Глава 30

POV Лин Сюэ

Утро в пещере Шепчущих Пиков пришло с глухим, недовольным ворчанием медведя Балу.

Я медленно открыла глаза. Сквозь щели между камнями, завалившими вход, пробивались бледные лучи зимнего солнца. Буря, бушевавшая всю ночь и грозящая стереть нас в порошок, наконец утихла, оставив после себя тишину заснеженных гор.

Я всё еще находилась в кольце его рук.

Чон Мин-Хо спал, прислонившись спиной к неровной каменной стене. Его дыхание было глубоким и спокойным, а грудь, служившая мне самой надежной опорой в этой жизни, мерно вздымалась. Тепло его тела, его бесконечная, согревающая энергия Ян всё еще окутывала меня невидимым, спасительным коконом, не пуская внутрь ни холод, ни тревоги.

Я осторожно, боясь потревожить его сон, приподняла голову.

В тусклом свете утра лицо мужчины казалось умиротворенным. Исчезла суровая, порой комичная напряженность воина, ищущего, кого бы спасти. Сейчас он выглядел просто молодым мужчиной — поразительно красивым, с аристократическими чертами лица, которые он явно унаследовал от матери, Леди Юн Соры, и твердой, непреклонной линией подбородка, доставшейся от отца-генерала.

Моя рука, освободившись из-под тяжелого волчьего плаща, сама потянулась к его лицу. Кончики моих пальцев, привыкшие к холодным рукоятям кинжалов, едва ощутимо коснулись его щеки, обводя контур скулы.

«Ты — моя погибель, — прошептала я одними губами, чувствуя, как внутри сжимается сердце. — Я строила свою империю теней из страха и крови, а ты разрушил её одной лишь искренностью».

Стоило моим пальцам коснуться его кожи, как ресницы Мин-Хо дрогнули. Инстинкты южного мечника сработали безупречно. Он открыл глаза, и в первую секунду в них полыхнул огонь готовности к бою, но, встретившись с моим взглядом, этот огонь мгновенно угас, сменившись такой теплой, сонной нежностью, что мне захотелось спрятать лицо в ладонях.

— Доброе утро, Госпожа Лин, — его голос был хриплым ото сна, глубоким и вибрирующим. Он не спешил убирать свои руки с моей талии. — Как ваше самочувствие? Холод больше не тревожит ваши меридианы?

Я поспешно отстранилась, отсаживаясь на край расстеленного плаща, и принялась судорожно поправлять растрепавшиеся волосы. Мои щеки пылали.

— Я... я чувствую себя намного лучше, Господин Чон, — пролепетала я, стараясь вернуть своему голосу привычную интонацию трепетной девы. — Ваша забота сотворила чудо, но нам пора в путь. Мастер Ма говорил о тайных складах. Если мы будем медлить, его приспешники могут перепрятать сокровища.

Мин-Хо с готовностью кивнул, поднимаясь на ноги с грацией просыпающегося льва. Его огромная фигура вновь заполнила собой всё пространство пещеры.

— Вы правы, Лин Сюэ! Долг не ждет! Злодеи должны быть наказаны, а украденные блага — возвращены в казну Империи!

Он бодро потянулся, так что его суставы хрустнули, и принялся седлать коня, попутно рассказывая Балу нравоучения о том, что медведям не подобает валяться в снегу дольше положенного.

Я смотрела на него, незаметно проверяя крепления метательных ножей под платьем. Моя рука скользнула к поясу, где в тайных ножнах лежал «Клык Рассвета» — легендарный кинжал, который он так наивно подарил мне для «коллекции».

Холодный металл придал мне уверенности. Мой разум главы ордена «Ночного Пепла» снова брал бразды правления в свои руки.

«Сконцентрируйся, Сюэ, — приказала я себе. — Он — инструмент. Как только мы найдем этот склад, я использую его, чтобы устранить оставшихся людей "Железного Когтя", а затем... затем мы вернемся в город, и наши пути разойдутся».

Это была спасительная ложь, и я знала это. Но сейчас она была мне необходима, чтобы просто продолжать дышать.

**************************************************************************

Мы ехали по заснеженному перевалу еще два часа. Мин-Хо шел пешком впереди, прокладывая дорогу Грому, в седле которого сидела я.

Шепчущие Пики оправдывали свое название. Ветер гулял между отвесными скалами, создавая звук, похожий на шепот тысяч невидимых духов. Место было глухим, диким и идеальным для тайного хранилища.

