Галинка
Оказалось, что расслабилась она рановато.
Фото, сделанное кем-то из поклонников у служебного входа в тот самый момент, когда Костя, отвадив Галинкиного незадачливого поклонника, приобнял её за плечи, облетело интернет. Десятки сайтов, пишущих о личной жизни звёзд, опубликовали этот снимок, снабдив его провокационным заголовком: “Жена Александра Белецкого закрутила роман с молодым певцом?”
Всюду о ней писали именно как о “жене Белецкого”, словно она была лишь придатком к своему звёздному супругу, а сама по себе не заслуживала внимания и не представляла ни малейшего интереса. Впрочем, по большому счёту так оно и было: ни она сама, ни её чувства никого не волновали, поскольку СМИ жаждали комментариев из уст Белецкого и его реакции на случившееся. Нахалы-журналисты буквально одолели Сашу звонками с просьбой внести ясность: таки они с женой уже разводятся из-за её юного любовника или пока решили повременить?
То, что Галинку с Костей сфотографировали, когда он просто по-дружески выручил её, и преподнесли этот момент как доказательство “любовной связи”, тоже порядком бесило. Даже мать, обычно далёкая от сплетен и слухов шоу-бизнеса, позвонила ей из Крыма, весьма и весьма обеспокоенная.
— Доню, що це ти видумала? З молодиком крутити романси? *
— Мама, — Галинка закатила глаза, — не говори глупостей. Это всего лишь домыслы жёлтой прессы.
— А з якого це дива він тебе так обіймає, майже обмацує! Я ж бачила фотографії, — возразила мать. **
— Там был совершенно неромантический контекст, — вздохнула Галинка. — Я тебе всё объясню…
— Дивися мені, Галю, але Сашка ображати навіть не думай. А то приїду і особисто тобі дам дрина! ***
С мужем, конечно, тоже пришлось объясниться, потому что отмолчаться или отделаться общими фразами в этот раз не получилось бы.
— Костя просто пытался защитить меня, — в очередной раз повторила Галинка свой рассказ. — Я ужасно растерялась, когда тот парень схватил меня и не хотел отпускать… Ты же знаешь, что фанаты порой ведут себя не совсем адекватно.
— Что ж, значит — Костя у нас со всех сторон молодец… и певец, и красавец, — иронично отозвался Белецкий, и Галинке захотелось поёжиться от этой его недоброй, какой-то отчуждённой иронии.
— Ну не думаешь же ты, — произнесла она с нарочитой небрежностью, — что все эти слухи о нас с Мироновым имеют под собой хоть какое-то основание? — и рассмеялась, хотя ей казалось, что даже дураку очевидно, как неестественно и жалко звучит сейчас её смех.
— Я знаю лишь одно, Галюша, — ответил он спокойно. — Ты — молодая и очень красивая женщина. Он тоже молод и красив. Для СМИ этого достаточно, поверь. Если протянешь им палец — они оттяпают всю руку. Так что… просто будь осторожна. Дашь им повод — и они с радостью изваляют тебя в грязи.
— Повод? — возмутилась Галинка. — Что ты имеешь в виду?
— Ничего. Я уже говорил, что доверяю тебе и уважаю. Но ты слишком открытая и доверчивая… Однажды это может сыграть против тебя. Против нас всех. Тем более, этот Костя… — он едва заметно поморщился, — на том отчётном концерте смотрел на тебя вполне мужским взглядом. Весьма недвусмысленно.
— Ты хочешь сказать, что… — растерянно пролепетала Галинка.
— Что ты ему явно нравишься, — закончил за неё фразу Белецкий. — И, к сожалению, это может быть заметно со стороны не только мне.
В общежитие она ехала с тяжёлым сердцем.
Лика, встретившая её в дверях и сразу же зазвавшая к себе в кабинет, выглядела искренне огорчённой.
— Снимок, который просочился в СМИ, был сделан человеком со стороны, — сказала она виновато, — мы, к сожалению, не смогли его вычислить. Но никто из наших здесь точно не замешан, за это ручаюсь! Просто… запретить тиражирование именно этого фото мы не можем, потому что тупо не контролируем процесс.
Галинка так крепко сцепила пальцы в замок, что они побелели.
— Стало быть, этот поток сознания уже не остановить? — тихо уточнила она.
— Увы, слухи и домыслы в шоубизе разрастаются быстрее, чем снежный ком, — вздохнула Солнцева.
Галинка подняла на неё глаза.
— Как ты считаешь — может, мне стоит дать официальное опровержение в СМИ? Ну, заявить, что у нас с Мироновым ничего нет и быть не может… Это заткнёт рты журналистам?
Лика нервно побарабанила по столу, прежде чем решилась заговорить.
— Хорошо, давай начистоту. Честно скажу — как бы ты ни отрицала очевидное, но… между вами с Костей действительно что-то происходит. Даже если ты не хочешь признаться в этом самой себе! — торопливо закончила она, вскинув руку в останавливающем жесте, поскольку заметила, как гневно раздулись Галинкины ноздри. — С ним всё давно ясно, парень увлечён тобой, такой умницей и красавицей, но вот ты… Галчонок, тебе же он тоже нравится.
