Глава 19

Илья – Воду и полчаса нас не беспокоить, – отдал приказ довольно солидной даме в приёмной моего отца. Не сбавляя шага, направился прямо к нему, зная, что он ещё на рабочем месте и домой поедет не раньше, чем через пару часов. Папа всегда задерживался. Это была его личная фишечка. Раньше я брал с него пример. Сейчас же всё резко изменилось. Не хотел больше гробить свою жизнь работой. Отпустило и отворотило. Мне хватило тех семи часов в дороге, чтобы многое обдумать. Многое для себя решить и сделать выводы. Чего я добился в своей жизни? Что я имею? Только работу и статус! А дальше? Сколько раз во время перелёта вспоминал Женю и её горящие жизнью глаза, когда она смотрела на детей. Как она с любовью отдавалась своей работе… И я еду обратно, туда, где думал, что счастлив и у меня есть всё, что желаю и хочу. И понимаю, что возвращаюсь на эшафот или каторгу. Когда мы пришли в номер, я подхватил Приму на руки и лёг вместе с ней на кровать. Лежал и крепко прижимал к себе, дышал ею. Женя легко водила пальчиками по моей руке, молча позволяя насладиться близостью. Так бы и уснул с ней в обнимку и в одежде, если бы её телефон в тишине оглушительно не напомнил о себе входящим сообщением. Мы синхронно повернулись друг к другу и изучали лица, словно увиделись впервые. А дальше все замки были сорваны, стены разрушены, и я любил её до рассвета. Нежно, долго, горько и так, чтобы она помнила меня всю жизнь. Больше ничего не обещал, лаской и действиями доказывая, что в этот раз я точно вернусь. Я так хотел! – Поговорим? – Привет, сын. Как добрался? Не дожидаясь приглашения сесть, рухнул в мягкое небольшое кресло напротив стола отца. Тот оторвался от бумаг, откинулся в кресле и по-настоящему искренне улыбнулся. Я же, вымотанный дорогой и не совсем радужными размышлениями, ответить тем же не мог. Хотел здесь и сейчас решить важные вопросы. – Вашими молитвами. Что за срочность? Кто будет вести проект? – У меня тоже всё хорошо. Мама скучала. – Отец! Ты издеваешься? При последнем разговоре ты даже не вспомнил о маме. Отдавал приказы как штатному сотруднишке. Что происходит? – Тише тон, Илья, – спокойно парировал папа, что ещё больше разжигало во мне пламя протеста. – Всего лишь рабочие моменты. Тебя сняли с этого проекта лишь потому, что твои навыки и работоспособность нужны сейчас в более срочном и прибыльном деле, – я мысленно закатил глаза: «Прибыль…деньги» – предсказуемо. – А с отелем тебя заменит Карпов. Приказ подписан. Я подался вперёд, стоило только услышать фамилию гнусного червяка, которого терплю уже несколько лет. Этот Карпов как кость в горле. Любитель облизать своим шершавым языком вышестоящее руководство. А они ему это позволяют. Вот и нализал себе должность технического директора. Мразь, одним словом. – Почему он? Никого достойнее не нашли? – И не искали. Алексей Денисович сам вызвался. – Какой Алёшенька молодец! – оскалился я. – Вот только не начинай, Илья, – отец поднял руку и слегка махнул ею, словно отгоняя муху. – Карпов выполнит всё не хуже тебя. Завтра он вылетает. А ты в течение завтрашнего дня ознакомишься с новым проектом и вылетаешь в Пекин. – Зашибись… Ладно, хрен с ним. У меня к тебе дело. Важное. Та самая солидная дама вошла с графином воды и бокалами, с недовольным видом и поджатыми губами кинула на меня злой взгляд и поставила всё на стол отца. – Спасибо, Маргарита Анатольевна. Извините моего невоспитанного сына. – Переживу, – буркнула она. – Колодец искала? Чего так долго? – выдал я, когда дверь закрылась. Налил полный бокал и выпил залпом. – А она и не обязана тебе прислуживать. Мой помощник слёг с серьёзным воспалением, и я её сердечно попросил на пару дней заменить. А тут бестолочь с барскими замашками. – Плевать. Давай вернёмся к моему делу. Отец кивнул и подался вперёд. Я же в красках описал местный поселковый дом культуры. Как он важен для общественной жизни посёлка и района. Надавил немного на жалость и даже предложил отцу взять нашему холдингу над ним шефство. Не сносить, а улучшить. Папочка молча слушал, кивал и поджимал губы. – Илья, я рад, что ты так ратуешь за детишек и работников, но это идёт вразрез с планами компании. Теряем прибыль… – опять старая песня. Поспешил его перебить: – Я знаю. Но всё же. Давай соберём снова акционеров, я подготовлю презентацию. Опишу все плюсы и минусы. Ну, в конце концов, наш холдинг же занимается благотворительностью! Почему эту чёртову благотворительность нельзя направить туда? На последнем предложении я выдохся и без сил откинулся в кресле, внимательно следя за задумчивым отцом. – Хорошо. Давай сделаем так, – он постучал пальцами по столу. – Я попробую поговорить с Брацким. Сам понимаешь, от этого старого мудака многое зависит. А ты пока летишь в Китай и спокойно делаешь свою работу. – Согласен. – Это не всё. Я внутренне собрался на ухмылочку отца. Такое выражение лица я часто видел при удачном, выгодном для него шаге в бизнесе. – Что… что ещё? – Загорецкий очень недоволен, что ты обидел