Глава 7 · Приятности и не только

За «окном» каюты вместо звездной туманности поплыли разноцветные размытые волны. Значит, мы опять полетели на запредельной скорости. Видимо, Магар для связи со своим разведчиком-хакером и, возможно, получения иной важной информации, приказывал вывести корабль из гипера.

В коридоре он зачем-то взял меня за руку, словно мы пара ребятишек в детском саду. Дернув ладонью, я поинтересовалась:

– Это обязательно?

– Мне приятно к вам прикасаться, а вам ко мне?

Скосив глаза на довольного… ну, скажем, поклонника, я тоже невольно улыбнулась, признаваясь и ему, и себе:

– Да, – и спешно добавила перцу, чтобы совсем не обнаглел, – чуть-чуть.

Получилось действительно по-детски, смешно и наивно. От его руки исходило столько тепла, что я чувствовала себя кошкой, разнежено греющейся на солнышке после хорошего обеда. Осталось облизнуться и помурлыкать.

– Если нам обоим нравится прикасаться друг к другу, зачем отказывать себе? Тем более, сегодня у нас задача: отдаться приятностям душой и телом.

Так, чувствую, такими темпами и напором харизматичный и горячий Къюр Магар быстро склонит меня… в общем, склонит к чему-нибудь необдуманному. Зато весь негатив рядом с ним спрятался на задворках сознания, больше того, появилось странное ощущение, словно я дома, на Земле познакомилась с обаятельным и деятельным парнем. И у нас начался конфетно-букетный период, когда хочется чего-нибудь веселого и романтично-авантюрного. И мне этого всего точно хочется!

Магар терпеливо молчал, ожидая моего решения, хотя его взгляд все сильнее разгорался, словно пытался и во мне зажечь огонь. Ну не приходилось мне еще противостоять опытному, умному и наверняка коварному соблазнителю, не научилась, поэтому опустила глаза… на расстегнутый ворот черной рубашки, открывающий крепкую смуглую шею, и дальше – на широкую, очень мужскую грудь, закрытую рубашкой, но оттого не менее привлекательную… Опасаясь попасть совсем уж не в ту степь, крепче сжав ладонь Магара, пробормотала:

– Хорошо. За руки, так за руки.

– Майя, вы меня радуете!

– Интересно, чем? – пряча неуверенность и смущение за ироничным тоном, суховато уточнила я.

– Когда у пары совпадают желания, семейные узы крепче и счастливее, – не унывал Магар.

– С вашим жизненным опытом виднее, – решила поумничать я.

– Медицинский сканер с вами бы поспорил, у кого из нас больше жизненного опыта, с учетом данных о вашем возрасте, а вот я воздержусь… – Магар, редиска такая, намек на разницу в возрасте немедленно уловил и вернул монетой с гораздо большим номиналом.

Я остановилась посередине лестницы, вытаращившись на этого высоченного пятерочника, который встал на ступеньку ниже, но все равно возвышался надо мной, и возмущенно напомнила:

– Мне двадцать пять, а не пятьсот!

– …с мелочью, – насмешливо поправил Магар, потом поднял наши сомкнутые руки и под моим пылающим взглядом поцеловал каждый мой палец. Дождавшись, когда мое раздражение подавит очередная волна смущения, поразил: – Из чужого опыта я усвоил главное правило счастливой семейной жизни: своя женщина всегда права.

– Как же с вами непросто, – призналась я, а злиться на подначку с возрастом перехотелось, слишком поземному прозвучали «с мелочью» и «женщина всегда права».

– Зато не скучно! – улыбнулся Магар, наверняка подмечавший мои эмоции.

Не в силах противостоять неподдающемуся логике обаянию этого мужчины, тоже улыбнулась:

– Поверьте, мне и до этого скучать не приходилось!

Ну и ладно. Мне и на родине говорили, что у меня все на лбу написано. Тем приятнее, чем постоянно держать лицо, как у Маду. Поулыбавшись друг другу, – я еще и полюбовалась компанейским иномирцем, – мы двинулись дальше и вскоре пришли к отсеку на уровень выше, к медблоку. Увидев знак которого, невольно насторожилась.

– Сперва легализация и защита. Потом развлечения, – спокойно напомнил Магар. – Расслабьтесь.

Нас ждали те же трое медиков, что и вчера, при проверке на «вшивость», маячки и вирусы. В этот раз я удержалась от манер «идеальной женщины» и поздоровалась с ними поземному, но на всеобщем, и вежливо улыбнувшись:

– Добрый день, господа!

– Баланса и процветания, госпожа! – слегка вразнобой пожелали они.

Подумав, что ошиблась с переводом, уточнила у Магара:

– Именно баланса?

