ГЛАВА 11: ДЕВЯТЬ ДНЕЙ ДО КОНЦА

Марина проснулась на скамейке.

Кто-то накрыл её плащом — тем самым, драконьим. Она села, огляделась. Площадь была пуста. Раннее утро, солнце только поднималось.

Пепел сидел рядом, на спинке скамейки.

— Ты заснула здесь, — сказал он. — Я позвал Элизу. Она притащила плащ из твоего дома.

— Элиза? — Марина потёрла лицо. Всё тело ломило.

— Она волновалась. Хотела отнести тебя в таверну, но я сказал, что лучше не трогать. Ты была на грани магического истощения.

Марина встала. Закружилась голова, пришлось опереться на скамейку.

— Который час?

— Седьмой. Ты проспала двенадцать часов.

— Двенадцать?! — Марина схватила плащ, набросила на плечи. — Мне нужно работать! Искать заказы!

— Тебе нужно есть и отдыхать, — Пепел спрыгнул ей на плечо. — Иначе ты умрёшь раньше, чем заработаешь эти деньги.

Марина остановилась.

Он был прав. Она чувствовала себя выжатой. Магия едва теплилась внутри, как угасающая свеча.

— Хорошо, — сказала она. — Сначала домой. Поем. Потом — работа.

Они вернулись в поместье. Марина съела полдюжины магических помидоров, морковь, огурцы. Запила колодезной водой.

Силы начали возвращаться. Магия разгоралась медленно, но верно.

Она умылась, переоделась, заплела волосы.

Посмотрела на себя в зеркало.

Лицо осунулось. Под глазами тени. Она похудела — платье сидело свободнее. Но в глазах горел огонь.

— Девять дней, — сказала она своему отражению. — Триста пятьдесят пять крон. Я справлюсь.

Она вышла из дома — и увидела у ворот повозку.

Роскошную. Чёрную.

Знакомую.

Сердце подпрыгнуло.

Марина подошла ближе. Из повозки вышел слуга Доминика — тот самый пожилой мужчина.

— Госпожа Светлова, — он поклонился. — Лорд Эшфорд велел передать вам это.

Он протянул свёрток и конверт.

Марина взяла. Слуга поклонился снова и уехал.

Она развернула свёрток. Внутри были продукты. Хлеб, сыр, копчёное мясо, фрукты, мёд. Дорогие, качественные.

Конверт был запечатан чёрным воском с гербом дракона.

Марина вскрыла его.

Внутри — записка.

«Вы работаете слишком много. Ешьте нормально. Силы вам понадобятся.

Если нужна помощь — пришлите Пепла. Я приду.

Д.»

Марина прижала записку к груди.

— Идиот, — прошептала она, но улыбалась.

Пепел обнюхал свёрток.

— Хороший идиот. С вкусной едой.

Марина рассмеялась.

Она отнесла продукты в дом, спрятала записку в ящик стола — зачем-то, сама не понимала.

Потом отправилась в деревню.

Работы было много. Сломанный плуг у другого фермера. Потрескавшееся окно в лавке. Испорченная печь в доме кузнеца.

Марина брала всё. Работала быстро, чётко.

К вечеру заработала двадцать крон.

Двести шестьдесят пять всего.

Осталось триста тридцать пять.

Восемь дней.

Сорок две кроны в день.

Она вернулась домой, съела мясо и хлеб из свёртка Доминика. Легла спать.

Проснулась в полночь от стука в дверь.

Марина спустилась, открыла.

На пороге стоял мужчина. Молодой, взволнованный.

— Вы Марина? Бытовой маг?

— Да. Что случилось?

— Моя жена рожает! Акушерка говорит, нужно магическое обезболивающее зелье, но у нас нет! Вы можете сделать?!

Марина моргнула.

— Я... я не варю зелья.

— Но вы маг!

— Бытовой маг. Я чиню вещи, а не...

Мужчина схватил её за руки.

— Пожалуйста! Она страдает! Я заплачу всё, что есть!

Марина посмотрела в его отчаянные глаза.

— Хорошо. Веди.

Она накинула плащ, взяла корзину с травами с огорода — авось пригодится.

Дом мужчины был небольшим, на окраине деревни. Внутри слышались стоны.

Акушерка — пожилая женщина с усталым лицом — встретила Марину у двери.

— Вы маг?

— Бытовой.

— Не важно. Главное — магия. Ей нужно облегчение. Роды тяжёлые.

Марину провели в комнату. На кровати лежала молодая женщина, бледная, в поту. Она кричала от боли.

