Часть 16. Ян

— Йаааан!

Господи, дай мне сил.

— Мама?

— Что происходит, Ян?

Хотелось бы и мне знать ответ на этот вопрос. Но у меня его нет. С тех пор, как мы с Ритой отправились на реалити, мне в принципе кажется, что у меня не будет ни единого шанса найти ответы на что бы то ни было.

— А что происходит, мама?

Она стоит в дверях моего кабинета и держится за сердце. Правда, вид цветущий, и это значит, что мама, спасибо всем святым, далека от инфаркта.

— Ты слышал, что сказала твоя жена во время последнего выпуска шоу?

В голосе матери проскальзывают истерические нотки. А я холодею. Потому что был уверен, черт бы все побрал, что Рита на проект уже не вернется. Она снова там? Одна?

— Что она сказала? — уточняю с недоверием.

Может, мама ошиблась? Или говорит сейчас о каком-то старом выпуске?

Мы с женой не виделись пару дней. Я — ночевал в офисе, Рита, как был уверен — или у ее бабки, или у нас дома. На смс и звонки она не отвечала, да и не сказать, что я сильно ими надоедал, справедливо решив дать время жене на то, чтобы прийти в себя. И самому себе тоже дал время, но старательно гнал от себя мысли о том, что она сказала мне во время нашего последнего разговора.

А Рита, оказывается, вернулась на шоу?

— Она сказала, что вы… вы вообще из постели не вылезали, поэтому зачать ребенка с Амандой ты никак не мог!

Мама опускается в кресло под моим ошарашенным взглядом. Тонкая ухоженная рука перемещается на глаза, которые она зажмуривает. Не знай я свою мать, заподозрил бы предобморочное состояние, не меньше.

— Она так и сказала?

— Именно так! Ты представляешь, Ян? Это же… это немыслимо! Такие вещи не должны выходить за порог супружеской спальни!

— Сейчас другие времена, мама.

— Времена всегда одни и те же, Ян! Никогда женщина не может позволить себе подобное!

— А мужчина?

— Мужчины — это другое!

Покачав головой, пытаюсь понять, что чувствую в этот момент. Ясно одно — я возвращаюсь на этот проект хотя бы для того, чтобы понять, что за игру затеяла Рита. Если у нее давно другой мужик, ребенка от которого она носит под сердцем, то какого черта вся эта ложь?

Это неожиданно злит. Пока даже понять не могу, почему именно, но собираюсь разобраться с этим в ближайшее время.

— Спасибо, что сообщила. Мы с Ритой сами разберемся в сложившейся ситуации, — уведомляю маму, поднимаясь на ноги.

— Вы не разберетесь! Нашу семью уже и так опозорила эта… эта…

Она пытается подобрать слово, на что я мгновенно откликаюсь:

— Моя жена. И уже запомни, пожалуйста, мама, — что бы ни произошло, она для меня важнее всего на свете.

Когда прибываю на проект, выясняется, что съемки на сегодняшний день окончены. Оно и к лучшему. Максимум, на что я способен сейчас, — послать всех и вся к чертям и просто поговорить с женой.

— Ян?

Рита искренне удивляется, когда видит меня на пороге спальни. Жена устроилась на широком подоконнике, что-то рисует в альбоме. Его же поспешно и прячет, стоит только мне подойти ближе.

— Мы остаемся на этом проекте.

Я не спрашиваю у Риты. Утверждаю то, что решил сам с собой во время пути обратно на реалити. Даже если так вышло, что у жены был любовник, от которого она ждет ребенка — это неважно. Я не хочу ее от себя отпускать.

Пока ехал сюда, успел трижды пересмотреть тот выпуск, во время которого жена ошарашила общественность историей из нашей выдуманной сексуальной жизни. И меня он… возбудил.

— Ян…

Оказавшись рядом с Ритой, успеваю перехватить ее прежде, чем она спустится с подоконника. Жена оказывается в капкане моих рук, расставленных по обе стороны от ее тела. Дыхание сбивается — и у нее, и у меня. Губы Риты приоткрыты, зрачки — расширены.

Не знаю, что владеет ею в этот момент, меня же охватывает похоть. Давно не чувствовал подобного, когда кровь по венам — как кипяток.

— Значит, у нас с тобой такой адский трах, что я уползаю из нашей постели без сил? — выдыхаю в рот Рите.

Сжав ее ягодицы пальцами, придвигаю жену к себе ближе. Оказываюсь между ее разведенных ног, и член тут же встает колом.

Не могу вспомнить, когда мы в последний раз спали. Наверное, с месяц назад, не позже.

— Я умею фантазировать, — отвечает жена, положив подрагивающие пальцы на мои плечи.

То ли удержать хочет, то ли оттолкнуть — не могу этого понять. Да это и неважно. Главное, что я сам сейчас жажду ощутить все, что смогу взять от этого момента.

Впившись губами в губы Риты, тут же проталкиваю язык в ее рот. Она произносит какой-то странный сдавленный звук. Как будто уже и не надеялась на то, чтобы почувствовать этот поцелуй, и сейчас черпает в нем кислород. Сам ощущаю то же самое.

— И что еще есть в твоих фантазиях?

— Ян…

Содрав с Риты халат, приспускаю бретельку ночной рубашки. У Риты налилась грудь. Сосок бесстыдно торчит, но когда провожу по нему пальцем, чуть задевая вершинку, жена отстраняется с тихим полустоном-полувдохом.

— Ты будешь сверху, — хрипло заверяю Риту, после чего подхватываю жену на руки и несу в сторону постели.

Сейчас во мне столько желания, помноженного на злость, что мне взаправду стоит отдать все в руки жены. И злюсь я не на нее. А на то дерьмо, в котором оказались прежде всего по моей вине.

Впрочем, на время этой ночи хочу забыть обо всем и снова быть с той, от которой всегда сходил с ума.