Глава 4

– Стеша, все в порядке? – обеспокоенно поинтересовалась Аня.

– Конечно! Но мне пора. Я на связи!

– Мы тоже, – в два голоса ответили подруги, и я медленно поднялась.

– Фаня, а ты куда? – подозрительно спросил Мирон.

– На кудыкину гору. Надо мне! – отмахнулась я.

– Ну а мы тогда еще посидим, да, девочки? – Марк не растерялся.

– Нам тоже пора, – елейно улыбнувшись двоим из ларца, сообщили мои подруги и дружно встали из-за стола.

Тепло попрощавшись с ними, я села в машину, завела мотор и решила временно ни о чем не думать. Потому что смысла в этом не было.

Проблемы нужно решать по мере их поступления. Сейчас моей главной заботой было отсутствие одежды и учебников, на ней я и решила сконцентрироваться, еще не подозревая, насколько коварным типом очень привлекательной наружности оказался мой муж.

Припарковавшись во дворе у дома Шведова, решительно потопала в нужном направлении. Игнорируя трясущиеся поджилки, с каменным лицом вошла в подъезд, потом в лифт, дождалась, пока он поднимет меня на нужный этаж, и, ни секунды не мешкая, нажала на дверной звонок.

Ярослав открыл сразу же, словно стоял за дверью, ожидая моего прихода. Я гулко сглотнула, потому что одеться после душа мой муж «забыл».

На нем были только черные боксеры, а махровое полотенце висело на плечах. Капли воды блестели на загорелой коже и стекали на лицо с мокрых волос, а нахальные голубые глаза скользили по моему телу. Ярослав дерзко усмехнулся и шире распахнул дверь, молчаливо приглашая меня.

Я юркнула внутрь, стараясь смотреть куда угодно, только не на мужа, однако глаза сами возвращались к его фигуре, заставляя сердце нервно трепетать в груди.

– Как дела? – чуть хрипло уточнил он, нарочито лениво вытирая волосы полотенцем.

Литые мышцы перекатывались под его кожей, а кто-то неведомый, но такой же нахальный, как Яр, украл весь мой словарный запас, оставив в копилке только невнятные междометия.

Шведов мою реакцию считал в одну секунду и сделал шаг ко мне, но я решительно выставила ладони перед собой и выпалила:

– Вещи и учебники! Я тороплюсь!

– Что, даже чаю не попьешь? – он вопросительно изогнул одну бровь, продолжая ласкать мое тело взглядом. – С твоим любимым печеньем.

– Я на диете, – отговорилась я, краснея.

Казалось, еще немного – и задымлюсь от горячей волны, прокатившейся по телу от его обжигающего взгляда, а потом растекусь лужицей прямо на пороге гостиной.

Ярослав кивнул и иронично хмыкнул, пока я пыталась сообразить, в какую сторону мне идти. Мозг отказывался адекватно работать. Тяжело дыша, я продолжала рассматривать Шведова.

– Стеша, ты хорошо подумала? – голосом змея-искусителя проговорил он.

– Нет, но мне нужно идти!

Мою голову вдруг посетила мысль, а убрали ли братцы продукты в холодильник. Зная двоих из ларца – вряд ли. Скорее всего, просто оставили все пакеты в прихожей и с чувством выполненного долга отправились лопать пирожные. А значит, интеллигенция, которая имела нездоровую тягу к полиэтилену, вволю навеселится.

– Куда? – нарочито равнодушно спросил Яр.

– Ты временно лишился права задавать такие вопросы.

– Да ну? – бровь Шведова поползла вверх.

Я вдруг подумала, что он ревнует и злорадно хмыкнула. Не одной мне страдать от ревности и неизвестности! И, развернувшись на пятках, потопала в нашу комнату, кожей ощущая присутствие дражайшего супруга за спиной.

– Уверена, что сможешь жить одна? – продолжал Ярослав, когда я начала задумчиво перебирать в шкафу свой многочисленный гардероб.

– Кто тебе сказал, что одна? – изумилась я, имея в виду интеллигентную пушистость.

Но, кажется, Яр о коте и не вспомнил, потому что напряженно спросил:

– А с кем?

– Я не обязана отчитываться! – доставая белый брючный костюм, отмахнулась я.

– Стефания, если я что-то узнаю… – прорычал Ярослав.

– Не волнуйся, не узнаешь, – ляпнула в ответ, не задумываясь.

