Глава 38. Горничная в серпентарии

Я лихорадочно расхаживала по комнате из стороны в сторону. На пятом круге заметила, что неистово кусаю губы — если так дальше пойдёт, рискую остаться совсем без них. Пришлось предпринять титаническое усилие, чтобы остановиться и унять нервную дрожь.

Вика, успокойся. Ну в конце концов, если думать логически, ничего непоправимого ещё не произошло. В той, первоначальной истории братоубийство случилось после конкретного триггера: Дамиан убил Рихарда.

Пока я выигрываю в этой игре по предотвращению кровопролития. Ну и суть-то, наверное, была не столько в пролитой крови, сколько в ущербе, нанесённом Селесте. Не надо быть гением, чтобы понять: это она накапала ядом на темечко главного героя, вдохновив его на мокруху.

Ну а сейчас у нас что? Да пока ничего! Ну пойдёт Дамиан, поорёт, что любовь всей жизни Ардена — опытная женщина, вовсю раздвигающая свои дивные ноги перед братом. Который и не брат вовсе, а полноценный конкурент. Арден максимум наорёт на него в ответ, обзовёт как-нибудь непристойно.

Не будет же убивать в самом деле? Хотя… Помнится, в истории моего родного мира дуэли из-за оскорблённой чести избранницы случались с завидным постоянством. Ну блин.

Я опять закружила по комнате. Из коридора между тем не раздавалось ни звука. Не знаю, сколько километров я навернула и успели ли они сложиться в полноценный полумарафон, когда в дверь постучали. Стук был громкий и настойчивый. Будто если не открою прямо сейчас — через минуту дверь слетит с петель к какой-то матери.

Я подбежала и распахнула её настежь. На пороге стоял Дамиан. По его лицу нельзя было прочитать ровным счётом ничего.

— Дамиан, ты… — я сделала шаг вперёд, протягивая к нему руку.

— Тири, — он жёстко перебил меня.

Моя рука тут же застыла на полпути, а затем безвольно опустилась.

— Вы обязаны явиться завтра на закате в Тайную Канцелярию для регистрации Дара.

— Вы?.. — сипло выдохнула я, не веря своим ушам. Внутри мгновенно разрослась огромная чёрная дыра, создавая странный, удушающий вакуум.

— Если вы не явитесь, это будет расцениваться как намеренное неповиновение. Вы будете заключены под стражу, — продолжил Дамиан, его лицо оставалось абсолютно бесстрастным. — До завтра.

Он повернулся и пошёл дальше по коридору. А я медленно закрыла дверь. Что, чёрт возьми, происходит?

Стоять у двери мне за сегодня надоело, поэтому для разнообразия я решила подежурить у окна. И моё решение было вознаграждено. Буквально через десять минут из поместья широким шагом вышел Дамиан. Судя по тому, как воинственно развевался его плащ, он всё ещё был в плохо контролируемом гневе.

Герой моей романтической линии запрыгнул в карету и был таков. Какого хрена, спрашивается? Гадкое ощущение опустошённости ширилось. Нет. Я мотнула головй. Дамиан не мог так поступить со мной. Наверное, ему пришлось. Но облегчение от этих мыслей почему-то не наступило.

Слёзы подступили к горлу, но я крепко сжала кулаки и не позволила себе расклеиться. Буквально каждой клеточкой своего тела я чувствовала, что оказалась в очень нехорошем месте, и рыдать — последнее, что я могу себе сейчас позволить.

Вскоре пришла Дори. Чтобы хоть как-то отвлечься от ощущения, что я тону и мне не хватает кислорода, я предложила ей продолжить обучение грамоте. Признаться, совесть уже давно меня грызла. Дала девушке надежду, а потом закрутилась в водовороте аристократического безумия и задвинула святую миссию обучения грамоте на задний план.

В процессе я, конечно, выведала у неё последние сплетни. Всё оказалось слегка хуже, чем я предполагала. Не критично, но достаточно паршиво: Арден действительно выгнал Дамиана из поместья. Сказал, что он стервец эдакий и гадкий выдумщик, и что ему больше здесь не рады.

