Глава 11

Следующие дни я избегала Михаэля. Он тоже не искал моего общества, хотя мы не ссорились напрямую. Наши отношения стали такими же, как до сделки с помолвкой. Но тогда мне никто не угрожал, а теперь я осталась совершенно без поддержки. Точнее, я оказалась в одиночестве во враждебной среде.

С момента моей помолвки с Михаэлем отношение других девушек ко мне стало хуже. Гораздо хуже. Одни шептались у меня за спиной. Тренировались в остроумии, придумывая обидные клички, или распускали дикие слухи. Другие играли в молчанку, демонстративно меня игнорируя. К счастью, на открытый конфликт никто идти не решался. По крайней мере, пока.

Спенс не упускал возможности подколоть меня, намекая на мою вероятную влюблённость в Михаэля, поэтому и с ним я не могла нормально общаться. Мне было страшно, одиноко и неуютно. Дни я проводила на занятиях, в библиотеке или в своей спальне. Только там я могла чувствовать себя в относительной безопасности. Мисс Паркер волновалась обо мне, но я не стала рассказывать ей о переписке Моники и Эдит, остатки которой нашла в камине. К сожалению, эти фрагменты не тянули на доказательство. И если бы я попыталась голословно обвинить Монику, моя жизнь наверняка превратилась бы в ад. Так что я молчала, усиленно работая над артефактом. Чем быстрее я его закончу, тем скорее обрету свободу, и всё сразу наладится.

Вечером очередного тяжёлого дня я собиралась посидеть в библиотеке. Стараясь отвлечься от грустных мыслей, я вызвалась выполнить несколько учебных проектов и теперь была завалена работой. Но это лучше, чем сидеть и терзаться сомнениями.

Ещё на входе в библиотеку я заметила группу девчонок, кажется, с факультета целителей, которые при виде меня принялись шушукаться. Опять начинается! Весь день мне везло не сталкиваться с фанатками Михаэля, и вот под вечер они всё-таки до меня добрались.

Я сразу решила уйти подальше, чтобы спокойно позаниматься. Девчонки проводили меня любопытными взглядами, продолжая перешёптываться. Видимо, пока я и Михаэль не разорвём помолвку, сплетни не прекратятся. Хотя какое мне дело? Пусть болтают сколько влезет!

Я взяла нужные книги и прошла в самый дальний читальный зал, где села за столик у окна. Положив перед собой лист пергамента, я вооружилась пером и приготовилась записывать. Вдруг рядом раздались шаги. Я обернулась и увидела одну из целительниц, которая шла прямиком ко мне. Что ей надо? Её подруги стояли поодаль, с любопытством глядя на нас.

— Привет, — сказала я, когда целительница подошла к моему столику, — ты что-то хотела?

Та смерила меня презрительным взглядом.

— Думаешь, Михаэль тебя любит? — спросила она, — а вот и нет!

Ещё одна расстроенная фанатка, мечтавшая выйти за него. Мне хотелось закатить глаза, но нельзя было выходить из образа. Для всех, я по-прежнему невеста Михаэля.

— Если не любит, зачем тогда позвал меня замуж? — парировала я.

Целительница умолкла, видимо, ожидала другой реакции. Но уходить не спешила. Наверное, хотела заставить меня ревновать.

— Дурочку себе нашёл, вот почему! — наконец выдала она.

Я усмехнулась.

— Спасибо, что поделилась мнением, хотя тебя никто об этом не просил, — ответила я и отвернулась.

— Михаэль тебе изменяет! — выкрикнула она.

Я невольно вздрогнула и по спине пробежал неприятный холодок. Почему-то её слова меня задели. Хотя целительница наверняка врёт. Просто хочет вывести меня из себя.

— Неправда, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, — Михаэль меня любит и никогда не стал бы изменять.

Услышав мои слова, целительница захихикала, словно гиена.

— Не веришь, так посмотри сама! — предложила она, — пока ты тут чахнешь над учебниками, Михаэль развлекается в своей спальне с другой девушкой!

Я почувствовала, как побледнело моё лицо. Нельзя было подать виду, что она меня задела. Но сердце предательски дрогнуло и по внутренностям стал расходиться неприятный холод.

— Делать мне больше нечего, — спокойно ответила я, — я доверяю Михаэлю.

— Ну и дура! — бросила она и ушла к своим подругам. А я ещё долго не могла успокоить бешено колотящееся сердце.

Михаэль мне изменяет?

