Глава 23

Илья – Когда технику подгонят? Долбанный Карпов только на третий мой дозвон взял трубку. Мне было жизненно важно знать дату и время сноса Женькиного дома культуры. Нервно ходил по квартире, готовый сорваться на юг в любую минуту. Сумка с вещами стояла у двери. Важные бумаги в папке на сумке. – И тебе доброе утро, Илюша… – Убери свой сарказм в жопу. Я задал вопрос! – прорычал в трубку. – Тебе это зачем, любимый сыночек? – Надо. Если я повторю свой вопрос, то ты останешься без работы. – Завтра в восемь утра. Доволен, Илюша? Я в открытую послал Карпова на хер и скинул звонок. Открыл приложение и заказал билет на ближайший вылет в Адлер. Оставалось дело за малым, и я был морально готов. После моей удачной аферы отец со мной не разговаривал. Мама же, наоборот, полностью поддержала и пожелала удачи. А ещё изъявила дикое желание познакомиться с той, которая крепко сжимала своими маленькими кулачками моё дебильное сердце. Мама разругалась с отцом и на неопределённое время переехала ко мне, утверждая, что «этот упёртый ишак» долго без неё не выдержит. – Узнал? – мама сидела на кухне, медленно попивая свой любимый ягодный чай с зефиром. – Да. Завтра утром. Билет уже заказал, – сел рядом и растянул в радостной улыбке губы. – Справишься без меня? – Не маленькая! Лети за своей Примой, – мама погладила по щеке, благословляя. – Тем более папа твой уже звонил. Но я пока дам ему время помучиться и подумать над своим поведением. Знаю, что моя нежная мама редко прибегает к такому методу воспитания, но если делает, то держится долго и до конца. Титановый стержень у неё ого-го! – Ему это будет полезно, – усмехнулся и полез в холодильник. Вытащил домашние котлеты и мою любимую жареную картошку. – Поем и буду собираться. – Салат сделать? – Да. Спрашиваешь! Обожал мамину стряпню. Она редко заказывала доставку, обожая колдовать на кухне. Отец просто привык к её хлопотам, а я уже давно не жил с ними, поэтому сейчас мама наслаждалась видом, как я с большим удовольствием поглощал вкусный обед из простых блюд. – Спасибо, мамуль, за всё, – чмокнул родительницу у выхода из квартиры, готовый нестись к той, которая ещё не знает, как изменится её будущее в самое ближайшее время. ***Я успел вовремя! Даже очень вовремя, иначе бы Прима совершила самую большую трагедию как в своей, так и в моей жизни. Я чуть не поседел… К моему великому счастью, вылет не задержали. Златоглавая провожала пасмурной погодкой, Адлер встречал ранней жарой. Нанятый водитель уже ожидал у главного выхода аэропорта. До Шепси мы ехали быстро, если можно это так назвать. Впервые я оценил масштабные работы по обводным дорогам 2014 года перед Олимпиадой. Сейчас это ой как сокращало время, а вот перед Дагомысом и немного после пришлось постоять в пробках. До сноса здания мне нужно было глобально подготовиться. В очередной пробке перед Лазаревским не выдержал и достал небольшую алую коробочку с самым охрененным кольцом от Картье. Покрутив его между пальцев, позволил себе помечтать, как надену его на пальчик Примы и как она будет визжать от восторга. Другой реакции даже не представлял. И да, я нашёл для себя ту замечательную, с которой моя жизнь станет самой яркой и самой полной! – Подъезжаем к Шепси, – подал голос водитель Олег. – Отлично. Сразу на объект, меня ждут. Прораб, директор строительной фирмы и главный технолог уже собрались в большой бытовке, которая была и офисом, если можно так это назвать. Я был благодарен каждому их них. Они смогли по первому звонку отложить все свои личные дела в воскресенье вечером и приехать на встречу со мной. Не сильно вдаваясь в личные нюансы, почему мне кровь из носа необходимо без проволочек снести здание дома культуры, сразу перешёл к делу. Через час все были свободны. Уладив один важный вопрос, полночи не мог уснуть, мысленно выстраивая план действий завтра утром: как появлюсь, что скажу, как выложу перед Примой все карты и подам своё сердце, жизнь и колечко «на блюдечке», вернее в коробочке. В итоге уснул и еле открыл