Глава 35

Солнце сегодня светило на удивление ярко. И небо – лазурное, чистое. Без единого облачка. Давненько никто в Иории не видел подобного. Будто предвестник весны. Хотя то, скорее всего, просто-напросто моя бурная фантазия на нервной почве. – Дальше придётся самой, – шепнула Делия. Я и обе мисс Эртан остановились перед одной из аллей в императорском саду. Дорожка вела к южным вратам, которые в свою очередь открывали путь к главному столичному храму. В этой части владений сакуры не было. Зато буйствовало обилие эдервейса. Крупные соцветия на коротких стеблях ярко-пурпурного оттенка с жёлтой сердцевиной, растущие даже в самых суровых погодных условиях – знак любви и верности. То, что заставляло нервничать ещё больше прежнего. Одно дело знать, что предстоящий брак – всего лишь фальшь, и совершенно иное – переживать это лицемерие, выглядевшее, к слову, на редкость правдоподобно. Соответствующий наряд, традиции, которые приходилось соблюдать… Скорее бы всё закончилось! – Да, знаю, – выдохнула тяжело. Шарган, притихшая за моей спиной, жалобно заскулила. Создатель, иногда эта зверюга напоминала ручную гончую! – Тебе тоже придётся остаться здесь, – дополнила я грустно. Озвучила то, что Лили и без меня прекрасно осознавала. – Ррр… – отозвалась шарган. Она одарила меня преданным взором и склонила морду, послушно усевшись где стояла. По всей видимости, приготовилась ждать возвращения хозяйки. Ну вот! И командовать не пришлось! – Умница, – похвалила её. Напоследок взглянула ещё раз на сопровождающих меня девушек. Делия, как и я, тоже заметно нервничала, изредка покусывая губы. Талия усиленно рассматривала манжеты на рукавах своего платья и явно боролась с тем, чтобы не расплакаться. – Всё будет хорошо, – заверила я обеих. И чего это они? Как будто их самих тут вынуждали замуж выходить, а не меня… – Мы будем ждать тебя здесь, – отозвалась старшая из сестёр. Младшая продолжила молчать. Отвернулась вовсе. Но скатившуюся по её щеке слезу я всё-таки успела заметить. – Хорошо, – кивнула обеим на прощание. Вдохнула поглубже и развернулась в нужном направлении. Шла как можно быстрее, насколько то позволяло свадебное облачение. Остановилась лишь перед самыми воротами, распахнутыми настежь. Вынужденно. Перед тем, как я переступлю границу аллеи, полагалось сорвать один из цветков. Что я и сделала без промедления, выбрав первый попавшийся. Закрепила его в волосах, заплетённых в косу, и направилась дальше, старательно игнорируя всё сильней и сильней учащающееся сердцебиение, наряду с навязчивым посылом, так и кричащим изнутри: «Не ходи туда! Вернись!». И, хотя вокруг никого не было, звуки собственного отчаяния буквально въелись в сознание и пространство вокруг, преображаясь в иллюзорные громогласные возгласы целой толпы. Кто бы знал, чего мне стоило преодолеть оставшиеся три сотни шагов! Храм Старого Завета, как и долгое время прежде, оказался заперт. Зато перед центральным входом возвышалась просторная арка, украшенная венками злополучного эдервейса. Под сооружением меня ожидало всего два человека. Старец в белой хламиде (подобные ему когда-то имели чин главных храмовников, а ныне лишь канцелярский статус), с двумя родовыми книгами в руках, и мой вроде как будущий супруг. Предстоящее действо предполагало отсутствие свидетелей, хотя каждый из присутствующих прекрасно знал, что это тоже всего лишь очередной обман. На этот раз – публичный. – Эми… – беззвучно выдохнул кронпринц, как только я подошла ближе. Он протянул руку, которую пришлось принять. Сжал мою ладонь в своей очень крепко. На грани с болью. Больше ничего не сказал. Да и я не стала обременять себя лишними словами. Хватило одного взгляда в сторону мужчины, одетого точь-в-точь как на вчерашнем рауте, чтобы понять всё то, что осталось невысказанным. В чёрных глазах сияло столько радости и восхищения, смешанных с облегчением, что сразу стало понятно – не одна я думала в последние минуты о возможности свалить отсюда куда подальше. Данте явно тоже опасался такой