Галинка вспыхнула:
— Не настолько же, чтобы нас можно было назвать любовниками! У меня с Мироновым исключительно деловые отношения.
Лика смотрела на неё с плохо скрываемым сочувствием.
— Да, я знаю, что ты верна своему мужу… по крайней мере физически. Ты не такой человек, чтобы бессовестно и беззастенчиво крутить интрижки буквально у всех на виду. Да и Сашу ты очень любишь, действительно любишь, я это тоже знаю…
— Тогда… чёрт возьми, почему ты навязываешь мне чувство к Косте? — голос у Галинки дрогнул.
— Должно быть, это действительно не моё дело, — Лика потёрла виски, — но мне кажется, что ты сейчас сама в себе запуталась. Просто ты ещё молода и достаточно неопытна…
— А вот это уже называется “эйджизм”, — сердито буркнула Галинка.
— Да нет, просто взгляд тётки, повидавшей жизнь, — улыбнулась Солнцева.
— У вас с Тимом было когда-нибудь подобное? Ты увлеклась другим человеком? Или… может быть, он увлёкся? — спросила Галинка осторожно.
— Нет, — спокойно и уверенно отозвалась Лика. — Я, конечно, отдаю себе отчёт в том, что у него море поклонниц, что в клипах он снимается с юными моделями и актрисами-красотками, но… я просто привыкла доверять ему даже больше, чем себе. Знаю, что этот человек никогда меня не подведёт. Он — моя единственная любовь… даже несмотря на то, что до него я успела сходить замуж.
— Ты была замужем? — удивилась Галинка.
— Да, хотя с Тимом мы познакомились и полюбили друг друга ещё в школе. Так получилось, что мы расстались. На долгие годы потеряли друг друга из вида… Затем снова встретились, я попала в его команду в качестве бэк-вокалистки. Вот тогда я и поняла, что не могу больше оставаться с мужем. Физически не могу. Тим был для меня всем… и остаётся всем до сих пор.
— Трудно было уйти от мужа? — спросила Галинка.
— Нет, я приняла решение и практически сразу его озвучила. Погоди-ка… ты меня пугаешь, — всполошилась вдруг Лика. — Ты что, хочешь уйти от Саши?!
— Нет, что ты! — перепугалась и Галинка. — Просто спросила. Я не пытаюсь примерить твою ситуацию на себя, не думай. Говорю же, с Костей у нас ничего нет и быть не может. А вот Саша… Саша для меня — примерно то, чем для тебя является Тим. Поэтому и я заговорила об опровержении в СМИ…
Лика кивнула, раздумывая.
— Полагаю, опровержение сейчас давать точно не стоит. На все вопросы журналистов отвечай просто и коротко: без комментариев.
— Но почему? Не проще ли покончить с этим раз и навсегда?
— Да потому что тебя сожрут, глупышка, — выдохнула Лика. — Начнёшь говорить о Косте, оправдываться — тебя забросают провокационными вопросами, разведут на эмоции или даже слёзы, затем сделают вывод, что что-то здесь нечисто… Ты пока не отрастила такие большие зубы, чтобы на равных сражаться с этими акулами пера, мать их, и клавиатуры. Опровержения — для людей с крепкими нервами и большим опытом общения с жёлтой прессой. Ты же… романтичная, мечтательная, трепетная натура! Галчонок, ты не сможешь цинично отбиваться от их расспросов и обязательно выдашь себя с головой, а это даст им повод обвинить тебя даже в том, в чём ты не виновата.
Галинка опустила голову.
— Что же мне делать?
— Делать морду кирпичом, выход тут только такой, — подмигнула Лика. — Если не подбрасывать свежих дровишек им в костёр — сплетни сами собой потихоньку утихнут. Им просто надоест переливать из пустого в порожнее.
Поразмыслив, Галинка тоже пришла к выводу, что не подбрасывать дровишек — вполне разумная идея.
Жаль только, что Костя так не считал…
После того, как состоялась памятная встреча с Белецким за кулисами, Костю словно подменили. Галинка могла только догадываться о причинах столь резкой перемены в его поведении, но, скорее всего, увидев её с мужем, он впервые по-настоящему осознал, что она принадлежит другому. Как бы то ни было, а Костя стал жёстким и резким; тот огонь в его глазах, который прежде так завораживал Галинку, теперь не на шутку её пугал. Он всё чаще смотрел на неё до неприличия откровенно и жадно, словно пожирал глазами, и ей всякий раз хотелось отвернуться или хотя бы заслониться ладонью.
Костя не оставлял попыток остаться с Галинкой наедине. Писал записки, в которых просил её прийти в душевую для очередного разговора, и незаметно передавал их во время занятий. Галинка рвала эти послания на мелкие клочки и, разумеется, никуда не приходила. Он бесился, писал ей снова и снова… и опять оставался ни с чем.
