Глава 45

– А сегодня в нашей компании целых два повода собраться за таким богатым столом, – слово взял Костя. Говорить красиво он, правда, так и не научился. Зато искренне. – Мы празднуем такой прекрасный весенний праздник и очень рады, что вы, дорогие наши дамы, у нас есть. И провожаем в декрет, ну кто бы мог подумать-то, Эмилию Максимовну.

На кухне раздались радостные выкрики и аплодисменты. Боже, сегодня она уходит в декрет. Сама в шоке, что прошло уже семь месяцев. Даже чуть больше. Да она уже ходит почти как утка, и живот перевешивает.

– Рано радуетесь, – влез сияющий Глеб. Конечно, не на его органах периодически скачет дочь! – Эмилия Максимовна хоть и уходит в декрет официально, но присматривать за вами все равно будет.

– Буду-буду, – подтвердила она, довольно улыбаясь. Декрет удалось оттянуть на три недели, а так бы уже давно дома от скуки стены грызла. – Удаленка прекрасная вещь, не находите?

Среди собравшихся раздались смешки. Декрет декретом, а контроль остается.

– Буду с дивана за всем следить, – и Эмилия даже не шутила. Просто так дома сидеть? Да она от скуки взвоет! И пусть Ветринский не рассчитывает, что отвлечет ее ремонтом. А еще пусть не рассчитывает, что все делать будет сама, а ему только карточку ей отдать. Вот уж нет. Магазины она не очень любит, так что страдать будут вместе. В конце концов, чья там дочь ночами буянит? – Так что расслабляться не стоит.

– Грозная зефирка, – очень тихо шепнул ей на ухо Глеб. Отдыхать в декрете Эмилию уговорить не удалось. Собственно, он не сильно-то и надеялся. Зато подушку прикупили еще одну. Ну не таскать же сверху вниз и обратно? Веник хоть и гад, но с подарком угадал. Но эти вырвиглазные цвета Глеб ему до конца еще не простил. За что и отправил в подарок его дочкам огромные и очень яркие мягкие игрушки. Девчонкам стопроцентно понравится, ну а такого опытного отца кислотные цвета шокировать не должны.

– И не мечтай зажать премию, – ехидно ответила Ягодка. Глеб не смог сдержать нервный смешок.

– И в мыслях не было, – поспешил успокоить грозную Ягодку, сейчас такую смешную и пухленькую, всю такую кругленькую. Конечно, беременность доставляла неудобства, и вообще это не так романтично, как пытаются показать фоточками и фильмами, иногда это просто ужас что такое, но приходилось относиться к этому философически, иногда втихаря грызя успокоительное. Ну или выпивая его же.

Вот и сейчас строит из себя жизнерадостного идиота, потому что беременным нужны положительные эмоции. А еще мысленно прикидывал, как будет запихивать в машину букеты, если вдруг Ягодка решит забрать их все. Мужики ее отдела прям расщедрились и теперь там цветочный магазин. Ну вот почему таким вроде как умным не хватило мозгов подарить один большой букет?

Накануне праздника настроение было нерабочим, а рабочий день сокращенным. Улыбающаяся Ягодка походкой утки вышла на крыльцо бизнес-центра и зажмурилась от весеннего яркого солнышка. Ощущения были… странными. И как-то так вдруг страшненько стало.

– Все хорошо? – Глеб будто почувствовал ее волнение, тут же оказался рядом, хотя пошел вперед, чтобы положить в машину букеты. Еще охапку где-то там нес Кощей.

– Да, – кивнула Эмилия и улыбнулась. Похоже, просто гормоны шалят. Вдруг Глеб как-то весь напрягся и даже прищурился, вглядываясь куда-то ей за спину. Обернувшись, она увидела остановившегося Мирона. Мужчины сверлили друг друга взглядами, но стоило заметить ее живот, как Арсенин грустно хмыкнул, тряхнул головой и почти бегом поспешил к парковке.

– Поехали домой, – нервно проговорил Глеб, беря ее под руку. Эмилия никак не стала комментировать произошедшее. Свой выбор она сделала и никого не обманывала.

– Поехали, – квартира Глеба и вправду уже воспринималась как дом. Особенно в свете маячившего ремонта.

Который и начался через неделю после праздника. Глеб, прикрываясь делами, в магазины ездить отказывался, ссылаясь на то, что все можно заказать и по Интернету.

– А пощупать? – Эмилия была намерена все-таки затащить его в гипермаркет. В воспитательных целях.

– Привезут и пощупаешь, – отбивался Глеб из последних сил. Потому что сегодня выходной, потому что за окном чудесная погода, потому что Ягодка точно знает, что срочных дел у него нет и поводов отмазаться тоже!

– Так, Ветринский, дочь чья? – Эмилия уперла руки в бока и пузико еще больше выпятилось. Ну все, сейчас будет скандал.

– Ну, моя, – не стал отказываться. Но на всякий случай поднялся с дивана и очень медленно стал отходить за него.

– А ремонт мы делаем для кого? – очень спокойно и очень ехидно задала Эмилия следующий вопрос.

– Да понял я, – Глеб, вздохнув, взъерошил прическу. – Иди одевайся, едем в магазин.

Сверкнув победной улыбкой, Эмилия потопала переодеваться. На самом деле она уже все присмотрела по списку, и нужно действительно только съездить посмотреть. Но это не мешает ей немного поиграть на нервах Глеба.

Впрочем, на нервах Глеба пытался играть и старший бригады, прося угомонить Эмилию. Она следила за работами как привыкла, и у рабочих не было и шанса нарушить сроки или технологии. За все грозилась содрать штраф. На что Глеб спокойно ответил, что если не хотят денег, то могут быть свободны, им то дел на пару недель, а ему с этой женщиной еще жить. Так что для него выбор очевиден.

