Глава 26
Тоня была разочарована. Расстроена. Обижена.
Совсем не так она представляла себе жизнь с папой. В голове девятилетнего ребёнка все выглядело гораздо радужнее. Она ведь хотела, казалось, не так уж и много: хотела видеть папу почаще, хотела его внимания и любви. Мечтала, что они будут вместе ходить гулять, что папа будет играть с ней — например, как было бы весело сразиться с ним в снежки! что он будет помогать с домашним заданием…
Она попросту хотела всего того, чего у неё не было прежде. И боялась, что теперь, когда мама и папа разводятся, не будет вообще никогда.
Она не хотела терять папу, которого ей и без того было мало. И детское сознание не понимало и не принимало того факта, что все это — только потому, что папа сам так решил. И что любви и внимания бесполезно просить, если у человека их для тебя нет.
Впрочем, в первый же вечер Тоня начала о многом догадываться.
Когда баба Рая и тётя Оля, чьё присутствие стало для Тони сюрпризом, сцепились, о девочке забыли все вокруг. Испуганно ревели дети тети Оли, взрослые кричали и дрались, и Тоня была напугана…
Но никому не было до неё дела. Тётя Оля в итоге пришла успокоить своих детей, а о ней, Тоне, все вообще забыли. Бабушка, вылетевшая из кухни резко, как пробка из бутылки, улеглась спать, папа с тётей Олей скрылись в другой комнате…
А Тоня осталась одна. Всеми забытая, сидящая, как сиротка в уголке зала, она не знала и не понимала, что ей делать.
Тоня и не думала, что папа ушёл именно к тете Оле. Эта женщина никогда Тоне не нравилась — слишком занятая собой, она, как казалось Тоне, плевать хотела на всех остальных. Тоня даже не была уверена, что тетя Оля вообще помнит о её существовании — та ни разу ей слова не сказала за все то время, что родители проводили вместе. Будто Тоня была невидимкой. Или мусором под ногами, недостойным внимания.
Ей стало очень страшно.
— Ты чего тут сидишь?
Тихий шёпот сначала заставил её вздрогнуть. Но Тоня почти сразу поняла, что к ней подошла тетя Юля…
— Про меня все забыли, — ответила и, не сдержавшись, всхлипнула — так ей стало жалко саму себя.
— Понятно, — протянула тётя. — Ты голодная?
— Угу, — призналась Тоня, почему-то испытывая от этого стыд.
— Пойдем, накормлю тебя, — ласково произнесла Юля.
Пока разогревался ужин и Тоня ела, тетя Юля с ней разговаривала и от этого стало спокойнее. Тоня даже воспряла духом, убедила себя, что все не так уж и плохо, что завтра будет гораздо лучше…
Но завтра стало только хуже.
* * *
Утром никто не разбудил её в школу. Не приготовил завтрак. Не отвёл на занятия…
Тоня с ужасом поняла, что проспала уже первые четыре урока. И что ей теперь делать?..
Она поднялась с неудобного, жёсткого кресла, на котором провела ночь, огляделась по сторонам, пытаясь понять, куда идти, как поступить…
С кухни доносился шум. Тоня пошла туда…
Бабушка мыла посуду. Тоня подошла к ней, ласково положила голову на плечо…
— Не мешай, — проговорила баба Рая с неожиданной грубостью. — Не видишь, что я тут за вами, свиньями, посуду грязную мою?
Тоня точно видела, что тарелку, из которой она ела, помыла вчера Юля. Так почему бабушка ругается на неё, Тоню?
Проглотив обиду, она пожаловалась…
— Бабуль, я в школу проспала…
— И что? Пусть мать твоя с этим разбирается!
Тоне захотелось плакать. Никогда ещё бабуля с ней так не разговаривала. Тоня думала, что та её любит. Тоня ей… верила.
— Я кушать хочу, — сказала она, присаживаясь за стол и ожидая, что бабуля будет её, как всегда, угощать всем самым вкусным.
— Я тоже, — фыркнула та в ответ. — Но Юлька, сволочь такая, куда-то пропала, поэтому жрать пока нечего! На, пожуй шоколадку!
Тоня растерянно уставилась на плиту шоколада — самого дешёвого, как она знала, что бабуля бросила перед ней на стол, как собаке — кость.
— Я такой не люблю, — пробормотала она сдавленно.
— Другого нет, — отрезала бабушка. — Мне тоже он не нравится, но эти Косинцевы только гавно всякое и дарят, что подешевле!
Тоня опустила взгляд, посмотрела на свои руки, которые начинали дрожать…
Неужели это все по-настоящему? Злая бабуля, папа, который ей и пары слов не сказал за вчера…
Что она вообще тут делает?..
Тоне отчаянно захотелось к маме. К маме, которая всегда спрашивала, что Тоня хочет на завтрак. К маме, которая собирала её в школу, помогала с любой проблемой, провожала и встречала, любила и обнимала, и никогда-никогда не кричала на Тоню так, как кричала сейчас бабушка…
Тоне хотелось позвонить маме. Но мешали упрямство, гордость и… стыд. Как ей говорить с мамой после всего, что она ей вчера сказала? Как ей признать, что совсем не нужна тут никому?..
Тоня решила потерпеть до вечера. Решила дождаться папу и все ему рассказать…
Но папа её и слушать не стал. Появившись около четырёх, он торопливо скомандовал собирать вещи, потому что они переезжают на новую квартиру.
Тоня поначалу обрадовалась. Наконец-то они с папой будут жить вместе!
Но с ними в итоге поехали и тётя Оля, и её шумные, крикливые дети…
И папа нес Карину на руках, а Тоня со своим чемоданчиком и рюкзаком едва за ними поспевала…
И ни разу папа не оглянулся, чтобы проверить, а идёт ли она вообще за ним…
И с каждым новым шагом, с каждой секундой, на её сердце вырастала новая трещина, грозя расколоть его в итоге на тысячи осколков.
* * *
Следующим утром Тоня встала сама, чтобы собраться в школу и намереваясь попросить папу её отвезти. Сложила в рюкзак учебники и тетрадки, оделась — не так опрятно, как выходило тогда, когда ей помогала мама…
И обнаружила, что папа уже уехал. В новой, незнакомой квартире была лишь тетя Оля, которая, стоя у зеркала, тоже куда-то собиралась…
Она легонько повернула голову в сторону Тони и бросила:
— Проснулась? Отлично. А то я уже хотела тебя будить.
— Вы отвезете меня в школу? — робко поинтересовалась девочка.
Отражение тети Оли в зеркале изумленно выгнуло брови.
— В школу? Нет, конечно. Слушай… а как там тебя зовут?
У Тони дрогнула от обиды нижняя губа.
— Тоня…
— В общем, Тоня, мне надо уехать по делам. Поэтому ты посидишь сегодня с моими детьми.