Глава 8 · Обновки

Утром четвертого дня на корабле лиамарилов после спа-процедур я приуныла, выбирая себе одежду. Пожалуй, мое единственное голубое платье скоро превратится в униформу. Не то чтобы меня критично волновало мнение Кьюра или экипажа. Я и в оранжереях работала в голубом комбинезоне, а в лаборатории – в белом халате. Но мне хотелось нарядиться, опять произвести впечатление на Кьюра, а пришлось вновь надевать опротивевшие штаны от серого костюма и плотную белую футболку с рукавами до локтя. Ну и ладно, зато с распущенными волосами буду выглядеть хорошо и без изысков. В обучающем модуле подколю их у висков заколками, чтобы не мешали.

Послав своему зеркальному отражению в качестве поддержки воздушный поцелуй, отвернулась, правда, позитивный настрой задерживаться не захотел. Простым «чмоком» расшатанные нервы не успокоить. Как же я устала от страха, даже безопасность здесь, на судне правительства лиамарилов, казалась обманом и иллюзией. Да, мне вернули имя и буквально уговорили срочно получить необходимые и важные знания о Лиамариле. Однако Маду в меня тоже впихнул не меньше знаний по двум десяткам других рас – устраивал мою «карьеру» универсального, просвещенного инкубатора.

Может гены проявились, может сказался сложившийся на Земле гендерно-социальный нарратив и привычный уклад моей семьи, где мужчины всегда выступали защитниками женщин, – все вместе или по отдельности это повлияло на мое мышление. И чем дольше я общалась с Кьюром, тем больше утверждалась в мнении, что в чужом мире я бесправна и беззащитна, а выживу только за спиной сильного мужчины. Надежду на спасение, пока гипотетическую, обещал исключительно сиагирад Кьюр Магар, что бы он там не думал о моем к нему отношении.

Кьюр Магар для моей адаптации в новом мире по максимуму использовал свой видеоархив – специально сформировал подборку не только красивых пейзажей и интерьеров, но и забавных, казусных и неприятных жизненных ситуаций, в которых побывал сам или его знакомые. Показывал их мне и комментировал тонкости социальных и культурных взаимоотношений, или чего лучше не делать, чтобы не попасть в нелепую, а то и порицаемую обществом ситуацию. Благодаря наглядному материалу я не только училась, но и частенько смеялась до слез, очищаясь и согреваясь душой.

Как и предыдущие три дня, Кьюр работал в своем навороченном кресле. Резкими движениями листал какие-то документы, попутно сосредоточенно вносил дополнения или правки. Если присовокупить кадры из его архива, напрашивался однозначный вывод: работа для Кьюра – смысл и энергия жизни, а не ноша трудоголика.

Сегодня он надел лиловую рубашку с модными на Лиамариле высокими манжетами и широким отложным воротником, черные прямые брюки и туфли. Рубашку украшала затейливая брошь, которую я видела на нем в космопорте. Драгоценность или? Густые фиолетовые волосы красиво рассыпались по широким плечам, брови задумчиво хмурились, пока он сосредоточенно скользил по экрану ярко-фиолетовым взглядом. Его когтистые пальцы периодически, слегка раздраженно постукивали по подлокотнику.

Я исподтишка любовалась мужчиной, которого дальше никак нельзя отнести к малознакомым, ведь он срочно и убедительно сделал все возможное, чтобы стать ближе и понятнее. Однако и торопиться с заветным: «Я ваша навеки!» не хотелось бы. Пока есть возможность и право выбора, нужно выявить всех спрятанных в его голове тараканов. Вдруг обнаружатся абсолютно неприемлемые, размером с мадагаскарких?!

Поглядывая на Кьюра, я невольно улыбалась. Улыбка просочилась и в мой голос, когда я, с непривычки ломая язык, выдерживая определенную тональность слогов и отдельных букв, приветствовала его на лиамариле:

– Доброе утро! Позволь узнать, чем занимаешься?

– Как разденешься, так узнаешь! – странная фраза сопровождалась короткой улыбкой.

Я ошеломленно воззрилась на Кьюра. Это он мне стриптиз предложил устроить? Нахмурилась, но на всякий случай спокойно переспросила:

– Серьезно? Я должна раздеться?

– Тебе жарко? – удивился он.

