лава 45. Знамение

В порту Мемфиса Ненофер встретил двоюродный брат Абракс и Хем — его правая рука, тот самый, что искал Амунет на корабле паломников.— Рассказывай, — бросила Ненофер на ходу, даже не замедляя шага. — Что видел?— На корабле были только семьи. Одиноких путешественников не было, — ответил Хем. — Но я послал весть своим людям. Встретят корабль в порту Бубастиса. Поищут в главном храме Бастет.— Она не поклонялась Бастет, — поморщилась Ненофер. — Но по идее должна была сбежать именно на этом корабле.Она махнула рукой.— Ладно, Анубис с ней. Не суть уже — искать эту девчонку. Вряд ли она будет где-то светиться. Сбежала — так сбежала. Молодец, значит. Шустрая. Твои люди в Бубастисе если не найдут — и не надо больше. У нас есть дела посерьёзнее.Она поведала им о главном: фараон желает товары из Пунта, нужно готовить экспедицию. И её сын едет с ними.Мужчины переглянулись.— Шестнадцатилетний парень в Пунт? — осторожно начал Абракс. — Это плохая идея.— Это не обсуждается, — отрезала Ненофер.Она сообщила о контракте на зерно для армии — но умолчала о восстании в Нубии. Не время. Не место. И не перед этими людьми. Чем меньше знают — тем спокойнее спят.Брат отвёз её на рынок. Там она лично дала инструкции своим людям: как и у кого следует закупать зерно, не привлекая внимания. Тихо. Надёжно. Без лишнего шума.«— Покупайте у мелких торговцев. Не у всех сразу. По мешку тут, по два там. Пусть думают, что для перепродажи. И — никаких записей. Всё на словах».Потом она попросила брата отвезти её в храм Птаха.Она всегда посещала Птаха, когда бывала в Мемфисе.Вот он, Храм. Как всегда, возвышался над городом — огромный, каменный, с колоннами, которые уходили в небо, казалось, до самых облаков. Пилоны — две массивные башни у входа — были покрыты резьбой. Издалека виднелись фигуры богов и фараонов, высеченные в камне. Всё величественно. Всё торжественно.Птах — бог-творец. Тот, кто сказал слово — и возник мир.Ненофер попросила брата остаться снаружи. Вошла одна.Внутри её всегда охватывало чувство благоговения — не страх, но что-то большее. Присутствие того, кто не нуждается в твоих молитвах, но позволяет их произносить.Она подошла к статуе, достала два мешочка с золотыми монетами и рассыпала их на постамент. Золото глухо звякнуло о камень.— Не за себя прошу, — сказала она тихо. — За своих детей.Она закрыла глаза.— Пусть мой сын Баахир вернётся из Пунта. Исполнив свою миссию. Пусть будет целым и невредимым.Она подумала о дочери. Четырнадцать лет. Неяркой внешности — пошла в отца. И хотя девочку назвали Исидой, надеясь на покровительство великой богини, видимо, боги помогают изначально талантливым. А её дочь пока не проявила никаких талантов.Это расстраивало.Муж привлекал её к работе в «Доме жизни». Надеялся, что её что-нибудь увлечёт. Девушка листала книги без энтузиазма, ей явно было скучно. Фолианты, которым тысячи лет, не зажигали в ней огня.— Пожалуйста, — прошептала Ненофер, глядя на каменное лицо Птаха. — Направь мою дочь в правильное русло. Дай ей какие-нибудь способности. Как мать прошу.Вдруг одна монетка соскользнула с постамента. Гулко покатилась по каменному полу — к тёмному углу. И где-то там, в глубине, упала.Она замерла. Сердце на миг пропустило удар — не от страха, от напряжения. Птах ответил? Или просто камень подвел монетку? Что это? Знак? Предупреждение? Случайность?Она так и не поняла. И решила не думать. Не сейчас.Она не знала, что в этот самый момент её дочь в архиве «Дома жизни» — куда отец отправил её протирать пыль с фолиантов — наткнулась на древнюю книгу.Книгу, которая принадлежала самому богу Птаху.На обложке была изображена чаша со змеёй. Из пасти змеи в чашу капала капля яда. Девушка открыла книгу и замерла.Рисунки. Описания древних, замысловатых инструментов. Инструментов, которыми оперировали людей.Что было странно — она понимала все символы. Древний язык, который другие писцы разбирали годами, открылся ей, как родной. Она читала и знала: для чего этот инструмент, как его применять, какие заклинания читать до и после.В тот момент она поняла.Поняла, кем хочет быть. И обязательно станет.Тем, кто оперирует. Кто лечит. Кто спасает там, где бессильны молитвы.Ненофер постояла ещё немного перед статуей. Потом вышла из храма — не оглядываясь.Села в повозку к брату.— На корабль, — сказала она.— Может, заедешь ко мне? — предложил Абракс. — Отобедаешь. Отдохнёшь.— Некогда, — отрезала Ненофер. — Бубастис. Мне надо срочно в Бубастис.Она помолчала, глядя на проплывающие мимо улицы Мемфиса.— Видимо, нынче богиня Бастет всех собирает на свои празднества, — усмехнулась она себе под нос.Брат не ответил. Только хлестнул лошадей.Колеса застучали по камням.Опять корабль.Впереди был Бубастис.