ГЛАВА 15: ПЕРВОЕ СВИДАНИЕ

Прошла неделя после бала.

Марина работала в саду, когда у ворот остановилась знакомая чёрная повозка.

Она выпрямилась, вытерла руки о фартук. Сердце подпрыгнуло.

Доминик вышел из повозки. Сегодня он был одет просто — белая рубашка, тёмные брюки, высокие сапоги. Волосы распущены.

— Добрый день, — он улыбнулся.

— Добрый, — Марина сняла фартук. — Что-то случилось?

— Нет. Просто... — он помялся. — Я хотел пригласить вас на прогулку.

— Прогулку?

— По моим землям. Есть места, которые я хотел бы показать. Если вы не заняты.

Марина посмотрела на грядку, которую пропалывала. Потом на Доминика.

— Грядка подождёт. Мне нужно переодеться?

— Нет. Вы прекрасны, — он замялся, — то есть, вы хорошо выглядите. В том, что есть.

Марина усмехнулась. Надменный лорд-дракон смущался.

— Дай мне пять минут.

Она переоделась в чистое платье, заплела волосы, накинула лёгкий плащ.

Вышла. Доминик ждал у повозки.

— Мы поедем?

— Часть пути. Потом пойдём пешком, — он помог ей подняться.

Повозка тронулась.

Марина смотрела в окно. Земли Доминика были красивыми — леса, луга, ручьи. Всё ухоженное, но не искусственное.

— Как давно это ваше?

— Двести пятьдесят лет. Получил, когда стал совершеннолетним по драконьим меркам.

— А до этого?

— Жил с семьёй. С отцом и матерью, — голос стал тише. — Но они умерли сто лет назад.

— Мне жаль.

— Это было давно, — Доминик пожал плечами. — Драконы живут долго. Смерть — часть жизни.

— Но это не делает её легче.

Он посмотрел на неё.

— Нет. Не делает.

Повозка остановилась у опушки леса.

Доминик вышел первым, протянул руку Марине. Она приняла, спрыгнула.

— Куда мы идём?

— Увидите.

Они пошли по тропинке в лес. Деревья смыкались над головой, солнце пробивалось пятнами.

Пели птицы. Где-то журчал ручей.

Марина шла рядом с Домиником. Их руки иногда соприкасались — случайно, но каждый раз что-то тёплое вспыхивало внутри.

— Здесь красиво, — сказала она.

— Это моё любимое место. Я прилетаю сюда, когда нужно подумать.

— В драконьей форме?

— Да. Здесь никого нет. Можно быть собой.

Тропинка вывела их к поляне.

Марина ахнула.

Посреди поляны росло огромное дерево. Древнее, с толстым стволом и раскидистой кроной. Листья были золотыми — не осенними, а настоящими золотыми, переливающимися на солнце.

— Это... что это?

— Драконье дерево, — Доминик подошёл ближе, положил руку на ствол. — Растёт только там, где живут драконы. Ему больше тысячи лет.

— Оно живое?

— Очень. И магическое. Если загадать желание под его кроной и оно искреннее — оно сбудется.

Марина подошла к дереву. Листья тихо шелестели, хотя ветра не было.

— Вы загадывали?

— Однажды. Сто пятьдесят лет назад, — Доминик встал рядом. — Я попросил найти Истинную Пару.

Марина посмотрела на него.

— И?

— Сбылось. Просто пришлось подождать.

Она улыбнулась.

— Вы терпеливый.

— Когда речь о важном — да.

Они стояли под деревом, близко. Золотой свет падал на лица.

Марина протянула руку к стволу, коснулась коры. Тепло побежало по пальцам — не обычное, а магическое.

— Ой, — она отдёрнула руку.

— Что случилось?

— Дерево... оно отозвалось на мою магию, — Марина снова прикоснулась к коре. — Чувствуете?

Доминик положил ладонь рядом с её рукой. На секунду их магии соприкоснулись — его драконья, огненная, и её бытовая, тёплая.

