Глава 18

Месяц пролетел в лихорадочном напряжении. Днём я была покорной сестрой, играющей роль скорбящей вдовы, ожидающей ребёнка, а ночами заговорщицей, плетущей сеть восстания в тени каменных стен родового замка. Каждый день приносил новые детали плана, новые имена союзников, новые опасности.

Гарет тем временем готовился к своему триумфу. Большой зал украшали знамёнами двух родов: чёрными волками Магвайров и золотым львом Доэрти. По его приказу ковали новый герб, объединяющий символы обеих династий. В этом гербе лев держал в пасти волка, символика была красноречивой и циничной.

— Видишь, сестра? — говорил он, показывая мне эскиз. — История будет помнить этот день как начало новой эпохи. Эпохи единства и силы.

Я кивала и изображала восхищение, а сама мысленно добавляла ещё одну причину к длинному списку того, за что он должен ответить.

За неделю до пира в замок начали съезжаться гости. Лорды из соседних земель, купцы, которые надеялись получить выгодные торговые договоры, младшие дворяне, ищущие покровительства нового властителя. Замок наполнился голосами, смехом, звоном оружия и топотом лошадей.

Я внимательно изучала каждого прибывшего. Кто искренне поддерживает Гарета, а кто пришёл из страха или расчёта. Кого можно будет переманить на свою сторону, а кого следует опасаться. Торвин помогал мне в этом, его опытный глаз умел отличать настоящую преданность от притворной.

— Лорд Алистер из Каменной Гавани, — шептал он, когда мы наблюдали за гостями из окна башни. — Привёз всего десять человек охраны, хотя мог бы привести сотню. Это значит, что он либо полностью доверяет Гарету, либо не считает его серьёзной угрозой.

— А лорд Родерик? — спросила я, указывая на грузного мужчину в богатых одеждах, который как раз въезжал во двор.

— Родерик хитёр. Он поддержит того, кто победит. Но его люди-наёмники, они будут сражаться только пока им платят. Если быстро показать им, что власть переходит к вам, они не станут сопротивляться.

Накануне пира Гарет пришёл в мои покои с особенно торжественным видом. Он принёс платье, роскошное одеяние из тёмно-синего бархата, расшитое серебряными нитями. Фасон был специально подобран так, чтобы скрыть мнимую беременность и подчеркнуть мой статус скорбящей, но достойной вдовы.

— Завтра ты будешь выглядеть как истинная правительница, — сказал он, любуясь платьем. — Все увидят в тебе силу и мудрость рода Доэрти, объединённую с наследием Магвайров.

Он подошёл к окну и посмотрел на двор, где слуги готовили последние украшения.

— После завтрашнего дня всё изменится, Леона, — продолжал он мечтательно. — Мы станем самой могущественной силой в Северных землях. Король сам будет заискивать перед нами.

— А что, если кто-то из гостей усомнится в законности наших претензий? — осторожно спросила я. — Ведь не все знают подробности того, что произошло с Магвайрами.

Гарет усмехнулся.

— Сомневающихся будет немного. А тех, кто посмеет открыто выступить против нас… — он пожал плечами. — Что ж, иногда пиры заканчиваются трагически. Слишком много вина, слишком горячие споры, слишком быстро обнажённые мечи.

В его голосе слышались зловещие нотки. Я поняла, он готов устроить резню, если кто-то из гостей не проявит должного энтузиазма по поводу нового порядка.

— Отдыхай, сестра, — сказал он, направляясь к двери. — Завтра будет долгий день. Тебе нужны силы.

Когда он ушёл, я села к окну и долго смотрела на звёзды. Завтра всё решится. Либо я свергну Гарета и верну себе законную власть, либо… либо мы все погибнем. Но страха я не чувствовала. Только холодную решимость и жажду справедливости, чувство прошлой Леоны…

Вечер пира был ясный и морозный. Большой зал светился сотнями свечей и факелов, их отблески играли на полированных доспехах гостей и драгоценностях их дам. Длинные столы ломились от изысканных блюд: жареных кабанов, фаршированных лебедей, пирогов с мясом и рыбой, бочонков лучшего вина и эля.

Гарет сидел во главе главного стола, в кресле, которое когда-то принадлежало отцу. На нём был новый дублет из чёрного бархата с золотой вышивкой, а на пальце блестело кольцо с печатью нашего рода, кольцо, которое он снял с пальца преданного им отца.

Я сидела рядом, в том самом синем платье, которое он принёс. Играла роль до конца, скорбящая, но достойная вдова, будущая мать наследника объединённых земель. Моё сердце колотилось так, что казалось, его стук слышен по всему залу, но лицо оставалось спокойным.

Зал гудел, как растревоженный улей. Гости пили, смеялись, обсуждали перспективы нового союза. Многие подходили ко мне с поздравлениями. Я благодарила их с подобающим достоинством.

— Леди Леона, — сказал лорд Алистер, наклонившись к моему креслу, — позвольте выразить восхищение вашей стойкостью. Немногие женщины смогли бы пережить такие испытания с таким мужеством.

— Боги дают силы только тем, кто достоин их испытаний, — ответила я формулой, которую выучила ещё в детстве.

Но под столом мои руки были сжаты в кулаки. Где Торвин? Где остальные? Время шло, а сигнала всё не было.

Наконец, когда гости уже изрядно напились и начали терять бдительность, Гарет поднялся с места. Разговоры в зале постепенно стихли, все взгляды обратились к нему.

— Друзья! — провозгласил он, поднимая кубок с вином. — Сегодня исторический день! День, когда две великие династии объединяются ради общего блага!

Раздались одобрительные возгласы. Кто-то кричал «Да здравствует лорд Гарет!», кто-то поднимал кубки в честь «единства земель».