Шведов явно воспринял мою реплику по-своему и зло выдохнул, буравя меня взглядом.

– Ты понимаешь, что сейчас никуда не уйдешь? – уточнил супруг, сузив глаза.

– О, прости! Я забыла, что у нас новые правила. Чтобы выйти из дома, нужно собрать разрешения в трех экземплярах, заверенные нотариусом строго в понедельник в полную Луну! А перед этим, видимо, принести в жертву единорога на перекрестке трех дорог в дождливую полночь! Яр, я не буду спрашивать, когда и куда мне ходить! – взвилась я.

Пусть сначала докажет отсутствие у меня рогов на голове! Вдруг там уже такие образовались, что олени в лесу нервно завидуют в сторонке!

– У тебя появился новый воздыхатель? – продолжал гнуть свое Ярослав, не обращая внимания на мою последнюю реплику.

Он явно припомнил случай годовой давности, когда таковых было целых два, не считая самого Шведова.

– А у тебя появилось свободное время? – тут же отбила я. – Раньше тебя в это время суток дома застать было невозможно!

– Я взял отпуск, – глядя мне прямо в глаза, сообщил Шведов.

– Да? Ну тогда хорошего отдыха, – от души пожелала я, жалобно глядя на рабочий стол, на котором лежали мои учебники.

Для того, чтобы забрать их, мне пришлось бы обойти Ярослава, но он загородил путь собой, явно желая продолжить диалог.

– Стефания, я задал тебе вопрос, – строго напомнил Шведов.

– Задам встречный… – начала я, но Яр договорить не дал.

Накрыв большим пальцем мои губы, он страдальчески скривился. Я схватила его за запястье, откинула руку в сторону и выпалила:

– Будут новости – звони! А пока мне некогда болтать, у меня дел полно!

– Каких дел? Ты уже закончила университет!

– Лицензия, работа… Не один ты совершаешь трудовые подвиги.

– Какая работа? – заинтересовался Яр.

Я отвернулась на мгновение, но решила, что проще сказать правду.

– У Макеева в адвокатской фирме.

– Там, где ты практиковалась в прошлом году? – Яр начал заводиться. – А напомни-ка, Глеб все еще там работает?

– Откуда мне знать? – я отвела глаза. – Не слежу, знаешь ли, за карьерой своего бывшего руководителя практики.

Откровенно говоря, о Глебе и его прошлогодних матримониальных планах не только в отношении меня, но и Влады, я напрочь забыла! Мы с подругой от души повеселились тогда, избавляя Глеба Сергеича от грез, связанных с женитьбой на одной из нас. Он даже вполне себе мирно подписал нам обеим практику. Но вот забыл ли свой позор – оставалось тайной. Что ж, поживем – увидим. Отказываться от престижной работы только потому, что у кого-то слишком тонкая душевная организация, я не собиралась!

– Стефания, если увижу тебя рядом с ним… – начал Ярослав.

– Не смотри! И дай уже мне собраться!

Я снова отвернулась, нашла в огромном шкафу старую сумку и аккуратно сложила в нее несколько своих костюмов. Нервно застегнув замок под горящим взглядом Ярослава, схватила сумку и попыталась мужа обойти. Он сделал шаг в сторону, насмешливо улыбнувшись, и продолжил с неудовольствием наблюдать, как я складываю учебники в большой рюкзак.

Громко сопя, я, наконец, засунула в рюкзак последний учебник, развернулась к Шведову, со злостью сдув с лица прядь волос, и неожиданно увидела, что любимый муж надевает джинсы. Затем он легким, почти небрежным движением натянул футболку и повернулся ко мне.

– Куда-то собираешься? – я старалась, чтобы голос звучал равнодушно, но нотки ревности все равно умудрились проскользнуть.

Ярослав знал меня как свои пять пальцев! Поэтому победно улыбнулся и уверенно сказал:

– Раз гора не идет к Магомеду – Магомед не гордый, он сам переедет к жене!

– Нет! – возмутилась я.

– Да! – безапелляционно парировал Ярослав, подхватывая мою спортивную сумку. – Это не обсуждается, – добавил он, отбирая еще и рюкзак с учебниками.

Легкой походкой дошел до дверей и произнес, обернувшись через плечо:

– Ты идешь или тут останемся?

