Глава 27

Мерцание цвета мертвенного индиго погасло, стоило вновь оказаться в кабинете старшего герцога Кортес. За окном виднелась лишь беспроглядная темнота, а скудное освещение в помещении составляла парочка догорающих свечей в канделябрах. – Я же говорил, – злорадно усмехнулся Данте. Будущий император Иории сидел в отцовском кресле, самым наглым образом закинув ноги на стол, и лениво перебирал между пальцев охотничий нож. Сам хозяин просторов стоял за его спиной полубоком, глядя в никуда сквозь расписные стеклянные витражи. Сжатые в кулаки ладони родителя покоились за спиной. Поза была далека от доброжелательности. Как и тон, которым он прокомментировал замечание кронпринца. – Если ждёшь, что возьму свои слова обратно – не дождёшься, – неприязненно скривился отец, обратившись к брюнету, а после развернулся в мою сторону, дополнив снисходительно: – С тобой всё в порядке, дочь? От обоих мужчин исходило столько враждебности, что я даже растерялась, не сразу найдясь с ответом. И так предполагала, что в ближайшем будущем придётся трудно, но чтоб до такой степени… Шагнула навстречу герцогу. Под ногами хрустнуло битое стекло. Приглядевшись к окружающей обстановке внимательнее, заметила не только разбитую бутылку и расплывшуюся лужу от пролитого вина. Полки книжных стеллажей были пусты. Их содержимое кто-то бесцеремонно сгрёб в одну здоровенную кучу в дальнем углу. На рабочем столе отца также ничего не осталось. Более того, вдоль всей столешницы пролегала здоровенная трещина. – Что здесь произошло? – поинтересовалась недоумённо. Необходимость отвечать на вопрос родителя отошла на задний план. – А что здесь могло произойти? Ничего особенного, – неопределённо пожал плечами герцог Кортес. – Расскажи лучше где была и что делала, а то давно ночь на дворе… Мы вроде как беспокоились, – дополнил в откровенной издёвке, бросив мимолётный взгляд на Данте. Прищурилась подозрительно, смерив родителя оценивающим взором. Мне, может, по нынешнему статусу и не положено покидать свою спальню после заката без соответствующего сопровождения, но раньше отца такие мелочи жизни не интересовали. – И всё-таки? – осталась стоять на своём. – Что тут произошло? Будущий император Иории тяжело вздохнул. Старший герцог Кортес заметно помрачнел. – Видишь ли, кое-кто немного перенервничал, когда обнаружил твоё исчезновение, вот и выместил лишние эмоции, – сказал отец. – И это не я, кстати, – внёс уточнение, отвернувшись обратно к витражам. – Так где гуляла? Он снова сжал кулаки за спиной. С такой силой, что пальцы побелели. – Там же, где и предыдущие несколько дней, – скрестила руки на груди в защитном жесте, а заодно и кольцо на среднем пальце правой руки спрятала. – И да, со мной действительно всё в порядке, – сделала нарочную паузу, а после дополнила язвительно: – Можете оглашать следующий пункт из своего допросного перечня, милорд. Тот, к кому я обращалась, медленно развернулся. В карих глазах отразилось удивление, постепенно сменившееся на неподдельное любопытство. С этой эмоцией он и перевёл взгляд на будущего императора Иории, негласно предоставляя ему право ведения дальнейшего диалога. Правда сидящий поблизости пользоваться возможностью не спешил. Продолжал уделять внимание только холодному оружию в своих руках. – Раз так, пойду в свою спальню. Хочу отдохнуть. Устала, – уцепилась за представившуюся возможность, разворачиваясь на выход. – Доброй ночи. Удалось сделать несколько шагов, прежде чем мне в спину донеслось приглушённое: – А где твоя куртка? – поинтересовался Данте. Ох ты ж… Пришлось остановиться. – Забыл? Я не мёрзну, – отозвалась сухо, так и не обернувшись. – Не нужна она мне. Очень постаралась, чтобы в тоне не