Глава 29. Бахтияр

Сижу на пассажирском сиденье, наблюдая, как улицы растворяются в серой утренней мгле. Зейн ведет машину уверенно, его пальцы небрежно лежат на руле, да и сама поза максимально расслабленная. Внутри меня странное, холодное спокойствие. Самое страшное, что могло случиться, уже не случилось. Все позади. Я мог потерять Раду, но не потерял. Все остальное – пыль. Деньги? Заработаю. Голова на плечах, руки крепкие. Главное, любимая со мной. Это приятно окрыляет. Зейн бросает на меня короткий взгляд, его губы кривятся в едва заметной усмешке. – Давно не видел, чтобы ты улыбался, – говорит он недоверчиво. Я довольно усмехаюсь. Уголки губ сами тянутся вверх. Скрывать свое состояние не имеет смысла. Меня слишком переполняют эмоции, внутри их не удержать, плещутся через край. – Привыкай, брат, – хмыкаю я, откинувшись на спинку сиденья. – Теперь все будет иначе. Зейн фыркает, но ничего не отвечает, сосредотачиваясь на дороге. Мы подъезжаем к офису, и мое настроение чуть тускнеет, как только вижу левые машины у входа. ОБЭП нынче по мою душу. Бахвалиться теперь некогда. – Ну что, понеслась, – хмыкает Зейн, глуша двигатель. Я молча выхожу из машины. Внутри здания воздух густой от напряжения. Сотрудники в коридорах перешептываются, лица испуганные, словно в предвкушении беды. В кабинете меня встречают Камал и Игнат. Камал сидит с хмурым лицом, его взгляд тяжелый, как свинец. – Обыск, – говорит он, едва я переступаю порог. – И знают, где искать. Точно знают. Я киваю, не теряя спокойствия. Все слишком очевидно. – Пусть ищут, – говорю я. – Что-то прятать уже поздно. Игнат стоит в стороне, его лицо непроницаемое, но я замечаю, как взгляд становится убийственным. Люди в форме рыщут по этажам, как голодные псы, их шаги звучат в голове тяжелыми ударами. Я сжимаю кулаки, но сохраняю внешнее спокойствие. Это всего лишь деньги. Их можно вернуть. Главное – не дать им почувствовать запах крови. Через какое-то время один из обэповцев возвращается к нам с папкой. Он не спешит, но в его движениях есть что-то, что заставляет меня напрячься. – Нам придется изъять это, – заявляет важно, показывая папку. – Также вам, Тагаев, нужно проехать с нами для дачи показаний. Я бросаю взгляд на Камала и Зейна. Камал хмуро кивает, его губы плотно сжаты. Ему не нравится все происходящее, как и всем нам. Но выхода нет, сопротивляться сейчас не лучшая стратегия. Гораздо эффективнее действовать по закону. – Адвокат будет через час, – бросает Зейн, буравя меня взглядом. – Хорошо, – спокойно отвечаю я и смотрю на Игната. Он, казалось, замирает на месте, но через секунду словно оживает. – Я поеду с вами, – произносит твердо. Обэповец смотрит на него с недоумением. – Простите, но это не предусмотрено. – Я его адвокат, – отвечает Игнат, доставая из внутреннего кармана удостоверение. Его лицо остается невозмутимым, и даже я чувствую, что этот тон не терпит возражений. Двое полицейских переглядываются, но соглашаются. Отказать не имеют права. Но откуда у Игната адвокатская ксива? Очень интересно. Игнат следует за мной в машину, садится рядом. Его взгляд чуть напряжен, но он не произносит ни слова, пока машина не трогается с места. Когда мы сворачиваем на пустынную улицу, напряжение в воздухе становится густым, как дым. Я чувствую это, как дыхание зверя, притаившегося за спиной. Водитель что-то бормочет в рацию, но его голос дрожит, а движения теряют прежнюю уверенность. Игнат тихо наклоняется ко мне, его лицо остается бесстрастным, но в глазах сверкает хищный блеск. – Сиди тихо, – шепчет он натянуто. – Не шевелись. Машина резко тормозит, воздух разрывается визгом шин. Двери распахиваются, и двое в масках врываются внутрь, как хищники, почуявшие добычу. Я напрягаюсь, готовый броситься в бой, но Игнат быстрее. Его рука бьет первого нападавшего в горло с такой точностью, что тот оседает без звука. Второй замирает, но Игнат уже достает оружие, движение резкое, отточенное. – Назад, – рычит он, его голос звучит так, что даже я невольно подчиняюсь. – Трогай, – приказывает водиле. Нападавшие отступают, и машина снова продолжает движение. Водитель больше не делает попыток свернуть «не туда». – Идиоты, – бросает Игнат, держа полицейских на прицеле. Его лицо остается таким же спокойным, но я вижу, как по его виску стекает тонкая капля пота. – За углом останови и забудем друг про друга, как страшный сон. – Игнат упирает дуло в затылок водителю. – Я понятно объясняю? – Более чем, – отвечает второй. – Папку, – протягиваю руку и забираю компромат. Выходим из тачки, а та резво срывается с места. Кажется, пронесло. Я смотрю на Игната и понимаю, что этот человек только что спас мне жизнь. – Спасибо, брат, – протягиваю ему руку. – Это моя работа вроде как, – хмыкает он и ободряюще хлопает меня по плечу. – Кстати, у меня для тебя есть две новости. Хорошая и не очень. С какой начать?