глаза под будильник. – Дальше не проехать. Много людей, – обернулся Олег, притормаживая. Да я и сам заметил. Весь посёлок стекался к дому культуры. Народ шёл семьями, словно на праздник. Вот только веселья на их лицах не было. Кто-то нёс флаг страны, многие были с плакатами. Через лобовое разглядел впереди мобильный кран и бульдозер. Отлично, техника уже на месте. – Хорошо, припаркуйся где-нибудь здесь и жди меня. Дальше я сам. Мне пришлось слиться с толпой и двигаться с ними в одном направлении. У дома культуры вовсю бушевал митинг. Директриса на импровизированной мини-сцене с микрофоном в руках и со слезами на глазах говорила благодарственные слова всем, кто пришёл. Рядом с ней стояли все её подчинённые. Мой взгляд сразу упал на Женю. Моя Прима, бледная, с жуткими синяками под глазами и поджатыми губами, держала свою бойкую подругу за руку. И подруга в таком же состоянии стоит рядом и слёзы глотает. Моё первое желание было кинуться к Жене и увести её отсюда, не давать возможности увидеть снос, не травмировать её психику ещё больше. Но ко мне со спины подошёл хренов Карпов. – Явление золотого мальчика… – Иди на хрен, Алёша! – рыкнул я, сжимая плотно челюсти от вида довольного лица ублюдка. – Тише, Илюша, вокруг много детишек. А их родителям не понравится, что главный виновник их горя здесь, да ещё непозволительно себя ведёт. Я бы на твоём месте бежал быстрее, не дожидаясь самосуда. – Как ты меня бесишь, Алёшенька, – придвинулся к нему вплотную с диким желанием расквасить ему морду. – Я даже рад, что такой падали верхушка не доверяет так, как мне. Ты вечно будешь за моей спиной и глотать пыль. – Какие красивые слова! Браво! – Карпов наигранно похлопал в ладоши, но следующие его слова меня подорвали: – А твоя баба хороша. Сладкая, дала себя попробовать… Я так же не скучал всё это время, как и ты. Краем сознания понимал, что это провокация. Что Женька не могла с этим дерьмом связаться, но крышу сорвало. С одного удара сбил Карпова с ног, поднял за одежду и снова всадил с правой прямо в его вздёрнутый до безобразия нос. Народ вокруг нас расступился, кто-то даже попытался вмешаться, но я смог быстро взять себя в руки. – Не смей даже думать о ней, мразь. Я тебе лично все конечности повырываю, а потом засуну в жопу твой гнилой язык, – рычал я ему в лицо, с удовольствием наблюдая, как течёт кровь из его разбитого носа. – Да мне срать на неё, тем более что от этой девки сейчас ничего не останется! – заржал Карпов и упал на пятую точку, когда я резко его отпустил. Обернувшись на дом культуры, похолодел. Все люди зашли за ограждения, кто-то громко ругался на моих строителей, державшись оборону. Прораб ходил возле ограды и то и дело отгонял самых смелых, пока кран наводил стрелу и готовился к первому удару. И вот тут случилось то, отчего я чуть не рехнулся. Женька, как змея, ловко проскользнула мимо ограждения и двух рабочих в ярких жилетах и побежала к зданию наперерез крану. За долю секунды у меня включились все инстинкты. Я бросился к ней, расталкивая всех, кто мешал и пытался не дать мне спасти любимую. Оказавшись рядом с ней, успел схватить её в охапку и оттащить брыкающуюся на безопасное расстояние. – Пусти! Ненавижу… Ненавижу тебя! Отпусти, они сейчас снесут! – кричала Женька и выкручивалась из рук. И откуда в ней столько сил? Я только и успел перехватывать её, с каждым разом сильнее сжимая, мысленно прося прощения за будущие синяки, но это сейчас было не так важно. Вскоре её крики перешли на рыдания, а кран начал свою работу под громкие недовольные крики толпы. – Жень. Успокойся! Пусть сносят… – шептал ей на ухо, когда она обмякла у меня в руках, лишь её тело подрагивало в рыданиях. – Милая, ты меня сейчас чуть не убила. Посмотри на меня, – поднял её лицо и задохнулся от слёз и ненависти в глазах. – Ненавижу. Ты… ты ублюдок… – Я всё объясню, милая. Давай отойдём подальше? И я ослабил хватку, отпустил Женю, пытаясь взять за руку. Но Прима со всей силы накинулась на меня с новой волной злости и проклятий, кулачками