Глава 38

Иван

Две недели спустя

Мы с Дэном выходили из здания областной больницы, где лежал Владик. Врачи в один голос утверждали, что он уже не встанет, а речь не восстановится. Так и останется «овощем». Официально он попал в аварию. Никто, кроме Владика, не пострадал. Просто пьяный подполковник ФСБ решил погонять по городу на огромной скорости. Не вписался в поворот и на всем ходу въехал в бетонное ограждение. Мозг работал, а вот тело больше ему не принадлежало.

Неофициально знали только я, мои друзья и сам Влад. Он сразу понял, зачем я пришел и что с него спрошу, и безропотно подписал документы о разводе.

Он надеялся умереть быстро, но будет жить еще долго. Так, как жили все эти годы мы с Региной. И знать, что сам загубил свою жизнь.

Я вдохнул свежего морозного воздуха, наклонился, собрал в горсть снега и протер лицо. Выдохнул, посмотрел в небо и почувствовал тяжелую ладонь друга на плече.

– Все правильно. Убить было бы слишком гуманно. – Поддержал меня Дэн, – поехали.

– Да, – согласился я.

Мне не терпелось вернуться домой. К моей Регине. Теперь только моей. За последние две недели мы многое обговорили, многое поняли и учились жить вместе. Учились быть семьей.

Я снова взрывался на ровном месте, моя девочка снова вернулась к любимой ей красной помаде и виртуозно вытаскивала из меня все эмоции. Наизнанку выворачивало от любви и нежности к ней. Как и десять лет назад, я бежал со службы к ней. Нигде не задерживаясь. Возможно, только в овощном отделе, чтобы накупить побольше ее любимых мандаринов. В нашей квартире теперь всегда пахло Новым годом – Регина любила раскладывать мандариновые корочки для атмосферы и аромата.

Мы с Дэном сели в его машину, друг завел мотор, а я отвлекся на свой мобильный.

– Привет, Клим, – отчеканил я.

– Господина Горского нашли в собственном доме с пулей в виске. Самоубийство, – буднично сообщил друг, – а вчера счеты с жизнью свел Павлик. Не захотел сидеть, видимо, а может, совесть замучила.

– Понял, – кивнул я и отключился.

– Достали все-таки нашу «проблему», – задумчиво пробормотал Дэн, выезжая на дорогу. – Быстро подсуетились.

– Дорофеев им выдохнуть не дал, – хмыкнул я.

Мы с Дэном расслабились и выдохнули. Все прошедшие две недели, пока Никольский и Дорофеев кошмарили Горского и Павлика, мы старались чаще быть дома и всегда быть на связи с нашими женщинами. На всякий случай предупредили всех, чтобы поменьше выходили на улицу. Они быстро поняли, что к чему, и покорно выполняли все, что мы им говорили.

– Куда мы? – заинтересовался я, понимая, что едем мы не к моему дому.

– За котенком, – сквозь зубы процедил Дэн.

– Лысым? – заржал я, всерьез задумываясь, не купить ли нам с Региной собаку.

– Угу, – подтвердил мой друг, сворачивая во двор обычной многоэтажки. – Мало мне этой крысы, которая теперь с нами спит. Не спальня, а проходной двор, – пожаловался друг, – я жену обнять не могу, потому что между нами эта шерстяная игрушка теперь место занимает.

– Купи ей лежанку, – посоветовал я.

– Думаешь, поможет? – засомневался мой друг.

– Попробуй, – подал я плечами.

– Я быстро, – бросил Дэн и вылетел из машины.

Я же достал телефон и набрал Регине.

– Да, – как-то напряженно ответила моя девочка.

Я встал в стойку и быстро поинтересовался:

– Как дела?

– Нормально, – ровно ответила Регина, – сегодня я ходила с Андреем к доктору. Мы делаем успехи, крохотные, но все же. Он принимает лекарства и проходит терапию. Возможно, он поедет в клинику, там все анонимно, на работе не узнают. Мы с Верой пытаемся уговорить Андрея взять отпуск и поехать туда на лечение. Отзывы хорошие, а деньги мы возьмем с моего счета, те, что оставил папа, – быстро отчеканила Регина, только укрепляя подозрения, что что-то, мать его, не так!

