Глава 14

Я выпалила эти слова и от злости на себя прикусила язык. Что делаю? Зачем? Я не хотела говорить Антону о визите Анны Анатольевны. Совершенно. Она сразу решит, что я настраиваю ее сына против семьи, и в такой ситуации стану мгновенно врагом номер один. Утренний визит этой дамы покажется мне тогда безобидной шуткой.

У меня нет ни сил, ни возможности бороться с богатыми людьми. Они растопчут меня, как таракана. Лучше уж я сама задушу свое чувство к Антону на корню.

— Кто? — Антон растерялся и решил, что плохо расслышал.

— Что, кто?

— Ты сказала, что к тебе приходила моя мама.

— Я? Не говорила.

— Рита, я слышал это своими ушами.

— А, ты не понял. Меня сегодня вызывали к заму! — выкрутилась я и вздохнула.

— Зачем? К какому заму? — Антон огляделся. — Так, пойдем, посидим где-нибудь. Не хватало еще разбираться под дождем.

Я не сопротивлялась. Он взял меня за руку и потащил в милую кафейню на первом этаже, расположенную недалеко от магазина. Это было ошибкой, но об этом мы узнали немного позже. Сейчас хотелось просто сесть и спокойно поговорить о случившемся.

— К обычному. Заму декана.

— И зачем вызывали? Ты в чем-то провинилась?

— Я и сама не поняла. Он вдруг стал перебирать на столе бумажки и говорить о том, что я должна вести себя достойно, иначе колледжу придется со мной расстаться. Рядом на краешке стула сидела куратор нашей группы и испуганно смотрела на меня.

— Странно! — Антон сделал глоток кофе и подвинул чашку с капучино ко мне. — Пей. Остынет.

Запах был восхитительный, но я, видимо, так переволновалась, что проглотить не смогла ни капли. Просто воткнула вилочку в кусок торта да так и замерла, уставившись в одну точку.

— Антоша, а полиция не могла сообщить о вчерашнем происшествии на место учебы? — наконец сообразила я.

— Зачем? Тебя же не осудили, дело не завели. Ничего такого не было, чтобы сообщать.

— Тогда тем более странно. У меня нет долгов по сессиям, нет конфликтов с однокурсницами, поэтому мне так страшно.

Мне действительно было страшно. Утренний визит Анны Анатольевны в общежитие, а потом и вызов в деканат я невольно связала вместе, но Антону боялась об этом сказать.

А вдруг это его мама постаралась? Наверняка у нее обширные связи, раз хозяйка большой компании. Эти магазины «Стиль» на каждом углу в Москве.

Разве я когда-нибудь могла подумать, что жизнь меня столкнет с наследником огромной торговой империи и что эта встреча принесет столько неприятностей! То, чего я добилась с огромным трудом, вдруг разрушалось у меня на глазах из-за знакомства с Антоном. Если меня отчислят из колледжа, то выставят и из общежития. С неоконченным образованием я на всю жизнь останусь в посудомойках.

Возвращаться мне тоже некуда. Разве что Азамат не выгонит, но зарплаты, которую он мне выдает, не хватит на съем даже самого дешевого жилья.

— Рита, не бери в голову! — Антон погладил мою руку. — Меня каждую неделю вызывают в деканат. Привык уже.

— Глупый! Где ты и где я! Нельзя нас сравнивать.

— Ну, ты тоже теперь под моей защитой.

Я посмотрела на него удивленно. Он о чем? О какой защите? При такой маме он и себя защитить не может. Решение в голову пришло мгновенно.

— Антоша, давай… сделаем паузу в наших отношениях.

Он удивленно поднял брови, покачал головой, потом отломал вилкой кусочек торта и поднес к моим губам.

— Ритуля, открой ротик, — я упрямо сжала губы. — Ну, не капризничай, ешь! — Антон дождался, пока я проглочу кусок и запью его кофе и только после этого продолжил: — Паузу, говоришь, надо сделать? В чем? Мы еще и встречаться толком не начали, а тебе уже паузу подавай. Словечко еще откуда-то выкопала. Любовных романов начиталась?

С каждым словом его голос становился все резче. Серые глаза потемнели. Но у меня на душе потеплело. Значит, я ему нравлюсь, раз не хочет расставаться.

— Вот я и предлагаю подождать, проверить свои чувства.

— Как?

— Временем и расстоянием, — тихо пролепетала я, уже понимая, что ляпнула глупость.