Согласно сбивчивым показаниям Мастера Ма, склад располагался в ущелье Черной Ивы.

Когда мы вышли к краю обрыва, перед нами открылся вид на узкую долину. В самом её центре стояло массивное каменное строение, замаскированное под древний заброшенный храм.

Но мой наметанный глаз мгновенно выхватил детали, которые свидетельствовали о том, что место отнюдь не заброшено.

Следы телег на снегу, тщательно заметенные еловым лапником. Свежая копоть над узкими дымоходами, вырубленными прямо в скале. И, что самое главное, блики солнца на стали.

Здесь была охрана.

— Господин Чон, — я тихо позвала его. — Посмотрите туда. У входа в этот старый храм.

Мин-Хо проследил за моим взглядом. Его зрение, натренированное выискивать летящих мух, сработало мгновенно.

— Люди, — процедил он, и его рука легла на эфес «Грома Юга». — И они вооружены. Не меньше двух десятков. Арбалеты, тяжелые копья. Это не простые наемники, Лин Сюэ, а элитная гвардия.

— Мы должны вернуться в город и вызвать стражу Наместника! — картинно ахнула я, прижимая руки к груди. — Их слишком много! Это безрассудно!

Мин-Хо повернулся ко мне. Его лицо сияло пугающей, праведной радостью, от которой у меня обычно начинал дергаться глаз.

— Вернуться? И дать им время скрыть следы преступлений? Никогда! — он извлек из ножен свой гигантский двуручный меч, лезвие со свистом рассекло морозный воздух. — Я — меч Правосудия! Я один стою целой армии, когда дело касается защиты невинных!

Мужчина очень серьезно посмотрел мне в глаза.

— Лин Сюэ, слушайте меня внимательно. Вы останетесь здесь, на этом уступе. Балу будет вас охранять. Ни при каких обстоятельствах не спускайтесь в долину. Закройте глаза и закройте уши, если шум битвы вас пугает. Я вернусь за вами, как только закончу с этими наемниками.

Я хотела закричать, что это глупо, что нужно разработать стратегию, ударить с флангов, использовать дымовые шашки, которые есть у меня в сумке.

Но я была «купеческой дочерью».

— Берегите себя... мой страж, — прошептала я, опуская ресницы.

Он широко улыбнулся, развернулся и, издав оглушительный боевой клич, бросился вниз по склону, прямо на отряд вооруженных наемников.

Я спрыгнула с коня, как только он скрылся за поворотом тропы.

— Сидеть, кусок меха, — приказала я Балу, который дернулся было за хозяином. Медведь удивленно уставился на меня, но послушно сел. Моя аура не терпела неповиновения.

Я подошла к краю уступа и легла на снег, наблюдая за долиной.

То, что происходило внизу, нельзя было назвать боем. Это было стихийное бедствие.

Мин-Хо врезался в ряды охраны подобно метеориту. Его меч, «Гром Юга», описывал чудовищные дуги. Золотисто-алая энергия Ян окутывала клинок, превращая его в орудие массового поражения.

Наемники пытались стрелять из арбалетов, но болты отскакивали от его кожаного доспеха и плотной ауры. Он не убивал их — его удары плашмя ломали кости, отбрасывая людей на десятки шагов.

Мин-Хо был великолепен. Бог Войны во плоти. Мое сердце забилось быстрее, кровь застучала в висках от чистейшего адреналина. Наблюдать за ним в бою было сродни созерцанию бушующего водопада — страшно, но оторвать взгляд невозможно.

Однако моя профессиональная паранойя не спала. Я сканировала периметр храма.

Двадцать человек на виду... Слишком простая расстановка. Для гильдии «Железного Когтя» это было нехарактерно. Должна быть скрытая угроза.

И я её увидела.

Выше по склону, прямо над каменными вратами храма, где Мин-Хо сейчас раскидывал последнюю пятерку охранников, снег едва заметно шевельнулся.

Там, замаскированные белыми плащами, сливающимися с ландшафтом, лежали трое. Это были не обычные стражники, арбалетчики с тяжелыми осадными самострелами, заряженными болтами, пробивающими даже железную броню.

И целились они прямо в спину Мин-Хо, который сейчас увлеченно связывал оглушенного командира наемников.

Расстояние было слишком большим. Мой крик потонул бы в шуме ветра. Пока мужчина обернется, тяжелые болты пробьют его насквозь.

Думать было некогда. План сохранения легенды «слабой девы» сгорел дотла за долю секунды.

Я вскочила на ноги и сбросила тяжелый волчий плащ, оставшись в легком шелковом костюме.

