Глава 28

Стоило оказаться в коридоре, прислонилась спиной к стене и медленно выдохнула. Кто бы знал, чего мне стоило пойти против отца! Теперь, главное, не пожалеть об этом… – Создатель, помоги мне, – прошептала беззвучно. Сделала пару глубоких вдохов и направилась к загонам на заднем дворе. По дороге встретила Иветт. Та рассказала, что Ариас буквально несколько часов назад отбыл в столицу, потому что перерыв в обучении закончился и необходимо возвращаться в академию. Честно говоря, брат – последний человек, которого бы сейчас хотелось видеть, поэтому я не сильно расстроилась. Попросила её принести мне одну из курток. Пусть и сказала Данте, что могу обойтись без этой детали верхней одежды, и не соврала даже, но разгуливать по окрестностям в одной рубашке и накидке – не самая лучшая идея. Как минимум, во избежание косых взглядов от посторонних. – Леди Эмилия, с вами всё в порядке? – встревоженно поинтересовалась экономка, вернувшись не только с нужной вещью, но и с дорожным плащом. – Такая бледная… – дополнила в негодовании. Куртку я приняла, как и плащ, скупо поблагодарив женщину. На вопрос отвечать не стала. Лишь подняла лицо к тёмному небосклону, усыпанному на редкость большим количеством ярких созвездий, и едва заметно скривилась. Та, кто стояла рядом, и без того прекрасно знала, что со мной «не всё в порядке». В конце концов, она сама являлась одной из тех, благодаря кому так случилось. – Пожар в кабинете старшего лорда потушили, – тихонько дополнила Иветт. Я только усмехнулась, накидывая плащ. Экономка тяжело вздохнула. – Поужинали бы хоть, отдохнули немного. К чему уезжать ночью? – укоризненно подметила она, аккуратно тронув за плечо. Я же подарила ей грустную улыбку и отрицательно помотала головой. К этому времени как раз вывели пару лошадей, одна из которых предназначалась мне, поэтому не стала медлить, воспользовавшись подвернувшимся поводом для прекращения нескладного диалога и вовсе. Стоило оказаться в седле, как и Его Высочество появился. Один. – Можем ехать? – поинтересовалась я у него. – Где там ваше сопровождение? Брюнет прищурился, пристально вглядываясь в сторону западных ворот, служащих одним из выездов владений первой герцогской линии Кортес. – Близко, – обронил сухо. – Можем ехать, да. Встретимся с ними по дороге. Согласно кивнула, дождавшись, пока мужчина окажется в седле, а после накинула капюшон и направила лошадь к воротам. Тот факт, что с отцом так и не попрощалась, как следовало бы… Что ж, всё когда-то бывает в первый раз. – Хоть скажите, когда вернётесь! – напоследок воскликнула в негодовании Иветт. Сердце противно сжалось. Слишком много отчаяния и обиды смешалось в её голосе. Но я так и не обернулась, продолжив свой путь. Не сказала ничего. Ответа и сама не знала. Да и разговаривать с той, кто лгал на протяжении всей твоей жизни… Слишком больно. – Зачем ты так? – тихонько обронил кронпринц, как только мы выехали за пределы замка. Сжала поводья в руках крепче. Промолчала. Сосредоточилась на видневшейся в дали лесополосе, укрытой наледью. – Эмилия, – продолжил на своей волне Данте. – Я понимаю, что ситуация в целом далека от благого расположения духа, но ведь они твоя семья. Та женщина – Иветт, она же тебе как мать. Растила тебя с детства. Она-то в чём провинилась? Вот же… приставучий! – Не твоего ума дело, – огрызнулась ядовито. – Тебя вообще с каких пор интересует что там с моей семьёй и как? Кажется, твоя главная задача заключалась в том, чтоб я до алтаря к тебе дошла, а остальное совершенно незначимо, – закончила язвительно. Брюнет мрачно усмехнулся и устремил взор туда же, куда смотрела и я. – Ты ошибаешься, – только и сказал он. – Для меня значимо абсолютно всё, касаемое тебя. – Серьёзно? – усмехнулась открыто. – Именно поэтому ты убедил моего отца, чтобы он поддержал тебя в вопросе дальнейшего сохранения нашего будущего союза? Невзирая на договорённость, которую вы заключили с Натаниэлем! Заметила, как будущий император Иории помрачнел ещё больше. – Я уже говорил тебе, я не причём, – ответил Данте, помолчал немного, а затем дополнил снисходительно: – Сама прекрасно знаешь, ваш род владеет большей частью рудников Иории и лучшими