Но самое скверное — Дамиану натурально запретили вход в этот дом. Запрет, который раньше лежал на крыле Селесты, теперь распространялся и на галвный вход в здание.

Засыпала я с трудом. Перед сном перетащила комод к двери, подперев её изнутри. Очень нехорошее у меня было предчувствие. Будто теперь, без Дамиана, я находилась не в знакомом особняке, а на поле боя. И единственной мишенью здесь была я.

Утро встретило меня встревоженными криками за дверью. Дори снаружи видимо распласталась по дверному полотну, прильнув губами к щели у косяка. По крайней мере её крики звучали так громко, будто она стоит прямо надо мной.

— Тири! Тири! Ты в порядке? Тири! — в её голосе звенела такая тревога, словно она стояла на самом краю пропасти с говорящим названием «паническая атака».

— Дори-и-и, — простонала я хриплым после сна голосом.

— Тири! Ты как? Я уже стою здесь битый час! Не могу дверь открыть! Что с тобой?

— Да всё нормально! — я крикнула максимально громко. — Не шуми, пожалуйста, я сейчас открою.

После вынужденной утренней зарядки с тяжёлой мебелью раскрасневшаяся Дори наконец ворвалась в комнату. Пришлось выкручиваться, объясняя всё внезапно обострившейся паранойей после моего недавнего падения.

Дори этот ответ удовлетворил, а вот мне совсем не понравилось, что на мысль о поехавшей кукухе своей подруги она только деловито кивнула. Но зацикливаться на этом не было времени — имелись проблемы поважнее.

После утреннего туалета я решительно направилась на поиски Ардена. Надо было сообразить, как добраться на регистрацию Дара к закату. Может, выехать следовало пораньше, чтобы уж точно не опоздать? Да и что мне здесь делать в принципе? Ныкаться по углам от Селесты и Рихарда? Ну уж нет — удовольствие ниже среднего.

Сбежав вниз по лестнице, я наткнулась на Его Светлость — он задумчиво стоял посреди холла и буквально сверлил взглядом входную дверь.

— Лорд Арден, — на всякий случай шёпотом окликнула я его.

Он медленно повернулся. Взгляд был совершенно безразличным.

— Тири, это ты. — Радости в его голосе я не уловила — Как раз хотел послать за тобой. Время завтрака.

— Э-э-э… я, пожалуй, поем в своей комнате, — робко попыталась возразить я.

— Нет, — Арден решительно мотнул головой. — Ты здесь на правах моей гостьи, мы будем завтракать все вместе. Леди Селеста закончит утреннюю прогулку с братом и присоединится к нам. Следуй за мной.

Он резко развернулся, больше не интересуясь моим мнением. Я уныло поплелась следом — в конце концов, мне всё равно нужно было с ним поговорить. Мы вошли в столовую, где стол уже был сервирован на четыре персоны. Едва мы заняли свои места, я решила сразу взять быка за рога:

— Ваша Светлость, мне необходимо пройти регистрацию Дара сегодня на закате.

— Да, мы все вчера слышали Дамиана, — медленно проговорил Арден, придвигая к себе приборы. — Несмотря на всё сумасбродство и буйную фантазию моего брата, в одном он прав. Ваш Дар выглядит потенциально опасным и подлежит скорейшей регистрации.

— Да, и я хотела попросить вас выделить карету… — продолжила я гнуть свою линию.

— Конечно. Я отдам распоряжение, экипаж будет ожидать вас, — покладисто кивнул он.

Я мысленно выдохнула и начала подниматься со стула:

— Буду очень вам благодарна. Я не голодна, проведу время в библиотеке, если вы не против…

Арден открыл было рот, но ответить не успел.

— Милая Тири! — раздался знакомый голосок от дверей. — Ну что вы! Останьтесь же!

Я медленно повернула голову. В столовую неспешным шагом прошла Селеста, а за её спиной тенью следовал Рихард. Они оба радушно мне улыбались, но от этих улыбок у меня мороз прошёл по коже.

