33. Герцогиня де Ламар

Джемма сильно изменилась за эти годы. И дело было даже не в том, что она располнела, а в том, что лицо ее посерело и приобрело некоторую одутловатость. Впрочем, заметив, как она, залпом осушив один бокал, тут же потянулась за вторым, я поняла одну из причин такой перемены.

Маркиза де Преваль тоже явно знала о пагубной привычке своей гостьи, потому что подала знак лакею, разносившему напитки, и тот поспешил отойти от герцогини подальше.

— Я вас оставлю на минуту, — извинилась хозяйка и удалилась встречать других гостей.

Я постаралась улыбнуться как можно более непринужденно. На мне была иллюзия, но думаю, даже без нее в таком состоянии Джемма бы не узнала меня.

— Вы впервые в наших краях, княгиня? — язык кузины уже слегка заплетался. — Надеюсь, вам понравилась Лима?

Я ответила, что столица Линарии восхитительна.

— Рада это слышать, ваша светлость! Надеюсь, у вас будет время посетить и мой салон. Как раз послезавтра я устраиваю поэтический вечер. Приходите — публика будет самой изысканной.

Я поблагодарила ее за приглашение. Музыканты уже занимали свои места, и мы тоже поспешили расположиться на удобном диване у окна.

Исполнявшиеся произведения были мне по большей части незнакомы, и хотя я не могла не отметить превосходный вкус того, кто составлял программу, куда больше, чем музыка, меня в этот вечер интересовали собравшиеся в зале. Я заметила немало знакомых лиц — правда, некоторых имен я так и не могла вспомнить.

— Вы — главная звезда этого вечера, ваша светлость! — шепнула мне на ухо Джемма. — Все смотрят только на вас, — и добавила со вздохом сожаления, — ах, когда-то и я была так же молода и красива!

Думая о моем возрасте, она явно заблуждалась. Но я не стала ей возражать, а вместо этого сказала:

— Думаю, они смотрят не столько на меня, сколько на мои изумруды.

Джемма улыбнулась:

— Нет-нет, не скромничайте, княгиня! Хотя ваше колье великолепно — думаю, оно стоит не меньше того особняка, который вы недавно приобрели.

Я небрежно пожала плечами:

— Понятия не имею, сколько оно стоит.

Теперь я уже знала, на что куплю дружбу кузины — на несколько изумрудов со своих рудников.

Концерт закончился, и гости, благодаря хозяйку за прекрасный вечер, потянулись к выходу.

— Не стоит торопиться, ваша светлость, — Джемма взяла меня под руку. — В такой толпе ждать карету на крыльце придется не меньше получаса. Лучше провести это время в саду.

И она потянула меня совсем в другую сторону. Оказаться после душного зала на свежем воздухе было весьма приятно.

— А ведь когда-то карету герцогини де Ламар подавали первой, — мечтательно вздохнула Джемма. — Да-да, ваша светлость, не сочтите за хвастовство, но я была второй дамой Линарии!

В ее тоне перемешались гордость и разочарование. Ей явно хотелось вспомнить прошлое, и я решила поощрить ее словоохотливость.

— Второй после королевы? — уточнила я.

— Именно так, ваша светлость, — еще один вздох. — Покойная королева Алессандра была моей сестрой. Ах, если бы можно было вернуться в прошлое, скольких ошибок бы я постаралась избежать! Да, вы слышали главную новость этой недели? У его величества, вроде бы, появился сын! Ах, если бы тогда Алессандра родила королю ребенка, всё могло бы быть по-другому.

— Но детей у них не было, не так ли?

— Именно так, — подтвердила Джемма. — Когда после трех лет брака у них так и не появился наследник, пошли разговоры, что их развод — лишь дело времени. Вы же понимаете, насколько шаток трон под королем, если у него нет сыновей и младших братьев. Бедняжка Сандра так страдала из-за этого. У нее с его величеством была идеальная магическая совместимость, и их ребенок мог быть сильным магом. Но что теперь об этом говорить?

Мы дошли до конца дорожки и повернули обратно.

— Надеюсь, вы поддерживали сестру в те тяжелые для нее дни?

Джемма кивнула без раздумий:

— Конечно, ваша светлость! Во многом от их брака зависело и мое благополучие. Быть сестрой королевы или бывшей королевы — это две большие разницы. А вот после смерти Сандры я ошиблась. Я поставила не на ту лошадь, ваша светлость, и проиграла.