Мы уставились друг на друга в недоумении, соображая, чего сейчас наговорили. Наконец Кьюр весело подытожил:

– Похоже, мы друг друга не поняли!

– Ты сказал, чтобы я разделась? – не знаю, чего в моем голосе было больше, непонимания или смущения.

– Я, конечно, очень этого хочу, но сказал, «как со всем разделаюсь, узнаешь», – откровенно посмеиваясь, пояснил он.

– Ой, прости! – виновато хихикнула я. – Случился казус с точным переводом лиамарила. Проблема, когда вы говорите слишком быстро. Наверняка в медблоке за мой счет развлекаются, причем с самыми серьезными лицами. Так коверкаю произношение, что выходит полная чушь…

В этот момент я обратила внимание на происходящее за спиной Кьюра. Как говорится, слона-то я и не приметила.

– О-о-о… – выдохнула я, восторженно рассматривая неторопливо проплывающий мимо грузовой транспортник. Ну прямо огромный космический монстр! И поняла, что подобное сближение возможно в одном случае: – Мы стыкуемся, да?

– Да, – подтвердил Кьюр и парой движений очистил пространство вокруг своего кресла от светящихся экранов.

Я подошла к нему, завороженно наблюдая как вспыхивали и гасли яркие точки в космическом пространстве, не звезды, нет, а дюзы приближавшихся и удалявшихся кораблей. Впечатляющая картина тревожно стиснула горло. Посмотрев на поднявшегося из кресла Кьюра, спросила:

– Для чего мы здесь?

Встав вплотную ко мне, хмурясь, наверное, из-за страха, проступившего в моем севшем голосе, он тихо, но очень веско произнес:

– Расслабься, Майя. Не бойся. Ты под защитой Лиамарила! Этого больше никому не изменить!

Я натянуто улыбнулась:

– Мне сложно поверить, но постараюсь.

В фиолетовых глазах напротив словно пульсировал свет. В ходе натурализации я узнала, что эта внутренняя «подсветка» у лиамарилов связана с усиливающейся генерацией их энергии. Судя по яркости, Кьюр и сам неспокоен. Мы стояли вплотную, не касаясь друг к друга и… смотрели… смотрели… Наверняка он тоже чувствовал, как почти ощутимо густел воздух от растущего вокруг энергетического напряжения. Датчик на высокотехнологичном кресле тревожно пиликнул, сообщив о предельно допустимом уровне воздействия на окружающую материю.

Вчера он вот так же тревожно пиликал, когда Кьюр изучал какой-то документ, видимо, весьма озаботивший его, раз разозлился, рефлекторно протянул руку к накопителю и надел тот на лоб, не отрываясь от дел. Будучи в курсе, что, благодаря нашей синергии, я способна нейтрализовывать, втягивать, гармонизировать, взяла Кьюра за руку. Но гадский датчик продолжал настойчиво и тревожно пиликать, чем толкнул меня на следующий шаг: я уткнулась лбом в мужскую грудь, позволяя его энергии проникнуть в меня, согреть… Нет, теперь она скорее разжигала мою кровь еще и желанием…

Насмотрелась на полуголого Кьюра, называется! Ы-ы-ы…

Его ладонь, горячая и сухая, легла мне на шею, потом, скользнув к подбородку, осторожно приподняла мое лицо. Вторая рука легла мне на талию, теснее прижала к нему, позволяя ощутить ответное желание мужчины.

Нежно лаская мой подбородок пальцем, Кьюр с легкой хрипотцой выдохнул:

– Моя сказочная Беляночка…

Тревожный сигнал взял и прекратился. Пришлось мне упереться Кьюру в грудь ладонями, отстраняясь, ведь надобность в слишком интимной близости отпала, а жаль. Чтобы разбавить тишину, тягучую и словно заискрившую от нашей страсти, я брякнула первое пришедшее на ум:

– Ты ведь обманул, парочка свободных кают на корабле имеется?!

– Почему ты так решила? – удивился Кьюр.

– Когда вчера после занятий возвращалась сюда, заметила, что индикаторы на дверях горели двумя цветами, а вот у двух кают рядом с медблоком не горели вовсе.

– Наблюдательная, – с легкой усмешкой оценил он.

– Не пойму, для чего создавать себе трудности: спать на диване, трансформировать каюту, чтобы пользоваться своим гардеробом, использовать санитарный блок другой каюты? Мы на одном корабле, куда я отсюда денусь?