Я не хотела в это верить. Хотя, почему нет? Он всегда был популярен у девушек и менял их как перчатки. Тем более, наша помолвка всего лишь игра. Он ничего мне не обещал, как и я ему. Михаэль имеет право развлекаться с кем хочет. Но почему же у меня тогда так тяжело на душе?

Хватит об этом думать! Хватит! Его личная жизнь меня не касается!

Я попыталась вернуться к книгам, но не смогла. Слова целительницы засели в сердце, словно заноза. Я смотрела на строчки в книге, но видела перед собой улыбающееся лицо Михаэля, когда недавно он шёл по коридору вместе с какой-то девушкой.

Нет, так не может дальше продолжаться. Надо сходить и проверить! Тогда я хотя бы успокоюсь. Скорее всего, эта целительница мне наврала. Просто хотела сделать больно или рассорить меня и Михаэля. Да, именно так.

Я вышла из библиотеки и направилась к его спальне, старательно убеждая себя в невиновности Михаэля, а сама только ускоряла шаг. Сердце ныло в груди. Неизвестность была невыносима. Мне хотелось поскорее убедиться, что целительница мне соврала. Но когда я оказалась перед дверью в спальню Михаэля я вдруг застыла, не в силах пошевелиться. Мне надо было просто открыть дверь, но я не могла.

Что, если…?

Михаэль не был моим настоящим женихом, но я понимала, что его измена сильно меня ранит. И боялась этого.

Может, просто уйти? Сладкая ложь ведь лучше горькой правды.

Я покачала головой.

Нет, надо узнать правду. Пусть сейчас мне будет больно, но лучше это случится до того, как я сильно привяжусь к Михаэлю.

Я сделала глубокий вдох и поднесла дрожащую руку к двери, намереваясь постучать. Но потом передумала и одним резким движением распахнула дверь.

Время резко замедлилось и стало густым и вязким. Казалось, я смотрела на мир сквозь толщу воды. Кровь шумела в ушах, сердце надрывно стучало в груди, заглушая все прочие звуки.

Когда я распахнула дверь, полоска света из коридора упала на тёмный пол комнаты. Застыв на пороге, я присмотрелась, давая глазам возможность привыкнуть к полумраку. Сначала в поле зрения попало изножье кровати. Потом смятое одеяло. Затем я увидела мирно спящего полуголого Михаэля, а в следующий миг мой взгляд выхватил из полутьмы знакомую девичью фигуру. Я сразу узнала эти цепкие руки с длинными, острыми ногтями и тёмные, вьющиеся волосы, разбросанные по голым плечам.

Моника.

Я стояла на месте не в силах ни пошевелиться, ни вдохнуть. Кажется, даже моё сердце перестало биться. Мне не хотелось верить своим глазам.

Пусть всё это окажется кошмарным сном наяву! Миражом, галлюцинацией. Чьими-то злыми чарами.

Но правда была неумолима. Я зажмурилась, надеясь, что кошмар рассеется. Но когда открыла глаза, ничего не изменилось. Моника прямо сейчас была в кровати с Михаэлем.

Моя сестра и мой жених.

Увидев меня, Моника села, нагло демонстрируя свою наготу. На её лице не было ни смущения, ни вины, только злорадство. Моника явно наслаждалась ситуацией, картинно потянувшись и отбросив волосы на спину. А я, как и в детстве, потеряла дар речи, поражённая очередной пакостью сестры. Почему-то каждый раз её проделки становились для меня неприятным сюрпризом хотя, зная характер Моники, мне следовало быть к ним готовой.

— Что, решила проведать своего жениха? — с насмешкой спросила она, — наверное, думала, что он усердно учится? Надеялась, что после помолвки с тобой он изменится и будет хранить тебе верность? Наивная бедняжка! Как видишь, я нравлюсь твоему жениху больше тебя.

Меня словно с силой ударили в грудь, выбив весь воздух. Давно я не испытывала такой боли. Казалось, лёгкие были набиты стеклом и каждый вдох приносил страдания. Я смотрела на Монику и молчала, словно вообще забыла, как говорить. Сестра довольно улыбалась, наслаждаясь моей реакцией. Михаэль по-прежнему крепко спал и даже не шевельнулся, когда Моника снова громко заговорила практически у него над ухом.

— Хочешь что-то сказать, сестрёнка? — оскалилась Моника, — запомни, я всегда получаю то, что хочу! А тебе давно бы пора смириться со своей ролью неудачницы! Ты никогда не будешь счастлива! И Михаэля ты не получишь! Теперь он достанется мне!