– Все вокруг подчиняется законам динамики. Наши действия или энергия либо что-то усиливают, либо приводят к противодействию. К примеру, обретение пары, – он усмехнулся, напомнив о недавнем разговоре, – создал гармоничный союз – получишь естественный обмен энергий, в результате которого уберешь отрицательное воздействие на окружающих и собственное нутро. Ошибся с выбором женщины, не добился гармонии в семье – получишь энергетический дисбаланс, который выжигает внутренности и заодно отпугивает от тебя окружающих. То же самое с любым принятым решением, поступком или действием. Они должны быть нацелены на восстановление баланса, иначе нарушится вся система. Тем более, лиамарилы – псионики, баланс для нас – основа жизни. Поэтому пожелание баланса, как и процветания, – традиционное приветствие. Как ваше – добрый день.

У меня прямо напрашивалась высказаться мысль:

– Я правильно поняла, что энергетические возмущения причиняют лио не только социальные неудобства, но и физические? Боль?

Магар поморщился:

– Тело любого лиамарила непрерывно генерирует и выделяет энергию. Если нарушится внутренний баланс, произойдет неконтролируемый выброс. Однако лио настолько сильны и разрушительны, что не могут себе позволить бесконтрольность. Мы создали накопители-поглотители при случайных возмущениях. Хотя, в любом случае лио вынуждены постоянно сдерживаться, отчего при избытке накопленной энергии начнет распирать изнутри, причем с постепенным подъемом температуры воздействия.

– Проще говоря, мы способны сжечь любого, но и сами горим, – хмуро добавил лио Фахар.

Ох, елки, а жить-то очень-очень хочется! Я опять напряглась, как и тогда, когда узнала об этой их опасной особенности, но спросила максимально спокойно:

– Тогда почему на вас, лио Фахар, я не заметила накопителя ни вчера, ни сегодня? Да и вы, лио Магар, его сегодня тоже не надели.

– Лио Фахар в состоянии контролировать свои выбросы без помощи высокотехнологичных накопителей, – тактично пояснил Магар, подразумевая, что тот не настолько силен, чтобы ему потребовались дополнительные девайсы.

– А вы? – я посмотрела в лицо хозяину корабля, приютившему меня в своей каюте.

– Рядом с самой прекрасной женщиной Тесеи, с которой у меня идеальная энергетическая синергия, можно не волноваться о выбросах, – улыбнулся он.

Правда, лишь губами, а вот в глазах заплясали пугающие тени. Они словно предупреждали: «Не лезь в чужую душу, пожалеешь!».

На комплимент я ответила вежливой улыбкой. И постаралась смягчить эти бушующие тени в глазах очень непростого мужчины, от которого зависит моя жизнь и будущее:

– Воспитанный гость в чужой дом всегда приходит с чем-нибудь приятным. Я же буквально навязалась к вам погостить и рада, что смогла быть чем-то полезной.

А про себя подумала, что, пожалуй, надо бы себя вести с этими горячими лио соответствующим образом, чтобы не закипели, не зря же в меня столько полезной инфы с кровью и болью впихнули.

– Тогда перейдем к цели нашего прихода сюда. Лио Фахар, активируйте центральный модуль, надо легализовать мою…

– Кхм… – многозначительно кашлянула я.

– В общем, займемся делом, – исправился Магар, кинув на меня наигранно покорный взгляд.

Дальше Фахар выполнил ту же процедуру, что и я в лаборатории Бельдилажа несколько недель назад. Модуль активировал идентификационную матрицу у меня на запястье и изменил ее внутренний рисунок-алгоритм. Последующая проверка сканером подтвердила, теперь я вновь Майя Юрьевна Молчанова, правда, отныне гражданка Благословенного Лиамарила, с регистрацией на Амариле – центральной планете.

Разглядывая причудливо светящуюся под визором сканера матрицу на своей руке, я глухо из-за перехватившего горло восторга спросила:

– Она честно-честно законная?

– Честно-честно! – усмехнулся Магар под снисходительные смешки медиков.

Пытливо вглядевшись в его глаза, я забеспокоилась:

– И вам за подобное самоуправство ничего не будет от вашего гирада?

– В исключительных случаях я уполномочен выдавать подобные… «награды». Но обязан напомнить, что гирад Благословенного Лиамарила теперь не только наш, но и ваш, лио Молчанова, – весомо предупредил сиагирад.

Вопрос напрашивался сам собой:

– Я же не фиолетовая, почему не литан, а лио?

На меня слишком внимательно смотрели две пары фиолетовых глаз, но врач благоразумно помалкивал, позволив сиагираду самому ответить «самой прекрасной женщине Тесеи»:

– Я вам говорил о различиях между лио и литанами, о наших правилах. Став полноправным членом мира Лиамарил, вы, Майя, тоже обязаны подчиняться его законам, традициям и устоям.

