Глава 14

Михаэль выглядел абсолютно спокойным, словно дуэли были для него обычным делом. Не теряя времени даром, он направился к своим друзьям с боевого факультета. Я, естественно, последовала за ним. Мне необходимо было оставаться в курсе происходящего, чтобы хоть немного унять страх. Хотя я слабо представляла, как выдержу такое напряжение.

В гостиной боевого факультета было шумно. В отличие от студентов-артефакторов, которые предпочитали изучать старинные манускрипты или делать домашние задания в полной тишине, боевики в свободное время от души веселились. Одна группа студентов сражалась в настольной игре, при этом крича и вскакивая с мест, другая шумно спорила насчёт самого эффективного оружия, а кто-то умудрился протащить в замок огненную воду и сейчас незаметно её распивал.

Михаэль проигнорировал веселье и направился к своим друзьям: Стивену Колинсу и Адаму Метьюзу, сидевшим чуть в стороне от остальных.

— Привет, мне нужно двое секундантов, возьмётесь? — спросил Михаэль без предисловий.

Я ожидала, что Стивен и Адам будут шокированы и завалят его вопросами, но вместо этого оба синхронно посмотрели на меня. Я смутилась. Неужели они сразу обо всём догадались? Хотя, возможно, Михаэль рассказывал им о письме от моих родителей.

— Я же говорил, — фыркнул Адам. Стивен толкнул его локтем.

— Так что? — с нажимом спросил Михаэль.

— Мы согласны, — сказал Стивен.

Вот так просто? Даже подробностей не спросят и не попытаются отговорить?

Я удивлённо переводила взгляд со Стивена на Адама. Первый выглядел так, словно ожидал такого поворота событий. А во взгляде второго читалось обвинение. Ещё после объявления о помолвке я заметила, что не понравилась Адаму, а теперь его отношение ко мне стало хуже. Впрочем, это можно было понять, всё-таки из-за меня Михаэль подверг опасности свою жизнь.

— Спасибо, что согласились, — поблагодарил он, — я дам вам адрес этого старого хрыча и буду ждать новостей.

— Договорились, — кивнул Стивен.

Адам же продолжал молча сверлить меня взглядом. Мне стало не по себе. Если с Михаэлем что-то случиться, уверена, Адам мне отомстит.

— Может, передумаешь? — спросила я безо всякой надежды, когда мы с Михаэлем вышли из шумной гостиной.

— Нет, — отрезал он и насмешливо добавил, — неужели ты совсем не веришь в мои силы?

Я вздохнула.

— Дело не в этом, — устало проговорила я, — просто я не хочу, чтобы ты пострадал. А тем более, умер. Вы же собираетесь драться насмерть!

Михаэль пожал плечами.

— Речь ведь идёт о защите чести девушки, — сказал он, — так положено.

— Ты что уже с кем-то дрался? — удивилась я.

Михаэль покачал головой.

— Нет, но моя семья состоит в родстве с королевской, — объяснил он, — в Фаерии всех аристократов высшего ранга с детства обучают дуэльному этикету, так что все правила я знаю.

— Правила это одно, а магическое сражение — совсем другое, — напомнила я.

Михаэль посмотрел в сторону.

— А что, этот твой сосед такой сильный маг? — спросил он.

Тут до меня дошло. Михаэль же ничего не знает про мистера Оливера! Это я хорошо с ним знакома, потому что сосед дружил с моими родителями. Выходит, Михаэль настолько смелый или безрассудный, что согласился драться с незнакомым противником, не просчитав риски.

— Нет, он не то чтобы очень сильный, — ответила я, — скорее опытный. Но не в боевой магии. Вообще, я удивлена, что он вызвал тебя на дуэль. Ты молод и силён, а мистер Оливер, каким бы опытным ни был, заведомо уступает тебе в быстроте движений и скорости реакций.

— А с чего ты взяла, что он будет драться сам? — спросил Михаэль.

Я замерла. О чём он говорит?

— В каком смысле? — растерялась я, — мистер Оливера же сам вызвал тебя на дуэль, значит, обязан драться. Разве не так?

Михаэль усмехнулся.

— Ясно, выходит, тебе про дуэльный этикет ничего не рассказывали, — заключил он.

— Нет, — проговорила я. У меня появилось нехорошее предчувствие.

