасно видел, в каком состоянии находились мои владения. Разрушенные стены, пустые дома и один-единственный жилой двор хорошо показывали, что никакой армии и сундуков с золотом у нового барона за спиной пока нет.

Однако на его отношение это никак не повлияло.

Я спокойно кивнул, принимая слова мужчины, но мысли уже ушли совсем в другую сторону. Что-то в произошедшем за последние минуты неприятно цепляло память.

Вильям, стоявший рядом, сразу заметил выражение моего лица.

— Что-то не так? — он перестал осматривать двор и повернулся ко мне.

Я несколько секунд смотрел на тёмные ворота за нашими спинами.

— Помнишь, когда мы спрятали тушу грифона, кто к нам пожаловал? — я перевёл взгляд на друга.

Вильяму потребовалась всего секунда, чтобы понять, к чему я веду. Он сильно нахмурился.

— Ты думаешь, будет ещё одно нападение? — Вильям повернулся к развороченным воротам и положил ладонь на рукоять меча.