подлости с моей стороны. Правда, напряжение в плечах мужчины так и не делось никуда. И сохранялось вплоть до того момента, пока третий участник этого спектакля не задал один единственный полагающийся вопрос. Воцарившаяся тишина длилась долго. Очень долго… Я нарушила её первой, дав своё согласие вперёд кронпринца, хотя полагалось совершенно иначе. Ну а что? Чем скорее замуж выйду, тем быстрее развод получу! – Да, принимаю, – последовало приглушённое после моего слова. Седой старик благосклонно улыбнулся и открыл одну из книг. Огромный свод содержал всю родословную первой герцогской линии Иории. Моё имя значилось там предпоследним. Но ненадолго. Оно исчезло, залитое восковой печатью. И, спустя короткое время, появилось среди ветви правящей династии. Эмилия Бертрам Солер – вот теперь кто я. Поданные мне и моему вроде как уже официально супругу чаши с традиционным вином стали тому подтверждением. «Ну вот и всё», – выдал с облегчением собственный разум. Но внешне я продолжала молчать, судорожно вцепившись в кусок золота с тёмным напитком внутри. И, видимо, не зря. А всё потому, что огромные кованные ворота храма Старого Завета с жутким скрипом тронулись с места. Приоткрылись совсем немного – так, чтобы хватило пройти внутрь одному человеку. Не обязательно долго гадать – не иначе как приглашение. Вот только кому? И зачем? Смешные, глупые вопросы… Очевидно же всё! Изначально, церемония бракосочетания как раз-таки предполагала вхождение в ту обитель после того, как бюрократическая составляющая окажется завершена. Вот только мы не так договаривались! – Что происходит? – напряжённо поинтересовалась я жалким полушёпотом. Данте до сих пор крепко держал меня за руку. Именно благодаря этому я и смогла устоять, а не грохнулась на землю, ведь колени моментально дали слабину. – Ты мне веришь? – только и сказал в ответ будущий император Иории. Во взгляде огненного мага светилось столько надежды, что казалось, будто предам весь мир, а не только его, если отвечу честно. Именно поэтому я вынужденно кивнула, мысленно затосковав не только по своему Серафиму, но и по Лили. По одержимому шаргану даже больше, чем по «Смерть Несущему». – Тогда идём, – отозвался Данте. Я же исполнять веление не спешила. Печально улыбнулась самой себе, чувствуя, как сердце и душа постепенно наполнялись горечью и обречённостью. Подняла голову, глядя вверх. Выпущенные в небо турманы – парящие в высоком полёте белоснежные вестники, уже дали понять всей столице о том, что в правящей династии Иории только что случилось пополнение. – Чтобы доверять, не обязательно приносить какую-то там клятву, – дополнил кронпринц с явным намёком на моё былое высказывание. Это немного воодушевило. – Идём, – окончательно сдалась я. По пальцам прошлась судорога. Еле удержала чашу, не расплескав вино, пока шла вслед за Данте. В священную обитель он пропустил меня первой, хотя ладонь так и не отпустил. Внутри оказалось темно. К тому же, ворота захлопнулись почти сразу за нашими спинами. Сами по себе. Высокие узкие оконные проёмы покрывал такой налёт грязи и копоти, что солнечный свет просто-напросто не проникал сквозь стёкла. Пришлось остановиться спустя пару шагов, как только переступила порог. Не видно же ничего! Официальный супруг остановился рядом и идти дальше не спешил, как и я. Глаза едва начали привыкать к темноте, позволив различить огромные, низко подвешенные люстры среди просторного зала, в конце которого возвышался высокий алтарь, как внимание переключилось на совершенно иное… Только теперь заметила высокий мужской силуэт, стоящий посредине храмовой обители. – Поздравляю с приобретением новой фамилии, дочь, – глухо обронил старший герцог Кортес. – Носи её с честью. Он стоял неподвижно, заложив руки за спину, будто статуя. Его слова разнеслись тихим эхо среди пустующих каменных сводов. И осели в душе ощущением… предательства? Да, именно так. Никак иначе расценить содеянное родителем мне не представлялось возможным. – Спасибо, – отозвалась сухо. Стены отразили и мой