Глава 15

Глеб

– Ну что, Крымов, во сколько самолёт? – спрашивает Олег, присаживаясь рядом со мной на диван. Мы сидим вдвоём в его кабинете после тяжёлой операции и пьём остывший чай.

– В три ночи, – отвечаю я, разминая затёкшие мышцы спины и шеи.

– Поезжай домой, – на часах начало девятого.

– Не хочу, – и я не лгу. Я вторую ночь ночую в клинике и сегодня домой не поеду. Пока Марина в моей комнате, не буду там появляться. Я не хочу давать ей лишние надежды на то, что мы можем возобновить наши отношения. Может, я нагнетаю, и Марина вовсе и не думает об этом, всё равно хочу перестраховаться. Ночью я улечу в отпуск, Марина к концу недели переедет к себе, и мы снова перестанем общаться и видеться. Всё наладится. – Я в аэропорт поеду прямо из клиники.

– А вещи?

– С собой. У Насти в кабинете сумку оставил.

– А что не у Ольги? – Олег удивлённо смотрит на меня. Да, он знает, что я не упущу никакой возможности уединиться с Ольгой.

– Оля меня избегает – вздыхая, говорю я. – Даже из лифта сегодня выскочила, как только я вошёл.

– Накосячил?

– Не косячил я. Просто тут такая нелепая ситуация вышла.

– Какая?

– Я, кажется, нравлюсь её дочери.

– Ого, – друг присвистнул и уселся поудобнее, готовясь к жарким подробностям. – Факты.

– У неё есть мой номер телефона, и она мне звонит. И последний раз это произошло при Ольге.

– Ольга решила, что ты и Вита встречаетесь? – выдвинул предположение Олег.

– Хуже. Она решила, что я, мудак, совращаю её малышку и сам при этом не забываю ухлестывать и за мамочкой.

– А это не так? – Олег внимательно смотрит в мои глаза, пытаясь просканировать мои эмоции.

– Нет, конечно. Я даже не знаю, откуда у Виталины мой номер телефона. Но предполагаю, что выписала из телефона Ольги, – Олег ждёт продолжения, а мне хочется высказаться, устал носить это в себе. – Впервые она мне позвонила из ночного клуба пьяная и в слезах, её пытались изнасиловать. Я сорвался за ней. Забрал, привёз домой, проводил до этажа, помог открыть дверь, завёл в квартиру, и тут нас застукала мама Оля.

– О, представляю, что она подумала о вас.

– Тут и представлять не надо, всё же и так понятно, ну, для неё. В её же голове картинка сложилась так, как ей надо, и похер, что это не так. А тут её доченька опять подлила маслица в костер Ольгиных сомнений. Я оставил у Ольги в кабинете телефон на зарядке, и в этот момент на него пришло сообщение от Виты. Оля тут же решила, что я обманул её и тайно встречаюсь с Виталиной. Я не стал ничего объяснять: во-первых, бесполезно, так как паззлы в её голове опять сошлись, а во-вторых, оправдываться, когда не виноват, это стрёмно. Я позвонил Вите и разговаривал с ней по громкой связи при Ольге, и она слышала наш разговор от начала и до конца, – Олег одобрительно кивнул мне, я и сам знаю, что поступил правильно. – Вита сделала вид, будто по ошибке написала мне сообщение, а я сделал вид, что поверил. На корню оборвал все её попытки продолжить разговор. После чего Ольга даже извинилась передо мной за то, что влепила мне пощёчину.

– Она что сделала?

– Приложилась своей ладонью к моей щеке совсем не так, как я мечтал.

– Серьёзно! Не ожидал от Ольги Александровны подобного всплеска эмоций. Думаешь, приревновала?

– Надеюсь, хотя она отпирается, – улыбаюсь, вспоминая её грозный взгляд в этот момент.

– Ещё бы она призналась. По твоему рассказу складывается, что ситуация прояснилась, почему тогда Оля от тебя бегает?

– Понятия не имею. Да я и сам её избегаю.

– Почему?

– Не хочу опять попасть в неловкую ситуацию из-за её дочери.