оружейными мастерскими, а аграрная община второй герцогской линии Ортиз, снабжающая провизией весь континент, до сих пор существует только благодаря приданому твоей тётки Каталины… Так скажи мне, Эм, кто тут и на кого может влиять на самом деле, учитывая условия, в которых существует наш мир? Почувствовала себя ещё более несчастной, нежели прежде. Ненадолго. Вскоре стало ещё хуже. – Брачный договор, подписанный почти семнадцать лет назад – он не значил для герцога Кортес абсолютно ничего, пока по твою душу не явился Серафим, – продолжил Данте. – Более того, клятву на крови твой отец принёс уже после того, как Натаниэль забрал тебя. И, собственно, только потому, что так случилось. Мне будто на голову рухнули небеса! Вместе с воспоминаниями о том, что происходило в кабинете герцога Кортес, когда Натаниэль впервые пришёл за мной. – Но ведь отец говорил, что… – пробормотала тихонько, уставившись на собеседника в бескрайнем неверии. – Обманул, да? – дополнила ещё тише, уловив непреклонность во взгляде кронпринца. До сих пор действующее заклятье Верховной ведьмы неизвестного мира, отражающееся в потемневших до черноты глаз, не позволило сомневаться в правоте прозвучавших слов. – Да, Эм, – отозвался с сожалением Данте. – Получается, что так. Стало совсем тоскливо. В груди будто пустота образовалась. – Но могу утешить тебя тем, что придуманный тобой и твоим Серафимом вариант вполне может быть выходом из всего этого, – приободрительно дополнил брюнет. – По крайней мере, меня всё устраивает, – хмыкнул довольно. Я же подарила ему презрительный взгляд. И не удержалась от очередного сарказма: – Что, Ваше Высочество, так не терпится подписать мне смертный приговор и заполучить долгожданное освобождение? – поинтересовалась вкрадчиво. Мрачность к будущему императору Иории вернулась в одно мгновение. – Ты правда веришь в это? – задал встречный вопрос. В чёрных глазах вспыхнуло пламя. Угрожающе так вспыхнуло… – Я уже не знаю во что верить, – безразлично пожала плечами и вернула внимание к дороге, по которой еле плелись. – Но то, что ты не хочешь жениться на мне ровно так же, как и я выходить за тебя замуж – это факт. Так почему бы не избавиться от меня, и при этом угодить человеку, от которого зависит благополучие правления вашего рода, раз уж герцог Кортес так категорично настроен? С пару секунд Данте смотрел на меня так, будто узрел Преисподнюю в первозданном виде. Вместе с тем, огонь в его глазах лишь разрастался всё больше и больше. Мужчина резко подался в сторону, схватив мои поводья, и потянул на себя, останавливая сначала мою лошадь, а после и свою. – Если бы я мог сделать хоть что-нибудь, чтобы нам всем не пришлось проходить через всё это, я бы сделал. Но я не могу… Просто прими это, Эм. И больше никогда не говори, и не думай о том, что я причиню тебе вред. Никогда, – выделил в специальном повторе. – Поняла, да? – протянул в явной угрозе. Машинально кивнула. Но сказала в ответ совершенно противоположное. – Если бы ты действительно так считал, тогда бы сдержал слово, данное Натаниэлю, и отпустил бы меня. Невзирая на мнение моего отца, – противопоставила тихо, вопреки внутренним ощущениям. – В конце концов, разве может быть что-то важнее жизни единственного наследника престола? – дополнила весомо. Однако возгордиться аргументированностью собственной речи не довелось. Данте потянулся навстречу, аккуратно поддел прядь волос, выбившуюся из-под капюшона и бережно завёл за ухо, ласково улыбнувшись. – Не что-то, а кто-то, – печально усмехнулся он. – Ты, Эм. Тут я окончательно утратила связность и логическую составляющую разговора. Быть может, не столь из-за сказанного, сколько из-за того, что будущий император Иории так и не удосужился отодвинуться. Смотрел на меня до такой степени пристально, будто в самую душу собирался заглянуть. Пламя в его взгляде буквально под кожу проникало, разгоняя по венам кровь, заставляя сердце биться чаще и громче. Казалось, уже ничего и не существовало, помимо того, что творилось внутри меня… Нет, не казалось. Так и было. Вокруг буквально вымерло всё. Ни единого звука. – Так тихо, – прошептала едва слышно. Прислушалась к окружающему, дабы утвердиться