Глава 18. Не принц, а принцесса

— Бесик, — Ксюша сама не знала, сколько лежала  и не шевелилась, распростертая на кровати. Злость, возникшая сразу после того, как Баллам исчез, уже успела смениться на тревогу, а тревога на опустошенность. — Бесик, — повторила, старательно заполняя неприятную тишину звуками собственного голоса.

— Да, госпожа, — создание проявилось неловко, валилось.

— Ты не знаешь, где твой господин? Он еще не вернулся? — девушка меланхолично перевела взгляд на окно. Ее не покидало чувство потери, словно забрали что-то очень важное из ее жизни. Даже волчица внутри тоскливо скулила. 

— Нет, госпожа. 

— А ты искал его? — спросила, заставляя себя подняться с постели, прикрываясь покрывалом. 

— Нет, — бес замотал головой. 

— Поищи, хорошо? 

— Хорошо, — покорно согласился слуга, морщась от тех эмоций, что чувствовала хозяйка. 

Юная волчица неторопливо подошла к шкафу и одела мягкую объемную футболку. 

— Что вы хотели, Эира? — спросила до того, как демоница постучала в дверь. 

— Пригласить к ужину, вы проспали половину дня, — произнесла с укором. 

— Я скоро спущусь, — холодно ответила Ксюша - злилась на Эиру. — Я буду ужинать в маленьком кабинете, столовая мне не нравится, — сообщила, открывая дверь и проходя мимо. 

— Как скажете. 

Эира вошла в малую гостиную беззвучно, ее выдавало  позвякивание приборов о серебряный поднос. 

— Принц Балаам тоже любит это кресло, — произнесла примирительно. 

И действительно из десятка мест, куда юная волчица могла бы присесть, низкое, глубокое кресло было самым комфортным. Теперь выбор не казался случайным, здесь отчетливо слышался запах демона — успокаивал.  

— Не обижайтесь на меня, — кухарка составляла на подкатной столик тарелки. — Разве я могла отказать господину в его задумке? Господин Астарот сильно вас напугал? 

— Нет, — с равнодушием взглянула на еду девушка. 

— Приятного аппетита. 

— Спасибо, — Ксюша не поняла как, но в один момент вынырнула из тумана, высасывающего всю радость. — Я не в обиде, — остановила Эиру, — но больше так не делайте, хорошо? — она смогла улыбнуться.

— Конечно, — заверила демоница. — Что-то еще принести? 

— Нет, спасибо. Мне этого хватит, — ответила девушка, приступая к трапезе в привычным ей аппетитом. — Очень вкусно, — похвалила, пробуя первый кусочек мясо. 

— Принц очень любит мясо, поэтому я не могу готовить его плохо. Не простит, — Эира поклонилась и вышла. 

Подхватив незнакомый ей овощ, Ксюша рассмотрела подобие стручковой фасоли со всех сторон, принюхалась и положила в рот:

— Неплохо, — заключила пережевывая. 

По вкусу пришлись и разноцветные дольки фруктов, как Земных, так и экзотических. 

После ужина девушка дала волю волчице и, обратившись, носилась по низкой траве, петляла между раскидистых деревьев, радуясь свободе. Здесь, в Преисподней не нужно было прятаться, стесняться своего второго обличья — в полной мере наслаждаться порывами свежего воздуха, разнообразными запахами, будоражащими зверя, гоняться за мелким зверьем, резвиться, как это делают оборотни—подростки, под присмотром старших. Но инстинкт самосохранения не позволил Ксюше прогуливаться ночью. Белая волчица возвращалась с прогулки по траве, игнорируя широкую аллею; выбрав между шелка зеленого ковра, и мелких, безжизненных камней. 

— Рыбка! — разнеслось эхом. От реки надвигалась внушительная фигура. — Что, не узнаешь? — спросил Астарот со смехом. — Ты не гневись, маленькая рыбка. Это Бал попросил тебя напугать, — он в воздухе обернулся вокруг своей оси. — Так я выгляжу, когда хожу развлекаться к людям.

Перед Ксюшей грациозно спланировал мощный мужчина, довольно симпатичный, со светлыми кудрявыми волосами, изъяном в нем можно было назвать широкий нос и слишком наглый взгляд. 

 — А ты молодец, не из трусливых, — похвалил демон. — Бал дома? — спустился чуть ниже. 

Волчица отрицательно покрутила головой.