– Если неожиданно провести когтем по стеклу – выйдет неприятный звук, до дрожи и зубовного скрежета передергивает. Если повторить многократно, к нему привыкают довольно быстро. Разделив со мной каюту на несколько дней, ты вскоре привыкнешь…

Уловив направление его мысли, я оборвала, чтобы зря не накручивал:

– Ты ни разу не вызвал у меня неприятных чувств!

Недоверчиво приподняв фиолетовую бровь, Кьюр напомнил:

– Ты бы видела свое лицо в рубке в первый день.

– Вообще-то, ты тогда лишал целый мир основного дохода и выглядел зловеще, вдруг бы и меня чего-нибудь лишил! – вырвалось у меня.

Мужчина ощутимо расслабился под моими ладонями. Посверлив меня пару секунд изучающим взглядом, неожиданно усмехнулся:

– Траку не повезло, а вот тебе я подарил целый мир!

Кьюр вернул мне законное имя и, по сути, да, подарил иномирянке престижное гражданство Лиамарила. И если исключить идущие вкупе с гражданскими правами обязанности супружества, не только можно, но и нужно согласиться с ним.

– Ты всегда такой расточительный?

Мое замечание, вместо шутливого, получилось демонстративно ворчливым. Даже Кьюр на пару секунд подвис, прежде чем расхохотаться. Потом склонился ко мне близко-близко и вкрадчиво-обольстительно прошептал, будто секретом поделился:

– Подобных подарков от меня удостаивались исключительно мужчины и исключительно за неоценимый вклад в процветание и преуспевание Лиамарила. И ни разу – женщины!

И ведь как удивительно: это признание оказалось очень-очень приятным! Неужели можно всего за три дня так привязаться, чтобы стать парой мужчине? Так бывает?

– Еще чуть-чуть – и я решу, что переняла от тебя способность воздействовать на материю. Только ты кровь всем кипятишь, а я – твои мозги и чувства, – игриво посетовала я.

О последствиях я не подумала.

– Да… признаю… – усмехнулся Кьюр, склоняясь надо мной.

И накрыл мои губы своими!

От неожиданности я замерла. Целовалась я не впервые, хотя до полной интимной близости не доходила. Не хотелось. Поэтому, зажмурившись, несколько мгновений прислушивалась к себе, к своим ощущениям от поцелуя… Горячие губы, одновременно мягкие и утверждающие свою волю… Большие мужские руки прижимали меня к сильному мужскому телу, вынуждая встать на цыпочки, затем легко и уверенно приподняли под ягодицы. Приятное смятение переросло в чувственный жар, который грозил захватить меня с головой.

Но в голове, как обычно, проснулась Снегурочка, ехидно вопросившая: «Может, ты погорячилась с непривычки?»

Пришлось решать: продолжать это приятное «безобразие» или прекращать? Выбрала второе. Уперлась ладонями в плечи Кьюра и отстранилась. Лицо загорелось от дикого смущения, потому что пришлось еще и поелозить, чтобы вызволить свой зад из плена и встать на ноги. Затем, кашлянув, чтобы голос не сипел, попросила:

– Не спеши, пожалуйста.

Приласкав мое лицо кончиками пальцев, он глухо произнес:

– Не могу, у меня слишком мало времени и слишком много серьезных соперников.

И вроде невероятно приятно, когда замечательный во всех отношениях мужчина настолько заинтересован во мне, если бы его интерес не касался моего уникального генотипа и синергии. Наивно, конечно, рассчитывать на любовь с первого взгляда. Вряд ли полюбят за прекрасную душу, ничего не зная обо мне. И хорошо, что мироздание защитило меня генотипом и умением встраиваться в чужой энергетический поток, иначе неизвестно, что бы Маду сотворил с замороженной землянкой. Однако в ранимой девичьей душе, мечтающей о влюбленном прекрасном благородном рыцаре на звездолете последней разработки, выпал плотный тоскливый осадочек.

Ощущая как горят губы после поцелуя и приятную истому во всем теле, напомнила:

– Но я же здесь, с тобой, а не с ними!

– Это пока, – парировал Кьюр, а затем приказал системе: – Лен, доставить завтрак на двоих в мою каюту.