проскользнули нотки вины. Ведь именно это я чувствовала в настоящий момент, как бы то ни было странным. – У меня с памятью всё в порядке, – хмыкнул брюнет, а затем протянул напоказ задумчиво: – А вот ты свою одежду определённо где-то забыла. Воцарившаяся пауза длилась недолго, но оттого не становилась менее тягостной. – Надеюсь ваша память будет в таком же благополучии, когда придёт время расторгать заключённый брачный союз, – отозвалась тихо. Сделала ещё несколько шагов. Успела дотянуться до ручки. Но отворить дверь так и не удалось. А всё потому, что… – Союз не будет расторгнут, Эмилия, – ледяным тоном отчеканил отец. Сердце пропустило удар. Создатель! Я ослышалась?! Дабы убедиться в последнем, пришлось вновь развернуться к мужчинам лицом. Судя по решимости, витающей во взгляде герцога Кортес… Нет, не ослышалась. Старший нашего рода на самом деле решил бросить вызов «Смерть Несущему». – Ты выйдешь замуж за Данте. И больше ни за кого другого. Никакого расторжения брака не будет, Эмилия, – в том же тоне, что и прежде, проговорил отец. – Если придётся, я позабочусь об этом лично, – последнее прозвучало больше угрозой, нежели обещанием. Грустно вздохнула. Моментально затосковала по своему Серафиму. – Очевидно, я действительно страдаю забывчивостью, потому что на моей памяти такого варианта ближайшего будущего никто не предусматривал, – вопросительно приподняла бровь и смерила кронпринца недобрым взглядом. Но будущий император Иории нисколько не проникся. – Не смотри на меня так, – сказал он, лениво усмехнувшись. – Я тут вообще не причём, – примирительно поднял ладони. – Честное слово, Эм. Перевела своё внимание обратно к родителю. Заодно вспомнила недавнее обещание Натаниэля по поводу третьего восхода солнца и всего сопутствующего с этим событием. – Вы не можете меня заставить, – усмехнулась невольно. Но категоричности и решимости во взоре герцога нисколько не убавилось. Наоборот. – Могу. И заставлю, Эмилия, – флегматично отозвался родитель. Я чуть не задохнулась от возмущения! – Это каким же образом? – полюбопытствовала с долей ехидства. В карих глазах герцога воцарилась мрачность. – То есть одного моего слова для тебя недостаточно? – задал он встречный вопрос. – Мне действительно необходимо применять соответствующие меры? Да, дочь? – специально выделил способ обращения, ненавязчиво намекая «кто тут в доме хозяин». – Потому что, если так, уверен, тебе они не понравятся. Прежде я действительно никогда не перечила ему ни в чём. Правда, и он зачастую проявлял ко мне гораздо большее понимание… Но теперь всё изменилось. – Понравятся или нет, это ничего не изменит, – сказала негромко и в то же время решительно. – Я бы вообще не согласилась ни на какой брак с Его Высочеством, если бы не клятва на крови, затрагивающая наш род. Так что лучше спасибо скажите, а не выдвигайте условия. Не хотелось раздувать ещё больший скандал из-за то, что и так давно предопределено, но, очевидно, выбора не было. Однако у родителя было своё мнение по этому поводу. – У тебя что, помутнение рассудка? – болезненно скривился герцог. – Или всё то, что я тебе говорил о Серафимах, ты мимо ушей пропустила? – шагнул навстречу, гневно сжав руки в кулаки. – Хватит, – обронила сухо и машинально выставила руку вперёд, инстинктивно ограждая себя от его приближения. – Не… – так и не договорила. Взвившийся столп оранжево-алого пламени передо мной вынудил умолкнуть. Создатель! Это я сделала?! – Кажется, мои уроки по приручению дара тебе не так уж и нужны, – меланхолично протянул Данте. – Что, за пару часов успела пройти где-то ускоренный курс? – дополнил заинтересованно. Я же в безусловном шоке пялилась на заметно нагревшийся артефакт