— Дерево резонирует с нами, — прошептал он. — С нашей связью.

Марина закрыла глаза. Её магия струилась свободно, без усилий. Золотистые потоки света танцевали между её пальцами.

— Я никогда не чувствовала её такой... полной, — сказала она удивлённо.

— Полной?

— Обычно, когда я использую магию, она как будто выжимается из меня. А здесь... — Марина открыла глаза, посмотрела на свечение вокруг рук. — Здесь она течёт сама. Как будто всё тело — один большой резервуар силы.

Доминик наблюдал, завороженный. Золотой свет окутывал Марину, делая её кожу сияющей, подчёркивая каждый изгиб.

— Бытовая магия питается от жизненной энергии, — сказал он тихо. — И чем больше жизни в теле, тем больше силы.

Марина провела светящейся рукой по своему бедру, по талии.

— Значит, каждый килограмм — это не лишний вес. Это... батарейка для магии?

— Можно сказать и так, — Доминик улыбнулся.

Марина засмеялась, и магия вспыхнула ярче от радости.

— Игорь говорил, что я растолстела от лени. А на самом деле я накапливала силу для магии, которую ещё не знала, что у меня есть.

— Ваше тело готовилось к новой жизни, — Доминик шагнул ближе, коснулся её светящейся руки. — Оно мудрее, чем вы думали.

Магия обвила их обоих — золотая и серебристо-огненная, сплетаясь в единый танец.

— Мы красиво смотримся вместе, — прошептала Марина, глядя на переплетение их сил.

— Идеально дополняем друг друга.

— Марина, — Доминик повернулся к ней, — можно задать вопрос?

— Конечно.

— Почему вы согласились пойти сегодня? Вы же просили времени.

Марина задумалась.

— Потому что время — это не про отстранение. Это про узнавание. Я хочу узнать вас. Не лорда Эшфорда. Доминика.

— И что вы хотите знать?

— Всё, — она села на траву, прислонилась спиной к стволу. — Что вы любите. Чего боитесь. О чём мечтаете.

Доминик сел рядом.

— Хорошо. Тогда я тоже буду спрашивать.

— Честный обмен?

— Честный.

Марина протянула руку. Они пожали друг другу ладони.

— Начинай, — сказала она.

Доминик откинулся на траву, закинул руки за голову.

— Что вы любите больше всего?

— Тишину, — Марина легла рядом, глядя в золотую крону. — Всю замужнюю жизнь был шум. Игорь, телевизор, его друзья. Я никогда не была одна. А здесь... здесь я могу просто слушать тишину. И это прекрасно.

— Понимаю. Мой ответ — то же самое. Триста лет все чего-то хотят, говорят, требуют. В тишине я могу слышать себя.

— Чего вы боитесь? — спросила Марина.

Доминик помолчал.

— Одиночества. Настоящего. Не физического — его я пережил. Душевного. Когда никто не понимает.

— А теперь?

— Теперь боюсь потерять того, кто понимает.

Марина повернула голову. Их взгляды встретились.

— Я никуда не денусь, — сказала она тихо.

— Обещаете?

— Обещаю.

Доминик взял её руку. Сплёл пальцы.

— Ваша очередь. Чего вы боитесь?

— Снова стать никем, — Марина сжала его руку. — Я была Мариной-женой. Мариной-домохозяйкой. Когда меня вытолкнули в окно, когда я оказалась здесь, я не знала, кто я. Здесь я нашла себя. Марина-магиня. Марина-владелица. Я боюсь потерять это.— Вы не потеряете. Вы слишком сильная.

— Иногда я не чувствую себя сильной.

— Сила не в том, чтобы не бояться. А в том, чтобы действовать, несмотря на страх, — Доминик приподнялся на локте, посмотрел на неё. — Вы каждый день делаете это.

Марина улыбнулась.

— О чём вы мечтаете? — спросил Доминик.

— О семье, — ответила она честно. — Не такой, как была. Настоящей. Где тебя любят не за то, что ты делаешь, а за то, кто ты есть.