— Вот дурочка! — Антон протянул руку и потрепал меня по щеке, его взгляд смягчился. — Короче, папа пригласил тебя в гости.

— Когда?

Мысли о расставании мгновенно вылетели из головы. Идея Антона была намного серьезнее и грозила новыми неприятностями.

— Сегодня вечером. Не бойся, мама днем должна была улететь в Милан. У нее деловая встреча. Так что дома будет только отец и Арина Ивановна.

— А это кто?

— Наш домашний ангел-хранитель. Кухарка, горничная, няня и жилетка в одном лице. Я заеду за тобой, как и договаривались, в восемь часов. Будь готова.

— Нужно как-то по-особенному одеться?

— Нет. Без разницы. Мне ты нравишься в любой одежде. Отец тоже не сноб.

Антон расплатился, мы встали и направились к выходу.

— Ой, прив-е-е-е-т! — окликнул Антона женский голос с тягучими интонациями.

Я оглянулась: к нам приближалась миловидная девушка в униформе продавца. Антон взял меня за руку и крепко сжал.

— Кто это?

— Черт! Мамины глаза и уши. Знал бы, что здесь есть наш бутик, ни за что бы не пришел, — с досадой прошипел он и широко улыбнулся. — Привет.

Девушки кинулась к нему и поцеловала в щеку. Мой мажор напрягся, но остался на месте. Я видела, сколько он прикладывает усилий, чтобы оставаться безмятежным и спокойным, и ждала развития событий.

— Ты пришел полюбоваться на свои постеры? Красавчик! Отлично получился на фото. Не знаю, почему Анне Анатольевне сначала сессия не понравилась.

— Я случайно здесь оказался. Даже не знал, что в этом торговом центре есть наш бутик.

— О, а я думала, ты в гости зашел, — разочарованно пропела девушка.

Она окинула меня презрительным взглядом. В ее глазах читался вопрос: «Кто эта замухрышка и что здесь делает?

— Рад был увидеться, — сказал Антон и потащил меня к выходу.

Он чуть не бегом преодолел расстояние до выхода и выскочил на улицу. Быстрым движением накинул мне на голову капюшон и потащил к парковке, не обращая внимания на дождь. В машине вытащил из кармана между сиденьями салфетки и вытер мокрое лицо и волосы.

— Что это было? — спросила я, не понимая, почему мы убегали от девушки, как от огня.

— Понимаешь, матери сразу доложат, что я был в магазине не один.

— А ты испугался?

— Нет. Я за тебя волнуюсь.

— Ну, убегать в таком случае все равно бесполезно. Вот потому я и предлагаю сделать перерыв.

— Рита, пойми, — Антон повернулся и взял мое лицо в свои ладони. Я смотрела ему в глаза и просто таяла, столько нежности было в его взгляде. — Перерыв делать бесполезно. Мать свою позицию не поменяет.

Я хотела сказать Антону, что ничего не изменится для него, а для меня наоборот, очень многое. Я закончу колледж и устроюсь на работу. Значит, уже буду прочно стоять на ногах. Меньше возможностей давления на меня. Но он смотрел таким умоляющим взглядом, что я растерялась.

— И что ты предлагаешь сделать?

— Найти союзников.

— Но твои друзья больше враги, чем помощники.

— Зато есть отец. Он поддержит. Он у меня мягкий человек и терпеливый. Ненавидит ссоры и конфликты. Ему проще убежать, чем бороться, в результате мать из него вьет веревки, но, когда надо, он может поставить ее на место. А вдвоем мы настоящая сила.

— Но…

— Никаких «но»! В восемь жду тебя у кафе.

Антон отвез меня назад в колледж и уехал, махнув на прощание рукой. Занятия уже закончились. Не было смысла идти в здание, но и стоять под дождем не хотелось. Я забежала внутрь, остановилась у поста охраны и позвонила Анжеле.

— Ты где?

— Уже собираюсь домой, — ответила она.

— Выходи, я тебя жду в холле.

— Слушай, куда ты пропала? Кураторша о тебе спрашивала.

— Почему?

— Сама узнай. Она ждет тебя в деканате.

Мы побежали на третий этаж. Сердце от волнения, казалось, вот-вот выскочит из груди. я даже вспотела, когда стучала в дверь.

— Маргарита, проходи.

— Что случилось Светлана Аркадьевна?

— Понимаешь… ты садись, садись, — она внимательно посмотрела на меня и придвинула стул. Я села и тут только поняла, как мне плохо. Виски стянуло болью, в глазах туман. Голос куратора то взмывал вверх, по падал вниз и становился едва слышным. Я встряхнула головой, сфокусировалась. — Какая-то неприятная ситуация.

