Глава 13

– Сколько выпила? – Не знаю. – Вита посмотрела на пластинку с таблетками. Из пяти отделений четыре были пусты, но она не могла вспомнить, когда их принимала: сейчас, утром или вчера. Все было как в тумане. Странное состояние, как при головокружении, но без головокружения. Все казалось приглушенным, звуки, цвета, чувства, даже страшное лицо из прошлого. Она его узнала, не могла не узнать. Петр Застрожный, друг брата, друг… Мысли плавали в киселе, теплом, как океан на заре жизни, когда в его глубинах только зарождались странные существа, после населившие землю. Если бы не таблетки, она наверняка бы снова с собой что-нибудь сделала. Вита поднесла пальцы к щеке и провела по царапинам, она не помнила, как нанесла их. Но теперь картинка складывалась. Детский крем ей мог прислать только один человек, тот, кто затеял все тогда. Тот, кто взял его со стола, за которым она с начальной школы делала уроки. Петр Застрожный. Надо рассказать все Филиппу. Он ее защитит. Он… рассказать что? Что мужик, который поимел ее до мужа, снова этого хочет? А иначе зачем ему присылать крем и приходить сегодня в клуб? И как она себе это представляет? Дорогой, кажется, у тебя появился соперник. Ты не злись, я же тебе верна, я же твоя, только твоя, но не только… Они были у нее первые. Они трое, а не Филипп. Вита моргнула. Вдруг заметила, что Филипп все это время был рядом с ней, сидел на стуле напротив дивана, на котором она полулежала, сжимая в пальцах пластинку с таблетками, прикрытая его пиджаком. Они были в ее новом кабинете в клубе. Здесь все еще пахло их близостью. Интересно, а в ее спальне в родительской квартире еще пахнет изнасилованием? Что за бред… – Родная, нам пора домой, – сказал Филипп очень тихо. – Тебе надо поспать. Муж встал, помог подняться ей, поддерживал, пока вел к машине. Мастер ждал у «Роллс-Ройса». Когда Филипп устроил Виту на заднем сиденье и прикрыл дверь, чтобы она не слышала, тихо сказал: – У него было премиум-приглашение, выданное Аркадию Пеку. Охрана пропустила, ничего не заподозрив. –Черт. – Филипп устало провел по волосам. – Долго он был в клубе? – Достаточно, чтобы увидеть все. – Мастер нахмурился. – Сейчас изучают записи с камер, но уже понятно, что он явился в клуб, чтобы встретиться с некоторыми вашими… друзьями, с которыми очень непросто встретиться в их обычной среде. – С-с-у-ука, – протянул Филипп, да, наглости мудаку не занимать, договариваться о свержении короля у подножия трона – это надо иметь железные яйца. Если бы он не изнасиловал Виту, Филипп даже зауважал бы его как врага. Премиум давал доступ не только к представлениям Мастера, но и в закрытые для гостей помещения, предназначенные только для воротил теневого бизнеса. – Мне нужны все имена, с кем он встречался. Мастер кивнул. – Как она? Филипп неопределенно мотнул головой. Плохо. Мастер не знал про изнасилование, но когда женщина, которую он любил, едва не упала в обморок, странно было бы, если бы он не поинтересовался. А он любил. Филипп видел это, но также знал, что Мастер никогда не перейдет границ дозволенного. – Смени охрану, – велел он, прежде чем сесть в машину. Когда подъезжали к особняку, мобильный тихо завибрировал, Филипп недовольно поморщился, увидев имя на дисплее: «Шило». Не до старого босса ему сейчас, с другой стороны, Шило не станет звонить на рассвете, если не случилось что-то из ряда вон. Филипп принял вызов. – Доброе утро, Харон. – Старик не признавал новое погоняло Филиппа, называл по старинке, так как сам его назвал когда-то. – Беда у меня, Филипп. – Слушаю. Повисла долгая тишина, Шило собирался с силами. Машина припарковалась у крыльца, но Филипп ждал. Вита дремала у него на плече. – Мою Верочку убили сегодня, Филипп, и мальчика моего, Женечку. Да что ж за ночь сегодня?! Филипп не знал, что ответить. Раньше бы сухо посочувствовал, помощь предложил гадов найти и покарать, а теперь слов не находил. Сразу же о своей семье подумал, не дай Бог с ними что-нибудь случится. – Ты где? – спросил Филипп. – Дома, Филипп, с ними. Они всех моих накрыли, всех. У меня из людей только те, кто со мной в Питере были. Филипп… – голос задрожал. – Филипп, я же без них… я же… как же я теперь без них?.. Филипп прикрыл веки, ему нечего было ответить. Он не знал, крепче прижал к себе Виту, вдохнул глубоко, уголки глаз защипало. – У меня поживешь, нельзя тебе одному. – Филипп ушел от ответа. – Я сейчас людей пришлю, как дома кое-что улажу, сам приеду. Только глупостей не делай. Костолом с тобой? – Да, – ответил Шило. – Дай ему трубку. Спустя несколько секунд в динамике прогудел знакомый голос: – У аппарата. – Оружие у старика забери, вещи прикажи его собрать, у меня пока поживете, вы с ребятами в гостевом, Шило в доме. Сами домой не заезжайте, могут пасти, все что нужно дадим, купим. Паш, у нас война. – Угу, война – мать родна. – Береги его, пока мои не подъедут. – Угу. Костолом отключился. Война. Да, ему объявили войну. И пока враг выигрывает. На мобильный одно за другим посыпались сообщения. Обчищен склад с оружием, сожжена лаборатория дизайнерского мета, убит Яхъяев со всеми людьми. Шпинь и Левобережный перешли на сторону Застрожного. Поправка. Выигрывает с огромным перевесом. А у него связаны руки. Потому что теперь не только о себе думать должен, но и о семье. Если с ним что-нибудь случится, кто о них позаботится? Тимка? О нем самом еще печься надо. Ладно. Не в первый раз из дерьма себя за косичку вытягивать. Решать проблемы будем по одной, сначала о жене позаботиться надо, потом о старом друге, а там и врагу яйца оторвать можно.