Глава 29

— Папа, ты ещё сердисся? — пробормотала Карина, с опаской поднимая на Олега глаза.

А взгляд при этом состроила такой невинный и жалобный, что и камень бы заплакал!

— Не сержусь, — ответил Олег. — Но мне за вас стыдно.

— Мы так больше не будем, — буркнул исподлобья сын.

— Конечно, не будете. Потому что вряд ли Тоня ещё хоть раз захочет с вами увидеться.

Он произнес это вслух и сам испытал какое-то неясное беспокойство внутри. В голову полезли вопросы, которыми он вовсе не хотел сейчас задаваться…

И все же уже задавался. Смогут ли его дети и дочь Леры когда-нибудь поладить после всего, что было?..

Двойняшки снова уперлись взглядами в пол, а он, примирительно вздохнув, поинтересовался:

— А как вы тут вообще?

Карина поморщилась.

— Кушать хочется.

— Скучно, — добавил Кирилл. — Тут негде бегать! И мама не разрешает шуметь!

— Ты заберёшь нас домой? — спросили они хором.

Олег удивлённо приподнял брови.

— А вы уже хотите домой?

— Не хотят, — вмешалась Ольга, которая до этого наблюдала за ним и детьми издалека. — Они просто ещё не привыкли…

— Дома всегда есть покушать, — возразил задумчиво Кирилл.

— И всегда можно поиграть, — добавила Карина.

— Но зато сейчас вы с мамой, которую очень любите, — с нервной улыбкой возразила Оля.

Двойняшки, как по команде, дружно нахмурились, будто задумались над её словами. Словно мысленно взвешивали привычную жизнь на одной чаше весов, а на второй — маму.

Теперь уже сам Олег вмешался в ситуацию, пока бывшая жена не довела дело до манипуляций детскими чувствами.

— Я вам игрушку новую привёз, — проговорил он. — Но теперь вы её не получите, потому что плохо себя вели. Так что просто пойдёте сейчас вон туда, — он указал на гостиную, — и будете сидеть там тихо-тихо, пока мы с мамой разговариваем.

Взгрустнув, дети сделали так, как он велел. Олег молча указал Оле на дверь в кухню, когда вдруг решил возникнуть Юра.

— Ты чего тут раскомандовался? — прошипел он. — Это вообще-то мой дом!

Олег окатил его холодным, презрительным взглядом.

— А с тобой я потом разберусь.

Войдя в кухню следом за бывшей женой, Олег плотно прикрыл за собой дверь и проговорил:

— Ну, давай разбираться, что тут у вас происходит.

— А что тут у нас происходит? — воинственным тоном отозвалась она. — Дети с мамой и они счастливы!

— Счастливы? — изогнул он скептически бровь. — Странно, а я только что от них слышал, что они голодные.

— Просто я не так давно вернулась и ещё не успела приготовить пожрать! У меня ведь теперь нет кухарки! Но я дала им перекусить!

Олег невозмутимо протиснулся мимо неё к холодильнику и распахнул дверцу. Холодильник был пуст, как нетронутый белый лист.

— И из чего же ты собиралась готовить? Из воздуха?

— Ты дал мне три дня! Так дай пожить спокойно, не лезь!

— Я дал тебе три дня, — спокойно повторил он. — И сегодня как раз третий из них. И что я в итоге узнаю? Что ты оставила наших детей — очень активных, если ты забыла — голодными и под присмотром другого маленького ребёнка, а сама исчезла на полдня. Считаешь это нормальным?

— У меня не было иного выбора! Я ходила на собеседование!

— А вернувшись, могла обнаружить, что нет уже ни детей, ни квартиры в целости и сохранности. Просто чудо, что ничего не случилось за это время.

Она молчала — новых оправданий придумать, видимо, не смогла. Олег взял небольшую паузу, потом размеренно проговорил…

— Думаю, нам пора все обсудить — без лишних эмоций и претензий друг к другу. Пора решить, как будет лучше прежде всего — для детей.

— А лучше — это, конечно же, с тобой? — ядовито прокомментировала она.

— Оля, у тебя сейчас нет ни жилья, ни работы, ни денег. Но я дал тебе шанс показать, на что ты готова ради детей. История знает немало примеров, когда женщины землю способны были перевернуть вверх ногами ради своего ребёнка… А что сделала ты?..

— Да что я могла сделать всего за три дня?! — почти проорала она. — И кто виноват, что у меня ничего нет?! Ты ведь мог уйти красиво и достойно, оставив нам с детьми жилье и содержание!

Он сложил на груди руки.

— Чтобы что? Чтобы ты продолжала безбедно жить за мой счёт и ничего не делать, только с любовниками развлекаться?

— Чтобы твои дети не страдали!

— Они и не будут страдать, если ты поведёшь себя, как нормальная мать. И тебе придётся признать, что со мной им сейчас будет лучше. Тем не менее, я верю, что ты их любишь… по-своему. Насколько вообще на это способна. И я не лишаю тебя права видеться с ними, сколько угодно, напротив — хочу, чтобы ты была с ними достаточно часто, чтобы они не чувствовали себя брошенными. И пока ты не встанешь на ноги, это — лучший вариант. А позже, если ты одумаешься и исправишься, мы сможем снова все обсудить. Пересмотреть, если понадобится.

— И что для тебя такое — одуматься? — огрызнулась она.

— Как минимум — найти работу, обрести стабильность, вести достойный образ жизни, а не по членам скакать. Я не хочу, чтобы мои дети такое наблюдали.

Он видел по её глазам — она хотела его ударить. Но вместо этого Оля вдруг приблизилась, положила ладонь ему на плечо…

Ласково промурлыкала…

— Олежек, но ведь есть и другой выход…

Он видел её насквозь. Видел всю её суть — до тошноты. Но, сделав над собой усилие, все же стерпел её прикосновение и, склонив голову на бок, вопросительно на неё посмотрел.

— И какой же?..

Она подалась к нему ещё ближе. Выдохнула почти в самые губы…

— Мы можем начать все сначала. Я ведь люблю тебя… теперь я это особенно хорошо понимаю… И мне никто-никто больше не нужен. Олежа, ведь все совершают ошибки, пойми… Я ясно осознала, что Юра на твоём фоне — просто жалкий слизняк…

Он с отвращением отпихнул её от себя.

— Не позорься, сделай одолжение. И не делай из меня дурака — я ведь не Юра.

Развернувшись, он распахнул дверь, чтобы забрать детей и уйти. И обнаружил за ней Юру, отскочившего буквально в последний момент…

Но по его роже было ясно — он слышал все эти «жаркие» признания своей любовницы.

Олег уже почти прошёл было мимо, но в последний момент обернулся…

Схватив Юру за шкирку, от души влезал ему в челюсть кулаком.

— Это тебе за Леру и Тоню, — прокомментировал он. — И это — только цветочки, а ягодки скоро тоже будут, Королев.

А потом Олег вошёл в гостиную, где сидели дети, и громко объявил:

— Ну что, кто тут хочет поехать со мной домой?

— Мыыыыы! — в один голос прокричали двойняшки.

И все наконец встало на свои места.