— Понял. Ну удачи, рыбка. Прелесть как ты хороша, жаль, что не моя.

Волчица предупредительно зарычала, прижав уши.

— Еще и верная. Почему самым дрянным везет больше всех? — бросил вопрос в никуда, поднимая  взмахом крыльев сухие листья и мелкие веточки.  — Вот всегда так, — громогласно ворчал. — Красивая, верная, экзотичная, так еще и его.

После этих слов волчица неслась в сторону особняка не жалея лап, влетела, в предупредительно распахнутую привратником дверь и забежала по лестнице. Присутствие и внимание другого демона пугало зверя и человека. Без Балаама чувство безопасности возникало лишь за толстыми каменными стенами.

— Бесик, — приняв душ и приведя себя в порядок, Ксюша вновь позвала слугу. — Бесик, ты встретился со своим господином? — спросила, еще не дождавшись появления неуклюжего создания в спальне. — Ну что ты молчишь?

Бес отрицательно дернул головой:

— Я не чувствую его.

— И что это может значить? — девушка вымученно улыбалась.

— Он в ловушке. Ну, или…

— Подожди, — прервала волчица, не разрешая озвучить мысль слуге, — а ты искал его у меня дома? В долине? 

— Искал.

— А как часто твой господин пропадал вот так? 

— Никогда. Но я на службе у принца Преисподней лишь двадцать лет. Я узнаю у других, — бес кривился от боли хозяйки будто от своей. 

И волчица ждала. Спать ей недавало вернувшееся чувство тревоги. Настолько пугающее, что Ксюше приходилось уверять себя, что в этот самый момент с Балаамом не происходит ничего дурного. Она пыталась волноваться за себя, и фантазировала, как ужасно сложится жизнь узницы в особняке без его хозяина, и как быстро заявится Астарот с претензиями на «маленькую рыбку», но и эти мысли не приводили к мелкой дрожи, не заставляли прислушиваться к малейшему шороху, замирать в тревожном ожидании Балаама.

— Госпожа, завтрак в малой гостиной. В кабинете, — голос Эиры проникал сквозь закрытую дверь спальни.

— Какой завтрак? 

— Уже утро, госпожа.

Ксюша удивленно вскинула тонкие брови глядя на розовый рассвет и ставшие уже привычными фиолетовые облака — она и не заметила, как просидела несколько часов блуждая по рисунку покрывала невидящим взглядом.

— Буду через десять минут, — она подошла на онемевших ногах к зеркалу, обеспокоенно всматриваясь в свое отражение. Что же с ней происходит? — Эира, принеси завтрак в библиотеку, и мне нужен кто-то, кто переведет с языка демонов. 

— Я могу перевести, госпожа, — предложила свои услуги кухарка. — Завтрак будет ожидать в библиотеке через пятнадцать минут. Вы же захотите принять душ? 

— Да, — волчица прислушалась к совету. Горячие струи били по нежной коже, поднимаясь паром к потолку. Если закрыть глаза, то девушке представлялись объятия Балаама, жар, исходящий от смуглой кожи с алыми разводами. Но тепло воды не было похожим на то, что Ксюша испытывала при прикосновенях принца. Она не могла вспомнить, что могло бы сравниться с тем пикантным чувством.

— Что вы хотели прочесть? —  уточнила Эира, указывая на бутерброды с мясом и кружку чая. 

— Я хочу знать о парах Высших демонов. Только правду, — девушка обхватила пальцами толстостенную посудину. 

— Хм, — Эира присела, спросив перед этим разрешения, — я думаю, об этом должен рассказывать сам принц…

— Я не уверенна, что он не приукрасит реальность.

Демоница понимающе рассмеялась: 

— Но я буду очень осторожна в высказываниях. Не хотелось бы навлечь гнев господина, — предупредила. 

— Тогда расскажи мне о других парах. Как они живут? 

— На моей памяти вы вторая избранная. Больше тысячи лет ни один демон не встречал свою половину. 

— А кто первый? 

— Великий маркиз Андрас, — Ксюша улыбнулась и чуть было не спросила, а все ли Высшие демоны великие? — Его парой оказалась ведьмой. 

— О-о-о, они же…

— Да, все верно, ведьме нет повода доверять демону. Поэтому притирки в отношениях растянулись на несколько десятилетий. Лишь когда их сын — Эрик стал уже взрослым, Маркиз и его избранная нашли общий язык, и не так давно вернулись в Преисподнюю. 