— Моя дорогая сестра, — продолжал Гарет, положив руку мне на плечо, — пережила страшные испытания. Но из этих испытаний она вышла сильнее. Она отомстила за смерть нашего отца, уничтожив последнего из рода Магвайров!

Новая волна одобрительных криков. Я сидела неподвижно, изображая скромность, но внутри кипела ярость.

— И теперь, — голос Гарета стал торжественнее, — она носит под сердцем наследника обеих династий! Ребёнка, который объединит наши земли навеки!

Зал взорвался аплодисментами. Гости вскакивали с мест, поднимали кубки, кричали здравицы. Именно в тот момент у дальней стены в темном углу мелькнул белый платок, и я поняла, время пришло.

Я встала с места, и мой голос, усиленный напряжением и решимостью, прорезал шум:

— Я хотела бы произнести тост!

Гарет удивлённо посмотрел на меня, но кивнул. Гости снова затихли, ожидая моих слов.

— За моего покойного отца, лорда Доэрти! — начала я, поднимая свой кубок. — За его мудрость, его справедливость и его безграничную любовь к нашим землям и нашему народу!

Зал снова зашумел одобрением. Все подняли кубки.

— И за верность нашему роду! — продолжала я, и мой голос стал громче, отчётливее. — За тех, кто помнит клятвы, данные моему отцу! За тех, кто не забыл, что означает честь!

Это был сигнал. В тот же миг тяжёлые дубовые двери зала с грохотом закрылись. Железные засовы со скрежетом встали на место. А стражники Торвина, стоявшие до этого незаметно вдоль стен, обнажили мечи.

Гарет мгновенно понял, что происходит. Его лицо исказилось от ярости и недоверия.

— Предательство! — взревел он, вскакивая на ноги и хватаясь за меч. — Стража! К оружию!

Но его личная охрана уже была окружена. Торвин и его люди действовали быстро и слаженно. Началась короткая, яростная схватка.

Зал превратился в хаос. Гости кричали и пытались укрыться под столами. Женщины визжали, мужчины хватались за оружие. Звенели клинки, падали тела, кричали раненые. Кубки с вином летели на пол, смешивая красную жидкость с алой кровью.

Но битва была недолгой. Люди Гарета, застигнутые врасплох и опьянённые вином, не смогли оказать достойного сопротивления. Многие гости предпочли не вмешиваться, понимая, что исход уже предрешён. А те, кто попытался помочь Гарету, были быстро обезврежены.

Через десять минут всё было кончено. Дым от опрокинутых факелов медленно расплывался под сводами зала. Тела убитых и раненых лежали между опрокинутыми скамьями и разбитой посудой. А мы… мы победили.

Торвин подошёл ко мне, его меч был окрашен кровью, но сам он был невредим.

— Готово, миледи, — сказал он, отдавая мне честь. — Замок под вашим контролем.

Гарета держали двое воинов. Он был разоружён, но не сломлен. В его глазах всё ещё пылала ярость, а кровь из рассечённой губы стекала на подбородок.

— Ты пожалеешь об этом, сестра! — рычал он, пытаясь вырваться. — Ты слабая дура! Ты не сможешь править! Без меня ты ничто!

— Смогу, — спокойно ответила я, глядя ему прямо в глаза. — А ты отправишься в ту же темницу, где держал невиновных людей.

Я повернулась к гостям, многие из которых всё ещё прятались под столами или жались к стенам.

— Встаньте! — приказала я, и в моём голосе звучала власть, которую я не ожидала услышать. — Никто из вас не пострадает, если будет вести себя разумно!

Постепенно люди начали подниматься. В их лицах читались страх, недоумение, но также и что-то ещё, возможно любопытство.

— То, что вы сегодня видели, — громко сказала я, чтобы слышал каждый, — не предательство, а восстановление справедливости! Гарет захватил власть обманом и кровью! Он предал своего отца, отправив его на смерть!

Я сделала паузу, оглядывая лица гостей. Многие кивали, видимо, у них тоже были счёты с Гаретом.

— Я — Леона из рода Доэрти, законная наследница этих земель! — продолжала я. — И я клянусь вам, правление террора окончено! Отныне в наших землях будет царить справедливость!

Раздались первые неуверенные аплодисменты, которые постепенно становились громче. Лорд Алистер первым подошёл ко мне и склонил голову.

— Леди Леона, — сказал он торжественно, — Каменная Гавань признаёт ваши права и готова служить справедливой правительнице.

Ответить мне не дали. Двери зала неожиданно задрожали от ударов снаружи. Кто-то пытался их выломать. Затем послышались крики, лай собак и топот множества ног.

— Что происходит? — резко спросил Торвин, хватаясь за меч.

В это мгновение один из дозорных Торвина ворвался через черный вход, который оставили открытым на случай неудачи. Он был запыхавшийся, а его лицо искажала паника.

— Леди! — закричал он. — Войско у ворот! Они подходят к замку! Сотни всадников!

— Чьё войско? — резко спросила я, чувствуя, как холодеет внутри.

— Чёрный волк на знамёнах! — выдохнул дозорный. — Это люди Магвайров!

— Вот это поворот! — Внезапно рассмеялся Гарет, громко, торжествующе, с безумными нотками. — Мёртвые восстали из могил, чтобы отомстить своим убийцам! Что скажешь теперь, дорогая сестрица?

Я смотрела на него, чувствуя, как в груди поднимается знакомое жжение. Люди Магвайров. Но как? Киран мёртв, я сама видела, как горела та изба. Кто тогда ведёт их воинов? И чего они хотят?

— Приготовиться к осаде! — крикнула я Торвину. — Всех способных держать оружие, на стены!