Вскоре мы ели, искоса наблюдая друг за другом. Сперва молча, я – взбудораженная после поцелуя, неискушенная девушка, он – сдержанный аристократ, дававший мне время успокоиться.

Тишину я решилась нарушить к чаепитию:

– Лио Кьюр…

– Можно без лио. Мне будет приятнее, – улыбнулся он, блеснув лукавыми искорками в глазах.

– Хорошо, Кьюр, – я пожала плечами, – когда мне вернут кибер?

Он едва заметно напрягся:

– Зачем тебе кибер?

– Как идентификатор личности и для расчетов… когда-нибудь, – старательно невозмутимо ответила я.

– За что рассчитываться собираешься? – усмехнулся Кьюр.

– Пока ни за что. Уверена, ты мой кибер вдоль и поперек изучил. И знаешь, что дзанов там кот наплакал…

– Про котов ничего не знаю, но да, с его содержимым ознакомился, – схожим ровным тоном сообщил Кьюр.

Затем встал, подошел к переборке, открыл неотличимую от соседних панель и что-то взял из скрытого за ней хранилища. Вернувшись к столу, он склонился ко мне, показал светящееся лиловым цветом «украшение», как у него в ухе, и, прежде чем прикрепить к мочке моего, предупредил:

– Это для связи со мной и экипажем, с прямым доступом к ИскИну корабля.

Ласково обведя пальцем мое ухо, Кьюр прикрепил лиловую каплю к мочке, затем спустился по шее, провел по полуобнаженной руке до кисти, пустив по коже приятную волну мурашек и застегнул на запястье изящный браслет с тончайшим растительным узором.

– А это твой новый многофункциональный кибер, – пояснил он, поглаживая мою ладонь, дальше показывал и рассказывал, как работает лиамарилский девайс: – Вот так открываешь экран, здесь выход в межгалактическую сеть, здесь меню выбора действий, касаешься тут и проводишь оплату…

Продемонстрировав функционал, Кьюр опять сел напротив меня.

– Спасибо, конечно, но мой тоже был неплохой, – поблагодарила я, несколько неловко чувствуя себя, приняв, по-видимому, дорогой подарок.

– Этот уже зарегистрирован в системе Югона и привязан к тебе как гражданину Лиамарила. С ним ты получила множество удобств и привилегий. К примеру, при прохождении пограничного и таможенного контроля во многих мирах, юридическую защиту и многое другое.

– И заодно нахожусь под твоим чутким присмотром? – натянуто улыбнулась я.

– Заодно и это, – не стал отнекиваться великий сиагирад Благословенного Лиамарила.

А я не стала устраивать из этого трагедию. В конце концов, мне сделали действительно хороший и нужный подарок. На сколько – узнаю в процессе и оценю все доставшиеся с ним плюшки. Сдается мне, такой хотели бы многие.

– Большое спасибо! – поблагодарила я, проведя пальцем по затейливому рисунку браслета.

Глаза дарителя вспыхнули ярче, затем он с интригующим прищуром посмотрел мне в лицо, показалось, немного удивленно.

Поерзав в кресле и нервно подергав рукав футболки, я спросила:

– Что-то не так?

– Все так и даже лучше, – улыбнулся Кьюр. – Скоро мы стыкуемся с Тенерегамом. Этот огромный транспортный хаб славится торговыми заведениями, в которых можно купить красивые, необычные и дорогие вещи. К тому же он предлагает множество самых разных развлечений…

Решительно мотнув головой, я отказалась:

– Нет, у меня нет дзанов на покупки и развлечения.

– Майя, – Кьюр произнес мое имя с непривычным эмоциональным оттенком, – отныне ты лио, это означает определенный статус и связанные с ним обязательства. В том числе соблюдение этики в одежде, поведении, действиях и многое другое…

– Я все понимаю, не зря же три дня лио Фарах в меня столько инфы загружал, особенно бытовой, но пока нет возможности…

– Есть, – не дал договорить Кьюр и слегка нахмурился. – На станции Тенерегам ты сможешь пополнить свой гардероб всем необходимым для соблюдения правил и традиций Благословенного Лиамарила согласно новому статусу. Сейчас твои покупки оплачу я, потом, когда доберемся домой, если ты откажешься принять меня парой, мне компенсируют расходы из казны. Тебе назначат временное содержание как гражданину, попавшему в сложное финансовое положение по независящим от него обстоятельствам. Есть у нас такой пункт в законе. Ты будешь получать эту помощь до момента вступления в семейный союз.