– Она не успокоилась? Звонит тебе.

– Пока не звонит, но пишет, – достаю сотовый из кармана халата и протягиваю другу. – Читай, что я получил вчера ночью.

Друг открывает сообщение и читает вслух:

– «На небе звёзды, в голове мысли, в глазах слёзы, а в сердце – Ты…»

Ольга

– Дочь, просыпайся, – кричу из коридора, натягивая сапоги. – Умывайся, завтракай, я побежала на работу.

– Почему так рано-то? – потягиваясь, из комнаты выходит заспанная Виталина.

– Ты сама просила тебя разбудить, чтобы ты не опоздала на экзамен. А мне сегодня нужно пораньше на работу, у нас министерская проверка, надо подготовиться.

– Выходит, и у тебя сегодня экзамен.

– Точно – экзамен. Ну всё, я побежала, – чмокаю дочь в щёчку. – Обязательно позавтракай, я уже накрыла.

Не люблю проверки, они, действительно, как экзамены. Только во взрослой жизни не выдают билетов с готовыми ответами и невозможно написать шпаргалки. Инвентаризацию на складе я закончила вчера, все журналы заполняются вовремя, и здесь замечаний не должно быть, но проверяющие всегда найдут, к чему прикопаться. Работа у них такая. Всё понимаю, но нервничаю, как школьница.

– Доброе утро, – приветствую охранника, расписываюсь в журнале и получаю ключи от кабинета.

– Доброе утро, Ольга Александровна. Вы сегодня рано, прям как главный.

– Коршунов здесь?

– Уже два часа как. Ходил по коридорам, как приведение, в каждый угол заглядывал. Сейчас у себя сидит.

– Ясно.

Виталий Петрович, как и я, не выносит проверок, даже за столько лет работы никак не смог к ним привыкнуть. Иду в ординаторскую, наливаю крепкий кофе для себя и зелёный чай для начальника, иду к нему в кабинет.

– Можно, Виталий Петрович? – спрашиваю я, приоткрывая немного дверь.

– Входи, Олечка, – он сидит в своём кресле и перебирает уставные документы, штатное расписание и приказы по персоналу.

– Я Вам чай налила, – ставлю перед ним кружку.

– Спасибо, – смотрит на наручные часы. – Ты сегодня рано.

– Так проверка же, – присаживаюсь напротив и делаю первые глотки кофе. – Во сколько обещали быть?

– Неизвестно, – убирает документы со стола, достает из тумбочки шоколадку, разламывает её и кладет около меня. Благодарно киваю и беру дольку. Мой любимый пористый, молочный. Он тоже пьёт чай, но шоколад

не ест, тяжело вздыхает, смотря в окно. – Могут с утра, а могут прийти за пять минут до окончания рабочего времени.

– Держат нас в тонусе.

– Я бы сказал, в напряжении. Староват я уже для подобных встрясок. Давление ни к черту. Да и нервишки шалят.

– Не наговаривайте на себя. На счёт давления Вы, конечно, правы, но тут сами виноваты. Кто Вам мешает прокапаться. На пару часов в кардиологию поднялись, процедуры сделали и обратно в кожаное кресло. Вы как сапожник без сапог, в самом-то деле.

– Права ты. Да когда мне, телефон трезвонит ежеминутно. Пообедать некогда, а тут на несколько часов уйти надо.

– Отговорки. Я Вашей жене позвоню.

– Умеешь убеждать. После проверки пройду курс лечения, обещаю. Ты-то как? – внимательно смотрит прямо в глаза.

– К проверке всё готово.

– У тебя всегда всё идеально, не только перед проверкой. Но я тебя не о работе спрашиваю. С Виталиной наладились отношения?

– Сейчас – да, – вздыхаю я. – Но не могу сказать, что завтра ситуация не изменится.

– Ты хорошая мать, Оля. Помни об этом и не отчаивайся.

– Стараюсь.

– Вот вы где прячетесь, – в кабинет бесцеремонно входит Мартынов, обрывая главного на полуслове.

– Как дежурство? – спрашивает начальник.