— А дети?

— Хотела. Игорь не хотел. Говорил, я плохая мать буду, — голос дрогнул.

Доминик сел, притянул её к себе. Обнял.

— Он идиот. Вы будете прекрасной матерью.

Марина прижалась к его плечу.

— Откуда знаете?

— Потому что вы заботитесь. О доме. О людях. О Пепле, этом вредном коте. Вы умеете любить, даже когда больно.

Марина подняла голову.

— А вы? О чём мечтаете?

Доминик посмотрел ей в глаза.

— Сейчас? О том, чтобы поцеловать вас.

Сердце пропустило удар.

— Это... смелая мечта.

— Слишком смелая?

Марина покачала головой.

— В самый раз.

Доминик наклонился. Медленно, давая время отстраниться.

Марина не отстранилась.

Их губы встретились.

Мягко. Нежно. Без спешки.

Доминик целовал её так, будто она была из стекла. Осторожно, бережно.

Марина положила руку ему на затылок, притянула ближе.

Поцелуй углубился.

Тепло разлилось по телу. Что-то щёлкнуло внутри — как замок, наконец открывшийся.

Когда они оторвались друг от друга, оба дышали тяжело.

— Вау, — прошептала Марина.

— Вау, — согласился Доминик.

Он прислонился лбом к её лбу. Глаза закрыты, дыхание смешалось.

— Я хочу делать это каждый день, — сказал он.

— Каждый день? — Марина рассмеялась. — Амбициозно.

— Я дракон. Мы не знаем умеренности.

— Тогда... — она поцеловала его снова, быстро, — начнём с сегодня.

Доминик улыбнулся. Той самой настоящей улыбкой, которую Марина видела так редко.

Они провели на поляне ещё два часа.

Разговаривали. Смеялись. Целовались.

Когда солнце начало клониться к закату, Доминик встал, протянул руку.

— Пойдёмте. Я приготовил ещё кое-что.

— Что?

— Сюрприз.

Они вернулись к повозке. Кучер достал корзину.

— Пикник? — Марина заглянула внутрь. — Вы серьёзно?

— Я не умею готовить, но мои повара умеют, — Доминик развернул плед на траве. — Садитесь.

Марина села. Доминик начал доставать еду.

Пироги. Фрукты. Сыр. Вино. Шоколад.

— Это целый пир.

— Вы заслуживаете пира каждый день.

Они ели, пили вино, смотрели на закат.

Марина откинулась на плед, глядя в розовеющее небо.

— Спасибо, — сказала она.

— За что?

— За этот день. За честность. За то, что не давишь.

Доминик лёг рядом.

— Спасибо вам. За то, что дали шанс.

Марина повернулась на бок, посмотрела на него.

— Доминик?

— Да?

— Я рада, что упала в этот мир. Если бы не упала — не встретила бы вас.

Что-то дрогнуло в золотых глазах.

— Я каждый день благодарю судьбу за тот портал.

Они лежали, глядя друг на друга, пока небо не потемнело и не зажглись звёзды.

Когда Доминик отвёз Марину домой, он проводил её до двери.

— Спокойной ночи, — сказал он.

— Спокойной ночи, — Марина приподнялась на цыпочки, поцеловала его в щёку. — Приходи завтра?

— Обязательно.

Она зашла в дом, закрыла дверь.

Прислонилась к ней, прижав руки к груди.

Сердце колотилось. Щёки горели. Она улыбалась как идиотка.

— Ты влюбилась окончательно, — сказал Пепел с лестницы.

— Да, — Марина засмеялась. — Кажется, да.

— Это хорошо?

— Это страшно. Но хорошо.

Она поднялась в спальню, легла в кровать.

Закрыла глаза — и всё ещё чувствовала его губы на своих.

А где-то в чёрном замке Доминик стоял у окна, смотрел на звёзды и улыбался.

Впервые за долгое время он был по-настоящему счастлив.