Тогда — возможно, от отчаяния — он начал откровенно наглеть. Мог подойти к ней прямо во время репетиции и прошептать на ухо какой-нибудь чересчур фривольный комплимент относительно её внешнего вида или озвучить свои смелые фантазии по её поводу, заставляя Галинку сгорать со стыда. Если бы всё это не происходило на глазах у всех, она, вероятно, нашла бы в себе силы осадить его или даже влепить пощёчину, но оставалось только сохранять внешнюю невозмутимость. Галинка начала по-настоящему бояться его тяжёлого взгляда, преследующего её. Господи, какой же дурой она была раньше, радуясь в глубине души его вниманию — ведь ей даже льстил интерес молодого красавца… Сейчас же необузданное, какое-то дикое желание в Костиных глазах всерьёз её пугало.
Наверное, стоило рассказать обо всём хотя бы Лике, но Галинка опасалась последствий. Ведь после такого Костю вполне могут вышвырнуть из проекта… а она, несмотря ни на что, не хотела перекрывать кислород по-настоящему талантливому парню. Уйти самой? Ужасно не хотелось подводить Лику, потому что смена наставника в процессе неизбежно вызвала бы отток части зрителей и могла неприятно повлиять на рейтинг.
И всё-таки Миронов подловил её однажды в женском туалете. Как и в прошлый раз, силой затащил внутрь кабинки и притиснул к стене.
— Я закричу сейчас, — заплетающимся от ужаса языком выговорила она. — Костя, что ты творишь?!
— Вы меня избегаете? — выдохнул он ей в лицо.
— По-моему, это совершенно очевидно: да, избегаю!
— Но почему? — по-настоящему удивился он. — Всё же нормально было.
— Ничего не было! — поражённо воскликнула она. — Что ты себе напридумывал?
— То, что я вам небезразличен, — невозмутимо ответил он. — Не станете же вы отрицать очевидное и уверять, что мне всё это показалось.
— Чушь! Костя, это полный бред! Я уже говорила тебе, что замужем и люблю своего мужа. Твои домыслы на мой счёт — всего лишь игра воображения. То, что ты вбил себе в голову, не имеет ничего общего с действительностью!
— Любишь мужа… — повторил он насмешливо. — Серьёзно? Он же старый уже. Что он может дать такой горячей штучке, как ты?
Галинка даже не заметила, в какой именно момент он перешёл с нею на “ты”, но замечание относительно Саши здорово её покоробило.
— Тебя это не касается! — огрызнулась она. — У нас всё прекрасно, слышишь?
— Ну да, конечно — “прекрасно”, — криво ухмыльнулся он. — Раз в неделю-то у него ещё встаёт? Или только по государственным праздникам?
— Да как ты… как ты смеешь, — вскинулась она, уже замахнувшись, чтобы врезать от всей души по этой наглой ухмыляющейся роже, но Костя спокойно перехватил её руку и ещё шире улыбнулся, словно всё происходящее его забавляло.
— Ничтожество! — выплюнула она ему в лицо со всей ненавистью, на которую только была способна. — Думаешь, раз ты сильнее физически, то тебе всё можно?
— Ух, какой темперамент… ты всё больше меня заводишь, — продолжал издеваться он.
— Если бы ты знал, как омерзителен мне сейчас, — выговорила она с неподдельным отвращением.
— Да ладно тебе кривляться. Мы же оба знаем, что ты хочешь этого не меньше, чем я. Но почему-то ломаешься и кокетничаешь…
— Ты больной? — поразилась она. — Ты действительно думаешь, что я просто притворяюсь и набиваю себе цену?
А Костя вдруг стал предельно серьёзным, даже печальным.
— Я не знаю, что со мной происходит, — сказал он без обычной своей иронии. — Но я точно знаю, что раньше ты была другой. Я же видел, что тебя тянет ко мне. Что, чёрт возьми, сейчас-то не так?! Что изменилось?! — выкрикнул он, уже не беспокоясь о том, что их могут услышать.
Галинка вырвалась наконец из его захвата и распахнула дверь кабинки, собираясь немедленно уйти. Костины руки безвольно опустились, позволяя ей сделать это. Однако напоследок Галинка всё же обернулась.
— Пожалуйста, забудь всё, что ты себе напридумывал, — попросила она. — Между мной и тобой ничего нет и быть не может. Никогда!
— Ну, это мы ещё посмотрим! — запальчиво возразил он; его глаза знакомо и опасно вспыхнули, и Галинка торопливо шарахнулась в сторону, боясь, что он сейчас снова схватит её.
— Всё равно ты будешь моей! — неслось ей в спину. — Я тебя рано или поздно получу. Отобью у твоего перестарка, слышишь?! У всех отвоюю! И не говори потом, что я тебя не предупреждал…
* “Дочка, ты что это удумала? С молодым шашни крутить?” — перевод с украинского.
** “А чего тогда он тебя так по-хозяйски обнимает? Почти лапает. Я же видела на фото!” — перевод с украинского.
*** “Смотри мне, Галя, Сашу обижать не вздумай! Не то приеду и лично тебе задницу напорю!” — перевод с украинского.