– Спокойно. Один несостоявшийся велогонщик поступил ночью в травматологию, – садится рядом со мной, забирает мой кофе и делает несколько глотков. – Божественно.

– Олег, хирургия к проверке готова? – интересуется Коршунов.

– Всегда готова. Кстати, Света с Юлей уже пришли. Тоже инспектируют свои отделения.

– Вот за это я вас и люблю, мои хорошие. Вас даже подпинывать не надо, сами знаете, что и когда нужно делать, – восхищается начальник и немного расслабляется.

– Я пойду, – встаю со своего места, хочу забрать свою кружку, но Олег отодвигает её от меня. Ладно, пусть допивает.

Выхожу из кабинета и иду в сторону регистратуры. Беру со стойки журналы, ещё раз проверяю и заполняю. К приёмному отделению подъезжает машина скорой помощи. Ну всё, начался рабочий день.

– Доброе утро, Ольга Александровна, – приветствует меня врач из скорой помощи, передавая мне сопровождающие документы.

– Доброе ли, Игорь Степанович? – смотрю на парня, которого завозят на каталке в приёмник. – Кого вызывать?

– Кто сегодня в хирургии дежурит?

– Мартынов.

– Мартынов – это хорошо, – доктор смотрит на пострадавшего. – Слышь, Ромео, будет у тебя самый лучший врач.

– В первую смотровую везите, – говорю санитарам. – Почему Ромео? – спрашиваю у врача.

– Так он из-за девушки своей с третьего этажа сиганул. Как жив остался – вообще поражаюсь.

– Пьяный?

– Три и две промилле.

– Ого. Значит, вызываю хирурга и травматолога.

– Зови обоих.

– Дашенька, вызови заведующих отделений травматологии и хирургии в первую смотровую, Мартынов у Коршуного, – обращаюсь в регистратору. Девушка послушно поднимает трубку внутренней связи.

– Сейчас его Джульетту привезут. Таблеток наглоталась. В коме. Она, кстати, беременна, думаю, плод уже погиб.

– Предупрежу Светлану.

– Ну ладно, поехали мы. Новый вызов.

– Берегите себя.

Игорь Степанович на скорой работает всю свою жизнь, для меня он герой моего времени. Чего в его профессиональной жизни не было, но он ни разу не усомнился в выборе своей профессии. Свято служит ей. Он и спасал детей на озере, ныряя зимой в прорубь. И защищался от пьяного, который бросался на него с топором, не подпуская к избитой им жене. И принимал роды прямо посреди трассы, когда ехал с семьёй в отпуск. Не смог проехать мимо аварии. Помог, спас трёх человек до приезда коллег из ближайшего населённого пункта. Провожаю взглядом мужчину и мысленно желаю ему здоровья и долгих лет жизни, потому что именно на таких, как он, ещё и держится наша медицина.

Захожу в смотровую. Парень в бессознательном состоянии бормочет что-то. Ставлю капельницу, чтобы нейтрализовать алкогольное отравление. Держу его за руку и регулирую колесико на системе. Неожиданно парень начинает метаться и орать. Я изо всех сил хватаю его за плечи, чтобы не упал с высокой кушетки и не повредил себя ещё больше. Но куда мне справиться с мужчиной, да ещё и пьяным. Не замечаю, как он вырывает из руки иглу и попадает ею мне в ладонь. Быстро выдергиваю её, замечая кровавую ранку. Стойка с лекарством падает, и стеклянный флакон разбивается вдребезги. Я стою в луже лекарства, держа в руке иглу, в голове шум. В смотровую врываются санитары и врачи. Скручивают пациента, насколько это возможно. Ставить укол успокоительного бесполезно, не подействует, в крови столько алкоголя, что сейчас ничто не подействует. Поэтому мужчины привязывают пациента ремнями к кушетке. Быстро выхожу оттуда и бегу в свой кабинет. Промываю рану, обрабатываю. Судорожно вспоминаю, что ещё нужно предпринять.

– Ольга Александровна, – врывается Даша с регистратуры. – Проверяющие пришли. Вас вызывают к главврачу. Срочно.