Она нервно рассмеялась, но я не успела спросить, что она имела в виду, потому что в нашу сторону шла маркиза де Преваль.

— Как хорошо, что вы не уехали, ваша светлость! — обратилась она ко мне. — Надеюсь, вы свободны завтра днем? Тогда вам непременно стоит поприсутствовать на церемонии, которую вы не увидите нигде более, кроме как в Лиме. Вы наверняка знаете про наш магический источник? И про то, что наш король так неожиданно для себя обрел сына? Так вот — мне сообщили по секрету, что этого мальчика уже привезли в Лиму!

— О! — выдохнула Джемма.

Я же никак не выказала ни удивления, ни восхищения и мысленно похвалила себя за это.

— Угадайте, кто оказался матерью ребенка? — маркиза взяла долгую паузу. — Энрика де Крелон! Впрочем, все именно этого и ожидали.

— Значит, этой интриганке удалось достигнуть цели? — поморщилась Джемма. — Мне даже жаль его величество! Он так долго отражал ее приставания, что я надеялась, она оставила попытки стать королевой.

Это прозвучало несколько грубовато, и маркиза бросила на меня извиняющийся взгляд, словно просила прощения за слова своей гостьи.

— Давайте воздержимся от оценок, ваша светлость! — попросила она. — Возможно, речь идет о будущей жене короля. Ребенка уже доставили во дворец и завтра в полдень понесут к источнику. Конечно, нет никаких оснований полагать, что тот каким-то образом признает малыша, но почему бы не попробовать? Если источник подаст хоть какой-то знак, это избавит мадемуазель де Крелон от нападок со стороны недоброжелателей.

Джемма хмыкнула:

— Кто помешает им сказать, что знак был подан, даже если на самом деле ничего подобного не будет?

Но в этой ситуации маркиза де Преваль была явно не на стороне оппозиции.

— Вы думаете, его величество меньше нас хочет узнать правду? Для него самого будет большим облегчением убедиться в том, что этот ребенок действительно его сын. Но для того, чтобы подданые не осмелились сомневаться в том, что в мальчике течет кровь Эллинаров, церемония будет проведена в присутствии званых гостей. Конечно, туда пригласят не всех желающих, а только тех, кто близок ко двору, но мне уже сообщили, что я получу приглашение. Не сомневаюсь, дорогая Джемма, что и вы тоже.

Но она произнесла это так, словно была уверена как раз в обратном.

— Боюсь, что нет, дорогая маркиза, — обиженно протянула кузина. — С некоторых пор его величество не привечает меня во дворце.

Ее карету подали раньше, чем мою, и я полагала, что это случилось не без вмешательства хозяйки.

— Я добуду приглашение на завтрашнюю церемонию и для вас, ваша светлость, — заверила она меня. — Это будет совсем несложно. У меня неплохие связи при дворе. К тому же, ваша персона вызывает такой интерес, что все будут рады вашему присутствию. Я слышала, вы запрашивали аудиенцию у его величества?

Она бросила на меня любопытный взгляд. Я предпочла ограничиться молчаливым кивком.

— Я была бы рада, если бы между Линарией и Антарией, наконец, наступил настоящий мир. Да, война закончилась несколько десятилетий назад, но наши отношения так и не стали по-настоящему дружескими. Признаться, я надеялась, что именно брачный союз мог бы соединить наши страны. Внучка вашего короля могла бы стать прекрасной парой нашему. Но теперь, полагаю, говорить об этом уже бессмысленно.

Эта маркиза была не так проста, ей явно была не чужда большая политика.

— Вам не нравится дочь герцога де Крелона? — полюбопытствовала я.

Она ответила уклончиво:

— О, нет, мадемуазель де Крелон весьма мила. Но для Линарии брак его величества с иностранной принцессой был бы куда более выгоден — он укрепил бы наши позиции в мире. Впрочем, что бы я об этом ни думала, это не имеет никакого значения. А у вас завтра будет возможность составить обо всём собственное мнение.

Наконец, подали и мою карету, и маркиза сердечно обняла меня.

— Думаю, приглашения пришлют уже утром. До встречи в полдень во дворце.