— Дело в том, что по правилам дуэлянт не обязан драться сам, — сообщил Михаэль, — ты правильно сказала, маги изначально не равны. Есть женщины, дети, старики, инвалиды и так далее. И любой из них может оказаться в ситуации, когда необходимо защитить свою честь. Но как же быть? Получается, они заведомо обречены на поражение. Это не справедливо. Поэтому для таких случаев правилами предусмотрено исключение. Дуэлянт может нанять бойца, который будет драться вместо него.

— Что⁈ — воскликнула я.

Голова закружилась, и я чуть не потеряла равновесие, но Михаэль вовремя меня подхватил и усадил на скамейку у стены. Я даже не смогла его поблагодарить, все мысли были заняты внезапным открытием. Я-то думала, что Михаэль будет драться с мистером Оливером, и была уверена в победе моего жениха, но если сосед наймёт бойца, то исход дуэли станет непредсказуемым.

— Но кто же согласиться отдать свою жизнь за другого человека? Даже не родственника? — в отчаянии спросила я.

Михаэль задумался.

— Ну, существуют профессиональные дуэлянты. Они зарабатывают на этом деньги, правда, редко берутся за дуэли, где ставка — жизнь, — сказал Михаэль, — а бывает, что человек оказался в очень тяжёлой ситуации, ему срочно нужны деньги и рискнуть своей жизнью для него единственный выход.

— Михаэль! — всхлипнула я, — откажись!

Вместо ответа он крепко меня обнял.

— Не надо хоронить меня раньше времени. Ещё неизвестно, кого наймёт этот старик, — сказал он.

— А когда ты это узнаешь? — спросила я.

— Его секунданты должны будут сообщить информацию моим. Не думаю, что это займёт много времени, — ответил Михаэль.

Я спрятала лицо в ладони. Кого же наймёт мистер Оливер?

Вчера я перелопатила книги по дуэльному этикету, надеясь обнаружить какую-то лазейку, с помощью которой поединка можно было бы избежать, но ничего не нашла. Единственный вариант, при котором дуэль может быть отменена и ни один из участников не получит клеймо труса (разумеется, исключая смерть дуэлянта до начала поединка) — примирение сторон. Только если оба откажутся драться, получится обойтись без кровопролития. Пожалуй, я могла бы уговорить Михаэля, но как быть со второй стороной? Ситуация представлялась безвыходной. Если Михаэль прав и мистер Оливер наймёт профессионального дуэлянта, тот никогда не откажется от боя.

Мне с трудом удалось найти кое-какую информацию о таких людях и это только усилило страх. Кроме того, что профессионалы обладали большой магической силой, на их стороне был опыт. Каждая выигранная дуэль повышала их мастерство. Ещё они знали множество хитростей и приёмов, с помощью которых можно было отвлечь внимание противника и выбить его из колеи. Профессионалы были отчаянными, поэтому часто шли на риск и могли опуститься до жульничества.

Неужели Михаэлю придётся драться с одним из таких людей⁈

Я с ужасом ждала новостей. Не могла ни есть, ни спать, впервые пропустила занятия, но никаких санкций от преподавателей не последовало. Они мне только посочувствовали: новость о предстоящей дуэли быстро разлетелась по Академии. Поползло множество диких слухов. Теперь на меня косо поглядывали не только девушки, но и парни. В один миг я стала самой знаменитой студенткой, правда, эта была не та слава, о которой можно было мечтать. Дуэль ещё не состоялась, а меня уже записали в убийцы.

Сильнее всех, конечно же, старалась Моника, поливая меня грязью и рассказывая небылицы любому, кто готов был её выслушать. В чём только она меня не обвиняла!

Аврора приворожила Михаэля с помощью чёрной магии.

Аврора крутит романы с несколькими мужчинами одновременно.

Аврора хочет свести в могилу родителей ради наследства.

Самое ужасное, что ей все верили. Кто может знать правду обо мне, если не родная сестра?

Утром кто-то подбросил под дверь конверт. Я схватила его и не раздумывая открыла, уверенная, что пришли новости от секундантов. Но вместо письма внутри был магический порошок. Стоило мне вскрыть конверт, как оттуда вырвался алый дым и осел на моё лицо, одежду и волосы. Через секунду я была испачкана с ног до головы. А учитывая, что краска была магической, отстирать её не представлялось возможным. Форма была испорчена, а волосы и лицо пришлось долго отмывать с помощью специального зелья. Из-за этого кожа покраснела, стала сухой и жутко чесалась. Теперь я выглядела так же плохо, как себя чувствовала.