в собственных сомнениях. – Даже слишком, – подтвердил напряжённо Данте. Мужчина отстранился и расправил плечи, пристально вглядываясь вперёд. В его ладонях вспыхнуло пламя. Огонь устремился ввысь и рассыпался мириадами мельчайших искорок. – Кому ещё, кроме твоего так называемого отряда сопровождения и тебя самого было известно, что мы будем здесь? – поинтересовалась я осторожно. Получила в ответ брезгливую усмешку. – Мои люди – надёжны. И предателей среди них нет, если ты об этом, – сухо прокомментировал Данте. – Если кто посторонний и в курсе – так это от тех, кто видел нас с тобой в родовом замке герцога Кортес. Создатель! И почему от этого нисколько не легче?! – Мы пробыли в отцовских владениях не так уж и долго, – парировала я. – Всегда легче верить только в то, во что хочется, – повторно усмехнулся брюнет. Он поднял голову, наблюдая за тем, как содеянное огненной стихией окончательно растворилось в воздухе. По прошествии нескольких секунд не столь отдалённо над кромкой леса возникло похожее явление. Кронпринц облегчённо выдохнул. – Всё в порядке, Эм, – пояснил он. – Наше сопровождение прибыло. На дороге появилось трое всадников. Длинные чёрные плащи с глубоким капюшоном напрочь скрывали их силуэты, но даже так было понятно, что перед нами воины. Рослые, широкоплечие… маги стихийного ордена. – В кои-то веки Саторин освоил полог тишины, – задумчиво прищурился Данте, пристально разглядывая приближающихся абсолютно беззвучно. – Тот, что слева, – махнул рукой, указывая на мужчину, – его стихия – воздух, – дополнил в пояснении. Не то что б объяснение пришлось совсем не по душе… Но стало неуютно. – А остальные? – полюбопытствовала чисто из вежливости. Будущий император Иории одарил снисходительной улыбкой. – Справа – Маркус. У него водный дар. В нынешних условиях не особо развернёшься в практике с подобной силой, но он умеет импровизировать. С третьим моим воином ты и сама знакома. Вряд ли я могу рассказать о нём что-либо новое для тебя. Приподняла бровь в ожидании более подробных пояснений, но огненный маг самым наглым образом промолчал, вынуждая меня терзаться сомнениями и ждать, когда же всадники доберутся до нас, а я пойму в чём же заключался подвох. – Ваше Высочество, – прозвучало в приветствии как один три голоса. Всадники спустились на землю, приклонили колени и головы, терпеливо дожидаясь, когда им разрешат подняться. Вот только Данте почему-то пялился в то время лишь на меня, а на них внимания не обращал. Я же всё пыталась понять кто же этот третий маг, который, по всему вытекающему, должен обладать даром земной стихии. – Мы тут до утра будем так стоять? – бросила нетерпеливо. Будущий император Иории тяжело вздохнул. Спешился. Подошёл к одному из воинов. – Можете не утруждаться. Всё равно не оценила, – удручённо сообщил он, дружелюбно похлопав рядом находящегося по плечу. – Не привыкла ещё. Мне понадобилось немало времени, чтобы уловить сакральный смысл сказанного… Смутилась. И в первую очередь от того, каким именно образом ко мне обращались воины. – Я… Не… – попробовала оправдаться, но дар речи подло отказал подчиняться. – Ладно, ладно, мы уже поняли, ага, – благосклонно перебил мою несвязную речь первый из поднявшихся. – Не утруждайтесь, Ваше Высочество. Голос оказался до боли знакомым. Но даже когда мужчина скинул с головы капюшон, всё, на что я оказалась способна – недоумённо разглядывать кареглазого мага, так и не веря своим глазам. Как минимум потому, что мой младший брат сейчас должен быть в военной академии, а никак не в личном услужении престолонаследника Иории! – Слушай, Эм, я напортачил, знаю, – меланхолично протянул в добавление Ариас. – Но это же не повод так игнорировать меня? Да чтоб… Вас всех! – И ты, да? Такой же как они, – всё, на что меня хватило. На этом способность к красноречию вновь покинула меня. Намного сильнее оказалась пустота в душе, навеянная лицемерием всех, кто был так дорог. – Прости, Эм, – виновато отозвался младший брат. Он вернул на голову капюшон и сел на свою лошадь. Я пропустила тот момент, когда оставшиеся двое магов сделали то же самое вперёд младшего герцога Кортес. Как только Данте последовал их примеру, мы продолжили