— Вы о чем? — слова вырывались с трудом, будто спазмом сжало горло.

— Жалоба на тебя, Иванова, поступила. Мы с деканом не знаем, как к ней отнестись.

— Какая жалоба?

— Позвонили из прокуратуры.

Сердце ухнуло в пятки. Ноги задрожали, и я со всей силы их сжала, чтобы удержать на месте пятки, которые вдруг лихорадочно застучали о пол.

— А что я сделала?

— В том-то и дело, что мы не поняли. Просто попросили к тебе приглядеться, потребовали данные на тебя. Ой, что такое? Помогите!

У меня закружилась голова, и я почувствовала, что заваливаюсь куда-то вбок.

Потом темнота.

Я открыла глаза и сначала не поняла, где нахожусь. Резко пахло нашатырным спиртом.

— Ой, Ритка, ты нас так напугала! — заверещала над ухом Анжела.

— А что такое? — я по-прежнему находилась в кабинете и лежала на диване.

— Да ты в обморок грохнулась. Даже скорую хотели вызвать.

— Как вы себя чувствуете? — спросила женщина в белом халате — наша фельдшер из медпункта. — Встать сможете?

— Да, — я села. — Все нормально. Просто устала, переволновалась.

— Вы гемоглобин проверьте. Дать направление на кровь?

— Хорошо.

— А может, вы того…

— Чего?

— Ну, в положении.

— Нет, что вы!

Такое предположение меня ужаснуло. Я точно знала, что причина обморока не в этом. У меня и парня нет, чтобы сексом заниматься. Пока нет, во всяком случае. И ветром вряд ли надуло. Скорее всего недоедание, недосыпание и нервотрепка последних дней сказались.

Анжела помогла мне встать, я забрала направление на анализ крови, и мы поехали домой. Из головы не шло сообщение о прокуратуре, обморок, Антон со своим предложением о семейном ужине. Принять или нет? А вдруг и там сознание потеряю?

А была не была! Плевать! К восьми часам я приготовилась. Надела джинсы, любимую толстовку и куртку Анжелы: она выглядела немного приличнее моей. Резиновые ботинки были как раз кстати. Дождь не прекращался весь день.

Антон приехал ровно в восемь. Он забежал в кафе, поздоровался с Азаматом, пошутил с Людмилой, потом схватил меня за руку.

— Поехали?

— Да.

И… я утонула в его счастливых глазах, поплыла по судьбе, как щепка в бурном потоке. Куда выведет — неизвестно, как сложится — непонятно. Одно радовало: меня крепко держал за руку человек, которому я, кажется, очень нравилась.

Мы ехали довольно долго. Уже выбрались за Москву, и вдоль обочины замелькали деревья. Мне стало страшно. Куда он меня везёт? А вдруг его внимание и ласка всего лишь притворство, а приглашение в гости — ловушка? Сейчас повернёт на проселочную дорогу, а там ждут его дружки-мажоры?

Ладони вспотели. Я вытерла их о джинсы и сунула между коленок, чтобы унять дрожь.

— Рита, ты чего такая напряженная? — заметил наконец мое состояние Антон. — Волнуешься?

— Куда мы едем? Москва уже закончилась.

—А, понял! — Антон откинулся на подголовник и засмеялся, потом положил свою руку мне на колено и сжал его. — Думаешь я, как серый волк, увезу тебя в лесную чащу и съем?

— Не думаю, — пробурчала я, но на душе стало легче.

Через несколько минут мы свернули на боковую дорожку, и вскоре перед нами показались ярко-освещённые ворота и будка охранника.

Я совсем успокоилась и с любопытством огляделась. Мы миновали секьюрити, который приветливо помахал рукой, и поехали по широкой дороге вдоль роскошных домов, спрятавшихся за высокими оградами. Здесь жили богачи. Такие простые смертные, как я, работали не покладая рук, чтобы жизнь толстосумов была сладкой и безмятежной. Я даже не представляла, что увижу эту роскошь вблизи, а не со страниц глянцевых журналов.

Я сразу вспомнила бабушку, нашу крохотную квартирку в подмосковном посёлке, и у меня защемило сердце. Я вдруг поняла, что главное в жизни не деньги и роскошные виллы, главное — семейное тепло. У меня оно было, у Антона, судя по всему, — нет. Мне до слез стало его жалко.