Я внимательно слушала сиагирада. Пожалуй, хороший закон и, конечно, поможет решить много проблем, но почему-то эта новость меня не порадовала. Вдруг опять попаду в неоплатный долг, за который взыщут потом самые высокие проценты. Мне в Тесее подобное уже предъявляли. Но попросила я не о том, о чем думала:

– Ты поможешь мне выбрать одежду? Не уверена, что полностью разобралась в ваших модных тенденциях и статусных обязательствах.

– Если откровенно, ненавижу возню с тряпками. Моим гардеробом занимается нанятый стилист, – признался Кьюр с улыбкой, которая сменилась предвкушающей ухмылкой. – Но обязательно помогу тебе и поучаствую. Надеюсь, получить максимальное удовольствие наряжая свою столь чудесным образом обретенную женщину.

Спорить не стала, ведь в глубине души уже согласилась с ним, просто снисходительно-насмешливо закатила на миг глаза. После завтрака мы занялись покупками для создания образа, подобающего добропорядочной лио. Для чего Кьюр приказал ИскИну на основе данных моего сканирования в медоблоке создать виртуальный прототип. К моему облегчению, прототип выглядел как древний голый манекен, без детализации, просто контуры фигуры. Но голова была воспроизведена полноценно. Правильно, надо же видеть, что мне будет к лицу. Дальше мы примеряли на мой виртуальный образ одежду. И выглядел процесс так, словно именно я сама ее примеряла. В общем-то, привычный на родине формат покупок, вполне удобный и понятный.

Мы расположились на диване с чаем и карамельками, перед нами вертелся мой трехмерный прототип, демонстрируя наиболее интересные и приемлемые варианты нарядов по заданным Кьюром параметрам. Что-то принималось, что-то нет. Однако мне уже казалось, что мой имидж-консультант и байер снова меня провел, засомневалась я в его нелюбви к «тряпкам». Количество покупок росло пропорционально моим сомнениям. А Кьюр, который сиагирад и прочая, вальяжно откинувшись на спинку дивана, сидя вплотную ко мне, не испытывал неудобств, тратя время на банальный шопинг. Разок пришлось даже поскандалить, потом – заставить его отвернуться, когда быстро выбирала нижнее белье.

Увидев итоговую сумму, считай размер будущего долга, я не выдержала:

– Тебе не кажется, что ты преувеличил мои потребности и возможности?

– Я их преуменьшил! – веселился Кьюр.

– А говорил, ненавидишь возню с тряпками, – припомнила я, но тут на моем прототипе появился совершенно потрясающий наряд. – Ой, какая прелесть!

Я с первого взгляда влюбилась в бальное платье из молочной, с серебристыми блесками ткани, напоминающей парчу, открытыми плечами и декольте, рукавами-воланчиками. Плотный корсет и фиолетовые шелковые ленты под грудью подчеркнули ее форму, размер и упругость, бретельки – изящную линию узких плеч и белизну кожи. Подол длинной юбки, укороченный спереди, был украшен белоснежными пушистыми перьями. И вишенка на торте – изящные серебристые открытые туфельки на шпильках.

– Как ангел!.. – восторженно выдохнула я, разглядывая почти эфемерный образ стройной невысокой девушки в серебристо-белом наряде с пушистыми перьями.

– Кто такие ангелы? – задумчиво и тихо поинтересовался Кьюр.

Мне стало неловко, уж слишком по-ребячески среагировала на красивое «платьице», как говорила моя прабабушка. Пожала плечами и пояснила:

– Если совсем-совсем просто, божьи вестники и главные защитники хороших людей. Их изображают в белых одеждах и с потрясающе красивыми белыми крыльями… Почему-то это платье я с ними ассоциировала.

– Оно тебе очень идет. Так что обязательно возьмем! – с мягкой, почти кошачьей вкрадчивостью, заявил Кьюр.

– Хорошо! – Ну как можно было отказаться от этой красоты!

Когда виртуальная корзина наполнилась всем, на взгляд Кьюра, необходимым, я добавила женских мелочей. Затем он оформлял покупку и доставку на корабль, а я малодушно сбежала от него учиться, учиться и еще раз учиться.