Игнат

— Я тебя люблю, Игнат, — выдохнула девчонка, порывисто подбегая ко мне и цепляясь пальцами за рукав моего пиджака, но я даже не потрудился стряхнуть с себя эти чуждые мне прикосновения.

Лишь флегматично приподнял одну бровь и выдал многозначительно:

— Как интересно...

— Что? — охнула Инга, а я улыбнулся.

— Это все или еще будут признания? — сдул я со своего плеча невидимую пылинку и в упор уставился на рыжую, которая смотрела на меня, словно преданный щенок.

— Я... просто...

— Ты просто решила, что придешь сюда, расскажешь мне басни о светлом и вечном чувстве, и я растрогаюсь до слез, так?

— Игнат...

— Или, возможно, захлопаю в ладоши и побегу отменять всю эту свадьбу, так как тоже невероятно в тебя влюблен, но просто не знал, взаимны ли мои восторги в твою честь?

— Это жестоко!

— Неужели? А я думал жестоко — это отсосать парню лучше подруги прямо у него в тачке. М-м, как считаешь? — форменно угорал я над корявой логикой Инги.

— Ты мне очень понравился! А Аня, она...

— Что, неужели сама виновата?

— Да! Именно так! — всхлипнула девчонка, отирая со щек соленую влагу. — Она бы на тебя никогда не обратила внимания, если бы ты ее банально не купил. Она называла тебя старым, отталкивающим и бесчувственным прилипалой, который путается у нее под ногами.

— И?

— И ничего! Если бы тебе банально не повезло, что у нее так кстати заболела мать раком, то шансы ее завоевать свелись бы к нулю. А потом и остальные козыри посыпались: проблемы с квартирой, с поступлением. Это просто все упало в благодатную почву и проросло. И теперь твоя драгоценная Аня всего лишь перепутала банальную благодарность с настоящей любовью. Вот и все, Игнат!

Сука.

Мне захотелось ее придушить, потому что неожиданно слова Инги больно ударили по моему самолюбию. Не стану скрывать, мой здоровый эгоизм был взращен женским восхищением и обожанием. Я никогда не испытывал проблем с противоположным полом, ловя извечный интерес в мою сторону.

У меня с рождения на руках был фуллхаус: мозги, рост, телосложение, положение в обществе и смазливое лицо.

У баб не было шансов. Никогда!

Но именно Аню мне пришлось капитально покупать. Раньше я на этот факт внимания не обращал, отмахивался от него, как от незначительного. Главное — моей стала.

А как?

Да по хую уже!

А теперь эта рыжая шлюха вдруг вскрыла во мне гнойный нарыв, о котором я даже не догадывался.

— Очарование момента пройдет у твоей Анечки и что тогда? А я тебе скажу, Игнат — она просто вычеркнет тебя из своей жизни!

Ну, это уж вряд ли. Подсаженная на иглу роскошного существования, женщина никогда добровольно с него не слезет. А переметнутся к другому я Ане никогда не позволю.

И тут же внутренне ощетинился, полыхая праведным гневом.

Пусть только попробует! Пока я сам с ней не наиграюсь, она будет рядом, если надо, то до самого последнего своего вздоха. И точка!

— Вычеркнет! — все еще лепетала Инга. — А я всегда буду рядом, идти за тобой тенью, даже если ты меня не попросишь.

— Боже, — потер я лицо ладонями, — какая же ты махровая идиотка.

— А вот и нет! — жарко запротестовала девушка. — Ты отдал меня Панарину? Ну и что? Я все равно приду к тебе, как только ты меня позовешь. Это и есть любовь, Игнат!

Безумная баба...

И я рассмеялся. Прям в голос. А затем уточнил чисто из праздного интереса.

— А, ну теперь все встало на свои места, Инга. А я-то наивно полагал, чего это ты за секс со мной бабки-то брала. Я думал, ты просто шкура блудливая, а там, оказывается, запахло искренними чувствами. И как я мог не догадаться, да?

Я надеялся, что этими жестокими словами хоть немного, но достучался до совести Инги. Но я ошибся, а она в который раз пробила дно.

Заломила руки.

И форменно разрыдалась.

— Пожалуйста, Игнат!

— Пожалуйста, что?

— Не гони меня! — подступила она ближе и попыталась меня поцеловать, но я только еще больше раскалился от ее причитаний.