голос. – Это всё? – поинтересовалась нервно. Ведь дальше никто ни слова не произнёс. Да и после моего вопроса тишина длилась довольно долго. Но, стоило собраться на выход… – Нет, – запоздало отреагировал Данте. Он сжал мою руку в своей крепче, тем самым ясно давая понять, что придётся задержаться здесь независимо от собственной воли. – Не стоит всё воспринимать так враждебно, Эмилия, – заговорил и отец. – Мы всего лишь выполнили последнюю волю Октавии. Ну да, очень удобно прикрываться той, кого нет в живых! – Мы? – фыркнула в насмешке. – Опять это ваше неопределённое «Мы»… – дополнила всё в том же тоне, закончив на недосказанности. Честно говоря, тем самым надеялась разозлить герцога. Ведь он не терпел подобного поведения. Однако, как ни странно, я просчиталась. – Да, Эмилия, – устало вздохнул старший из рода Кортес. – Мы. Я, Данте и… Люций. То, что никакого ордена он не приписал к этому числу, уже несомненно радовало. Но не настолько, чтобы я прониклась. Да и с чего бы императору и кронпринцу создавать себе такую конкуренцию?! – Странное предсмертное желание… – проворчала себе под нос. – Отдать всё родовое имущество за жалкую возможность сесть на престол. Лица главного представителя первой герцогской линии Иории я так и не видела, но всё равно очень чётко представила себе ухмылку, которая украсила его лицо, наряду со словами: – Жалкую? – ядовито отозвался он. – Ошибаешься, дочь. Ты будешь править этим континентом. Теперь это дело уже решённое. Прозвучало чересчур самоуверенно. И слишком резко. Будто его самого бесило всё происходящее не меньше меня. Вот только среди нас двоих – зачинщик-то не я! – Что это значит? – спросила напряжённо. Сама тема обсуждения так и тянула на смертный приговор. Уже молчу про то, что она озвучивалась в присутствии Данте. И тот при всём при этом ни слова против не сказал… Странные они! Даже более чем. – Люцию недолго осталось, – пояснил родитель. – Ты ведь уже в курсе о его выгорании. Больше года не протянет. Я от своего права отрекусь. Как отречётся и Ариас. Ну, об этом ты тоже уже знаешь. В сознание будто целое инферно разверзлось. Неужели всё это лишь для того, чтобы я стала истинной императрицей?! Ну и запросы были у моей мамочки… – Ни о ком не забыл? – усмехнулась, старательно игнорируя то множество вопросов, что моментально вспыхнуло в разуме, и показательно развернулась к нынешнему супругу. – А ты чего молчишь вообще? – дополнила уже для Данте. Если перед тем, как войти в храм, я знатно нервничала, то теперь совершенно точно оказалась близка к припадку истерии. – Бертрам и так сказал более, чем достаточно, – только и сказал кронпринц. Вот это… Преисподняя мне свидетель! Они тут все сумасшедшие! Не только я. – Его право престолонаследия никто оспаривать не будет, – продолжил за него герцог. – Но и править Иорией, когда то и дело носишься по запрещённым местам в поисках быстрой смерти… Сама понимаешь. Недолго Данте проживёт при таком времяпровождении. Мне сейчас одной последнее показалось жутко цинично? Судя по негласной солидарности, выражающейся в молчании кронпринца… Точно умом тронулись! – Я отказываюсь участвовать во всём этом, – простонала обречённо. Снова обернулась к выходу. Ещё бы кто позволил добраться до него. – Ты уже участвуешь, – тихо, но весомо противопоставил отец. Изо всех сил сжала чашу в одной своей ладони и чужие пальцы – в другой. Ещё немного и сорвусь… А нет. Уже ничего до той поры не осталось. Я – правитель Иории?! Очень смешно… Было бы. Если бы не хотелось выть в голос. – Да пошли вы все, – психанула окончательно. Вот только никого из присутствующих это не проняло. – Дневник… – негромко проговорил Данте. А это тут ещё причём?! – Что – дневник? – огрызнулась невольно. И тут мой разум посетили очередные смутные сомненья… – Дневник леди Исоры, – поддержал кронпринца отец. – Ты не отдашь его Серафимам. Ни при каких условиях они не должны знать то, что в нём содержится. Каменные своды наполнились очередным эхо… – Уж не вам ли его надо отдать вместо