его дочку, отправив её одну домой. Надо бы как-то сгладить ситуацию. Сам подумай. Ссориться с таким выгодным человеком, как депутат Государственной думы, совсем не хочется. Наоборот… – Я тебя услышал. С Лизой решу вопрос. – Илья, надо решить в положительную сторону. Мы с мамой уже хотим внуков нянчить… Отец не просто прямо намекнул. Он выстрелил и точно попал в цель. Говорить ему о том, что с Лизой я решил раз и навсегда порвать, не стал. Просто кивнул и вышел из кабинета. ***– Добрый вечер, Илья Борисович. Не сильно утомились с дороги? – Ехидно улыбнулся Карпов, явно ожидающий меня у дверей приёмной моего отца. – Не бережёшь себя, Илья Борисович. – А вот и главный жополиз. Алёшенька, язык ещё не счесал? Я скрестил руки на груди и брезгливо окинул его взглядом с головы до ног. Но Карпову не привыкать. Он шире оскалился в улыбке. Мудозвон хренов. Терпеть его не мог с первого дня, как его приняли на работу. Сначала не мог понять почему, приглядывался, а потом понял и стал держать ухо востро. Карпов Алёшенька, именно так я его называл, был ниже меня ростом, полноват, но смазлив на лицо. Носил моднячие очки, любил сплетни и дорогие побрякушки: часы, запонки. Да он вообще любил жить дорого, пуская пыль в глаза: тачка, одежда, квартира в элитке, жена – бывшая «мисс Московская область 2021». Такой своего жирного куска не упустит. А тут я – сынок одного из главных акционеров, да ещё с должностью выше. Вот и стал этот Алёшенька козлить за моей спиной. Сейчас, разглядывая это подобие мужика, решил взять на личный контроль его работу. Вот точно нагадит, пока меня не будет в стране. – Золотарёв, ты бы за своей задницей следил. – О как! Осмелел… Сколько же гадостей мне хотелось ублюдку сказать, а лучше выпустить на этом слизняке пар. Но только руки пачкать. Склонив голову вбок, стал ждать, не совсем понимая, зачем он меня караулил. – Ну, давай, Карпов, смелее. – Просто хотел пожелать удачи. А я, в свою очередь, сделаю конфетку из южного проекта. И начну, – он отступил на шаг, пряча руки в карманы, улыбаясь до ушей, – с одного жутко мешающего дома культуры. – Только посмей, – встал к нему вплотную, прекрасно понимая, что он меня провоцирует. – Мне плевать, кто ты и что ты. Лично закопаю, ничтожество… – Илюша, ты чего? Это же просто объект, который утверждён к сносу, – Карпов продолжал меня подрывать, но отступил ещё на шаг. – Я предупредил. На этом решил закончить. Проходя мимо, ощутимо толкнул Алёшеньку плечом и проследовал к лифтам, мечтая скорее добраться домой и позвонить Приме. ***– Привет. Вторая попытка дозвона до Женьки всё же оказалась успешной. Удивлённая тем, что решил связаться с ней по видеозвонку, она закусила губу и кивнула в ответ. Я не врал ей сегодня, когда мы стояли у подъезда её дома. Женя всячески отводила взгляд, теребила ремешок своей сумки, явно нервничая. Я же просто стоял рядом и не мог на неё насмотреться. Пора ехать, водитель уже в пятый раз проверяет в навигаторе дорогу и пробки до Адлеровского аэропорта, а я не могу сдвинуться с места. Не хочу уезжать! – Жень… – очень легко и невесомо провёл по щеке, привлекая к себе её тёмные карие глаза, в которых сейчас буйствовали эмоции. – Спасибо. – За что, Илья? – Не Золотарёв? – улыбнулся и приобнял её за талию. – За всё, Прима. За твоё терпение, за горячие ночи и… прощение. – Обращайся, Золотарёв. Женя уперлась лбом мне в грудь, а я стал поглаживать её напряжённую спину. И в этот момент я точно для себя решил, что вернусь. Ради неё, себя, нас… «А ты, оказывается, романтик, Илья! Ты ещё встань на колени и замуж позови», – мой циник криво усмехнулся, махнул рукой и вышел из чата. – Я буду звонить. – Ставишь перед фактом? – Ты же не против? – приподнял лицо Примы за подбородок, вглядываясь в тёмные глаза. – Нет. Звони, буду рада. И Сашке звони, он по-прежнему твой друг. – Обязательно. Жень, знаешь… – перевёл взгляд на машину и обратно, пытаясь загнать свои чувства снова в рамки, но это писец как тяжело. – Я ведь правда будто домой вернулся, а сейчас меня словно отрывают от чего-то родного. – Илья… – Мне пора. Жди звонка, Анисимова. Лёгкий поцелуй, и вот я уже в тяжёлых мыслях качусь по красивейшему серпантину в сторону Сочи. – Жень, тут такое дело… Вместо меня пришлют другого, – я невольно поморщился, вспоминая разговор с Карповым, поэтому решил предупредить её. Женя склонила голову вбок, а её волосы красивым покрывалом укрыли плечо. – Его зовут Карпов Алексей Денисович, очень мерзкий тип. Будь с ним осторожна… Вы все. – Хорошо, я поняла. А что он может сделать? Чего бояться? – Ничего не бойся. И не переживай, – не пришлось через силу улыбаться. Видеть Приму уже было большое удовольствие. – Я всё сделаю, чтобы сдержать обещание. – Хорошо. Я верю. После разговора с Примой меня слегка подпустило. Оставалось ещё одно дело. И это дело уже несколько раз звонило мне. Принял душ, заказал столик в «Угольке» и только тогда позвонил Лизе. Этот день был самым сложным в моей жизни. Лиза только подбросила проблем.