– Конечно, я согласна. Но не совсем поняла, почему я лио, а не литан? Поясните, пожалуйста. – Попросила я, а потом на всякий случай осторожно напомнила: – Еще вы говорили о возможности выбора.

– На своей кандидатуре я настаивать не имею права, только приложить все усилия, чтобы вы сами приняли положительное решение… по ней. Однако, с учетом оптимальной синергии уже с двумя лио, ваша дальнейшая жизнь однозначно будет связана с кем-нибудь из подобных нам с Фахаром. Это согласуется с принципом трех основополагающих правил: защищать, создавать, укреплять. Поэтому отныне вы тоже лио… пока без рода и семьи, но ненадолго.

Мои пальцы сами собой начали отбивать напряженный ритм по корпусу капсулы, к которой вчера и подходить-то боялась. С другой стороны, откуда вдруг из меня полез выпендреж, из нищей, беспомощной беглянки, которая еще вчера в слезах умоляла ее спасти? Магар мне второй день откровенно все рассказывает, предоставил выбор, пусть и в жестких рамках, но выбор! Выбор среди иномирцев, обладающих не только властью и ресурсами, но и с весьма приятной, привычной для землянки внешностью. От меня же немного требуется – стать женой, ой, парой, мужчине, которого сама выберу, представителю мира, социальные и культурные основы которого мне тоже, в общем-то, близки и понятны.

Спокойная и благополучная жизнь на Земле, где все социальные роли четко прописаны и будущее прогнозируемо, сформировало у меня несколько инфантильный образ мышления. Несмотря на неоднократное столкновение с беззаконием и даже продажей живого товара, я все еще подсознательно ждала явления благородного «дяди в погонах», который выручит, все-все исправит, наладит мою жизнь. Вернет ее в прежнее, комфортное и устоявшееся русло. Ведь у меня до сих пор нет четкого плана устройства своего будущего, его обеспечения, защиты.

Как неловко, даже стыдно перед Магаром, которому приходится разжевывать мне очевидные вещи. Убрала руку от капсулы и сплела пальцы у талии, чтобы не выдавали непозволительных чувств. И неуверенно улыбнувшись, поблагодарила:

– Спасибо, я вас поняла.

Показалось, Магар облегченно выдохнул, уж слишком ярко блеснули его глаза. К тому же, когда он шагнул к соседней белоснежной капсуле, его мягкий тон подтвердил мою догадку:

– Тогда делаем следующий шаг к вашему благополучию и комфорту.

Я постаралась вернуть недавний веселый и легкий флер в наше общение:

– Заинтриговали!

Капсула при ближайшем рассмотрении оказалась высокотехнологичным креслом. Постучав темными когтями по его сияющему боку, Магар сказал:

– Вот тот самый обучающий модуль, где вы сможете без особого напряжения изучить новый язык, космографию звездной системы Югона, основные положения…

Куда только девались мои благоразумие и осторожность! Я нервно замотала головой:

– Нет-нет! Я лучше сама, я приложу все усилия и…

– Майя, сравните, обучающие модули совершенно разные. Лиамарил минимум в два раза опережает Эмарг по технологическому развитию…

– На Маду работают не только эмарги, – хрипло возразила я. – Его главный ученый – ларс!

– Мы изучили его технические возможности, – старался остановить мою панику Магар, выдав тот факт, что его шпион добыл у Маду не только изображение замороженной Снегурочки, еще, надо полагать, много ценной информации, если не выгреб всю подчистую. – Майя, они и близко с нашими не сравнятся. Повторяю: обучающие модули совершенно разные…

– Уверена, принцип работы схожий! – настаивала я, нервно передернув плечами, пытаясь оттолкнуть болезненные воспоминания.

Магар молчал с полминуты, сочувствующе глядя на меня. Наконец согласился:

– Хорошо, как хотите.

От облегчения я не сдержала шумного выдоха.

В этот момент к сиагираду на лиамариле обратился один из синеволосых медиков. Магар ответил с улыбкой. К ним присоединился Фахар, потом и третий медик. Четверо свидетелей моей истерики улыбались, обсуждая что-то интересное. Вероятнее всего – несговорчивую землянку. А вот я, вычеркнутая из лиамарилского междусобойчика из-за незнания языка, медленно закипала.

С одной стороны, они вели себя не этично, с другой – почему четверо ради одной «незнайки» должны разговаривать на всеобщем, не родном им языке? Может, у лиамарилов не принято поощрять таким образом упертых иномирян по принципу: лингвопереводчик им в помощь.

Когда Магар сказал что-то и его собеседники рассмеялись, я не выдержала:

– Хорошо, уговорили, попробую ваши технологии.

