Глава 20. Констанс

Когда профессор Годард назвал победителем месье Леруша, я смогла выдавить из себя улыбку. Да, я проиграла, но только по дополнительному параметру. И хотя это тоже было обидно, по крайней мере, я доказала, что женщины тоже могут владеть магией, и неплохо.

А потом случилось невероятное – сам господин ректор оспорил этот результат! А я даже не сразу поняла, что произошло, и только когда в моих руках оказалась грамота, осознал, что получила стипендию.

Меня поздравляли со всех сторон. Я что-то отвечала, благодарила. Обняла в ответ Анжелику, Эмилию. А сама всё еще не могла поверить, что это – не сон.

Я сочла себя обязанной подойти к господину ректору.

– Благодарю вас за помощь, ваше высочество!

Он чуть наклонил голову и сухо откликнулся:

– Не за что, мадемуазель. Я всего лишь поступил в соответствии с правилами.

И отвернулся, давая понять, что разговор окончен.

Этот вечер мы провели в городе в милом кафе на Ратушной площади. Делились впечатлениями о конкурсах и обсуждали предстоящий новогодний бал-маскарад.

– Жалко, что мы все должны будем быть там в форменных платьях, – сокрушалась Эмилия. – А ведь я сшила для него восхитительное платье – персикового цвета, с кружевами и жемчугом.

– А мне кажется, что это даже хорошо, что все будут в одинаковых платьях, – возразила Анжелика. – Вы только представьте, как неловко среди этой роскоши чувствовали бы себя студенты из небогатых семей.

Но ее высочество такое объяснение ничуть не удовлетворило.

– Но это же праздничный бал! На таких балах всегда принято хвастаться своими нарядами. А как ты можешь вызвать особое восхищение, если в зале будут еще несколько десятков девиц в таких же платьях, как у тебя? А еще я спрашивала у дядюшки о драгоценностях, и он сказал, что он предпочел бы, чтобы мы были скромны как какие-нибудь горничные. Но хотя наши платья и не позволяют надеть колье, уж серьги-то и браслеты нам никто не запретит.

Принц Франсуа рассмеялся:

– Эми как сорока – любит всё блестящее.

Ее высочество обиженно надула губки и даже замолчала на пару минут. Но доев апельсиновый пудинг, сказала:

– А еще скажу по секрету, что на этот бал из столицы приедет папенька. Представляете, как будет встречать его весь Тильзир?

Франсуа укоризненно покачал головой:

– Моей сестре нельзя доверить ни один секрет.

Эми фыркнула:

– Но я же не объявила об этом в аудитории! Я сказала только тем, кому могу доверять. К тому же, об этом всё равно скоро станет известно всем.

На следующий день меня пригласили в деканат и вручили первую повышенную стипендию. Нужно ли говорить, с каким нетерпением я ждала окончания занятий? А когда лекции были прослушаны, и девочки вернулись в общежитие, чтобы отдохнуть, я пошла в город – в книжный магазинчик. Я специально отправилась туда одна – мне хотелось полистать книги, не торопясь, вдыхая аромат типографской краски и наслаждаясь идущей от них магией.

Старенький продавец позволил мне зайти за прилавок и самой поискать нужную литературу на книжных полках. И это было просто восхитительно! Я хваталась то за одну книгу, то за другую, и каждая казалась мне удивительно интересной. «Магические животные мира и места их обитания». «Новейшие артефакты и их свойства», «Теория и практика применения иллюзорной магии», «Руны как способы усиления магической энергии», «Магические порталы: виды, особенности строительства и техника использования». Как можно было выбрать между ними?

На первый раз я решила ограничиться магическими животными и новейшими артефактами. А еще взяла новенькие писчие перья, пачку белоснежной бумаги и несколько промокашек.

Продавец аккуратно упаковал мои покупки, и я вышла из магазина с довольной улыбкой. Но очень скоро я перестала улыбаться. Я купила всего две книги, но каждая из них была большого формата и очень толстой и тяжелой. А до академии мне нужно было пройти несколько кварталов.

Через четверть часа я уже выбилась из сил. А ведь свои перевязанные ленточками покупки в оберточной бумаге я не могла поставить на снег, чтобы передохнуть. Я тяжело дышала, а по спине уже тек пот. Мне нужно было попросить, чтобы книги из магазина доставил курьер, но это случилось бы только завтра, а мне не терпелось начать их читать.

Я уже готова была расплакаться, когда услышала за своей спиной:

– Позвольте, мадемуазель, я вам помогу!

Голос показался мне знакомым. Я вздрогнула, обернулась и увидела прямо перед собой господина ректора.

– О, ваше высочество! Спасибо, не нужно.

Но он уже взял из моих занемевших рук оба свертка, и я смогла вздохнуть с облегчением.

– Благодарю вас, ваше высочество! – я сказала это от чистого сердца.

Он старался идти не быстро, подстраиваясь под мой шаг, и за это я тоже была ему благодарна. А вот его вопрос вывел меня из равновесия.

– Скажите, мадемуазель, какой магический уровень у вас на самом деле?

– Седьмой, – выдохнула я.

– На вступительном испытании вы использовали блокираторы магии? – спросил он и нахмурился, дождавшись от меня подтверждающего кивка. – Ну, что же, я так и думал. А вы хоть понимаете, насколько это может быть опасным? И для вас, и для окружающих. Иногда артефакты не срабатывают, и если это случится на одном из практических занятий по магии, то вы можете случайно ранить кого-то из своих однокурсниц.

Я остановилась, и он вынужден был сделать то же самое.

– Вы отчислите меня, да? – мой голос дрогнул.

А принц Кавелье внимательно посмотрел на меня и усмехнулся:

– С чего вы взяли это, мадемуазель? Конечно, нет. Но вы должны будете посещать дополнительные занятия – я должен быть уверен, что вы умеете контролировать свою магию.

– О, разумеется, ваше высочество! – я едва сдержалась, чтобы не захлопать в ладоши. – Я буду этому только рада. Кто будет моим преподавателем?

Мне показалось, что ректор немного смутился.

– В академии подобные занятия веду только я. Я сверюсь со своим расписанием и сообщу вам, когда мы их начнем.

– Почту за честь, ваше высочество, – пролепетала я.

Мы уже подошли ко крыльцу женского общежития, и принц передал мне мои свертки и открыл дверь. А когда я, еще раз его поблагодарив, уже переступила через порог, он спросил:

– Как дела у вашего фамильяра?

– Хорошо, ваше высочество, – я почувствовала, что краснею.

А ректор улыбнулся и пошел прочь. А мне еще долго казалось, что я слышу, как скрипит снег у него под ногами.