Глава 19

Мирон спал плохо. Он тяжело дышал и даже во сне хмурил брови. Я же села в кресло напротив, подобрав под себя ноги, и всматривалась в черты его лица, пытаясь понять, что я чувствую. Грудь сдавливала щемящая нежность и глубокое сочувствие к больному майору.

А еще страх. Я вдруг поняла, что сама боюсь своих чувств к Мирону. Когда он целовал меня там, на парковке у ресторана, я окончательно потеряла голову и вынужденно призналась себе, что он стал для меня слишком дорог и я боюсь, что в один далеко не прекрасный день товарищ майор найдет себе новый объект для охоты, а я останусь в одиночестве собирать по кусочкам разбитое сердце.

Еще мне было дико интересно узнать, откуда Мирон знает о Саше, не он ли наградил моего сталкера двумя «новыми пятнами» и как он вообще узнал о том, что на корпоратив нас вызвал именно Костин? Потому что даже мы не знали, кто заказчик. Просто Алисе позвонили с неизвестного номера и очень вежливо попросили срочно организовать праздник за тройную плату. И половину сразу же перечислили на счет.

Для нас это была обычная практика, а в компании Макса было не страшно. Но как об этом прознал Мирон?

Нервно побарабанила кончиками пальцев по коленке и до боли закусила губу. Прикрыла глаза, откидывая голову на подголовник кресла, и тяжело вздохнула. Думать о том, что я влюбилась, не хотелось. Но и со своими чувствами я ничего не могла поделать. Я зло поднялась и ушла в комнату.

Достала бумагу, карандаши и села рисовать, доверяя все, что чувствовала в тот момент бумаге. Я не задумывалась о том, что именно я рисую, выплескивая накопившиеся за день эмоции. А когда очнулась, увидела портретный набросок Мирона. И таких набросков у меня набралось уже штук пять!

Отбросила листок в сторону и покосилась на дверь спальни. Меня магнитом тянуло туда, какой-то невидимой силой поближе к Мирону. Я поднялась, но тут же отвлеклась на свой мобильный. Звонила обеспокоенная Алиса.

– Марья, что произошло? – налетела она на меня, не дав сказать и слова, – звонит заказчик, злой как черт, орет и требует вернуть деньги.

– Алиса, заказчик – Саша, – устало выдохнула я.

– Ёкарный бабай, – тут же успокоилась сестра, – как ты? Ты дома? А Макс где?

Я прикрыла дверь в спальню, дабы не потревожить сон товарища майора, и быстро пересказала сестре все события вечера, закончив свой рассказ тем, что болеющий Мирон спит в моей спальне.

– Твою мать! – веско прокомментировала сестра, когда я закончила.

– И твою тоже, – вздохнула я.

– Так. С Сашей я разберусь, папу утром Макс отвлечет, чтобы к тебе не нагрянул. Не переживай, Мань, справимся. Лечи своего майора и сама выспись. Будем решать проблемы по мере их поступления, да?

– Думаю, в ближайшее время их у нас будет много, – призналась я, – Костин нас не простит. Когда Макс уезжает на соревнования?

– Послезавтра. Думаешь, Санечка станет мстить?

– Уверена в этом.

– План есть? – важно осведомилась Алиса.

– Пока нет, но я что-нибудь придумаю, – оптимистично пообещала я, вглядываясь в темноту улицы.

Алиса замолчала на мгновение, явно обдумывая ситуацию, вздохнула и велела:

– Спать. Утро вечера мудренее. Я тебе завтра позвоню.

– Спокойной ночи. Хантера от меня поцелуй, – улыбнулась я.

Сжала в ладони мобильный, снова выдохнула и решила подумать обо всем завтра. С Сашей нужно было что-то решать, и я собиралась принять самые радикальные меры, потому что бегать мне уже надоело.

Спрятала наброски в папку, чтобы Мирон ненароком их не обнаружил, постелила себе на диване и утопала в кухню – налить товарищу майору воды, если ему вдруг захочется пить.

Принесла стакан, поставила его на тумбочку у изголовья, когда заметила, что Мирон уже не спит.

– Тебе плохо? – сочувственно поинтересовалась я.

– Отлично, – стуча зубами от холода, соврал он.

Я не выдержала:

– Знаешь что? Сейчас не время изображать героя! Замерз – так и скажи!