Мужчины переглянулись и хмыкнули, похоже, разделив понятную им шутку. А я заподозрила, что эта смешная мизансцена разыграна в расчете на меня, чтобы согласилась. Я настолько предсказуема? Ы-ы-ы, ну ничего, вот выучу новые правила и язык и тогда… Тогда просто не буду деревом, нет, пень пнем стоять, как сейчас, и то жирный плюс.

– Отлично! Майя, попозже вернетесь сюда за новыми знаниями, – сверкнул клыками Магар.

Почувствовала себя неловко, отметив, что мужчины поглядывали на меня с большим интересом. Ну да, им на каждый шаг приходилось меня уговаривать. Хотя, вроде как, старались для моей пользы. Оттого следующие слова вырвались помимо воли:

– Простите меня, я постоянно создаю для вас ненужную суету и проблемы. Я понимаю как неправа, но так сложно преодолевать себя, сплошные нервы. Большое спасибо вам всем за помощь.

– Не переживайте, к нервам мы привыкшие, – обаятельно улыбнулся Фахар, чем сразу заработал ревнивый, потемневший взгляд от сиагирада.

Меня заинтриговал Фахар: не стушевался, а слегка приподнял бровь, наверное, напоминая кое-кому, сказавшему, что выбирает здесь землянка, а кандидатов из лио, вообще-то, двое.

Сверкнув в неожиданного соперника задумчивым взглядом, Магар как-то зловеще хмыкнул. Затем, взяв меня за руку, демонстративно переплел наши пальцы – интересно: опять проверял, как отреагирую? – и повел на выход из медблока.

Быть ведомой не хотелось. Настойчиво освободив свою ладонь, подхватила Магара под локоть и положила ее на его предплечье. Задрав голову, лукаво улыбнулась, напомнив его же фразу про однообразные пейзажи за «окном»:

– Я тоже за разнообразие.

Из медблока Магар уходил в хорошем настроении.

Вскоре я удивленно рассматривала просторное помещение, куда меня привели. Похоже на отсек для тренировок и спаррингов, вон и зона с матами и характерными тренажерами. А вот над предназначением нескольких загадочных конструкций – большого стеклянного куба с черной сеткой вместо пола и нескольких модулей капсульного типа с полированными белыми боками – задумалась:

– Что это?

– Сейчас переоденемся и узнаешь! – Магар интриговал, однозначно получая от этого удовольствие.

Я попыталась отказаться от сомнительных развлечений:

– Мой костюм в каюте остался…

Не удалось.

– Здесь все одноразовое и автоматизированное. Лишний раз убедишься, что наши технологии безопаснее и лучше, чем у Маду. – Заведя меня в небольшую комнату с кабинками за белесыми панелями, Магар пояснил: – Выбери любую, зайдешь, полностью разденешься и сложишь одежду в нишу сбоку. Станешь на желтый круг и поднимешь руки. ИскИн тебя оденет, как положено. Потом пойдем развлекаться.

Сделав, как сказано, из кабинки я вышла немало ошарашенная – с головы до пят облаченная в золотистый, гладкий, очень плотно облегающий комбинезон. Даже волосы были собраны и прижаты к голове золотистой сеточкой. В этом глухом, но облегающем «наряде» из тонкой ткани я выглядела крайне неприлично, словно абсолютно голая, да еще и соски выделялись так, что невольно хотелось прикрыть грудь руками.

Однако мысли о собственном странном виде вылетели из головы, когда из кабинки ко мне шагнул Магар в таком же комбинезоне. Я зачарованно уставилась на него и жадно рассматривала. Великолепное мужское тело «без прикрас» потрясало воображение. Начала почему-то со ступней, длинных, узких, наверняка вчерашние тапколыжи с них бы не свалились. Хорошо развитые икры, узкие колени и мускулистые бедра. Ну прямо как у танцовщиков балета! Тонкая ткань не скрывала, наоборот, подчеркивала и выделяла рельефную «мужскую гордость», отчего мои щеки, по ощущениям, запылали. А вот бесстыже жадные глаза продолжали заманчивое путешествие по подтянутому и прокаченному торсу, широкой груди и плечам, сильным мускулистым рукам, крепкой шее и голове с забранными под сеточку волосами. При этом смешно или даже забавно укрощенная фиолетовая грива не выглядела.

Задержав взгляд на ушах лиамарила, которые раньше были скрыты длинными густыми волосами, отметила, что, как и на висках, вокруг них темные, чешуйчато-роговые наросты, и с восторженным изумлением пискнула:

– У вас уши – как у эльфов!

– Не знаком с этой расой. Они хоть симпатичные? – озадачился Магар.

– В сказках все красавчики! – хихикнула я, заглядевшись на симпатичные заостренные кончики широких ушных раковин.