В моей правой руке блеснул «Клык Рассвета».

Моя энергия Ки, холодная, стремительная и безжалостная Инь, вспыхнула в моих меридианах. Я скользнула вниз по склону, используя технику «Падающего Листа». Мои ноги едва касались снега, я летела бесшумной тенью, используя неровности скалы для ускорения.

Трое арбалетчиков на крыше храма уже нажимали на спусковые крючки.

Я прыгнула.

Это был прыжок, в который я вложила всю свою жизненную силу. Я взмыла в воздух, преодолевая последние двадцать шагов по невероятной дуге, и приземлилась прямо на заснеженную крышу храма, за спинами стрелков.

Звук моего приземления был не громче падения снежинки.

Первый арбалетчик успел лишь моргнуть, когда я перехватила его арбалет за дугу, сбивая прицел. Тяжелый болт со свистом ушел в снег в метре от Мин-Хо.

Двое других резко обернулись. Их глаза под белыми масками расширились от шока. Они ожидали увидеть кого угодно, но не хрупкую девушку с древним кинжалом в руке.

Я не дала им времени на осознание.

Мое тело двигалось на чистых инстинктах убийцы. Я шагнула вперед, уходя с линии огня второго арбалета. Моя левая рука, сложенная в жесткий клин, ударила стрелка в горло, сминая трахею.

Третий выхватил короткий меч и бросился на меня.

Он был хорош, но я была быстрее. Я отбила его удар лезвием «Клыка Рассвета». Кинжал, намоленный кровью, запел в моих руках. Я крутнулась вокруг своей оси, используя инерцию его выпада, и полоснула кинжалом по незащищенному сочленению доспеха под его рукой.

Всё было кончено за три удара сердца.

Трое элитных стрелков лежали на заснеженной крыше. Я стояла над ними, тяжело дыша. Моя грудь вздымалась, кровь стучала в висках от дикого боевого пыла. В моей руке был зажат окровавленный кинжал, а во взгляде не было ничего человеческого — только лед и пустота Главы «Ночного Пепла».

— Лин... Сюэ?

Голос Мин-Хо прозвучал снизу, со двора храма, в нем сквозил абсолютный, не поддающийся осмыслению шок.

Я замерла.

Медленно, чувствуя, как внутри меня обрывается последняя ниточка надежды на спокойную жизнь, я опустила взгляд.

Мин-Хо стоял внизу. Мужчина закончил с охраной, и он всё видел.

Он видел мой прыжок и то, как я двигалась. Видел, как я безжалостно и профессионально устранила троих вооруженных бойцов с помощью кинжала, который он сам же мне подарил.

Секретов больше не было. Моя маска была сорвана и растоптана на этом грязном снегу.

Моя рука с кинжалом безвольно опустилась. Я смотрела на него сверху вниз, ожидая приговора. Ожидая, что сейчас в его глазах вспыхнет гнев, презрение, осознание того, что он пригрел на груди самую ядовитую змею Севера.

Я ждала, что он поднимет свой меч против меня.

Но Мин-Хо не двигался.

Он бросил «Гром Юга» прямо в снег, огромный меч со звоном ударился о камни.

Затем мужчина, не обращая внимания на связанных у его ног наемников, бросился к стене храма. Он не стал искать ступени, просто подпрыгнул, уцепился за край крыши своими огромными руками и подтянулся, в одно мгновение оказавшись рядом со мной.

Я инстинктивно сделала полшага назад, поднимая «Клык Рассвета» в защитной стойке. Это был рефлекс.

— Не подходите, Чон Мин-Хо, — мой голос был холодным, хриплым и чужим. Это говорил Орден, а не женщина. — Вы всё видели. Маски сброшены.

Он застыл. Его глаза, расширенные от адреналина и пережитого шока, смотрели не на мой окровавленный кинжал, а на мое лицо.

Грудь Мин-Хо тяжело вздымалась. Он сделал медленный, неглубокий вдох, будто ему не хватало воздуха.

— Вы... — его голос дрогнул. — Вы прыгнули с такой огромной высоты и напали на троих вооруженных наемников.

Мужчина сделал шаг ко мне. Я не отступила, но острие кинжала всё еще смотрело ему в грудь.

— Чтобы спасти меня, — выдохнул он.

— Что? — я моргнула, не веря своим ушам.

— Эти стрелки... — он посмотрел на арбалеты, валяющиеся на снегу, затем снова на меня. — Они целились мне в спину. Я был так увлечен боем, что не почувствовал их ауры. Я... я бы погиб.

