Глава 18

– Мне нужно в уборную, – сказала резко и встала. Краем глаза увидела, как Виктор тут же берет свой телефон. Да к черту!

Я повернулась к нему и уже было открыла рот, как вспомнила – повторная встреча с юристом назначена только через три недели, перед днём рождения Егора. Вот будет подарок ему на праздник, если отец оскотинится и на кураже от раскрытия своего предательства и ссоры выгонит нас с ним из дома. Я сомкнула губы и причмокнула на непонимающий взгляд мужа.

– Не налегай тоже, дорогой.

Отсалютовала ему бокалом и направилась искать ванную комнату, зайдя по дороге на кухню. Поставила на островок бокал и опёрлась руками о холодный гранит, остужая голову. Сердце бешено колотилось в груди. Что я здесь делаю? Зачем продолжаю играть в этот спектакль?

Открыла приложение мужа, пробежалась по последним сообщениям и стиснула зубы.

«Я знаю, что ты ведёшь занятия, Лилечка. Значит, я дождусь тебя и мы поговорим.»

− Долго ждать придётся…

− Заблудилась, Яна? – дверь хлопнула, и в кухню зашёл Давид, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. Я судорожно выключила телефон с перепиской мужа и оттолкнула его от себя, будто меня застали на месте преступления.

− Хочу побыть одна, − мотнула головой в ожидании, когда хозяин дома свалит куда подальше, а я смогу отдышаться и снова пойти в зал.

− Ты сегодня другая… − протянул мужчина, подходя ближе и опираясь на островок поясницей. – Раскрепощённая, мягкая, не дерзишь… − Плеснул воды себе в стакан из графина и задумчиво посмотрел на меня поверх стекла. – Связано ли твоё поведение с тем, что Витя звонил мне днём и умолял соврать тебе о том, что у нас с ним была назначена встреча?

Я вздрогнула снова.

Он знает. Корни предательства и моего унижения начинают расползаться дальше моего мирка. Сначала Милана с блогом, теперь Давид… Скоро и все остальные…

− Ты проницателен, − выдавила я сквозь зубы. – Что же не соврал ради друга?

− Ты умная женщина, Яна, − сказал он расслабленно. – А Витя слабак, который никогда не был достоин тебя, − Давид пожал плечами. − Мне незачем прикрывать такого, как он, а ты уже и так всё знаешь. Так что ты задумала?

− Не твоё дело, − я вздёрнула подбородок. – Но теперь я делаю, что хочу и с кем хочу.

На миг между нами возникла тишина, перебиваемая только тиканьем декоративных часов.

− Значит, хочешь со мной? – Давид хищно улыбнулся, а я промолчала.

Мужчина медленно отставил стакан и приблизился ко мне. Встал позади и прикоснулся к затылку своим носом, прошептал в волосы:

− Ты очень красива, Яна.

Спиной я почувствовала его напрягшееся тело, а через миг он прижал меня к столешнице и почти распластал по ней. Я не видела его, смотрела впереди себя, на двери, за которыми был муж. Рука Давида смяла ткань платья и пробралась за его разрез, погладила кромку чулков.

− Это для меня?

− Да, − выдохнула тихо.

− В чём подвох? Ты думаешь, я благородно остановлюсь? Думаешь, не смогу предать друга и трахнуть его жену? Так ты обо мне думаешь? – я чувствовала его хриплое дыхание шеей, и мурашки растеклись по ней так же стремительно, как рука Давида начала пробираться дальше. – Что я чёртов джентльмен? Чёрта с два, Яна, я хочу тебя так сильно и так долго, что готов взять прямо здесь. Ты плохо меня знаешь, если думаешь… − его голос сбивался и становился всё более звериным, и я закусила губу.

− Я знаю тебя слишком хорошо, − прошептала. – Не заблуждайся.

− Если подвох и есть, то мне плевать, − выплюнул он, и я подавила улыбку.

− Нет, просто тебя я ненавижу меньше, чем своего мужа.

− Вот и славно, − усмехнулся Давид мне в ухо, а потом я пропала.

Он прижал меня к столешнице всем телом, а его пальцы я ощущала там, где замужняя женщина не должна ощущать пальцы чужого мужчины. Прямо поверх кружевного белья.

Стон сорвался с моих губ, когда рука мужчины задвигалась. То, что произошло несколькими мгновениями позже, я списала на продолжительный стресс и слишком долгое отсутствие секса – искры пробежали по всему моему телу, а после меня пронзил разряд, оглушительная вспышка. Я зажала рот ладонью и замычала в неё, как припадочная. Пол ушёл из−под ватных ног, а в голове зашумело, и вот я уже оказалась прижатой к твёрдому телу Давида. Он обнимал меня и гладил по спине, что−то нежно шепча мне на ухо. Я отказывалась верить в то, что может быть настолько хорошо. Что это может настолько правильно ощущаться телом и душой.

Но Давид не дал мне того, чего я от него ждала – я отодвинулась и вопросительно посмотрела на полностью одетого мужчину.

− Видимо, ты всё же плохо меня знаешь, − усмехнулся он, нежно стерев большим пальцем слезинку в уголке моего глаза. – Потому что я серьёзен, когда дело касается тебя, Яна. И не дам использовать себя, как инструмент мести твоему мужу, - одной рукой он продолжал гладить меня по спине, а другой бережно заправил выбившуюся прядь волос мне за ухо.– Я заполучу тебя другим способом. По−настоящему.