А когда я всё-таки рискнула выйти из своей комнаты, переодевшись в запасной комплект формы, тут же снова вляпалась. Кто-то измазал ручку двери дёгтем. Я смотрела на испачканную руку и ощущала отчаяние. Мне и так было очень тяжело, но вместо поддержки я столкнулась с нападками. Наверное, я это заслужила. Ведь именно из-за меня Михаэль мог лишиться жизни.

Стоило подумать об этом, как страх накатывал волной. Что же мне делать?

Я снова вернулась в свою комнату и опустилась на стул. Если бы я только знала, к чему приведёт наша сделка с помолвкой! Никогда бы не попросила помощи у Михаэля. Лучше было сразу согласиться на брак с Томасом Оливером, и все были бы в безопасности.

От размышлений меня отвлёк стук в дверь. У меня не было сил отвечать, как и желания с кем-то разговаривать. Я надеялась, что гость уйдёт сам, но он вместо этого вошел в комнату.

— Аврора? — позвал знакомый голос.

Я подняла голову и увидела Михаэля.

— Ты почему не пришла на завтрак? — спросил он, — и что с твоей дверью и… — Его взгляд скользнул по валявшемуся на полу конверту, испачканной форме и моему красному лицу. — Ясно. Я с этим разберусь.

— Не надо, — тихо попросила я, — какая теперь разница.

— Такая! — ответил Михаэль, — я не позволю каким-то уродам портить тебе жизнь!

— Ты и так достаточно пострадал из-за меня, — напомнила я.

Михаэль вздохнул и плотно закрыл дверь.

— Я уже говорил, ты здесь ни при чём, — сказал он с нажимом, — и если со мной что-то случится, твоей вины в этом не будет, ясно?

Я не ответила. Михаэль подошёл ближе и осторожно провёл кончиками пальцев по моим волосам.

— Не обращай внимание на людскую болтовню, большинству лишь бы языками чесать, — сказал Михаэль, — нельзя позволять слухам управлять твоей жизнью.

Я сидела, не поднимая головы, по-прежнему глядя на испачканную дёгтем руку.

— Но ведь именно так и получается, — проговорила я, — я бы хотела сама выбирать путь и следовать зову сердца, но кто-то постоянно вмешивается и в итоге у меня не остаётся выбора. Я не могу просто быть собой.

Михаэль положил руку мне на плечо и слегка сжал.

— И у меня также, — признался он, — но твои слова тогда на балу заставили меня задуматься. Очень долго мнение других людей обо мне определяло мои поступки. Но поговорив с тобой в тот день, я понял, что поступая так, как диктует общественное мнение, я перестаю быть самим собой и в итоге становлюсь тем, кем меня хотят видеть сплетники и завистники. Попытка измениться в угоду другим ведёт к поражению. Чтобы победить, нужно идти своим путём.

— Но я ведь правда виновата в том, что ты можешь пострадать! — воскликнула я, впервые посмотрев в глаза Михаэлю, — если бы я не предложила тебе ту сделку, то мистер Оливер не вызвал бы тебя на дуэль и ты был бы в безопасности!

— Аврора, ты слишком много на себя берёшь, — вздохнул Михаэль, — помни, ты не всесильна и не умеешь предсказывать будущее. Кроме того, ты меня не заставляла. Я сам сделал выбор — и в тот день и во все последующие. Именно цепочка собственных решений привела меня в эту точку. Здесь нет твоей вины. Не надо взваливать на себя груз чужих поступков. Всё, что произошло это только моя ответственность.

Если бы в прошлом Михаэль поступил иначе… я вспомнила об артефакте. С его помощью можно было бы вернуться в тот момент, когда я и Михаэль заключали сделку о фиктивной помолвке и изменить прошлое. Тогда бы и дуэли не было. Это шанс! Но успею ли я доделать артефакт до начала дуэли?

— Что бы ты ни сказал, я всё равно буду чувствовать себя виноватой. Такой уж я человек, — призналась я.

Михаэль промолчал. Должно быть, у него закончились аргументы.

— Может тебе пока пожить у меня? — неожиданно предложил он.

Я удивлённо на него посмотрела. Что он сказал? Может, из-за стресса у меня слуховые галлюцинации?