Я никак не могла избавиться от культурного шока. Молча хлопала глазами и не находила слов, чтобы достойно ответить.

– Стеша… – с усмешкой позвал Ярослав.

– Ладно, пошли!

Решительно сделав шаг вперед, я задрала подбородок на нужную высоту, обошла Шведова и первой вышла в прихожую. Натянула обувь, дождалась, пока Ярослав сделает то же самое, и молча покинула его жилище.

– Стой! – потребовал Яр. – Меня подожди.

– Что ты задумал? – прошипела я.

– Моя жена хочет пожить у бабушки. Стеша, разве я хоть когда-нибудь мог тебе отказать? – он выдал свою лучшую улыбку.

Легко подхватил одной рукой мою сумку и рюкзак, а другой приобнял меня за талию и повел к лифту.

– Ты не будешь жить там со мной! – выпалила я, упираясь ногами перед входом в лифт.

– Кто мне помешает? Твой новый поклонник? – Ярослав не отпускал идею выяснить у меня наличие «поклонника».

Но я не собиралась облегчать ему жизнь и признаваться, что все еще настолько сильно любила супруга, что других мужчин категорически не воспринимала. И отвечать посчитала ниже своего достоинства. Молча выдохнув, вошла в лифт. Ярослав встал рядом со мной и попытался снова обнять за талию, но я нервно откинула его руку, стараясь смотреть строго перед собой.

В этот момент на мой мобильный пришло сообщение. Я достала телефон, повернулась к Ярославу так, чтобы он не видел, кто автор письма, и сняла телефон с блокировки.

Писала Аня: «Мы совсем забыли о деле. Важном, расследовательном!»

Я хмыкнула и настрочила ответ: «Вы где?»

«Скоро будем у Влады. Ждем тебя!»

«Буду!»

Нажала «отправить» и подняла взгляд на взбешенного Ярослава.

– Это Аня! – пробурчала я, ибо нарываться на открытый конфликт не было ни сил, ни желания.

– Классно! – с сарказмом заметил он. – Что опять? Где царит несправедливость, которую вы обязаны исправить? Давно вас в участок не забирали?

Рассказывать Шведову правду было категорически нельзя. При упоминании в одном предложении имени «Аня» и слова «расследование» у Ярослава мгновенно начинали дергаться оба глаза, а из уст так и норовил вырваться нервный смешок вместе с заковыристым матом.

– Давно, – согласилась я.

– Надо исправить, да? – ядовито поинтересовался Шведов. – И после этого ты будешь мне говорить, что собираешься жить одна? Если даже забыть об убедительных доводах твоих братьев типа «хана коту и бабушкиной квартире», то остается ваша с подружками нездоровая страсть искать неприятности на свои нижние девяносто! Вспомним ваш прошлый «залет»?

– Какой именно? – осведомилась я.

Яр страдальчески застонал, дверь лифта распахнулась, и мы оба покинули кабинку.

– Все, Стеша!

– Аня предложила помочь в подготовке к экзамену, – соврала я, глазом не моргнув.

– Не верю! – отрезал Яр, открывая передо мной подъездную дверь.

– Твое право, – пожала я плечами. – Может, ты проведешь собственное расследование и выяснишь, наконец, обладательницу розового кружева?

– Почти выяснил.

– Ну? – с надеждой спросила я. – Кто она?

– Потом расскажу и даже покажу, – Яр вздохнул.

– Когда «потом»?

– На днях. Завтра или послезавтра, в зависимости от того, когда смертник вернется в город.

– Ты уверен? – я даже затаила дыхание.

– Нет. Поэтому мне нужна пара дней, – уже спокойнее произнес Ярослав.

Мы стояли у подъезда, глядя друг на друга. Шведов протянул руку, нежно погладил меня большим пальцем по щеке и прикрыл глаза. В этот момент я услышала трель его мобильного. Ярослав зло выругался сквозь зубы и достал телефон. Нахмурился, увидев, кто звонит, и отошел в сторону, чтобы ответить. Пробуждая во мне новые сомнения!

Супруг говорил тихо, а его спина была напряжена. Я буквально кожей чувствовала, что он чем-то сильно озабочен. Что-то отрывисто произнеся на прощание, убрал мобильный в карман и повернулся ко мне.

– Прости, Рыжик, отпуск временно прерывается.

– Ничего нового, – ядовито проговорила я, – глупо было думать, что он у тебя будет.