пытаясь попасть в лицо, ногами – уже куда попало. Прекрасно понимал её состояние, сам бы рвал и метал, поэтому дал ей возможность на себе выместить остатки негатива, ловко уворачиваясь от прямых ударов в челюсть. «Саня хорошо сестру научил», – отметил про себя. – Всё, любимая, хорош! – схватил Женю за ноги и перекинул через плечо. Так точно быстрее получится её увести от сноса и любопытных глаз. – Не трепыхайся, а то уроню. Но разве Женю это успокоит? Она изо всех стала барабанить кулачками по моей спине, не понимая, что мне ни капельки не больно. Да даже если бы и больно было бы, я бы всё равно кайфовал. Ведь ей можно всё! Донёс до машины и кивнул водителю, когда тот открыл заднюю пассажирскую дверь и остался на улице. – Пусти меня! Золотарёв, какого хрена ты вытворяешь? – Куда тебя пустить? Там скоро всё закончится. Женька нацелилась в меня ногой, но я успел перехватить и, удерживая за ногу, притянул к себе. «А она горячая! Нам такую и надо. Одобряю», – совсем не вовремя вылез мой эгоист, зааплодировал стоя и покинул сцену. И, если честно, я был рад его потерять, ведь этот чувак мне больше был не нужен. У меня есть моя Прима. – Ублюдок! Даже секунды рядом с тобой не хочу находиться… Мне надо туда. – Не надо. Выслушай меня, пожалуйста. – Не буду! Ты обещал! Ты клялся… Как ты мог, Илья? – последний вопрос прозвучал как обвинение в самом страшном грехе, который я не совершал. – Милая, я знаю, как это выглядит, но я сдержал своё обещание, – попытался поцеловать её в красный носик, но Женя отвернулась. Зарёванная, но такая красивая. – Если ты меня спокойно выслушаешь, то поймёшь. Но Женька только недоверчиво зыркнула на меня. Я отпустил её ногу и взял в руки папку с заветными для неё документами. – Здесь документы, в которых чёрным по белому написано, что земля, на которой находился ваш дом культуры, принадлежит поселковой администрации. – Что? В каком смысле? – В прямом. Холдинг «Алмаз-Тренд» больше не имеет никакого отношения к этой земле и не будет иметь в будущем. Женя выхватила бумаги и стала внимательно всматриваться, а я направлял её на нужные строчки пальцем. – Я не понимаю. Тогда зачем снесли?.. – Женька, это не всё. У вас появился крутой покровитель в виде благотворительного фонда «Фенерита». А этот фонд хочет построить новый большой и многофункциональный центр детского творчества здесь, в этом посёлке. Видимо, последней новостью я добил Приму. Она открыла рот и с расширенными глазами несколько минут просто смотрела на меня. А я ликовал от её шока. Да, мне пришлось очень постараться. Об этом я ей позже расскажу. Когда согласится стать моей женой. – Я не могу в это поверить… – А придётся, Прима. Скоро составят проект, смету работ, нагонят технику, и через год ваши дети будут плясать уже в современном центре. – Поэтому ты… – и снова слёзы у Примы. Вот любят же женщины мокроту наводить по любому поводу. Я улыбнулся, а потом вспомнил про второе важное дело и полез в карман. Это самый подходящий момент, чтобы сделать Женьке предложение. – Да, любимая, именно поэтому я тебя остановил. Спас. И хочу, чтобы ты была всегда моей. Не только по нашему дебильному договору, по которому я свои обязательства выполнил и перевыполнил, – протянул открытую коробочку ей. – Сделай меня самым счастливым мудаком на свете. Выходи за меня замуж. Прима снова вошла в ступор. Она ошарашенно переводила глаза с кольца на меня и обратно. А потом её красивые бровки сошлись на переносице. Она яростно стёрла влагу с глаз и отпихнула мою руку. – Нет! Ни за что и никогда, Золотарёв! – Что? В смысле «ни за»… – В коромысле! Ты вообще оборзел? Вали к своей столичной невесте Лизоньке! Папочка вас уже благословил! – Женька попыталась выйти. Охренев, чуть не дал ей это сделать, в последний момент за руку потянул на себя. – Отстань! – Ты что несёшь, Жень? Какая Лиза? Какое благословение? – обхватил её лицо ладонями, чтобы смотрела только на меня. Не пущу, пока не объяснит, почему посылает меня и столько времени держала в игноре.