— Ты чего? — Антон покосился на меня и притормозил у металлических ворот. — Не бойся, отец у меня — классный мужик. Ты ему понравишься.

— Все нормально. День был тяжёлый, — отговорилась я и отвела глаза.

Ворота разъехались, и мы тронулись дальше по узкой аллее. Сверху нависали кроны деревьев, почти освобождённые от листвы. Она толстым ковром лежала по обочинам, разлеталась из-под колёс.

— Погоди, это дубы, что ли? — я была потрясена увиденным.

— Да. Отец любит создавать природные уголки, где может рисовать целый день. У нас ещё беседка есть, пруд с рыбками, бассейн.

— Пруд? А как рыбы зимуют? Вода же промёрзнет до дна!

—Нашла у кого спросить о зимовке рыб! — засмеялся Антон. — Я представления не имею, что с ними происходит в морозы. Ты об этом лучше у отца спроси. Вон он.

Действительно, входные двери открылись и на площадь перед домом вышел высокий мужчина в накинутой на плечи куртке. В его аккуратной бородке искрилась седина, темные волосы были зачёсаны назад. Он стоял и улыбался, ожидая, пока Антон припаркуется.

Антошка остановился, вышел из машины и помог выбраться мне. Я не знала, что должна говорить, поэтому крепко вцепилась в его руку и спряталась за спину. Смущение залило краской щёки. Меня будто на смотрины привезли: с одной стороны приятно, а с другой нервно.

— Ну-с, сынок, показывай, свою красавицу.

Антон буквально насильно вытащил меня из-за спины.

— Вот, Маргарита.

— Королевское имя, — улыбнулся отец Антона и протянул мне руку. Я ответила. — Николай Сергеевич. Пойдемте в дом. Арина уже стол накрыла для ужина.

Мы вошли в просторный холл, оформленный в строгих, коричнево-бежевых тонах. Ничего лишнего, никакой помпезности и вычурности, но все элегантно и красиво. «Интересно, кто занимался интерьером?» — прикинула я, но сразу догадалась: Анна Анатольевна. Такой сдержанный стиль именно в ее вкусе.

Нас встретила приветливая женщина в униформе горничной.

— Николай Сергеевич, я вам накрыла в столовой, как вы и хотели.

— Дети, быстро мыть руки, я проголодался, — строго сказал отец Антона, но глаза его улыбались.

Мне все больше нравился этот интеллигентный человек.

— Слушай, я даже представить не могу, как твои родители познакомились и поженились. Они настолько разные!

— Да, все удивляются. Но, может быть, они потому так долго и живут вместе, что дополняют друг друга.

Ужин прошёл, как говорится в непринужденной обстановке. Я сначала стеснялась, боялась, что не смогу справиться с волнением и обязательно что-нибудь уроню на себя или разобью, но постепенно я освоилась и даже стала отвечать на вопросы, тем более, что отец Антона задавал их между делом, будто даже случайно.

— Рита, а кто твои родители? — спросил Николай Сергеевич, придвигая ко мне тарелку с хлебом.

— Папа был вертолетчиком, а мама учителем русского языка и литературы.

— Сразу видно, что они тебя хорошо воспитали, — одобрительно кивнул он.

— Меня воспитывала бабушка.

— Правда? — в глазах Антона светилось любопытство.

— Отец разбился, когда я была совсем маленькая, а мама умерла от лейкемии.

— Бедная девочка! Я даже представить не могу, чтобы в наше время оба родителя ушли так рано. Арина Ивановна, несите наш самый лучший чай! — крикнул он горничной.

Та мгновенно показалась на пороге столовой с подносом в руках, будто стояла все это время и слушала наши разговоры.

После чая мне показали мастерскую Николая Сергеевича. Я бродила среди картин, написанных масляными красками, нежных акварелей, строгих гравюр и удивлялась, насколько разнообразным талантом обладает отец Антона.

— Может, прогуляемся по парку? — предложил он.

— Пап, мы хотели посидеть у меня в комнате, — в голосе Антона звучало раздражение. Я удивленно посмотрела на него: неужели ревнует? — Я обещал Рите показать коллекцию постеров.

Какую коллекцию? Мы ни о чем не договаривались. Тревога опять поднялась волной. Господи! Я так сойду с ума! Все время то вверх, то вниз. Только успокоюсь, как опять нервничать начинаю.

Антон встал, взял меня за руку. Я не тронулась с места.

— Оставь девочку в покое, — сказал Николай Сергеевич. — Видишь. На ней лица нет. Волнуется. Да и время уже позднее. Десять часов. Рита, ты завтра учишься?