– Это очень важно! – Яр начал оправдываться.

А я развернулась и пошла к своей машине. В два счета обогнав меня широким шагом, Шведов положил обе сумки на заднее сиденье. Потом обнял за плечи, заставляя смотреть ему в лицо:

– Я буду занят пару часов. Потом приеду к тебе в бабушкину квартиру. И никаких расследований. Да, Стеша? – с нажимом произнес Ярослав.

Я отвела глаза, чтобы не давать несбыточных обещаний, и неопределенно кивнула.

– Умничка! – очень нежно прошептал Шведов, чмокнул меня в макушку и галантно открыл передо мной дверь автомобиля.

Сев за руль, я завела мотор и, ни секунды не раздумывая, поехала к подругам. Потому что больше не собиралась ждать любимого супруга дома в гордом одиночестве. И точно знала, что один его обещанный час равен моим трем. А он сказал: «Пару часиков», что в переводе с языка Ярослава означало: «Раньше ночи не жди!»

Поэтому я со спокойной совестью свернула в направлении дома Влады. Доехав без приключений, спустя пятнадцать минут уже парковалась у нее во дворе. Машины Макара, парня Влады, видно не было. Автомобиля Аниного жениха – майора Давыдова – тоже. Удовлетворенно кивнув, я потопала ко второму подъезду.

– О, третья шаболда приехала, – прокомментировала мой приезд знакомая бабуля, соседка Влады. – Сейчас оргию устроят, точно говорю!

Бабуля делилась мечтами со своими подругами, провожая меня недовольным взглядом. Когда я мило улыбнулась и вежливо поздоровалась, все три «одуванчика» брезгливо поджали губы.

Мы с подружками вдоволь от них натерпелись. Особенно доставалось Владе. Та самая активистка жила в ее подъезде и периодически портила подруге настроение и нервировала и так нервные клетки Макара, который никогда не обладал ангельским терпением.

Поднявшись по лестнице, я постучала в знакомую дверь. Влада открыла сразу и радушно пригласила меня внутрь.

– А что это тут так по-спартански? – засмеялась я. – Там три бабушки в ожидании оргии, а у вас еще ничего не готово. Хоть бы пожарных вызвали!

Влада скривилась так, словно у нее разом заныли все зубы.

– Она сама на днях пожарных вызывала. Ей, видите ли, показалось, что из нашей квартиры газом пахнет. За пожарными еще и скорая приехала, на сифилис нас проверять. А потом она позвонила в полицию… Хорошо, что Захар был дома и разобрался с коллегами, – сквозь зубы рассказала Влада, щелкнув кнопкой чайника.

Сидящая за столом Аня подтвердила сказанное кивком.

– Бабуля эта уже и до нас с Захаром добралась! Недавно мне полчаса рассказывала, что живем мы во грехе, так как не венчаны. И гореть нам в геенне огненной… Такой жути нагнала! Вот фантазия у человека! – уважительно присвистнула она.

– Ей просто скучно. Нужно болезной занятие найти по душе! – развеселилась я, усаживаясь за стол напротив Ани.

– Как дела? – наливая чай в большую кружку, полюбопытствовала Влада. – Ты же к Яру ездила?

– Да, но сейчас я не готова о нем говорить. Давайте лучше о деле.

Девочки мгновенно посерьезнели. Устроившись за столом, Влада сообщила:

– Это касается Семена.

Я нахмурилась и напряглась. Сёма был бывшим однокурсником Влады и Ани и нашим общим другом. Мы с девочками его нежно любили и, конечно, не могли оставить в беде.

– А что с Сёмой? – забеспокоилась я.

– Знаешь, все очень странно, – ответила Влада. – Семен не хочет просить нашей помощи, но я-то вижу, что мы ему нужны. Началось все с мелких неприятностей. То машину поцарапают, то на заказ вызовут – а там никого. Ты же знаешь, что он в свободное время аниматором подрабатывает. А вчера ночью на него напали. Прямо возле подъезда.

– Избили? – ахнула я.

– Нет. Он сам побил нападавшего. Сёма же спортсмен, реакция сработала. Тот, кто нападал, в травматологии. И он написал на Сёму заявление в полицию. Об избиении.

– Вот это наглость! – восхитилась я и горячо начала: – Нужно взять записи с дворовых камер, доказать, что это была самооборона и непременно писать встречное…

– С этим мы разобрались, – успокоила меня Аня, – уже все сделали. Но ведь кто-то ему и до этого пакостил!

