Глава 35

Киллиан

Зря я взял Рубину с собой на бал. Очень пожалел об этом.

Ведьма не умеет держать себя в руках. Ее ненависть к драконице, что погубила ее брата, плещется через край. Рубине нужно было просто мило улыбаться и танцевать со мной время от времени. Одиночкой я вызвал бы больше подозрений и не мог бы сосредоточиться, думая о ней, не видя перед собой.

Дракон и тот перестал сопротивляться, сдавшись на милость ведьме под влиянием зелья. Столько красавиц на балу, а я вижу лишь одну свою лжеистинную. Но не время расслабляться.

Я исподволь поглядывал на Ананту. Красивая особой ледяной красотой. И непреступная. Сложно будет подступиться.

Руби другая. Она теплая, как маленькая птичка. Как само сердце. Ее самоотверженная любовь к брату вызывает искреннее восхищение.

Я прекрасно видел, куда нацелился император. Еще бы он не отметил в толпе такую редкую красавицу. Даже с темными волосами и в не самом лучшем платье Руби была прекраснее всех. Маленькая изящная напуганная птичка.

Хотелось схватить ее лапами и унести отсюда, спрятать от всех в своем замке.

О своих планах ведьме не рассказывал, чтобы не подвергать ее риску. Надежные источники описали мне какие изощренные пытки предпочитает любовница императора. Он и то более добросердечный. Просто обожает казнить, устраивая кровавые расправы.

А на вид беспечный дядюшка. Даже Руби обманулась на его счет и попалась в ловушку. Глупая моя ведьма. Молодая еще и чересчур доверчивая.

Но с годами это проходит.

Сердце щемит, когда вижу в ее глазах страх. Дракон тоже беснуется. Требует прямо сейчас обернуться и испепелить императора в золотом пламени, чтобы не смел даже дышать в присутствии нашей Руби.

Было бы неплохо его прикончить. Но тогда на его место придет другой. И мы не спасем ни нашу страну, ни брата Рубины.

Наконец объявили вторую часть праздника: выход в парк. Хорошо, а то уже скулы свело улыбаться всем подряд.

И пришла пора действовать.

Сначала все ломанулись к столам. В первую очередь гостям хотелось пить. Раздобыл бокал для своей ведьмы. Она с благодарной жадностью выпила все до дна. Хорошо, что здесь подают не только крепкие напитки, но и простые соки.

— Киллиан, тут кое-что случилось, — начала Руби, но я поднял руку и не дал ей договорить.

— После расскажешь, — мне нужно успеть к началу развлечений в лабиринте. На него я сделал все ставки. Уверен, все получится, но нельзя отвлекаться. Тем более, я знаю, что она хочет предупредить об императоре. Об этом в толпе вообще лучше молчать. Уши везде.

— Но это важно, послушай меня!

— Важнее, чем твой брат? — нехорошо давить на больное, но иначе не замолчит.

— Нет, но…

— Все. Будь здесь. Позже тебя найду.

Император объявил королевские прятки. Наконец.

Дегэйер приказал гостям, желающим поучаствовать в забаве разделиться на две команды. Одна должна была прятаться, вторая искать.

Я был в той, что должна была искать.

Для усложнения задачи пара стражников-драконов отогнала от лабиринта почти всех светляков, парящих в саду. Темные извилистые дорожки, заросшие плотным кустарником, служили отличным убежищем. Каждый мог спрятаться, но не от меня.

Когда одна часть команды разбежалась по лабиринту, посмеиваясь и хихикая, а второй дали сигнал приготовится к поиску, я громко и четко произнес, привлекая внимание:

— Ваше императорское величество! — голоса вокруг стихли. Все прислушались ко мне. — Позвольте мне начать поиски первым. И чтобы мне не было слишком легко в поисках, прошу завязать мне глаза.

— Но там и так темно, — зашептали вокруг. — Зачем ему это?

— Я дракон. И пусть моя сила не велика, — благодаря скрывающему зелью Руби видна лишь часть моей силы. — Но есть умение, которое хотелось бы показать вашему величеству.

И я слегка поклонился императору, мысленно проламывая его глупую жадную башку.

Вокруг снова зароптали, что я порчу всем веселье. Но император поднял руку, призывая к тишине. К моей радости, он заинтересовался.

— Пусть покажет, что хотел. Завяжите ему глаза.

Вскоре я стоял с повязкой на глазах, готовый начать поиски. В правилах ничего не было сказано о запрете на частичную трансформацию, поэтому я выпустил крылья. С ними будет быстрее и эффектнее.

Опять вокруг принялись возмущаться, что нечестно летать над лабиринтом, но я специально попросил завязать мне глаза, чтобы уровнять сложность задачи.

— Продолжай! — прогремел голос императора.

Отлично. Я поднялся над лабиринтом и принялся кружить над ним. Пришло время для особой магии, которой научил меня мой отец, а его дед. Они называли ее магией эха. Нужно было издавать щелчки, которые слышал я один. И прислушиваться к ответу, принимая отражение звука.

С помощью этого умения гораздо проще нападать и сражаться в ночи, заставая врага врасплох. Ночные осады всегда были моим преимуществом.

Одни лишь золотые драконы способны освоить это умение, но императору об этом знать не обязательно.

Я находил спрятавшихся с легкостью и тут же набрасывал на них легкую сетку, с удовольствием отметив, что цвет моей магии тоже померк под воздействием маскировки, став бронзовым. Магию я видел не глазами, а своей аурой. В который раз понимаю, что Руби гениальный зельевар, а вот управление эмоциями, стоит признать, не ее.

— Как такое возможно⁈ — воскликнул император, когда я нашел всех за считанные мгновения.

— Ваше величество, я все объясню, но прошу не здесь.

— Хорошо, идемте, — ставка оказалась верной, император Анхольта не смог пройти мимо редкого драконьего умения и хочет заполучить его для своей армии и для себя лично.

— Позвольте взять с собой мою сестру? — попросил я, сняв повязку и подходя к Рубине.

— О, это ваша сестра, — жадный огонек в глазах заядлого коллекционера вспыхнул с новой силой.

— Да, ваше величество.

— Конечно, берите.

— Дорогой, — напомнила о себе Ананта.

Император недовольно взглянул на нее, но кивнул, разрешая драконице следовать за собой. А императрицу довольно вежливо, но очень холодно попросил проследить за дальнейшими увеселениями для остальных гостей.

Я подхватил Рубину под руку и повел за собой.

Мы прошли вглубь дворца следом за императором и Анантой и оказались в небольшой по меркам дворца гостиной.

Император и его любовница сели в удобные кресла. Нас с Руби оставили стоять. Ожидаемо.

— Как ты овладел подобным умением? — Дегэйер нетерпеливо начал свой допрос.

— Я раньше так ловил овец, если те разбредались по лесу, — просто ответил я.

— Овец? Ха-ха! — развеселился император. — Так ты скотовод?

— Сейчас уже нет. Наше родовое поместье на границе разрушено, семья погибла. Мы с сестрой из рода землепашцев, но у нас был и скот. Сейчас, когда мы остались без крова, переехали к тетушке.

— Понимаю, — сочувственно покивал император, будто не лично он во всем виноват.

— Я мог бы научить ваших солдат умению, которому обучил меня отец. Оно весьма редкое.

— Что хочешь за это? — император явно не намерен торговаться. Он готов платить за редкости. Например, за магию эха или за Руби, которая сильно покраснела под настойчивыми взглядами Дегэйра.

— Хорошее приданое и достойного мужа для моей сестры, — император хочет все и сразу. Утрется.

Ему придется выбирать! Или боевое преимущество, или Рубина.