— Благодарю, но я… — попыталась протестовать я.

— Останьтесь, — жёстко перебил меня Арден. — Удовлетворите желание леди.

В его глазах мелькнула холодная сталь. Такое чувство, что малейший каприз Селесты был для него неприложным законом. Он совершенно не был настроен на дискуссии. Я поджала губы и медленно опустилась обратно. Ладно-ладно. Подумаешь, небольшой завтрак в клетке с хищниками. Что может пойти не так, да?

Селеста изящно села напротив Ардена, а Рихард без лишних церемоний пододвинул свой стул поближе ко мне. Липи, стоявшая у дверей, тут же бросилась переносить его приборы на новое место.

Дальше на меня посыпались вопросы — от Рихарда, от Селесты. Один Арден молчал и заворожённо смотрел на свою пассию, едва не промахиваясь ложкой мимо рта. Я старалась отвечать как можно обтекаемее и усердно набивала рот едой, чтобы иметь легитимное право нечленораздельно мычать.

В какой-то момент Селеста не выдержала.

— Верно говорят: платье можно сменить, но натуру так просто не перекроить, — с улыбкой заметила она, глядя прямо мне в глаза.

Рихард слегка улыбнулся. Арден тихо хмыкнул. Но больше всего мне не понравилось, что в кулачок прыснула даже Липи, стоявшая у дверей, и проходившая мимо мадам Агнелия.

— Это фы ошкорбили меня? — спросила я с набитым утренней кашей рот.

— Как можно! — ахнула Селеста, прижав руку к груди. — Я всего лишь вспомнила уместное высказывание. Признайте же — оно достаточно остроумное.

— А по-моему, оскорбили, — холодно отрезала я, с трудом проглотив еду.

Арден внезапно зыркнул на меня яростным, потяжелевшим взглядом. Казалось, ещё секунда — и он треснет кулаком по столу.

— Тири, ты недостаточно осведомлена о нормах поведения в приличном обществе. Тебе лучше помолчать.

Краем глаза я заметила, как Липи счастливо закивала, абсолютно влюблённым взглядом глядя на Селесту. Что ж, досадно… Ладно, мне не просто было досадно — я была в шоке. Уставившись в тарелку, я попыталась переварить новую расстановку сил в доме. Арден был совершенно, безоговорочно очарован. Сейчас он выглядел как живая марионетка. И не он один.

Я сильно подозревала, что именно в момент, когда Дамиана отлучили от дома, Селеста перестала сдерживаться и развернулась во всю мощь. Она — менталист. Это совершенно очевидно. Причём менталист незарегистрированный и крайне зловредный.

А вот кто такой её так называемый брат, оставалось загадкой. Впрочем, как и их истинный план. Вздохнув, я предприняла вторую попытку свалить с этой сомнительной вечеринки.

— Благодарю за содержательную беседу, — я демонстративно поднялась. — Пойду изучу эти самые нормы поведения, чтобы больше так досадно не ошибаться.

Рихард вскочил следом. И аккуратно, но весьма резво ухватил меня под локоть.

— Тири, позвольте мне вас проводить. И может, между делом вы поможете мне в одном небольшом деле? — он слегка наклонился ко мне, обольстительно улыбнувшись — Вы ведь раньше были здесь горничной, верно?

Я оторопело уставилась на него, чувствуя, как внутри натягивается струна.

— Э-э… так и есть, — медленно проговорила я.

— Отлично!

Рихард практически потащил меня на буксире. К его лицу приклеилась любезная аристократическая улыбочка, но пальцы выдавали его с головой. Хватка на моём локте была значительно крепче, чем требовали приличия. Сожми он руку чуть сильнее — и останутся синяки.

Ситуация стремительно катилась в бездну.

— Видите ли, милая Тири, — вкрадчиво начал он, когда мы свернули в сторону хозяйственного крыла, — раз уж у вас проснулся такой уникальный Дар, вы просто обязаны мне помочь. Моя дорогая сестра Селеста вчера так расстроилась из-за новостей о воровстве управляющего в зимнем поместье, что обронила своё любимое фамильное кольцо.