— Я уже прогнал.

— Прошу тебя! Давай хотя бы изредка...

— Нет, — жестко отрубил я.

— Но я ведь, правда, тебя люблю! Я представляю, что ты ко мне больше не придешь и сдохнуть хочется, Игнат.

— Инга, ну все, хватит. Ты меня утомила, — закатил я глаза, реально устав от всего этого театра одного актера.

Но рыжая и тут не сдавала позиций.

— Последний раз...

— Что?

— Прощальный секс, Игнат. Пожалуйста!

— Мне неинтересно, — отмахнулся я, отлепил от себя цепкие руки Инги, двинул на выход, уже даже не слушая, что там истерично воет бывшая любовница, слезно упрашивая меня вернуться в ее объятия.

Вот только мне уже было до звезды.

Я весь пропитался предвкушением. Томительный. Тягучим, как карамельная нуга. И таким горячим, что кровь стремительно закипала, вгоняя меня в какой-то нервный озноб перед предстоящим праздником.

И ночью, когда Аня наконец-то станет моей.

Клянусь, я забыл про Ингу сразу же, как ушел от нее из той самой комнаты. Я вообще про нее думать забыл. Она была просто пешкой на шахматной доске, где все фигуры отлажено и послушно играли во имя моего удовольствия.

Вот и все.

А потом как-то оно само закрутилось.

Я сидел в небольшом кабинетике, который заранее себе облюбовал, чтобы поработать в то время, пока будущая жена будет погружена в бесконечные сборы перед свадебным торжеством.

Выкурил добротную и ароматную сигару. Проверил почту, отослал несколько ответов бизнес-партнерам. А дальше рука сама потянулась к телефону, в котором я нащелкал себе несколько особенно горячих фотографий Ани, будучи в той самой потайной комнатке с зеркалом.

Насмотрелся до такой степени, что у меня глаза и член заломило от похоти.

А затем прикрыл веки и погрузился в фантазии, где представлял, как оно все сегодня ночью будет между мной и моей женой.

Скорее всего, я буду долго играть с ней, как кошка с мышкой. Раздевать. Гладить. Поджигать. Потом уложу на белые простыни и отлижу ей так, что у нее эйфория из ушей покапает. И уж после медленно и неторопливо стану ее первым.

Чтобы не напугать ее.

Чтобы еще сильнее приручить.

За деньги или нет, но она будет моей. Полностью.

И так замечтался, что в гудящей тишине не заметил, как щелкнула дверь за спиной. Как бесшумно по толстому ковру прошли чьи-то каблуки. Как девичье тело опустилось между моих ног и шаловливые руки огладили и расстегнули ширинку.

А затем горячие губы накрыли полностью возбужденный член.

И принялись его сосать, вгоняя меня в чувственный транс. И уже не захотелось никого тормозить. Да и зачем? Я никому и ничего не должен, кроме себя самого.

Я просто хочу и просто делаю.

Что пожелаю!

Именно поэтому уже минут через десять я, отбросив все сомнения, жадно вколачивался в хлюпающий жар Инги.

Не анализируя свой поступок.

Да и зачем? Это ведь была просто физика. Без чувств. Без эмоций. И лишь одно решало в этот момент — желание «слить» свое напряжение уже хоть куда-нибудь, иначе я весь вечер капал бы голодной слюной на собственную все еще недостижимую жену.

В моменте мой поступок казался незначительным.

А что такого?

Подумаешь, я ведь уже драл Ингу, и не единожды. Одним разом больше, одним меньше — какая разница?

Но она, оказывается, была...

Потому что где-то за моей спиной вдруг скрипнула древняя половица и старые, давно проржавевшие петли двери издали жалобный стон.

В унисон с девушкой, которая должна была сегодня сказать мне долгожданное «да».

А я...

А я алчно трахал ее лучшую подругу прямо в день свадьбы.

— Игнат? — одними обескровленными губами прошептала Аня, а затем в ужасе попятилась назад.

И пока я прятал в трусы свой неугомонный член, она уже, тряся головой, крутанулась на месте и побежала.

Прочь от меня...

— Аня! — заорал я, чувствуя, как за ребрами у меня, впервые в жизни, сердце срывается с цепи, — Подожди!

И кинулся вслед за ней, слыша позади себя истеричный смех Инги...