После этих слов она засмеялась, как обычно делала в детстве. Я бы хотела изобразить невозмутимость и ответить ей что-то хлёсткое, но не могла. Мне было слишком больно. Поэтому я просто позорно сбежала оттуда.

Какая же я дура! Привязалась к человеку, которому на меня наплевать. Да ещё и решила, что между нами какие-то особые отношения, потому что он один раз разоткровенничался со мной на балу. Почему я вообще решила, что он рассказал о своей семье только мне? Возможно, Михаэль делился этой историей со всеми бывшими девушками, притворяясь, что каждая из них особенная. И они верили. И я поверила.

Михаэль…

Зачем было играть со мной? Изображать галантность, дарить подарки, если всё равно собирался изменить? Просто хотел поставить галочку, что завоевал очередной трофей? А я-то по наивности приняла его поведение за искреннюю симпатию. Видимо, я и правда глупя неудачница.

Я бежала по коридору, пока не оказалась в самой дальней части замка. Дальше идти было некуда. Я прислонилась к стене и дала волю слезам. Мои всхлипы эхом разносились по пустому коридору.

Почему Михаэль так поступил со мной? Сам же говорил, что мы должны изображать пару, из ревности пытался запретить мне общаться со Спенсом, а потом так легко изменил? Или это уже не в первый раз? Откуда та целительница в библиотеке знала о его отношениях с Моникой? Может, Михаэль начал изменять мне сразу после нашей фиктивной помолвки? Я же за ним не следила и не знала, с кем он проводил время.

Сотни вопросов и подозрений крутились у меня в голове. Хуже всего было то, что Михаэль изменил мне не с какой-то случайной девушкой, а с Моникой. Хотя прекрасно знал, в каких мы отношениях. И всё равно так меня унизил. Наверное, Михаэль решил, раз я оказалась в трудном положении и полностью от него зависела, то это давало ему право делать всё, что хочется.

Я бросила взгляд на помолвочное кольцо на безымянном пальце. Белое золото, большой брильянт в окружении сапфиров. Сейчас это кольцо выглядело как насмешка. Я вытерла слёзы тыльной стороной ладони, а затем быстро его сняла. Такое предательство я простить не могла. Завтра же разорву помолвку с Михаэлем!

Я проплакала почти всю ночь. Не думала, что измена Михаэля так сильно меня заденет. Хотя дело было не столько в нём, сколько в Монике и всей ситуации. Всё детство сестра делала мне гадости, а окружающие неизменно вставали на её сторону. Только Тео поддерживал меня. Когда я сбежала из дома и поступила в Академию, надеялась, что всё изменится. Я обрету свободу от своей семьи и заживу спокойно. Но моим мечтам не суждено было сбыться: через год Моника приехала вслед за мной и мучения продолжились. И вот с помощью Михаэля она в очередной раз меня унизила, только теперь об этом узнает вся Академия.

Мне было больно, обидно и одиноко. Я лежала в своей кровати, сжимая кулон. Если бы Тео был сейчас рядом, он бы поддержал и утешил меня. Скорее бы доделать артефакт и вернуть его! Тогда Моника, родители и Михаэль останутся в прошлом.

Когда комнату осветили первые солнечные лучи, я встала, переоделась в форму и вышла из спальни. Хорошенько все обдумав, я решила не откладывать разговор с Михаэлем надолго, а оборвать всё разом, чтобы не мучиться. Я планировала подождать его перед дверью в столовую и объявить о разрыве помолвки. Приходить к его спальне было выше моих сил.

Просто отдам кольцо и скажу, что сделка отменяется. Ничего сложного, повторяла я, пока шла по коридорам. Голова кружилась от волнения. Мне было больно даже думать о Михаэле, не то, что встретиться лицом к лицу. Может, лучше было положить кольцо в конверт и подсунуть под дверь его спальни? Нет, это слишком трусливо. Я и так вчера показала свою уязвимость, сейчас надо быть твёрдой, чтобы сохранить остатки гордости.

Ждать пришлось долго. Я ходила туда-сюда, словно привидение, повторяя про себя слова, которые собиралась ему сказать. Спустя несколько десятков минут моя речь выглядела складно. Это заставило меня улыбнуться. Я была уверена, что смогу поставить самовлюблённого дракона на место и выйду победительницей из этой схватки. Но когда я увидела Михаэля, направлявшегося к столовой, моя решимость мгновенно улетучилась и только неимоверным усилием я заставила себя остаться на месте.