— Кольцо? — я подозрительно прищурилась, пытаясь на ходу просчитать, что он задумал.

— Именно. Она прогуливалась на этаже, неподалёку от прачечной и старых складов. Слуги перерыли всё, но вы ведь как бывшая горничная наверняка знаете каждый потайной угол этого дома лучше любого. Да и ваш Дар… вдруг вы почувствуете вещь? Пойдёмте, это займёт всего пару минут, а Арден будет вам лично благодарен.

— Но ведь прислуга уже искала, вряд ли я смогу помочь… — я едва успевала переставлять ноги, утягиваемая им всё дальше вглубь коридоров. — А зачем вашей сестре было гулять здесь?

— Моя сестра — девушка крайне любознательная и предприимчивая, — ни на секунду не задумавшись, запел он дифирамбы своей любовнице. — Ей было интересно изучить поместье. К тому же, расскажу вам по большому секрету, очень вероятно, что вскоре она станет полноправной хозяйкой этого дома.

Я только натужно запыхтела. Ловко разыграно, гадёныш. Рихард бил по больному: авторитетом Ардена и моим собственным свеженайденным Даром. Если я сейчас начну вырываться или звать на помощь прямо посреди коридора, это будет выглядеть как истерика сумасшедшей служанки.

Да и вокруг шныряла прислуга, которая теперь смотрела на Селесту как на божество.

Ладно. Дойду с ним до подвала, потыкаю пальцем в углы, скажу, что магия молчит, а карету к тому времени как раз подадут. В то, что он решится на откровенную уголовщину прямо посреди белого дня, верилось слабо.

Мы спустились по крутой каменной лестнице в полуподвальный цоколь. Здесь пахло сыростью и старым деревом. Рихард уверенно толкнул массивную дубовую дверь в конце темного коридора.

— Кажется, она обронила его где-то там, за дальними ящиками… Пройдите чуть дальше, Тири, мне туда никак не пролезть.

Я замерла на пороге. Из темноты пахнуло глухой, вековой тишиной. Сердце испуганно пропустило удар.

— Но зачем вашей сестре залезать в старый, заброшенный подвал?

Договорить я не успела. Рихард мягко, но непреклонно подтолкнул меня в спину. Я сделала два шага внутрь по инерции, под ногами резко хрустнуло. Я рванулась назад, чтобы выйти, но за спиной оглушительно захлопнулась тяжёлая дверь.

Меня обступил полумрак, разбиваемый только тусклым светом из узкого окна под самым потолком.

Я шарахнулась к выходу, выставив руки перед собой, со всего маху налетела на дубовое полотно и неистово дёрнула ручку. Заперто. С той стороны двери раздался отчётливый, неторопливый металлический скрежет проворачиваемого ключа. А следом — фальшиво-испуганный голос Рихарда:

— О боги, Тири! Дверь захлопнулась! Тут этот чёртов старый замок, его изнутри не открыть! Подождите, я попробую… О нет! Ключ сломался прямо в скважине! Его намертво заклинило!

Я со всей дури заколотила кулаками в плотную древесину:

— Рихард! Выпустите меня немедленно! Что за глупые шутки?! Откройте! — мой голос срывался, выдавая панику, охватившую меня.

— Тири, ради всего святого, не паникуйте! — донёсся его голос, который уже стремительно удалялся. — Я сейчас же бегу за помощью!

Я замерла, прижавшись ухом к холодному дереву. Шаги стихли. Наступила глухая, мёртвая тишина.

Я ещё несколько секунд яростно колотила в дверь, пока не заболели костяшки, а потом остановилась. Тяжело дыша, я опустила руки. Никто не придёт. Я не приеду в Канцелярию вовремя. А если я не явлюсь, Дамиан не сможет меня защитить. Меня объявят государственной преступницей за неповиновение приказу.

Селеста со своим любовником просчитали всё идеально.