Часть 30. Ян

За то время, что не виделся с женой, тысячу раз в минуту ловлю себя на желании взять телефон, набрать ее номер и просто сказать, что люблю и хочу только ее. Хочу быть с ней, с нашим малышом, жить одной семьей… защищать ото всего их обоих, но в ответ знать, что мне доверяют.

И ни разу так и не осмеливаюсь нажать на кнопку вызова. Потому что уже дал себе обещание не лезть туда, где я не нужен.

— Ян Александрович, все документы готовы. Я связался с адвокатом вашей жены и уладил все нюансы, — раздается голос Льва на том конце связи, когда отвечаю на звонок.

Вот как. Это всего лишь нюансы. И что стоит за этими нюансами, знаем только мы с Ритой. Остальным плевать, и, наверно, это единственно правильно.

— Хорошо. Уведомьте меня, куда будет нужно подъехать.

— Все пройдет максимально быстро и комфортно, — заверяет меня адвокат, на что я лишь болезненно усмехаюсь, чего он, разумеется, видеть не может.

Комфортно, б*я!

— Хорошо, я буду ждать звонка.

Заканчивается очередной день. Я, как и обычно, просто сяду в машину и просто поеду домой. Даже закажу из ресторана стейк, потому что не хочу никого напрягать, просто выпью пару бокалов виски, схожу в душ и лягу спать.

И мне даже удастся уснуть. Ненадолго — от силы на пару часов.

Так и будет дальше? Всегда? Нет, вряд ли. Когда родится наш с Ритой ребенок, я сделаю все, чтобы он знал — у него есть отец. И даже если мы с женой больше не будем вместе, у меня останется тот, ради кого и нужно жить.

Поднявшись из-за стола, я направляюсь на выход из кабинета, зная, что впереди меня ждет всего лишь очередной бесполезный вечер.

Это случается внезапно. Я даже не успеваю понять, что произошло. Машина останавливается на перекрестке, но когда начинаю движение на зеленый свет, в левую дверцу с моей стороны врезается что-то… огромное. По крайней мере, оно кажется мне именно таковым. Ударяет в плечо, на мгновение теряю все ориентиры. Только успеваю остановиться, вжав педаль тормоза до упора.

Черт бы все побрал. За то время, что я за рулем — у меня не было ни одной аварии. Мелькает страшная мысль — а если бы сейчас в машине была Рита? Если бы сидела рядом со мной? Чем бы все могло завершиться?40393c

Выйдя из машины, нахожу взглядом виновника аварии. На меня растерянно смотрит молоденькая девчонка, по виду — не старше моей жены. Что-то лепечет, показывает на мое плечо. Устало перевожу на него взгляд. Боли вроде бы нет, а вот рука… мать твою. Неужели это моя конечность?

— … к врачу нужно, — шепчет девица. — Я сейчас скорую вызову.

Ее голос дрожит, сама — бледная, как мел. Твою мать! Это все дерьмо меня сейчас выбьет из колеи на несколько недель. Сука!

Вновь перевожу взгляд на руку. Наверняка, сломана. Тут и врачом быть не нужно, чтобы это понять.

Странно, а ведь если бы не испуганный взгляд девчонки, я бы этого даже не заметил.

Прихожу в себя под утро. Вроде бы операция не сложная, без каких-то там реанимаций и прочего. Просто спица и еще какая-то хрень, о которой вчера при поступлении в больницу мне подробно рассказывал врач битых полчаса. Но чувствую себя так, как будто по мне танком проехались. Снотворным, что ли, накачали?

Пытаюсь сесть на постели. Какая-то пустота в башке, как будто из нее весь мозг вытащили, а положить обратно забыли.

— Ян!

Ко мне бросается… нет, не Рита. Хотя, наверно, я сейчас, в такой ситуации и не хотел бы ее видеть рядом. Здесь мама. Лучше бы это был Лесков с ящиком виски.

— Что ты здесь делаешь? — хмурюсь, окидывая взглядом палату. — Врач сказал, что утром после осмотра мне можно будет ехать домой.

— Вот именно! Я как только узнала об аварии, сразу приехала. Как ты собирался добраться до дома?

В голосе матери слышатся истеричные нотки, но теперь я не слышу фальши.

— Давно изобрели такси, если ты не в курсе.

— Исключено! Я отвезу тебя, а потом отправлюсь за вещами, — говорит мама так, что сразу становится ясно — спорить с ней бесполезно.

— За какими вещами? — не сразу понимаю, о чем речь.

— За своими, разумеется! Пока я поживу у тебя. Буду помогать во всем.

— Вообще-то у меня есть прислуга.

— Это другое, как ты не понимаешь?

С удивлением смотрю на мать и жду продолжения в виде душещипательных и высокопарных фраз. Учитывая, как именно мы завершили нашу последнюю встречу и слова мамы, брошенные напоследок, ни на какую искренность рассчитывать не приходится.

— Я очень много думала о том, что ты мне сказал, когда мы виделись ну…

— Я помню.

— Да… Мне очень жаль, что все так получилось!

Мама заламывает руки, но сейчас у меня нет ни интереса, ни желания наблюдать за ней и размышлять о том, есть ли хоть доля правды в ее словах.

От необходимости отвечать меня спасает врачебный обход. Никогда не думал, что буду настолько рад видеть человека в белом халате. Ведь сейчас мне хочется просто поехать домой, где мне (я в этом уверен) станет лучше. Остальные вопросы могут и подождать их с разрешением.

Пусть на паузе будут не только мои с женой отношения, но и моя нынешняя жизнь.