Михаэль выглядел мрачным и злым, он далеко не сразу заметил меня, а когда всё-таки увидел, то на его лице отразилась смесь отчаяния и смущения.

— Аврора, — позвал он, подойдя ко мне.

Я тут же заняла оборонительную позицию. К чему эти просящие интонации в его голосе? Неужели он думает, что сможет просто извиниться за вчерашнее и всё будет по-прежнему⁈

— Это твоё, — сказала я, протягивая ему кольцо в раскрытой ладони.

— Что⁈ — воскликнул Михаэль, удивлённо переведя взгляд с ладони на моё лицо, — постой, дай мне всё объяснить!

Мне было тяжело смотреть на него. Хотелось плакать, но я не могла себе этого позволить. Только не при Михаэле.

— Что ты собрался объяснять? Я не глупая и не слепая, к твоему сведению! — бросила я.

— Я этого и не говорил! — Он повысил голос. — Послушай, то, что произошло вчера — это недоразумение!

Зачем он это делает? Зачем пытается оправдаться? Было бы лучше, если бы Михаэль по своей привычке нагло заявил, что драконы полигамны, и он может проводить время с кем захочет. Или что наша помолвка — всего лишь сделка и Михаэль ничего мне не должен. Тогда я легко могла бы возненавидеть Михаэля и пережить измену было бы проще. А сейчас своими оправданиями он только усиливал мои страдания. Я начинала злиться.

— Недоразумение? Значит, секс с моей сестрой теперь так называется? Спасибо, что просветил! — усмехнулась я.

После моих слов Михаэль, похоже, разозлился.

— Может, выслушаешь меня наконец, вместо того, чтобы плеваться ядом! — прорычал он, подойдя вплотную ко мне, — я не спал с твоей сестрой, ясно⁈

Что он такое говорит! Вчера я видела всё своими глазами!

— Думаешь, я тебе поверю⁈ — возмутилась я.

Михаэль схватил меня за плечи.

— Говорю же, между нами ничего нет. Вчера я, кажется, выпил лишнего и отключился, а эта дура зачем-то забралась в мою кровать, — объяснил он, — но у нас ничего не было и быть не могло!

В ответ я упрямо качала головой. Врёт он складно, что неудивительно для бабника.

— Ты всем своим бывшим это говоришь? — с насмешкой спросила я.

— Ты что совсем меня не слышишь⁈ — в отчаянии закричал Михаэль, — или, может, раз ты решила свою проблему со стариком, я тебе больше не нужен, и сейчас просто пытаешься от меня избавиться⁈

Я упрямо протянула ему кольцо. Он отступил на шаг.

— Я его не возьму! — отрезал Михаэль.

— Сделка отменяется, забирай! — велела я.

— Нет! Я не собираюсь расторгать помолвку, и ты по-прежнему моя невеста, — заявил он.

Со злости я швырнула кольцо прямо в него. Оно отскочило от его груди и с тихим звоном упало на пол.

— Отлично, раз это не нравится, куплю новое, — пообещал Михаэль.

Я понимала, что больше не могу сдерживаться, и расплакалась, а когда он попытался меня обнять, оттолкнула и побежала прочь.

Я не знала, как вести себя с Михаэлем после случившегося. Он упрямо стоял на своём и доказывал невиновность. Даже прощения не попросил. Хотя о чём это я? Драконы ведь не извиняются. А Моника. Глаза бы мои её не видели! Но это было невозможно: мы учились и жили в одном замке. Я была уверена, что она теперь вечно будет злорадствовать. Ещё и слухи распускать начнёт, когда станет известно о разрыве моей помолвки с Михаэлем.

Побродив немного по замку, я успокоилась и вспомнила про кольцо. Оно же стоит целое состояние! Как я вообще додумалась швырнуть его в Михаэля? Мне стало стыдно. Мои родители не были богаты, поэтому я не имела привычки швыряться предметами роскоши. Пришлось вернуться и поднять кольцо.

Белое золото, большой брильянт в окружении сапфиров. Камни, к счастью, не пострадали, а вот на ободке появилась маленькая царапина. Словно шрам. При взгляде на него моё сердце заныло. Надо поскорее вернуть кольцо. И не только его. Я вспомнила про платье. Его тоже подарил Михаэль. Раз между нами всё кончено, платье лучше вернуть. Мне не хотелось снова сталкиваться со своим бывшим женихом, но оставлять подарок значило давать шанс, а я этого делать не собиралась. Нужно разом оборвать все связи, так будет проще. Поэтому я быстро забежала к себе в комнату, положила платье в коробку и отправилась к спальне Михаэля, намереваясь раз и навсегда поставить точку в наших отношениях.