– У меня только уши как у них? – деланно равнодушно полюбопытствовал лиамарил с эльфийскими ушами.

Вот честно, мой взгляд сам по себе метнулся к его мужской гордости, а через две секунды, оказавшись пойманной за ее разглядыванием, ощутила, как щеки ошпарило стыдом и смущением.

– Не знаю, не проверяла, – буркнула я, не зная куда девать глаза, бесстыжие и своевольные.

– Зато я теперь точно знаю, что ты хороша везде и во всем, – хрипловато и вкрадчиво произнес Магар, плавно скользнув ко мне почти вплотную.

– Поспешные выводы. Вы меня совсем не знаете, – глухо выдавила я.

Неожиданно захотелось, чтобы он действительно так думал, а не только обольщал.

– Майя, поверь, никто и никогда не обвинял меня в поспешных выводах. Скорее, частенько укоряли в лишней дотошности при проверке любого факта, – Магар словно уговаривал меня посмотреть ему в лицо.

И я посмотрела. В глаза, яркие, темно-фиолетовые. Но не для того, чтобы послушно утонуть в них:

– Мне кажется, вы спешите, как и постоянно переходя на ты.

– Ладно, давай немного разомнемся, а потом ты непременно забудешь о своих тревогах, – Магар не стал увеличивать дистанцию.

Решив про себя: «Ну и ладно, а я все равно не буду тыкать», примирительно улыбнулась:

– Ловлю вас на слове, лио Магар!

Ы-ы-ы… разминаться под буквально плотоядным мужским взглядом, скользившим по моей фигуре, подчеркнутой гладкой обтягивающей тонкой тканью, оказалось тем еще испытанием. Никогда в жизни не чувствовала ничего подобного. Впрочем, сама тоже не отставала – любовалась мощным, тренированным телом своего компаньона по обещанным удовольствиям. Он, конечно, не спортсмен с наглядно и убедительно прорисованными кубиками, трицепсами и бицепсами. Но хоро-ош! Значит при всей своей занятости уделял время физическим тренировкам.

У меня после вчерашней беготни мышцы ныли нещадно, но я все равно старательно выполняла за Магаром упражнения на растяжку. После которых мы отправились в прозрачный куб, оказавшийся аэротрубой. Через минуту мы летали под мои восторженно-заполошные вопли, вольно или невольно выделывая самые невообразимые трюки.

И вот любопытно, зачем на самом деле Магар отправился со мной в этот тренажер: коварный замысел, острые ощущения, действительно больше некуда податься на корабле? Он частенько ловил меня, помогая выправить конфигурацию тела в пространстве, придерживал, направлял, обучая правильно «летать». Соответственно трогал-обнимал-пробовал все выступающие и нет прелести моей фигуры, прижимал к себе, позволяя убедиться, что «коварство» не плод моих фантазий, а весьма твердая реальность.

Конечно, с непривычки я скоро устала, запыхалась и вспотела. Признаться, не только от напряженных усилий во время тренировки, но и наших частых соприкосновений, когда мужские руки скользили по моему телу, беззастенчиво лаская грудь, ягодицы…

Зависнув напротив меня, мастерски удерживая горизонтальное положение, пока меня крутило, Магар довольно спросил:

– Ну что, желанная моя, на сегодня достаточно?

– Да-а-а… – просипела я.

Хитрый и ловкий соблазнитель удовлетворенно улыбнулся, нырнул ко мне и обнял, прижав к себе и вынудив обнять его талию бедрами. Затем ловко приземлил нас и деактивировал давление потока в кубе.

– Фу-ух… – выдохнула я, повиснув на Магаре.

– Устала? – заботливо спросил он, крепко поддерживая меня под ягодицы.

– Не очень. Вчера слишком много побегать пришлось, все еще мышцы ноют, – призналась я и постаралась выбраться из мужских объятий.

Магар постарался, чтобы выбиралась я с усилием, выразительно глядя мне в глаза, не скрывая, что делает это специально, чтобы вывести меня из равновесия и присвоить. И когда я все-таки встала на пол, предложил, приподняв фиолетовую бровь:

– Продолжим получать от жизни удовольствие?

У моего компаньона опять получилось сказать так поземному, что я хихикнула и благодарно уткнулась ему в грудь лицом. Но порыв был мимолетным, я быстро напомнила себе, где, с кем и зачем, вежливо отстранилась и поспешила из аэротренажера.

Следующим развлечением стали капсулы-массажеры. И наши облегающие тончайшие комбинезоны идеально подходили для них. Устроив меня в капсуле полулежа, Магар занял другую, напротив. Надо полагать, я должна была постоянно находиться в поле его зрения, даже на массаже. Хотя сама, когда по телу побежали приятные волны, легонько сдавливая и разминая мышцы, прикрыла глаза от удовольствия. Капсула капсуле рознь, поэтому решила ловить момент и наслаждаться, и мыслить позитивно.