– Говорю, – покорно согласился Мир.

Я завертелась на месте, вспоминая, куда дела запасное одеяло. Сбегала в комнату, сдергивая с дивана тонкий плед, и заботливо укрыла Мирона.

– Сейчас чаю налью, – видя, что его все еще знобит, пообещала я.

Вскипятила чайник, пританцовывая на месте, налила майору полную кружку горячего чая и даже отыскала мед в холодильнике. Схватила кружку и быстрым шагом вернулась в комнату.

– На, только аккуратно, чай очень горячий, – протянула ему кружку.

Мирон, ежась и стуча зубами, сел, откинувшись на подушки. Принял из моих рук чай, сморщил нос, поняв, что в кружке кипяток, и отставил ее в сторону.

– Может, тебе грелку придумать? – выдала я новую идею.

– Во весь рост, – тут же поддержал меня Мирон.

Я закусила губу и неожиданно даже для себя решилась:

– Ложись.

Выключила свет, проверила замок на двери и шмыгнула к обалдевшему Мирону под одеяло, прижимаясь к нему всем телом. Мир лег на спину, устраивая мою голову у себя на плече, а я на всякий случай еще и подоткнула одеяло поплотнее, чтобы он поскорее согрелся.

– У меня жар? Я в реанимации в коме? Или умер и попал в рай? – прижимая меня к горячему телу, ерничал майор.

– Спи, – пробурчала я, устраиваясь поудобнее и утыкаясь носом ему в шею.

– Высочество, я просто невероятно счастлив, но, может, ты все-таки пойдешь спать на диван, чтобы я тебя не заразил?

Но сам же прижал меня еще крепче, зарываясь пальцами мне в волосы.

– Заразишь – будешь сам за мной ухаживать, – пригрозила я.

– Ммм… Я такой способ знаю… Сразу все болезни уйдут, – тяжело выдохнул Мирон.

– Покажешь, если вдруг я заболею, – кивнула я.

– Высочество, не ерзай, а? – почти провыл Мирон, когда я попыталась лечь поудобнее.

– Мне неудобно, – пожаловалась я.

– Мне тоже. Но лучше не шевелиться.

Мирон нежно перебирал пряди моих волос, а я просто хлопала глазами, не решаясь думать о том, что я творю. Потому что даже себе я не могла объяснить собственного решения спать в одной кровати с Мироном. Точнее, могла, но не хотела.

Положила руку ему на живот и прикрыла глаза, чувствуя, что озноб майора почти прошел, а дыхание медленно выравнивалось. И сама не заметила, как, пригревшись, крепко уснула в его объятьях.

Я проснулась от непонятного шороха. Распахнула глаза и резко поднялась, растерянно озираясь по сторонам. За окном только занимался рассвет, а Мирон с мокрыми волосами и полотенцем, перекинутым через плечо, пытался тихо одеться.

– Ты куда? – вскинулась я, прижимая ладонь к груди.

– Блин, разбудил, – сморщил нос Мир.

– А хотел уйти по-английски? – напряглась я.

– Хотел, чтобы ты выспалась, – вздохнул Мирон, аккуратно усаживаясь на край кровати и запуская ладонь во влажные после душа волосы.

– Тебе нельзя было в душ! – налетела я.

– Я хотел просто удариться об стену, чтобы грязь сама отвалилась, но побоялся тебя разбудить, – очаровательно улыбнулся товарищ майор.

– Куда ты собрался? – нахмурилась я, прикрывая глаза.

– На работу нужно, – признался Мирон, протягивая руку и обхватывая ладонью мою щеку.

– Возьми больничный! – потребовала я, но голос дрогнул.

– Не могу, – поглаживая мою кожу большим пальцем, выдохнул Мирон.

– И что, с температурой поедешь? Мир, ты болен, тебе нужно лежать!

Мое дыхание сбилось, а голос дрожал. И это от почти невинного касания!

– Оставайся дома, а? – жалобно попросила я.

– Дома… – мечтательно промурлыкал товарищ майор и огорошил внезапным предложением. – Переезжай ко мне?

– Мир! – возмутилась я.

– Что «Мир»? – вздохнул он. – Я серьезно предлагаю. Хочешь, сегодня вечером к твоему папе съездим?

– Это еще зачем? – подозрительно уточнила я.