— В каком смысле? — не поняла я, удивлённо глядя на него.

Михаэль выглядел смущённым. Впервые в жизни я увидела румянец на его щеках. Выходит, и драконы могут краснеть?

Михаэль откашлялся, пытаясь вернуть себе невозмутимый вид, словно в данный момент мы обсуждали обыденные вещи.

— Тебя в последнее время сильно достают, — то ли спросил, то ли констатировал он, — форму вот испортили и ручку двери намазали какой-то гадостью. Кто знает, что они могут выкинуть в следующий раз. Вот я и подумал, почему бы тебе не перебраться ко мне. Ненадолго. — сказал он и быстро прибавил, — разумеется, только в целях безопасности. Ко мне они сунуться не посмеют.

У Михаэля вырвался нервный смешок. Затем он кашлянул и отвернулся, будто увидел в окно что-то очень интересное. Я же потеряла дар речи. Михаэль на самом деле предлагает мне пожить вместе с ним? В одной комнате? Вдвоём? Серьёзно? Представить такое было сложно.

— Я даже не знаю… — растерянно проговорила я. Подобная идея никогда бы не пришла мне в голову, и сейчас я понятия не имела, как реагировать.

Было заметно, что Михаэль волнуется, ожидая моего ответа. Странно было видеть самовлюблённого дракона нервничающим рядом с девушкой.

— Я ни о чём таком не думал и не буду выходить за рамки. Тот случай больше не повторится, — пообещал он, очевидно, имея в виду день, когда вышел мне навстречу почти голым, — просто я тоже за тебя переживаю и хочу защитить. И, мне кажется, совместное проживание будет хорошим выходом из положения. Так я всё время буду рядом и больше никто не посмеет тебя обидеть.

Я всё ещё молчала, внимательно вглядываясь в его лицо. Очевидно, Михаэль говорил искренне. Я верила ему, но боялась согласиться на его предложение. Мне ведь никогда не приходилось жить в одной комнате с парнем. Да что там жить, я даже с ночёвкой не оставалась. Даже в детстве. Даже у Тео. А тут я и Михаэль наедине в его спальне. Я же просто умру от смущения!

Спать мы тоже будем вместе? Но там же только одна кровать! Стоило мне представить, как я в ночной сорочке лежу рядом с полуголым Михаэлем, как мои щёки начали пылать.

О чём я вообще думаю⁈

Никаких полуголых парней в моей кровати не будет! Точнее, я не планирую забираться в постель к Михаэлю, ни в ночной сорочке, ни без неё. Особенно без неё.

— Я настолько тебе противен? — неожиданно спросил Михаэль.

Похоже, он неправильно расценил моё длительное молчание, приняв на свой счёт. Надо было срочно исправлять ситуацию.

— Если бы ты был мне противен, я бы не стала тебя целовать, — проговорила я.

Боги! Так стало только хуже! Язык мой — враг мой! Зато Михаэль после такого ответа заметно приободрился. На его лице заиграла привычная улыбка уверенного в себе красавца.

— Так значит, это не был поцелуй из жалости? — уточнил он.

Моё лицо пылало. Вот зачем было заводить эти разговоры о поцелуях⁈ Теперь отмолчаться или притвориться, что ничего не помню, не получиться. Я влипла.

— Нет, — коротко ответила я, избегая смотреть на Михаэля. На моём лице могли отразиться чувства, в которых я боялась признаться даже самой себе.

— Получается, ты поцеловала меня, находясь в здравом уме и твёрдой памяти? — издевался Михаэль.

Он прекрасно видел мои покрасневшие щёки, но продолжал подшучивать надо мной. Кажется, ему нравилось наблюдать, как я смущаюсь и теряюсь.

— Да, выходит так, — буркнула я, — но если не бросишь свои шуточки, больше целовать не буду.

Михаэль усмехнулся.

— Значит, если брошу, могу рассчитывать на ещё один поцелуй? — спросил он, хитро улыбаясь.

Ну вот опять! С ним невозможно нормально разговаривать! Зачем так откровенно меня провоцировать⁈

— Не наглей! — предупредила я, — а то вместо поцелуя получишь по довольной драконьей физиономии!

— Ладно-ладно, прости! — Михаэль примирительно поднял ладони, — значит, ты согласна пожить со мной?

Я колебалась всего мгновение, а затем произнесла на одном дыхании:

— Да.