Наслаждаясь, в какой-то момент вспомнила про мужчину напротив. С ленцой приоткрыв глаза, посмотрела… и тут же их распахнула. Ну что сказать, глядя на гордо вздымающуюся вершину в паху у Магара?

– Не боитесь порвать костюмчик?

– А что ты хотела? – так же ехидно ответил он вопросом на вопрос. Потом весело рассмеялся: – Когда рядом от удовольствия стонет твоя женщина, невольно принимаешь это своей заслугой. И соответственно реагируешь!

Да… такого смутишь. Вместо него стушевалась я:

– Вы неисправимы!

– Хочешь исправить? – вкрадчиво спросил Магар.

– Нет, меня все устраивает, – неохотно призналась я. Не подрываться же из замечательной капсулы раньше времени.

– Ты укрепляешь во мне все, включая веру в наше совместное счастливое будущее! – не остался в долгу Магар.

Ну и ладно, как в шутку говорили на родине, не желая отказываться от вкусного, но не полезного, пусть мне будет хуже.

В общем, в каюту из спортивного отсека мы вернулись в разном настроении. Сиагирад – по-прежнему уверенным в себе, а я – еще больше утвердившаяся, что садовница главному разведчику целого мира не соперница в играх.

Времени прошло достаточно, калорий израсходовано тоже. Магар приказал принести поесть, а сам продолжил ухаживать за мной, при этом сменив способ. Развернув интерактивный экран перед диваном, начал мое знакомство со своей родиной. С Амарила. На большом экране мелькали изображения огромного и единственного континента, окруженного мировым океаном, горные хребты и вершины, достигающие десяти тысяч метров, озера и реки, множество городов. Местное светило называется Лиам и относится к так называемым белым звездам, поэтому горячее, чем Солнце.

Я с большим интересом разглядывала невероятно яркие пейзажи с преобладанием растительности синих, фиолетовых, пурпурных и красновато-зеленых оттенков. Словно не только разумные этой планеты, но и весь окружающий мир придерживался единой цветовой гаммы.

Города – отдельный вид архитектурного искусства, с полнейшим отсутствием резких линий и углов, словно лента Мебиуса, когда непонятно, где низ, где верх, и сохраняя вектор движения, можно ходить по кругу до бесконечности. Даже задумалась, не тошнит ли тех, кто в пределах этих городских синусоид передвигается на транспорте словно на волнах.

После обеда мы опять перебрались на диван и, наслаждаясь горячим фруктовым напитком с карамельками, продолжили знакомство с Лиамарилом.

Особое внимание привлекали жители планеты: как одевались, как себя вели в городском пространстве.

– Боялась, что наши женщины дома под замком сидят? – неожиданно резюмировал Магар, наблюдавший за мной. – Видишь? Не сидят, вполне себе самостоятельные, некоторые даже слишком.

Не отводя взгляда от экрана, смущенно пожала плечами и призналась:

– Лио Магар…

– Кьюр, или хотя бы лио Кьюр, так мне будет приятнее, – прервал он. И напомнил: – День приятностей и удовольствий еще не закончился.

Мы сидели на диване вплотную к друг другу, касаясь бедрами, его рука лежала на спинке, позади меня. Иногда казалось, что Кьюр теребил прядки моих волос. Я улыбалась, не в силах оставаться серьезной с настолько горячим, интересным и харизматичным мужчиной, особенно когда его стараниями сгорала от смущения, накрывавшего меня с головой.

– Хорошо, лио Кьюр, думаю, вы понимаете, что любого разумного заботит его будущее. У каждого должна быть хотя бы относительная свобода принятия важных решений, особенно если дело касается собственной жизни.

– Понимаю и разделяю эту точку зрения. Только поверь моему жизненному опыту: большинство обычных лиамарилов, впрочем, и представителей других миров, вполне устраивает, когда значительную часть важных решений за них принимает кто-то другой. Не каждый способен и не у каждого для этого есть ум, воля, характер, про возможности я пока помолчу. Придется отвечать за каждый свой шаг и строить это самое будущее. Большинство вполне комфортно чувствует себя в устоявшейся системе, когда верхи думают и решают, а низы исполняют.

– Это пока еще не моя устоявшаяся система, – заметила я, – мне важно знать, что смогу выбрать себе занятие по душе. Состояться не только как жена и мать, но и…

– Ты сможешь без особенных проблем работать, если захочешь. И где захочешь! В этом ни я, ни другой лиамарил ограничивать тебя не станет. Тем более, я уже предложил работать в Парке древностей. Попадешь туда, сама меня уговаривать будешь взять на работу.