– Сообщим ему, что ты собираешься замуж.

– А я собираюсь? – окончательно обалдела я.

– Дети, Марьяна, должны рождаться в браке, – наставительно заметил Мир, хлопнув меня подушечкой указательного пальца по носу.

– Ты температуру мерил? – решила я уйти от опасной темы.

– Мерил. Ровно тридцать семь ноль-ноль.

– А вечером снова будет тридцать восемь ноль пять, если ты проведешь день на ногах. А если заразишь кого-нибудь?

– Не могу я сейчас уйти на больничный, – простонал товарищ майор, – прям никак. Или мне придется искать новую работу.

– У тебя талант аниматора, – с широченной улыбкой произнесла я.

Мирон снова нежно погладил мою щеку и нехотя поднялся. Протянул руку, схватил джинсы и медленно стал их надевать. Я почему-то покраснела от неожиданного стриптиза ранним утром, свела ноги вместе и отвернулась, пытаясь восстановить дыхание.

Товарищ майор хмыкнул, натянул футболку и достал из кармана свой мобильный. Кому-то набрал, выслушал длинные гудки и выругался.

– Что-то случилось? – обеспокоенно поинтересовалась я.

– Марк не отвечает, – признался Мир, снова набирая брата.

Снова выругался и повернулся ко мне:

– Позвони Ольге, вдруг он у нее.

Я кивнула и потянулась за мобильным. Набрала номер Ольги и спустя три длинных гудка подруга ответила:

– Да.

– Прости, что разбудила, – повинилась я, – Оль, а Марк не у тебя?

– Марк, ты у меня? – сонно поинтересовалась Оля куда-то в сторону.

– А куда мне деваться, ты же меня связала, – насмешливо ответил ей Марк.

– Весело у вас, – уважительно присвистнула я.

– Он врет, – вздохнула Оля, – дать трубку болезному?

– Да, – кивнула я и протянула телефон Мирону, который внимательно слушал наш с Олей диалог.

– Развязывайся и давай на службу, – отрывисто произнес Мирон.

Марк заковыристо выругался и тяжело вздохнул.

– Какие планы? – возвращая мне мобильный, поинтересовался Мир.

– У меня занятия в автошколе, потом нужно будет заехать к Алисе, а потом я вся твоя, – быстро выпалила я.

– Вся-вся? – невероятно обрадовался Мирон, а поняла, что ляпнула лишнего.

– Ты болеешь, – напомнила я.

– Предлагаю новую ролевую игру, приближенную к реальности: я больной, ты доктор.

Я поднялась с постели, поправила растрепавшиеся волосы и вдруг оказалась прижата к телу майора. Мирон обнял меня за талию, другой рукой обхватил мой подбородок, заставляя поднять голову и взглянуть в его глаза. И я утонула. В его взгляде, в том голоде и нужде, которые я там видела. Дыхание замерло, а я положила ладони на плечи Мира, не в силах даже моргнуть, взятая в плен его взглядом.

– Вечером ты вся моя, – промурлыкал Мир и легко, почти невесомо поцеловал мои губы.

Все тело дернулось, словно от удара тока, а в глазах потемнело.

– Позвоню, когда освобожусь, – напоследок уведомил меня Мирон, отстраняясь.

Как раз в этот момент ему позвонил Марк, сообщая, что уже ждет свою копию у машины.

Я с тяжелым сердцем проводила Мирона на работу и только когда заперла дверь, вспомнила, что даже не предложила ему позавтракать.

Выпила чаю, бесцельно слоняясь по квартире, пыталась почитать, но поймала себя на том, что одну страницу читаю уже четвертый раз подряд, и отложила эту идею.

Наконец часы пробили двенадцать, и я буквально вылетела из квартиры, чтобы отправиться на занятия по вождению. Алиса не звонила, а значит, Александр еще не успел начать вредительство.

Всю дорогу до школы я раздумывала, что мне делать и как навсегда и без потерь избавиться от пристального и назойливого внимания прокуратуры к моей персоне. Ничего толкового, кроме как пойти к папе или к прокурору, в голову не приходило. Потому что мне нечего было ему противопоставить, а мы уже и так натерпелись внеплановых проверок по его кляузам в офисе агентства сестры. И то, что Макс чудом избежал уголовного наказания, когда его арестовали за то, что брат заступился за девушку, тоже не заслуга Александра. Костин знал, кто наш отец, но быстро понял, что жаловаться папе мы не будем, и распоясался окончательно. И если бы не папины связи, то носить бы нам с Алисой Максу посылки в казенные стены, а не кормить пирожными на корпоративах.

