Глава 14 – Хищник
Дочь спит. Хорошо, что она спит!
Варя быстро ловит настроение, а если добавить к моей истерике ещё и её истерику, то боюсь, не выдержу. И грудь ей дать не смогу…
Демид стоит у её кроватки, озабоченно хмуря брови. Это меня даже не нервирует.
Дрожа от холода и нервного напряжения, кутаюсь в одеяло. Сегодня я достигла границы выдержки. Струна, которая, натягивалась со времени, как убили родителей лопнула. И я как пьяная. Абсолютно не контролирую эмоции, не управляю ими, и в тот же момент мне безразлично, словно это всë происходит в кино, а я просто его смотрю.
Это всë не по-настоящему. А мне где-то лет четырнадцать и ничего ещё страшного не произошло.
Я смотрю на кроватку, как в своë будущее. У меня будет дочка? И вот этот Демон будет частью моей жизни?
И никто за меня не заступится.
Красив… Но меня не манит эта мужская красивая мощь его тела. Мне горько!
На его рёбрах такие же следы от пуль как у меня. Только чуть выше. Нас словно одинаково пометили.
Между деревянными брусочками кроватки, немного свешивается Варина ладошка. Дэм присаживается и задумчиво тянется к ней пальцами.
– Не трогай еë.
Опускает взгляд.
– Ах, да.
Присаживается напротив меня, отыскивает что-то в телефоне. Подносит экран к моему лицу. Не вижу ничего, буквы пляшут, смысла написанного – не понимаю.
– Что это?
– Это мой анализ на ВИЧ. Отрицательный. Получил я его тридцать первого декабря. И только после этого, я тебя… поцеловал.
– ВИЧ не лечится, – двигаюсь от него подальше.
Обида на него отталкивает физически.
– Не лечится… Но у меня был ложноположительный анализ, из-за вакцины, которую я ставил. Но чтобы исключить даже минимальные риски. Я. Ждал. Полгода!! – срывается его голос на низкое рычание.
– А что мешало тебе сказать мне об это? – качаю недоверчиво головой. – Мы ждали бы вместе.
– Господи, блять! – срывается с места, но комнатка крошечная и тут негде мерить шагами пространство, как он привык. Смотрит в окно, сложив за спиной руки.
– Ты скрыл… – смотрю равнодушно в стену перед собой. – Ты изводил меня сомнениями… Позволил узнать это не от тебя. Испугаться! Разочароваться! Теперь, приходишь в мою жизнь как хозяин и хочешь, чтобы я верила тебе и картинке в твоем телефоне?
Отрицательно качаю головой.
– Почему скрыл? Ответ не очевиден?? Да ты сломя голову понеслась, как только узнала об этом! К Волкову своему побежала! Даже не поговорив со мной.
Варюша ворочается.
– Не ори, Черкасов! Ребенок спит.
– Извини… – протирает руками лицо.
– «Понеслась» я к «своему Волкову», когда твой брат пообещал лишить меня родительских прав, из-за того, что я подвергла опасности жизнь ребёнка, занимаясь сексом с ВИЧ-инфицированным. Ты меня подставил!
– Сука! – цедит он. – Мразь…
– Моя дочь спит в двух метрах от тебя.
– Извини. Но ты должна была ко мне с этим идти! – шепчет он яростно.
– К тебе?! К человеку, который скрыл от меня такой диагноз? Просил ему доверять! Сам врал! Я ничего этому человеку не должна. Я знать не хочу этого человека!
– Я под пули за тебя встал, Злата. Это ничего не значит?
– За моë наследство. Ты сказал – «я тебе гарантирую!». В итоге отняли всë!
– Я обещал тебе всë вернуть. Я над этим работаю.
– Не нужно мне ничего! Оставьте нас в покое.
– Я год тебя искал, полстраны перевернул!
– Зачем?! Не дает вам покоя, что наследница не под вашим контролем?! Последнее хотите отнять?! Так успокойтесь, не пойдет она за этим наследством, я ей не скажу! Такой судьбы как у меня у неё не будет!
– Что ты несешь?! – подлетает ко мне, встряхивает за плечи. – Ты загналась! Я здесь не за этим!
– Зачем тогда?!
– Я тебя… – сжимает челюсти, слова словно застревают.
Отпускает. Делает несколько шагов назад.
– Я тебя не отпускал, Злата, – режет холодно.
Гладит ладошку Вари пальцами.
– Она и моя дочь теперь тоже. А ты – моя жена. Мы…
Мы? Какие «мы»?! Не верю я больше в «мы»! Мы – это Я, Тиша, Варя! Всё!
– Мы оба неправильно себя повели, – желваки на его лице играют. – Да, блять! Нет. Ты накосячила!
Я?!
– Уходи! – от возмущения подскакиваю на ноги, прямо на кровати. – Нет больше Златы! Ты вдовец!