этого? – усмехнулась в свою очередь. Воцарившаяся пауза длилась недолго. – Делай с ним что хочешь. Хоть сожги. Хоть утопи. Уничтожь или оставь в тайнике. Но не отдавай его «Смерть Несущим». Это важно, Эмилия. Стоит многих жизней. Твоей в том числе, – тяжело вздохнул родитель. А вот будущий император Иории изрядно напрягся. Ладонь, удерживающая мою, будто в камень превратилась. Довольно болезненно ощущение, кстати. Как я там говорила совсем недавно? – Да пошли вы все, – повторилась флегматично. Окружающий кромешный мрак разрядило свечение кроющего амулета на мне. Под белыми кружевами свадебного наряда безделушка была неприметна… До этого момента. Наверное, именно поэтому Данте так реагировал на происходящее. – Эм, пожалуйста, – предупредительно проговорил он. Тут он прав. Выйти обратно в чём мать родила… И зачем я только вспомнила о ней? – Если не хочешь стихийного представления – отпусти, – посоветовала вежливо. Другого способа успокоиться я просто-напросто не могла себе представить. Очевидно, мой спутник тоже, потому как его хватка ослабла, а ворота храма с очередным жутким скрипом освободили путь наружу. Прощаться с отцом не стала. Вообще не хотела с ним разговаривать. Предпочтительно, до конца дней своих. Потому и ушла, не считая нужным продолжать этот спектакль и дальше… Правда, не рассчитывала, что снаружи к тому времени развернётся представление ничуть не меньшее в своём масштабе. Народу у храма старого Завета собралось много. Очень-очень много. Не видно даже, где там заканчивалась эта самая толпа, торжественно орущая поздравления для меня и Данте наряду с разбрасыванием повсюду лепестков эдервейса. – Ох ты ж… – простонала обречённо. С тоской уставилась на церемониальное вино. Залпом опустошила чашу с приторным напитком. То, конечно же, ничем не помогло. Разве что в горле стало не столь сухо. Ну вот как мне тут обретать спокойствие и умиротворение?! – Просто дыши глубже, Эм, – услужливо подсказал подоспевший кронпринц. Он встал рядом, вновь вцепившись в мою ладонь, и изобразил такую счастливую улыбку, адресованную окружающим, что меня чуть не стошнило на почве брезгливости. «Да здравствуют кронпринц и кронпринцесса!» – шумело вокруг, пока кроющий амулет на мне продолжал светиться всё явнее и явнее, а кровь в венах буквально закипала. Но и это не стало апогеем моей личной катастрофы. Прошло всего ничего, а гул толпы разбавил громогласный сигнал городской сирены. И это несмотря на то, что оповещать об окончании церемонии бракосочетания правящей династии пока ещё рановато. – Твою ж… – выругался Данте. Народ притих в одно мгновение. Паника и страх, исказившие их лица, не оставили сомнений – сигнал возвещал далеко не о радостном событии. – Одержимые, – прошептала беззвучно. Сердце в очередной раз наполнилось ощущением обречённости. И оно усилилось тысячекратно, как только нынешний супруг озвучил свою догадку: – Только не говори, что ты достала дневник из тайника, и он сейчас при тебе, – злорадно процедил сквозь зубы брюнет. На меня он не смотрел. Сосредоточился на том, как императорские стражи пытались разогнать толпу и освободить нам дальнейший путь. Стало совестно. А ещё голова почему-то закружилась. Да и оставаться в вертикальном положении тоже оказалось проблематично. – При мне, – обронила тихо, уже самостоятельно цепляясь за мужчину. По идее, меня сейчас должно было занимать обстоятельство, при котором я повинна в нападении на город, но отчего-то подленький разум принялся работать в совершенно ином направлении. Уж больно горячей была ладонь, за которую я держалась… Так приятно. До одури. – Да твою ж… мать! – снова выругался Данте. Он добавил много чего ещё. Но я уже не слушала. Всё, что оставалось явным и понятным – до чего ж прекрасен будущий император Иории. Чарующе восхитительный я бы даже сказала… На мгновение задумалась о том, откуда в моей голове вообще взялись такие определения, но уцепиться за мысль и развить её дальше не удалось. Вязкий туман накрыл плотной пеленой, отключая сознание.