Глава 15

Живот рос. К шестому месяцу, когда мы уже тихо, совсем не по-мажорски круто, расписались в загсе, я напоминала небольшую планету — круглую, медленно вращающуюся вокруг своей оси. Рас называл меня «пузико с ножками» и любил прикладываться ухом к животу, слушая, как там шевелится малыш.

— Слышу, — говорил он с серьезным лицом. — Он требует мороженого.

Мы решили не узнавать пол ребенка заранее. Пусть это будет для нас сюрпризом. Но почему-то Рас называл его всегда «он», словно во мне находился мальчик. Впрочем, я не возражала.

— Это я требую мороженку, — поправляла я. — А он требует, чтобы я не ходила на филологию, потому что для него, бедняжки, это пока скучно.

Мы жили в съемной двушке недалеко от универа. Рас настоял — в одной комната спальня, во второй - детская. Я спорила, что детскую можно оборудовать и в спальне, но он был непреклонен.

— У моего сына или дочери будет своя комната, — заявил он. — С игрушками, обоями в машинках или каких-нибудь сказочных замках и всеми делами.

— Дорого, — возражала я.

— У меня есть деньги, — пожимал он плечами. — Я, может, и мажор, но не бесполезный. Отец не отрекся от меня, слава Богу, бизнес не рухнул. Так что не переживай.

Я не переживала. Я боялась. Каждый день. Каждую ночь. Мне снилось, что Рас уходит. Что он просыпается и понимает: «Какая к черту любовь? Она же толстая, бедная, ни связей, ни богатых родственников». И уходит к Софочке. Или к какой-нибудь новой пассии - стройной, длинноногой и с идеальным маникюром.

Рас замечал мои страхи. Не мог не замечать, потому что по ночам я вздрагивала и плакала во сне.

— Ириш, — говорил он, прижимая меня к себе. — Ну хватит, родная. Ты чего? Я рядом. Я никуда не уйду.

— А вдруг?..

— Нет никакого «вдруг», глупенькая. Ты — моя семья. Ты и малыш. Всё.

Он целовал меня в живот, шептал что-то ребенку, смешил меня, когда я ходила мрачная. Однажды принес огромного плюшевого слона.

— Это тебе, — сказал он. — Чтобы ты помнила: ты моя слониха. Самая лучшая.

Я расплакалась. Он испугался, думал, что обидел. А я просто поняла, что слово, которое когда-то было оскорблением, теперь стало ласковым прозвищем. Нашим тайным семейным паролем.

Софочка объявилась через месяц.

Она позвонила Расу на мобильный — я видела имя на экране. Он взял трубку, вышел на кухню. Я не подслушивала, но стены тонкие.

— Нет, Ясинская, — говорил он холодно. — Мы не встретимся. Нет. Я с Ирой. Да, с той самой. И да, она ждет ребенка. Моего. Так что давай. Гуд бай. Всего хорошего.

Потом Рас вернулся их кухни. Бледный и спокойный.

— Всё, — сказал он. — Больше не позвонит.

— Ты уверен?

— Она гордая, — он усмехнулся. — Скорее удавится, чем унизится.

Я не поверила. И оказалась права.

Через неделю, когда я выходила из женской консультации, меня перехватила Софочка. Она стояла у входа, худая, на каблуках, с идеальной укладкой. Смотрела на меня с такой ненавистью, что я физически почувствовала, как воздух становится тяжелым.

— Ну, Седых, — сказала она, оглядывая меня с головы до ног. — Распухла-то как. Настоящая слониха. Что он в тебе нашел?..

Я молчала. Привычно молчала, хотя внутри все кипело.

— Софочка считает, что ты его приворожила, — продолжала она. — Или обманом заставила жениться на тебе. Или... — она шагнула ближе, — или это не его ребенок. С кем попало спала, а теперь на моего Расика вешаешь?

Я посмотрела на нее. Взяла себя в руки. Спокойно, очень спокойно — и очень зло - сказала:

— Слушай, Ясинская. Убирайся. Пока я тебя не стукнула. Я сильная. Ты знаешь.

Она побледнела. Отступила на шаг. Но не ушла.

— Софочка не боится тебя, жирная, — прошипела она. — Софочка всё про тебя расскажет папе Раса. Он выгонит его из дома, лишит наследства. И тогда посмотрим, как ты запоешь, Седых!

— Убирайся, — повторила я, ощущая, как пылают от гнева щеки. - И я больше не Седых, запомни. Я - Белецкая. - И шагнула к ней.

Софочка взвизгнула и убежала, цокая каблуками. Я смотрела ей вслед и чувствовала, как дрожат руки. Не от страха. От злости.

Вечером я рассказала всё Расу.

— Не бойся, — сказал он. — Мои почти смирились. Конечно, им нелегко, ты уж прости, что на свадьбу не пришли...

- Я понимаю, Рас.

- Скоро тебя пригласят в гости — знакомиться. Почву я подготовил. Ты не переживай, они у меня ничего такие. И я уверен, ты им сразу понравишься.

Он обнял меня. Я кивнула.

Но внутри поселился червячок сомнения. Софочка — та еще гадюка. Просто так не отступится.