Ещё в коридоре у меня возникло дежавю. Вчера я точно так же спешила к нему, а потом… Внутренности скрутило узлом. Захотелось сбежать, но я пересилила себя и подошла к двери. Странно, но она была приоткрыта. Нужно было просто постучать и войти, но я почему-то помедлила, а услышав голоса, притихла. Говоривших было двое, и обоих я сразу узнала.

Только не это!

— Кто разрешил тебе сюда приходить? — с явным раздражением спросил Михаэль.

— Почему ты вдруг стал таким строгим? — нежным голоском пропела Моника, — раньше ты с радостью приглашал меня к себе.

Я словно окаменела и вместо того, чтобы сразу уйти или хотя бы обозначить своё присутствие продолжила слушать их разговор.

— Не припомню, чтобы я приглашал тебя лично, — фыркнул Михаэль, — я звал своих друзей, а ты просто каждый раз увязывалась следом. В любом случае тогда речь шла о вечеринках, а сейчас ты без спроса вломилась в мою спальню.

— Ну, не надо обижаться, тебе не идёт! — замурлыкала Моника, — я просто соскучилась.

— Мы не в таких отношениях, — холодно бросил Михаэль. По его интонации было понятно, что он злится.

— Так, давай перейдём на такие! — радостно предложила Моника, — раз ты расстался с этой неудачницей, то можешь встречаться со мной!

— Во-первых, не смей оскорблять мою невесту, во-вторых, мы не расстались, а только поругались. Твоими же стараниями. — Голос Михаэля стал ледяным. — Если думаешь, что я не разгадал твой план, то сильно ошибаешься. Ты нарочно всё подстроила. Наверняка подлила мне что-то в вино, а потом залезла ко мне в кровать, чтобы рассорить меня и Аврору. Но даже не надейся, что мы разорвём помолвку.

— Но она тебя бросила! — завопила Моника в отчаянии.

— Я смогу убедить её передумать, — уверенно заявил Михаэль.

Моё сердце забилось чаще.

— Что⁈ Аврора задела твою гордость, а ты вот так ей всё простишь⁈ Раньше ты никому такого не позволял! — воскликнула Моника.

— Это не твоё дело, — отрезал Михаэль, — быстро выметайся из моей комнаты! И не смей больше сюда приходить!

— Но я лучше неё! Ты должен выбрать меня! — завопила Моника.

Михаэль засмеялся. Это был холодный, злой смех.

— Ты даже на тень Авроры не тянешь, — сказал он, — или ты сейчас уйдёшь сама или я тебя вышвырну.

Я так обрадовалась, услышав слова Михаэля, что совсем забыла о том, где находилась. Моника могла уйти только через дверь. Ту самую, у которой я сейчас их подслушивала. Надо же было умудриться так влипнуть! Увидев меня, Михаэль и Моника сразу всё поймут. Только не это! Мне не хотелось позориться перед ними. Я ведь не собиралась подслушивать, просто не знала, что делать, а потом уходить стало поздно. Растерялась. Сглупила.

Я стала лихорадочно осматриваться, соображая, как выкрутиться из положения, но коридор был совершенно пуст и спрятаться было негде.

Что же делать⁈

Придумать план отступления я не успела. Дверь в спальню открылась и на пороге показалась расстроенная Моника, а за её спиной Михаэль.

Я замерла перед дверью с коробкой в руках. Сердце бешено стучало в груди. Уверена, на моём лице застыло выражение испуга, будто бы меня поймали с поличным за чем-то нехорошим.

— Аврора? — удивлённо воскликнул Михаэль, увидев меня.

Я стала лихорадочно соображать, как лучше объясниться, чтобы они не догадались, что я подслушивала. Но опоздала. Моника сразу всё поняла.

— Ты! — завопила она, указав на меня пальцем, — какого чёрта ты стоишь тут и подслушиваешь⁈ Дрянь!

Моника замахнулась, собираясь меня ударить. Я всё ещё держала в руках коробку с платьем и не могла защищаться, поэтому просто сжалась, готовясь принять удар, но Михаэль успел перехватить руку Моники до того, как она на меня накинулась.

— Посмеешь выкинуть что-то подобное ещё раз, руку сломаю! — пригрозил он.

В глазах Михаэля пылала настоящая ярость. Думаю, и самый сильный маг не осмелился бы идти против него в такой момент. Моника, не обладавшая большой магической силой, испуганно отступила, а затем побелела от злости.