Ловлю слетающее полотенце. Поспешно пытаясь прикрыть оголившееся тело.
Как-будто кто-то внезапно переключает канал! Щелк и… Его взгляд темнеет. Щеки вспыхивают. Губа чуть заметно дергается в агрессивном оскале. Взгляд, застыв, ловит мои смущенные попытки прикрыться. Руки трясутся, как назло ничего не выходит.
Ещё один щелчок. Дверь заперта на щеколду. Он опускает палантин на кроватке Вари.
Я чувствую, как от возмущения вытягивается моë лицо. Что за намëки?!
Ещё один щелчок. Отточенным движением снимает с запястья часы. Они летят в кресло. Замерев, настороженно слежу за этим движением. Пару шагов в мою сторону. Его колени утыкаются в кровать. Поднимает на меня поплывший раскаленный взгляд. Недобрый…
Я ловлю своим телом какую-то горячую волну, исходящую от него. Она меня пьянит! Я пошатываюсь на мягком матрасе. Инстинктивно взмахиваю руками, чтобы удержать равновесие. Чертово полотенце опять сваливается. Тихо вскрикиваю!
Подхватывая полотенце за край, Дэм рывком выдергивает его из моей руки. Я остаюсь абсолютно голой. Словно на пьедестале перед ним.
Моë лицо вспыхивает от смущения жаром. Меня и раньше то смущала нагота, а после родов, эта огромная грудь…
– Иди сюда… – низко, голодно…
Что??
Не успев ничего сообразить, лечу на спину. Из лёгких только вырывается воздух от удара об мягкий, пружинящий матрас. Тяжесть его тела обрушивается на меня. Шокированно взвизгиваю. И тут же он запечатывает ладонью мой рот.
– Ччч… – дрожит его шепот.
От его горячих влажных губ, впивающихся в мою шею, из глаз сыпятся искры. От тяжелого, знакомого запаха бедра сводит. Мне так часто снился этот запах!
– Ммм! – мычу в ладонь жалобно.
Рука на моем лице сжимает грубее. И моë тело от этого почему-то выгибает дугой.
Хныкая, мотаю головой, чувствуя его твердый член через ткань брюк. От этого ощущения мне тянет между бедер неожиданной болью, словно он уже ворвался в меня. Грудь ноет также! Чувствую, как приливает молоко. От шока прекращаю сопротивляться, прислушиваясь к своему безумному телу.
Кисть смещается на мой подбородок, сжимая его.
– Нет! – выдыхаю в губы, прикоснувшиеся к моим.
– Я чистый, клянусь, – впивается снова в мою губу. Которую ранил там на кухне. В этот раз ласково ведет по ней языком.
– Не надо… – надрывно шепчу я, пытаясь увернуться.
– Замолчи! – болезненно.
Поднимается на колени между моими разведенными бедрами. Дергает пряжку ремня, расстегивая еë одним движением.
Отупевше смотрю на этот расстегнутый ремень, слушая наше рваное тяжёлое дыхание. И ниже… Ниже – его ширинка внушительно натянута.
Он медленно опускает взгляд на себя. Ведёт пальцами по коже. Она мокрая… Она в моем молоке! Переводит ошалевший взгляд с пальцев на мою грудь. Тяжело сглатывает, облизывая обветренные губы.
Это резко отрезвляет, я вспоминаю про дочь.
С чего бы мне верить ему?
– Нет… – качаю я головой. – Нет, Дэм!
Он словно не слышит. Его большой палец рисует на моей коленке чувствительные узоры. Моя кожа плавится под горячим взглядом.
Ну что ты лежишь, и всë это позволяешь ему?! Останови это!
Легко сказать… Он как хищник. Ждет, пока я «побегу»! И тут же набросится и сожрет. Я читаю это в его взгляде. Но я все равно пытаюсь смыться. И снова оказываюсь распятой. Рот мой заткнут. Тело немеет и ноет от его требовательных ласк.
Я начинаю отбиваться, перехватывает и отводит мои руки наверх, удерживая своей.
Притормаживает на мгновение, закрыв глаза обжигающе дышит мне в скулу. Ощущаю, как пульсирует его член, наливаясь и ритмично упираясь мне в бедро. Волоски по моей коже становятся дыбом от этого ощущения.
– Не надо…
Вздрагиваем от звонка в домофон.
– Кто это?! – накрывает меня паникой.
– Доставка… – хрипит он. – Аптека…
– Зачем?…
– Тесты. Был уверен, что на слово ты не поверишь.
Встает с меня, застёгивает ремень. С яростью разглядывает мои попытки прикрыться. Открывает дверь.
– И – да. Что за мужик-то у тебя? Я жду исповедь, жена… – оскаливается. – Святая моя… – зло. – Непорочная.
Какой мужик?!