дальнейший путь. В молчании. И длилось оно ровно до тех пор, пока трое всадников не отдалились на столько, чтобы моя дальнейшая речь осталась услышанной только для кронпринца. – О чём ты только думал? – обратилась к нему в открытом упрёке. На лице Данте мелькнула грустная улыбка. – О том, что в моём окружении действующему стихийному магу гораздо безопаснее, нежели в лесах, среди одержимых шарганов, – помолчал немного, а затем добавил в не меньшем упрёке, нежели прозвучало от меня. – Почему во всём, что я делаю, ты видишь лишь угрозу? Я всего лишь забочусь о тебе и твоей семьей, Эмилия. Наверное, мне должно было быть совестно. Но природная своенравность прекрасно затмила это неудобство. – Без тебя же как-то справлялись раньше, так что не стоило и утруждаться, – обронила сухо. Брюнет болезненно скривился. – Какая же ты всё-таки упрямая, – тяжело вздохнул он. – И ничего я не упрямая, – проворчала в ответ. – Я – объективная. – Упрямая, упрямая, ещё как! – усмехнулся Данте. – А ты вечно лезешь куда тебя не просят! – не удержалась и я. – При этом совсем не удосуживаешься поинтересоваться, а надо ли оно другим, – дополнила язвительно в открытом намёке. – И… я не упрямая! Ты вообще обо мне ничего не знаешь! Уже приготовилась отразить новый выпад со стороны брюнета, однако он не стал отвечать. Отвернулся от меня, всматриваясь вдаль. И очень сильно удивил дальнейшим. – До того, как тебе исполнилось семь, твой отец читал тебе на ночь одну и ту же сказку. Про мореплавателя, попавшего в шторм. Она тебе очень нравилась. Но в свой седьмой день рождения ты заявила, что уже большая и теперь твой черёд заботиться о родителе. С тех пор ты сама рассказывала эту сказку перед сном обоим герцогам Кортес. И старшему, и младшему. Ариаса, к слову, тошнит от этой истории до сих пор, – так и смотря строго перед собой, проговорил Данте. – Когда твой отец надолго уезжал из замка, каждый раз ты забиралась на самый верхний балкон в северной части замка и ждала его возвращения. Часами. Или даже днями и ночами. Неважно. Просто ждала, – продолжал говорить он, а на его губах расцветала тёплая и ласковая улыбка. – Ты можешь всю ночь напролёт смотреть на снегопад. Тебе нравится ловить снежинки и разглядывать их, будто в этом есть что-то действительно увлекательное. За всю свою жизнь ты не одела ни одного платья из числа тех, которые носят леди, согласно общепринятым среди аристократов правилам и нормам. Зато выучила несколько языков. Не единожды от и до прочитала трактат Старого Завета в оригинале. Выучила, наверное, его даже, – ухмыльнулся беззлобно. – Одна из твоих наставниц как-то сказала, что легче приручить стаю шарганов, чем дождаться ту пору, когда начнёшь вышивать и заниматься музыкой. Зато владеешь клинком получше многих императорских стражей. Твой отец лично обучал тебя… – всё перечислял и перечислял он. И, судя по всему, собирался продолжать в том же духе ещё долго. Да только я вряд ли бы выдержала подобного ещё хотя бы несколько мгновений. – Ты что, следил за мной? – прошептала в тихом ужасе. Нет, конечно оставалась вероятность, что кронпринцу просто-напросто доносили. Как-никак в теории вроде как невеста и всё такое. Но не в таких же подробностях?! – Должен же я знать с кем буду делить смежные спальни до конца дней своих, – беззаботно пожал плечами мужчина, тем самым подтвердив мою догадку. – Создатель, – выдохнула обречённо. Я явно недооценила своего будущего, хоть и временного, но всё равно супруга! С этой мыслью я и провела оставшиеся часы дороги до столицы. На границе владений герцогства Кортес к нам присоединилось ещё четыре десятка воинов из числа императорской стражи. Данте больше ни слова не обронил, великодушно позволив моему страдающему безысходностью сознанию переваривать уже случившееся. А к тому времени, как я оказалась в отведённых мне покоях, когда-то принадлежавших племяннице императора, я уже была просто-напросто не способна разговаривать вообще ни с кем. Слишком устала. Как только добралась до постели, то просто рухнула на неё, бессовестно наплевав, что за окнами показались первые рассветные лучи. Разум отключился быстрее, чем я успела сделать новый сознательный вдох.