Об этом счете мы с ней тоже говорили. Андрей долго извинялся, что не рассказал о нем моей девочке. Невысказанными остались только его мотивы, но все мы поняли. Это была его «подушка безопасности» на случай тотального проигрыша и еще один способ манипулировать Региной, чтобы оставить ее с Владиком. Без квартиры, денег и работы она была уязвима и легко управляема, что ее муженьку и требовалось.

– Ты дома? – сурово спросил я.

– Да, жду тебя, – подтвердила Регина, а у меня двинуло крышу от беспокойства.

Когда Дэн вышел из подъезда с котенком в руках, подо мной уже дымилось сидение.

– Гони ко мне, – похоронным голосом попросил я.

Дэн посадил лысое нечто мне на колени и дал по газам.

– Что случилось? – обеспокоенно поинтересовался он.

– Понятия не имею, – нервно дернулся я.

– Понял, – кивнул мой друг и увеличил скорость, на ходу доставая свой телефон.

Позвонил Снежке, получил заверение, что у нее все нормально и выдохнул, иногда поглядывая на меня. Я же машинально гладил котенка и торопил время.

Дэн с юзом притормозил у моего подъезда, забрал лысый мурчащий комок из моих рук и предупредил, чтобы я звонил, «если вдруг что». Я выскочил из машины и почти бегом побежал в подъезд, игнорируя лифт.

Влетел в квартиру и замер. Меня встретили тишина и пустота. Я быстро снял обувь, верхнюю одежду и пошел в ванную. Чувствовал, что Регина там. Попытался открыть дверь, но та была заперта изнутри.

Меня подкинуло на месте, а земля ушла из-под ног. Какого хрена происходит?

– Регина, малышка, с тобой все в порядке? – поскребся я в дверь.

– Да, – сразу же ответила она, а я наконец выдохнул воздух из горящих легких.

– Пустишь? – попросил я.

Услышал, как она поднимается, затем тихие шаги, и бледная Регина на пороге ванной комнаты. У меня сердце остановилось, а потом забилось в пятках. И колени ослабли. Схватил ее за плечи и спросил:

– Что случилось? Андрей? Тебя кто-то обидел? Ну не молчи ты, – взмолился я.

И не сразу заметил, что в руке моей девочки что-то было, и это «что-то» она с мольбой протягивала мне.

Опустил голову, поймал ее дрожащую руку за запястье и забрал… Тест. На беременность. Быстро глянул на экранчик, где было указано: «беременна, срок 4–5 недель».

Тест выпал из рук, а у меня закружилась голова. Обессиленно оперся плечом о косяк двери и прикрыл глаза, пытаясь прийти в себя.

– Не молчи, – взмолилась Регина, – пожалуйста, в этот раз только не молчи!..

Твою мать. Еще один привет из прошлого.

Я открыл глаза, схватил Регину и прижал к себе. Слов не было, они застряли в горле, а я понял, что в уголках глаз скопились несколько слезинок. Моего личного счастья, моей эйфории.

– Спасибо, – смог выдавить я, целуя мою девочку в висок.

Вспомнил, что конкретно ее ранило в тот день, когда я узнал о первой беременности, поднял на руки и закружил над полом. Слов все еще не было, мозги отказывались работать, занятые выработкой убойной дозы эндорфинов.

Регина крепко обняла меня за шею и наконец-то счастливо рассмеялась, теснее прижимаясь ко мне. Нам не надоедало касаться друг друга. Наоборот, хотелось все больше.

– Знаешь, – зашептала Регина мне на ухо, когда я поставил ее на пол и снова прислонился к стене, потому что ноги не держали, – кажется, я забеременела в самый первый раз, когда ты только пришел.

– Кто молодец? Я молодец, – гордо продекламировал я.

Протянул руку, обхватил ладонью ее щеку и уже серьезно сказал:

– Нам нужно к врачу, да? Витамины, режим и правильное питание. И свадьба. Наша. Прямо завтра, давай?

– Давай, – сверкнула глазами Регина.

Я сделал шаг к ней, мгновенно загораясь. Потому что на губах Регины снова была красная помада:

– Опять свисток намазала? – скривился я.

Медленно, с особым удовольствием провел по ее губам большим пальцем, вытирая бесящую помаду, оставляя красный след на ее коже. Глаза Регины подернулись дымкой, а она, как и всегда, неосознанно подалась навстречу, кладя руки мне на плечи, и потянулась за поцелуем…