— Вы! Вы оба за это заплатите! — заорала она, брызгая слюной, — теперь вам точно конец и в этот раз я не шучу!

Выкрикнув угрозу, она ещё мгновение глядела на нас безумными глазами, затем топнула ногой и бросилась прочь. Я с беспокойством посмотрела ей вслед. Моника всегда была мстительной, и сейчас её злость могла выйти нам боком. Ещё меня удивила последняя реплика сестры.

«И в этот раз я не шучу»

В этот раз… А что до этого был какой-то другой раз? Моника словно призналась в том, что уже пыталась нам навредить. Мне на ум тут же пришла проклятая булавка. Что, если это всё-таки дело рук Моники?

— Аврора! — снова позвал Михаэль, прервав мои размышления.

Я повернула голову и посмотрела на него. О пакостях Моники можно подумать и потом. Сейчас важнее мои отношения с Михаэлем, особенно после того, что я недавно услышала.

— Да, — отозвалась я, смущённо переминаясь с ноги на ногу.

— Если тебе так неприятно хранить мой подарок, можешь его выбросить, — сказал Михаэль, указав на коробку, — обратно я его всё равно не приму.

— Нет, я… — начала я и замолчала. Подобрать правильные слова было трудно. Сейчас мне было очень стыдно перед ним. Подслушав разговор, я поняла, что напрасно обвиняла Михаэля в измене. — Честно говоря, да, я хотела вернуть и платье, и кольцо, но теперь собираюсь попросить у тебя прощения! Прости, что не поверила тебе и повелась на очевидный обман Моники! Мне так стыдно! Я всю жизнь с ней прожила и до сих пор попадаюсь на её уловки. Наверное, я просто дура!

Михаэль улыбнулся. Его плечи расслабились, напряжение исчезло. Теперь он казался спокойным и довольным.

— Ты не дура, — не согласился Михаэль, забирая коробку из моих рук, — именно потому, что вы вместе выросли, у Моники так легко получается тебя обманывать. Она давно тебя изучила и точно знает, куда нужно бить, поэтому ты раз за разом оказываешься беззащитна перед её уловками.

— Всё равно, я так виновата перед тобой! — воскликнула я, сложив руки в молитвенном жесте.

— Будь я на твоём месте, подумал бы так же. Точнее, гораздо хуже, — усмехнулся Михаэль, — ты же меня знаешь. Но я рад, что теперь мы во всём разобрались.

Он поставил коробку с платьем на пол и достал что-то из кармана.

— Наденешь его или мне нужно снова сделать тебе предложение? — Михаэль раскрыл ладонь, и я увидела другое помолвочное кольцо.

— Но у меня есть старое. После ссоры я его подняла и спрятала, — призналась я, — не стоило покупать ещё одно. Прости! Это всё моя вина!

— Всё в порядке! — Михаэль остановил мой поток извинений. — У нас не самая обычная ситуация, поэтому пусть у тебя будет два кольца. Носи то, которое больше нравится.

Мне по-прежнему было стыдно, но я решила уступить. Михаэль уже столько для меня сделал!

— Да, конечно, — кивнула я и протянула правую руку.

Михаэль надел кольцо на мой безымянный палец. Такое привычное ощущение. Без кольца постоянно возникало чувство, что чего-то не хватает. Я посмотрела на него. Белое золото и бриллианты. Камни были расположены причудливым образом, напоминая незнакомый мне цветок.

Какая красота!

На меня резко нахлынули эмоции. Облегчение от того, что Михаэль мне не изменял, радость от примирения и стыд потому что плохо о нём подумала.

— Если кольцо тебе не нравится, я могу заказать другое. Это не проблема, — предупредил он.

Я была не в силах отвечать и просто обняла Михаэля. Он с радостью прижал меня к себе.

— Только не плачь. Мне больно смотреть, как ты плачешь, — попросил Михаэль.

— Не буду, — сказала я, чувствуя, как по щекам бегут слёзы.

— Врушка, — проговорил Михаэль и ещё крепче меня обнял.

Я вдруг осознала, что, когда наша сделка подойдёт к концу, мне будет очень его не хватать. Несмотря на непростой характер Михаэля, за эти недели я успела к нему привязаться. Нельзя было этого делать! Мне казалось, что, обнимая Михаэля, я предаю Тео, но теперь уже ничего нельзя было изменить. В моём сердце появилось место, принадлежащее Михаэлю и только ему.