императорского рода и реагировать на колкость не собиралась. Только ладонь сжала, наивно надеясь таким образом прекратить пожар… Тщетно. – Эмилия, прекрати, – устало отозвался отец, тяжело вздохнув. – Мы не враги тебе. Как ты не понимаешь? Всё, что мы делаем, для твоего же блага! А вот это он определённо зря сказал… – Мы? – уточнила на всякий случай, а то ведь у меня с памятью в последнее время, как оказалось, огромные проблемы. – Мы – это, позволь спросить, кто именно? Ты и Данте? Или ты, Данте и Его Величество? А может ещё кто? Орден, например? – помолчала немного, повторно вспомнив обещание Натаниэля, а после добавила злорадно: – Заодно расскажите мне, что за благо такое, при котором мы все умрём! Столп пламени взвился до потолка, задевая подвешенную на балке люстру. Кованное крепление расплавилось за несколько мгновений. Предмет интерьера с огромным грохотом рухнул аккурат под ноги хозяину кабинета. Мужчина звучно выругался и отступил на пару шагов назад, бросив умоляющий взгляд в сторону кронпринца. – Клятва верности, данная нами обоими ордену, не позволит ничего тебе рассказать, Эм, потому что это затрагивает не только наши интересы, – примирительно заговорил брюнет, переняв эстафету по уговорам такой строптивой меня. – Если хочешь видеть всю картину целиком и полностью, я уже говорил тебе что для этого требуется. Иначе – никак. Настала моя очередь вздыхать тяжело и устало. – Если так, тогда разговор исчерпан, – проговорила ничего не выражающим тоном, с печалью глядя на догорающий паркет. – К третьему восходу солнца я разделю свою вечность с Натаниэлем. Независимо от того, расторгнет император мой брачный союз с Его Высочеством или нет, – развернулась к дверям. Самым бессовестным образом решила наплевать на устроенный пожар. Всё равно ведь не в силах его потушить. Пусть сами разбираются. Такие ведь самостоятельные и решительные… Вот и будет им куда направить эту свою излишнюю инициативность! – Что это значит? – растеряно отозвался отец. Но я лишь печально улыбнулась своим мыслям, не посчитав нужным отвечать. – Ну, теоретически, Эмилия не сможет войти в столичный храм и дойти до алтаря, чтобы заключить официальную церемонию бракосочетания, будучи связанной по традициям Старого Завета, – снисходительно пояснил Данте, быстренько уловив сакральный смысл сказанного мною. – Однако обряд, признанный перед лицом самого Создателя, она может провести, независимо от того, будет ли замужем на бумаге с печатью или нет. – Что-оо?! – наконец, оценил всю полноту моего ультиматума и старший Кортес. Судя по выражению крайней степени бешенства на его лице, он бы меня с удовольствием придушил. Вон с каким хрустом сжимал и разжимал кулаки, сверля таким взором, будто перед ним не единственная дочь, а та, кто повергла в Преисподнюю всю Вселенную. – То самое, – довольно хмыкнула я, без зазрения совести подтверждая слова Данте. Хорошо, до сих пор пылающее между нами пламя, прекрасно заботилось о сохранении существующей дистанции. – Очевидно, последующий за публичной изменой приговор к смертной казни, Серафима и вашу дочь заботит мало, – словно невзначай, добавил кронпринц. – Правда же, Эм? Заботило ли меня то, что могло повлиять на сохранность моей жизни? Да какая разница? Главное, чтоб об этом позаботился Натаниэль… – А знаете, что-то я уже и не хочу отправляться в свою спальню, – обронила глухо, наконец открыв дверь. – Если запланированное сопровождение прибыло, я бы хотела вернуться в столицу прямо сейчас, Ваше Высочество. Буду ждать вас во дворе… Или могу добраться сама. Ответа так и не дождалась. Вышла в коридор и резко захлопнула за собой дверь, лишив мужчин возможности прокомментировать и это моё желание.