– Нужно выяснить, кому это выгодно, – сказала я авторитетно. – С кем Сёма ругался? Может, кому-то дорогу перешел?

– Поругаться с Сёмой – это нужен особый талант. Он ведь совершенно неконфликтный, – вздохнула Влада, и мы с Аней вынуждены были с ней согласиться.

– А работа? Может, он статью написал провокационную?

– Он писал про питомники, про волонтеров и про городские мероприятия. Там придраться не к чему, – возразила Влада.

– Тогда остается девушка. С кем он встречался или встречается? – выдала я новую версию.

– Да ни с кем. Три месяца назад расстался с Таней, и больше никого не было. Я бы знала, – Влада совсем сникла.

Наш диалог неожиданно прервал стук в дверь. Мы с подругами переглянулись и дружно отправились в прихожую. Влада открыла дверь, и на пороге мы без удивления увидели местного участкового Антона Михайловича. Сотрудник охраны правопорядка выглядел злым и уставшим, а за его спиной стояла та самая баба Клава, злорадно ухмыляясь.

Мы все трое дружно закатили глаза и так же дружно посмотрели на участкового.

– Здравствуйте, Антон Михалыч, – Влада усмехнулась, – пришли в оргии поучаствовать? Проходите, будете почетным гостем.

Участковый поперхнулся, удивившись неожиданному приглашению, но в квартиру вошел, захлопнув дверь перед любопытным носом бабы Клавы. Осмотрел нашу троицу критическим взглядом и страдальчески простонал:

– Как вы мне надоели!

– Ну мы тоже не в восторге от Вашего появления, – честно сказала Аня, – но ничего, молчим. Чай будете?

– А буду! – решил Антон Михайлович.

– Проходите, – махнула рукой Влада в сторону кухни.

Участковый снял фуражку, закинул ее на вешалку и, с любопытством осматривая обстановку, прошел на кухню. Сев на свободное место, положил на стол кожаную, потертую временем папку и снова обвел нас взглядом, в котором читалась вся скорбь еврейского народа.

– Я так понимаю – теперь ждем пожарных, – философски произнесла Влада. – Приедут тушить пожар страсти.

– А потом скорую. Сифилис лечить, – Аня нервно поддержала ее.

– Антон Михалыч, Вы бы уже бабушку в штат взяли, – посоветовала я, – вон с каким рвением трудится.

Участковый поперхнулся повторно и с благодарностью принял из рук Влады чашку с чаем. Без тени стеснения положил себе в тарелку самый большой кусок торта и с тяжелым вздохом сделал первый глоток.

– Горячий! – возмущенно воскликнул он.

– Логично, – мы дружно кивнули.

Участкового было жалко. Баба Клава, видимо, уже в печенках сидела у стража правопорядка и проела ему немалую плешь.

– Я обязан составить протокол, – вздохнул Антон Михайлович. – Вызов был! Так положено!

– Составляйте, – со всей широтой души согласились мы.

Мне ужасно хотелось бы прочесть, что он там напишет про вызов и нелегальную оргию в отдельно взятой квартире. Наверняка этот шедевр будет достоин отдельной печати.

Участковый увлеченно сочинял протокол, параллельно попивая чай и уничтожая запасы торта, когда пришел Макар. Он открыл дверь своим ключом, удивленно осмотрел нашу композицию «Три скучающих девицы и непрестанно жующий участковый, корпящий над формулировками» и страдальчески закатил глаза:

– Что опять?

– Оргия, – вздохнула Влада.

– И снова без меня? – засмеялся Макар, подходя к своей второй половинке.

Нежно поцеловал ее в макушку, кивнул нам с Аней и пошел наливать себе чай.

Мы с подругами переглянулись, понимая, что продолжать разговор в присутствии Макара никак не сможем.

– Подпишите, – велел Антон Михайлович, разворачивая к нам лист бумаги, – быстрее, я тороплюсь.

Мы поставили свои подписи, и страж правопорядка, наконец, ретировался.

– Ну мы тоже пойдем, – произнесла я, переглянувшись с Аней.

Согласно кивнув, она спросила:

– Как насчет завтра всем вместе пообедать в кофейне?

– С удовольствием, – в два голоса согласились мы с Владой.