И вот говорит о серьезном, но при этом вроде как невзначай поправил подол моего темно-голубого платья, расправил складку у бедра, а заодно его погладил. Нет, еще и оставил ладонь на моем бедре, подался корпусом чуть вперед и заглянул мне в лицо, как бы в ожидании ответа.

– Лио Кьюр! – предупредила я, покосившись на его ладонь.

– Ожидаемо, все сразу не бывает. – Он убрал руку и, сев ровнее, обратил мое внимание на экран, где сменил ряд изображений: – Это наш дом, наша земля…

Те же самые светлые ленты Мебиуса, но, если присмотреться, дом выглядит как сердце. Вокруг пурпурный парк, голубоватое озеро и бирюзовое небо.

– Красиво! – шепнула я, любуясь видами действительно красивого поместья.

Снимали с разных ракурсов и кое-где запечатлели роботизированную технику, которая ухаживала за растениями или двигалась по зданию, то ли окна очищая, то ли кровлю.

– Я рад, очень рад! – широко улыбался Кьюр. Выглядел он расслабленным.

Дальше я молча и внимательно просматривала множество самых разных запечатленных моментов. Сперва мне показали внутреннее устройство «сердца». Там оказалось потрясающе светло, уютно, но при этом просторно и комфортно. Свободные комнаты, мебель, незнакомая, но симпатичная, изысканно простые элементы декора, множество живых растений, пожалуй, окончательно покорившие меня.

Я видела разных лиамарилов, на парочке из них он притормозил:

– Это мои родители – лио Кашер и Миран Магар. Как глава рода он занимается только делами рода, мама его во всем поддерживает.

Да, Кьюр с отцом очень похожи, не только фиолетовой мастью, а общей уверенной статью, разворотом плеч и взглядом, не свысока, а сканирующим. В схожем сюртуке, какой был на Магаре вчера, и ботинках, вместо дивных сапог. Мама, стройная, эффектная, в красивом и наверняка дорогом наряде – в черном платье до колен, с широкой юбкой, воротничком-стоечкой и длинными рукавами с высокими манжетами; на ногах изящные туфельки. Меня заинтриговала ее расцветка, уже не синяя, но и не совсем фиолетовая, этакая пограничная лио-литан. В общем, красивая пара его родители, аристократы в энном поколении.

Следующим оказался сам Кьюр, работавший в кабинете, в окружении экранов и явно недовольный тем, что его побеспокоили. На подлокотнике кресла опять парила кружка, на столе радовала глаз тарелочка со знакомыми карамельными цукатами – вот точно сладкоежка!

Картинки менялись и менялись, отражая образ жизни Кьюра Магара – единственного сына и наследника могущественного рода из мира Лиамарил, великого сиагирада и прочая.

Используя привычное слово, форма дворца – резиденции гирада и нескольких правительственных офисов – напоминала сердце. Я ощущала на себе внимательный взгляд Магара, пока листала «эпизоды придворной жизни». Там сиагирад часто был в парадной форме с яркими нашивками, свидетельствовавшими о его больших профессиональных заслугах перед отечеством. И выглядел он в длинном парадном мундире фиолетового цвета сногсшибательно.

Меня особенно заинтересовал официальный портрет группы мужчин перед фиолетовым пьедесталом с роскошным креслом, за которым светилась карта звездной системы Югона с планетами, звездами и другими небесными телами. Четверо мужчин позировали на фоне этой космической карты. Я даже приблизила изображение, настолько одолело любопытство. И было отчего.

– Гирад с триадой своих советников, – тихо подсказал Магар и указал кто есть кто.

Да, вот это мужчины! Настоящая мировая элита! Все четверо с темно-фиолетовыми волосами, со светящимися яркими глазами, смуглые, с роговыми наростами. Одеты в одном «сюртуковом» стиле и даже смотрят одинаково – с абсолютной уверенностью. Но все равно отличаются разительно. Мне показалось, что гирад выглядит моложе советников, не старше тридцати. На мой взгляд, красивее их. Не смазливый, а с благородными чертами лица, яркий и мужественный.

Слева от гирада-повелителя стоит советник-дуагирад чуть пониже и пошире его, с милыми ямочками на щеках, очень располагающими к общению. Рядом с ним самый высокий мужчина, терагирад, этакий громила, красавчик-варвар, как бы назвала его моя сестра, если бы увидела. Магар, стоящий справа от гирада, внешне заметно проигрывает остальным, тип погрубее что ли.

– Засмотрелась на красавцев? – усмехнулся Магар.

Я обернулась к нему и, к своему удивлению, отметила тщательно скрываемое, но прорывающееся напряжение в глазах и даже позе.