– Красота, – довольная Эмилия внимательным взглядом обводила готовую детскую. Буквально десять минут, как ушел клининг, и все сейчас сверкало чистотой. Светлая уютная комната в теплых нежных оттенках без вырвиглазных цветов. Мебель, игрушки, ковер – к появлению маленькой принцессы все было готово.5ebdbc

– Тебе понравится, – Глеб, опустившись на колени перед Эмилией, прижался щекой к тугому животу. За что чуть не получил в нос. – Женщины! – вздохнул тяжко. – Еще не родилась, а уже вредничает. Ты чего дерешься? – спросил строго. Маленькая пяточка снова натянула кожу.

– Если вы не прекратите, сейчас ругаться буду я, – Эмилия решила прекратить этот беспредел. Им весело, а страдает она. – И вообще, Ветринский, не так я себе представляла будущее, устраиваясь к тебе на работу. В перспективе я собиралась занять место технического директора, а не уйти в декрет.

– Все претензии к Косте, – Глеб легко переложил всю ответственность на зама. – Знать не знаю, чего он тебе там обещал. У нас даже должности техдира нет в штатном расписании.

– Будет, – зевнула Эмилия. Глеб поднял на нее взгляд и понял – обязательно будет. Но сначала нужно ему как-то дожить до родов. Осталось то вот буквально неделю и он очень нервно реагировал на каждый стон Эмилии, да и просыпался по сто раз за ночь.

А в ту самую ночь его срубило так крепко, что не сразу и глаза продрал, когда Эмилия начала его распихивать.

– Ягодка, рань такая, – проворчал он, отворачиваясь на другой бок. – Встану я на эту работу. Встану…

Но вставать не собирался. Черт, он начальник, а эта гиперответственная женщина даже в декрете расслабиться не может.

– Глеб, дурак! – и удар подушкой. – Я рожаю!

– Как рожаешь?! – он спросонья так резко вскочил с кровати, что аж грохнулся на пол. Эмилия сидела, часто дыша и придерживая живот руками. – Четыре утра только!

– А-ах, извините, – раздраженно буркнула Ягодка, морщась от боли. – З-звони давай!

И тут он окончательно проснулся. Схватился за телефон, набрал врача. Оставалось только одеться и спуститься, скорую уже отправили. Эмилия постанывала и так сжимала его руку, что удивительно, как вообще не сломала. Дорогу в больницу он не запомнил, как и последующие несколько часов.

– Пойдемте, – кто-то дотронулся до его руки, привлекая внимание. Молоденькая медсестра. – Уже можно пройти в палату, – спокойно говорила она, мягко улыбаясь. Новоиспеченные папашки в основном всегда такие нервные и пугливые.

Глеб подскочил так резко, что чуть не сбил медсестру с ног. Ему казалось, что она невозможно медленно ведет его в палату. Он весь извелся, переживая за своих девочек. Теперь у него в жизни будут две потрясающие женщины. Точно поседеет раньше времени.

Эмилия полусидела в кровати, держа на руках их дочку. Выглядела она очень усталой, с темными кругами под глазами, какая-то уж очень бледная.

– Ульяна Глебовна, папка твой пришел, – произнесла она ласково, поглаживая крохотные пальчики девочки.

– А чего она такая… сморщенная и красная? – Глеб не смог скрыть удивления. – По телеку они не такие.

– А ты родился прям сразу с прической и в костюме, – раздраженно припечатала Эмилия. – Через пару месяцев станет как в телевизоре. Ей несколько часов от роду.

Глеб смутился, а за его спиной тихо хихикала медсестра.

– Дочку на руки возьмете? – спросила она.

– А можно? – ошарашенный Глеб обернулся к медсестре.

– Можно, – кивнула та. – Я помогу.

Ульяна Глебовна буквально утонула в больших руках отца. И даже минуту вела себя тихо. Потом смешно сморщила крохотный носик, поджала губки и выдала такой ор, что Глеб застыл испуганным сусликом и даже дышать перестал.

– Я ничего не делал, – испуганно произнес он, переводя взгляд больших испуганных глаз с Эмилии на медсестру. У шокированного папаши дочку забрали и передали матери, а его самого отправили домой – лечить нервы. Что он и сделал в компании Веника и Кости.

Позже Глеб ворчал, что женщины, даже если им всего ничего от роду, умеют добиваться своего. Первой пострадала его ухоженная бородка, которую пришлось сбрить. Маленькой принцессе она категорически не нравилась. Папка должен быть гладко выбритым и точка! Потом пришлось укоротить прическу. Эти детские пальчики такие цепкие! Так что выбор был невелик – или стричься, или выдерут половину волос. Эмилия, наоборот, волосы отрастила, но собирала их хвост или шишку на затылке. Серьги, цепочки, телефоны – за всем приходилось следить тщательно.

А уж когда Ульяна Глебовна начала ползать, а потом ходить… его жизнь превратилась в сплошной квест! И на диванчике в кабинете теперь иногда дремал он сам. Но что бы ни натворила мелкая шкода, стоило только посмотреть на папку синими выразительными глазами, как он сдавался сразу и безоговорочно. Хитрая мелочь быстро поняла, что за звонкое «Па!» может вить из него веревки и пользовалась этим без зазрения совести.

Да, теперь у него две потрясающие женщины – блондинка и брюнетка. И обе потрясают его нервную систему и счет в банке. А он их просто любит как никогда и никого.