Я зло сжала зубы, решительно входя на территорию школы вождения, и, не глядя по сторонам, прошла в гараж, ища взглядом Тимура. Но нашла не его, а трех своих новых подруг, которые нервно топтались у машины Влады. Увидев меня, они заметно оживились.

– Привет, – искренне улыбнулась я, подходя к девочкам.

– Как дела? – кусая губы, уточнила Стеша. – Что вчера было? Почему папа вызвал двоих из ларца к себе на ковер?

– Вызвал? – испугалась я, хватаясь за крышу автомобиля, потому что ноги тут же стали ватными.

– Не волнуйся, папа поругается и поможет, – легко отмахнулась Стеша. – Александр, да?

– Да, – кивнула я.

– Пошли ко мне в кабинет, расскажешь, – предложила Влада, и все дружно забыли, что я вообще-то пришла на занятия.

По дороге я, захлебываясь эмоциями, рассказала подругам все как было.

– И такого хамства он нам точно не спустит, – со вздохом закончила я свой рассказ, уже сидя на диванчике в кабинете Влады.

– Вот гад, – хлопнув ладонью по коленке, выругалась Аня, – нужно срочно что-то предпринять!

– Согласна. За ним сейчас Ромик следит, может, что-то выяснит, – поддержала ее Влада, – а мы потом статью разгромную напишем, про продажного прокурора.

– Он чист, – возразила Стеша, – кристально чистая репутация.

– Испортим, – не теряла оптимизма Аня.

– Есть идеи? – заинтересовалась я, заражаясь их боевым духом.

– Стеша, как юрист мне скажи: если вдруг прокурор окажется арестован за хулиганство, что будет? – хитро глянула на подругу Аня.

– Ничего. Корочку покажет и пойдет домой, – пожала плечами Стеша.

– А если это сфотографируют СМИ и прокурор появится на главной странице газеты и во всех городских пабликах? – продолжала Аня.

– Тогда папа даст ему по шапке, – обрадовалась Стеша, – Марья, звони прокурору, обрадуй его свиданием.

– Так он и пришел после вчерашнего, – засомневалась я.

– Заинтересуй, – настаивала Стеша, – а мы его потом быстренько в участок за хулиганство посадим, снимем на эту тему репортаж и выставим в интернет. Я позабочусь, чтобы папа увидел это видео первым.

– У меня только один вопрос: как вы «быстренько» посадите его за хулиганство? – заинтересовалась я.

– Понимаешь, мне на протяжении всей жизни «везет» встретить патрульных даже там, где их просто не может быть, – объяснила Аня, – мы такой фокус уже один раз использовали с зятем моего дядюшки. Он так не хотел, чтобы его сестра встречалась с моим Сереней, что нам с Макаром пришлось ее украсть, а Гришу посадить в участок.

– И как? Все получилось?

– А то! Сережа женится на Яне, – широко улыбнулась Аня, – а я самая «любимая» родственница Григория. У него приступ зубной боли начинается сразу, как он слышит мое имя, хотя я извинилась.

– «Гриша, простите, но вы сам дурак» – это извинилась? – засмеялась Влада.

– Он назвал меня пустышкой и вредительницей, – обиделась Аня, – поэтому да, сам дурак! О, кстати, а кто родители нашего таракана по фамилии Костин?

– Понятия не имею, – пожала я плечами, – но определенно его мало пороли в детстве.

– Нужно выяснить, вдруг это нам поможет, – тут же поднялась Влада, доставая мобильный.

Вышла в коридор, вернулась спустя пять минут и объявила:

– Сёма пообещал узнать, скинет в сообщении. Звони Костину, – обратилась она ко мне, – мы будем рядом. Скоро еще Макар приедет.

– Он точно поможет или как всегда? – скептически поинтересовалась Стеша.

– Обещал, что точно, – закусив губу, не очень уверенно ответила ей Влада. – В любом случае нам стоит поторопиться, пока Саша первый не начал военные действия.

Я вздохнула, собираясь с силами, достала мобильный и набрала ненавистный номер…