Марина подошла, взяла её за руку.

— Я Марина. Я попробую помочь.

— Пожалуйста, — прошептала женщина.

Марина закрыла глаза. Она не знала, как варить зелья. Но она знала, как магия течёт. Как она лечит.

Она положила руку на живот женщины. Представила тепло. Облегчение. Спокойствие.

Золотой свет потёк из её ладони, тёплый, мягкий.

Женщина выдохнула. Лицо разгладилось.

— Лучше, — прошептала она. — Боль... утихает.

Марина держала руку, вливая магию. Акушерка работала быстро, уверенно.

Час спустя раздался крик.

Младенческий.

— Мальчик! — акушерка подняла ребёнка. — Здоровый!

Марина убрала руку, пошатнулась. Муж подхватил её.

— Спасибо, — слёзы текли по его лицу. — Спасибо вам!

Он сунул ей в руки кошелёк.

— Здесь пятнадцать крон. Это всё, что у нас есть.

— Не надо столько, — Марина попыталась вернуть. — Пять хватит.

— Возьмите! — мужчина сжал её руки. — Вы спасли мою жену. Мою семью. Возьмите!

Марина взяла.

Вышла на улицу. Небо начинало светлеть. Рассвет.

Она посмотрела на кошелёк в руке. Пятнадцать крон.

Двести восемьдесят всего.

Триста двадцать осталось.

Семь дней.

Сорок шесть крон в день.

Марина засмеялась. Устало, но искренне.

— Я справляюсь, — сказала она в розовое небо.

Следующие дни слились в один непрерывный поток работы.

Марина чинила, чистила, восстанавливала. Ходила по деревням в округе — Пепел разузнал, где ещё есть работа.

Она работала по двенадцать, по четырнадцать часов. Ела на ходу. Спала урывками.

Каждый вечер пересчитывала монеты.

День шестой: триста крон. Осталось двести восемьдесят. Четыре дня.

День пятый: триста тридцать крон. Осталось двести пятьдесят. Три дня.

День четвёртый: триста пятьдесят. Осталось двести. Два дня.

Марина падала от усталости. Магия истощалась всё быстрее. Даже магические овощи не помогали восстановиться полностью.

На предпоследний день она заработала тридцать крон.

Всего триста восемьдесят.

Осталось сто семьдесят.

Один день.

Марина сидела за столом, уронив голову на руки.

— Я не успею, — прошептала она. — Сто семьдесят крон за день. Это невозможно.

Пепел молчал.

— Попроси Доминика, — сказал он наконец.

— Нет.

— Марина...

— Я сказала нет! — она подняла голову. Глаза покраснели. — Я дошла почти до конца. Я не сдамся сейчас.

— Ты упрямая дура.

— Знаю.

Марина встала. Вышла на крыльцо.

Ночь была ясной. Звёзды яркими.

Она посмотрела на дом. Её дом. Чистый, уютный, живой.

На сад, где росли цветы.

На огород с магическими овощами.

На всё, что она создала за эти недели.

— Я не отдам это, — сказала она тихо. — Я найду способ.

Утром она проснулась от стука в дверь.

Открыла — на пороге стояла Элиза. И ещё десяток жителей деревни.

Томас-фермер. Анна с прялкой. Мужчина, чью жену Марина спасала при родах. Кузнец. Торговка. Другие.

— Что случилось? — Марина растерялась.

Элиза шагнула вперёд.

— Мы пришли помочь.

— Что?

— Мы знаем, что сегодня последний день, — Томас достал кошелёк. — Мы собрали, сколько смогли.

Один за другим они протягивали монеты. Кто пять крон. Кто две. Кто даже одну.

— Вы помогли всем нам, — сказала Анна. — Теперь мы поможем вам.

Марина смотрела на них, и слёзы катились по щекам.

— Я... я не могу взять.

— Можешь, — Элиза сжала её руку. — Это не милостыня. Это благодарность.

Марина пересчитала деньги дрожащими руками.

Восемьдесят крон.

Четыреста шестьдесят всего.

Осталось сто сорок.

Один день.

Реально.

— Спасибо, — прошептала она. — Спасибо вам всем.

— Иди, — Элиза подтолкнула её. — У тебя ещё есть время. Найди последние заказы. Попробуй съездить в Каменный Брод — это соседняя деревня, в пяти милях к северу. Там ярмарка сегодня, много народу.

Марина кивнула.

Надела плащ, взяла корзину и побежала к соседней деревне.

Последний день начался.