– И красивее видела, – хмыкнула я и, повинуясь порыву, с улыбкой добавила, – знаете, у нас на Земле говорят, что мужчина должен быть умным, а женщина – красивой. Так что вы вполне вписываетесь в идеал мужчины.

– Тогда как же ты?

Приготовившись выслушать что-нибудь неприятное от иномирянина, как бывало в плену у Маду, я сухо уточнила:

– В каком смысле?

– Ты у нас умная и красивая, разве это идеалом женщины не считается?

Расплывшись в радостной улыбке, я поплыла от удовольствия:

– Ой, какая прелесть, вот умеете сделать женщине приятное!

– Рад стараться для такой умницы!

Я все же махнула «лапкой» и с тяжким вздохом призналась:

– Да ладно, какая из меня умница? Была бы умной, нашла бы способ избежать отправки в неизвестность.

– С этим выводом я категорически не согласен. Тогда бы мы не встретились. Не спорь, умная. Глупая, совершенно не готовая к подобным подвигам, слабая, нежная, хрупкая девушка не смогла бы обмануть навороченную систему безопасности и сбежать из отлично защищенной резиденции полукриминального дельца, который контролирует четверть территории своего мира. Была бы ты менее честной и порядочной, взяла бы побольше дзанов, наняла наемников, чтобы скрыться подальше от Маду, куда ему не добраться.

Я печально покачала головой:

– На все это нужно было больше смелости и времени подготовиться.

– Способом, которым ты выбралась из высокотехнологичной охраняемой ловушки, не каждый решится воспользоваться. Я как сиагирад считаю, – спокойно и уверенно возразил Магар.

Натянуто улыбнулась под его загадочным взглядом, словно он пытался мне в самую душу заглянуть. Надо было срочно сменить тему, поэтому я предложила:

– Давайте дальше лиамарилов на фоне замечательных пейзажей смотреть?

– Давай, – понятливо хмыкнул он.

И «кино» про жизнь высшего общества продолжилось. Только меня оно все больше вгоняло в глухую неуверенность. Я только сейчас до донышка, как говорится, осознала, куда попаду и с кем рядышком уселась, мало того, поселилась в его каюте. Лиамарил – монархия, хотя на их языке этот или подобный строй называется иначе. Лио Магар – аристократ в энном поколении, из богатейшей фамилии, который реально влияет на судьбы миллиардов разумных в пределах своей звездной системы и даже вне ее. Вон планета Трак тому яркий пример. При этом он вечно на боевом посту, в жестких рамках служения семье, роду, своему миру. Два часа знакомства с архивом его жизни дали не тот результат, которого он, очень вероятно, добивался. Везде, где бы не засекло сиагирада «всевидящее око», он работал-работал-работал. Из-за нашей синергии с лио мне придется втиснуться в схожие, ограниченные рамки.

Из глубокой задумчивости меня вернул голос Магара:

– Прямо не знаю, радоваться или опасаться, что мне досталась настолько равнодушная к дзанам и богатству женщина.

Я развела руками, немножко пококетничав:

– Какая есть!

Полыхнув плутоватым взглядом, он заявил:

– Тогда придется пустить в ход тяжелую артиллерию.

– Теперь я не знаю: радоваться или бояться? – хихикнула я.

Тематика «кино» резко сменилась на развлекательно-отдыхательную. Пошла череда роликов, где Магар выходил из озера у дома, восхитительно мокрый, в плавках. Потом он в спортивных шортах спарринговался с таким же обнаженным до пояса советником с милыми ямочками. От их вспотевших рельефных торсов и движений было не оторваться. Еще мне очень понравилось смотреть, как юный Кьюр в полном альпинистском снаряжении поднимался на скалу. Затем неожиданно увидела, как с мрачным недовольством, сложив руки на груди, он в одиночестве подпирал стену на выпускном балу в академии.

Я поймала себя на мысли, что Магар выбрал самые убойные «виды», где он либо обольстительно обнаженный, впечатляюще сильный и смелый, либо трогательно несчастный и одинокий. Уловив эту тенденцию, укоризненно вздохнула:

– Я же говорила, ты невыносим!

– Зато сработало, ты перешла на ты, сократила дистанцию между нами! – довольно рассмеялся он.

Наверное, с минуту мы молча любовались друг другом. Затем Кьюр потянулся ко мне явно с намерением поцеловать. Вскочив, я суетливо предложила:

– Может мне прямо сейчас в медблок сходить? Позаниматься там? Перед ужином. А ты… вы поработаете спокойно.

– Ну беги, трусишка, беги! – усмехнулся он, откинувшись на спинку дивана.

И я откровенно сбежала, а то еще чуть-чуть – и решать будет нечего, присвоят и пометят как частную собственность Магаров.