Мин-Хо снова перевел взгляд на мое напряженное лицо. В его глазах не было ни капли осуждения. Там плескалось такое чистое, невыносимое, сжигающее восхищение, что я почувствовала, как у меня подкашиваются колени.

— Вы рискнули своей жизнью. Вы, хрупкая, утонченная дева, которая боится сквозняков, взяли в руки мой подарок и бросились в неравный бой, чтобы закрыть мою спину!

— Мин-Хо, вы идиот! — я сорвалась на отчаянный крик, опуская кинжал. — Вы не понимаете! Я не хрупкая дева! Я профессиональная убийца! Я двигалась как тень, потому что меня этому учили с детства! Я убила их, даже не моргнув! Я лгала вам с первого дня!

Я ждала, что сейчас он отшатнется, что иллюзия окончательно рассеется.

Но вместо этого мужчина сделал последний, решительный шаг вперед, игнорируя лезвие кинжала в моей руке, и оказался вплотную ко мне.

Его огромные, горячие ладони обхватили мое лицо, не обращая внимания на кровь на моих руках.

— Я понимаю только одно, Лин Сюэ, — его голос стал низким, глубоким и вибрирующим от сдерживаемой страсти. Боевой пыл, всё еще бурлящий в наших венах, смешался с чем-то гораздо более древним и неодолимым. — Я понимаю, что вы спасли мою жизнь.

— Но моя ложь... — прошептала я, чувствуя, как его большие пальцы гладят мои скулы.

— Плевать на ложь, — произнес он, и в его глазах вспыхнул тот огонь Бога Войны, который я видела во время битвы. — Моя матушка тоже лгала отцу. Она притворялась слабой, чтобы скрыть свою силу. Вы прятали свои таланты, потому что этот жестокий мир не оставил вам выбора. Но сейчас... сейчас вы обнажили свой клинок ради меня.

Мое дыхание перехватило.

Я смотрела в его глаза, и вся моя тьма, все мои тщательно выстроенные планы тонули в этом лучезарном, всепрощающем свете. Он видел во мне монстра, но решил назвать его ангелом-хранителем.

Он был невыносим.

И он был единственным мужчиной в этом мире, ради которого стоило быть настоящей.

Адреналин боя, страх потерять его, когда арбалетчики взяли его на прицел, и это внезапное, ошеломляющее прощение... всё это слилось в один взрывоопасный коктейль.

Я выронила «Клык Рассвета». Древний кинжал со звоном упал на заснеженную крышу.

Мои руки, еще минуту назад несшие смерть, судорожно вцепились в кожаные ремни его доспеха, притягивая его к себе.

Я не знала, кто сделал первый шаг — он или я.

Поцелуй был отчаянным, голодным, с привкусом крови, мороза и неизбежности.

Я отвечала ему со всей дикой страстью, которую годами прятала за маской холодной расчетливости. Мои пальцы зарылись в его растрепанные волосы, а его сильные руки обхватили меня за талию, прижимая к своей груди так крепко, словно он боялся, что я снова растворюсь в тенях.

Мы целовались на заснеженной крыше храма, окруженные телами убитых врагов, под завывание северного ветра.

Мой разум, величайший стратегический инструмент ордена «Ночного Пепла», окончательно и бесповоротно капитулировал.

«Ты проиграла, Лин Сюэ, — мелькнула последняя связная мысль в моей голове, прежде чем я полностью растворилась в его жаре. — Ты собиралась использовать его, а в итоге... он использовал твое сердце».

И, демоны меня побери, это было лучшее поражение в моей жизни.

Когда мы наконец оторвались друг от друга, тяжело дыша, Мин-Хо прижался своим лбом к моему. Его глаза сияли так ярко, что затмевали солнце.

— Вы... вы самая невероятная женщина в Империи, Лин Сюэ, — прошептал он, поглаживая мою спину. — И я клянусь, я никому вас не отдам. Даже вашим собственным теням.

Я истерически рассмеялась, утыкаясь лицом в его надежное плечо.

— Вы просто невыносимый, упрямый идиот, Чон Мин-Хо, — выдохнула я. — Но, кажется... этот идиот теперь мой.

Мы стояли на крыше, обнявшись, и я знала, что впереди нас ждут объяснения, гнев моего ордена и, возможно, суд самой Императрицы.

Но сейчас, в кольце его рук, мне было абсолютно, совершенно плевать на весь мир.

Великая злодейка Севера наконец-то нашла свои ножны.