— Да, есть две пары с утра, потом практика по молекулярной кухне.

— Ух, как интересно! Никогда не понимал, как можно это есть. Расскажи.

Антон сердито нахмурился, но сел рядом, не выпуская моих пальцев. Я была благодарна его отцу за чуткость и понятливость. Я не успела начать рассказ, как раздался звонок в дверь. Арина Ивановна пробежала, мягко ступая, к домофону, включила экран и удивленно повернулась к нам.

— Антон, это Маша.

— Зачем она приехала, да ещё так поздно? — вскинулся тот и тоже бросился к экрану.

— Мне открыть ворота? Неудобно держать девушку за оградой.

— Что делать думаешь?

Я переводила взгляд с отца на сына и не понимала, что происходит. Почему фотомодель Мария может так поздно приезжать в дом своего работодателя, да ещё в его отсутствие? Нет, я конечно, догадывалась, что Антона и Машу связывают не только деловые отношения, но не представляла, что они настолько близки.

— Рита, собирай вещи. Папа, скажи, что меня нет дома. Мы посидим немного в моей комнате, пока она не уйдёт. Не хочу встречаться с Машкой.

Он схватил меня за руку и потащил в гостиную, а оттуда к лестнице на второй этаж.

Отец догнал нас и остановил.

— Погоди! Зачем прятаться? Не проще все объяснить?

— Вот именно! — я выдернула руку. — Разве мы сделали что-то плохое?

— Рита, ты не понимаешь! Машка сразу доложит матери, что я приводил тебя в гости. Я хочу избежать проблем, которые она нам устроит.

Я прекрасно его понимала. Только намёк на нашу связь заставил Анну Анатольевну действовать решительно. Я сразу представила, что случится со мной, если она узнает об этой встрече. Просто наймёт кого-то и закатает в асфальт. Но с другой стороны, Николай Сергеевич прав, если Антон хочет со мной встречаться, надо заявить об этом громко и открыто.

— Антошка, привет! — раздался сзади звонкий голос.

Мы обернулись и остолбенели. Арина Ивановна, видимо, не получив конкретной команды от хозяев, открыла ворота. В холле стояли Маша и блондин с хвостиком, который гадливо ухмылялся. Вернее, это я так воспринимала его улыбку. Сразу захотелось вцепиться ногтями в мерзкую физиономию. Ух, подонок! Ненавижу!

Девушка, оттолкнула меня, бросилась к Антону и повисла у него на шее, пытаясь поцеловать. Он откинул голову, двумя руками вцепился в неё, но не смог оторвать от себя.

Я шагнула в сторону. В глазах опять появился туман. Гостиная поплыла, и я схватилась рукой за перила, чтобы не упасть. Заметив это, Николай Сергеевич придержал меня за талию.

«Крепись, крепись! — умоляла я себя. — Не раскисай!»

— Антон, отвези Риту домой, — резко сказал отец. — Уже поздно.

— Как же так! Я только приехала! — вскричала Маша. — Меня привёз Пашка. Пусть он и проводит эту девушку. Николай Сергеевич, можно я у вас переночую? Анна Анатольевна прилетит рано утром. Нам нужно срочно решить парочку вопросов.

— Пошли, милашка, — хохотнул Блондин и задорно тряхнул хвостиком, как норовистый жеребец.

Он потянул меня за локоть, но я высвободилась. Внутри будто разлилась ледяная вода. Она постепенно заполнила легкие и стала подниматься вверх, к мозгу.

— Руки убери! — прошипела я, трудом сдерживая себя и сжимая кулаки.

— Ритуля, не капризничай! — прошептал он мне на ухо.

Он придвинулся вплотную и незаметно от других провёл ладонью по моей ягодице.

Отвращение ударило в голову. Не раздумывая, я размахнулась и изо всей силы толкнула его в грудь. Он пошатнулся, но удержался на ногах. Антон сообразил мгновенно.

Он задвинул меня за спину и пошёл на Павла. И столько ярости было в его глазах, что тот невольно отступил.

— Мальчики, что с вами! Перестаньте, — Маша попыталась успокоить друзей, но они с такой ненавистью смотрели друг на друга, что и она отступила.

— Давай! Чего ты ждёшь? — наступал Антон. — Ударь меня!

— О Господи! Антоха, ты почему так взъелся? Из-за этой нищенки? Да кто она такая? Ладно, ты выиграл пари! Все, больше я не лезу в твою жизнь!