— Ты так много знаешь о них, — Ксюша не заметила, как надкусила бутерброд и запила его чаем. 

— Ничего странного, о тех событиях, что случаются раз в тысячу лет знают все и в малейших подробностях. 

— Значит, и обо мне все скоро узнают? — спросила девушка, хитро прищурившись, пытаясь скрыть свою проверку за нервным смехом.

— Что знает Астарот, знает и поганый бес, — рассмеялась Эира. — Только не говорите принцу, что я так выразилась, — осеклась.

— Не расскажу, обещаю. 

— Так о чем прочесть? — демоница поднялась из-за стола. 

— О призывах. 

— О призывах, — повторила кухарка, двигаясь вдоль стеллажей. — Вот это подойдет. Господин разрешает пользоваться его библиотекой, — пояснила свои уверенные действия.

Демоница читала по строчке и сразу переводила, рассказывала об опасностях, что хранят неумелые действия того, кто призвал демона. Читала об обрядах, показывала колдовские круги — обучая основам и демонстрируя те знаки, которые меняются в зависимости от ранга и силы демона. 

— Мне пора готовить обед, госпожа, — спустя несколько часов упорной работы над фолиантами, Эира несмело взглянула на дверь. — Принц будет в ярости, если я вас не накормлю. Я могу найти того, кто знает язык Высших демонов.

— Не нужно, — юная волчица придвинула книгу. — Этих знаний мне пока хватит. 

Из всего, что она услышала, напрашивался вывод: Балааму вряд ли что-то угрожает, и в данный момент ее отец пытается договориться с принцем, а судя по тому, что тот не возвращается вторые сутки — переговоры безрезультатны

— Бесик, — вновь позвала слугу. 

— Я еще не чувствую господина, — бес опередил вопрос, смотря на хозяйку виновато. 

Девушка качнула головой, прислушалась к себе. Нестерпимая серая тоска медленно истлевала, возвращая волчице привычное игривое настроение. Совершенно без причины и объяснений. 

— Почему так происходит? — потрогала руками лицо, приложила ладонь в область, где билось сердце. Щелк и срабатывал невидимый тумблер, что переключал настроение. Сейчас юная волчица искренне не понимала, как могла несколькими минутами ранее беспокоиться о том, кто похитил ее и удерживает в своем жилище силой. Желание же досадить великому и ужасному вновь приятно защекотало где-то в животе. Вернулся аппетит, болезненно стягивая желудок голодом.

После плотного ужина девушка спала глубоким крепким сном, таким как и прежде до встречи с демоном, пока на нее не навалилось что-то тяжелое и горячее: 

— Доброе утро, Ксения, — сквозь сон шептал чуть хрипловатый голос Балаама.

Изумленно распахнула глаза, Ксюша спрятала за одеялом пылающие щеки:

— Доброе, — ее губы невольно растянулись в улыбке. — Я ждала… — смутилась окончательно, замолчала и спросила: — Как прошла встреча с моим отцом? 

— Ну-у-у, — демон сморщил нос и скривил губы, — отлично. 

— А по тебе не скажешь, — фыркнула Ксюша, отползая к изголовью кровати.

Девушка прислушивалась к себе, к тому, что происходило в ее сердце. Легкость. Радость. Небольшая злость, крохотная, кажущаяся неуместной.

Принц поднялся с постели и присел на край:

— Просто мне нужно принять душ. Даже Высшим демонам не стоит пренебрегать гигиеной. Увидимся за завтраком.  

— А что сказал мой отец? — крикнула девушка вдогонку. — С ним все в порядке? 

— Все за столом, я жутко голоден.

Нетерпеливая молодая волчица собралась первой, она выбежала в коридор и замерла напротив комнаты Балаама. За стеной слышался плеск воды.

— Не принц, а принцесса, — фыркнула. — Разве можно так долго собираться? — подперла спиной стену, борясь с желанием ворваться и начать расспрос. 

Плеск прекратился — струя воды звонко била о каменную поверхность душевой кабины.

Прошла минута, за ней другая, а за ней следующая.

Ксюша не слышала ни шагов демона, ни шуршащего звука одежды — приблизилась, схватилась пальцами за холодную ручку, вздрогнув всем телом от остервенелого крика и звука бьющегося стекла. 

— Проклятая ведьма! — за выкриком последовал болезненный хохот, подталкивающий девушку войти. 

Обнаженный принц стоял к ней спиной, он дернул окровавленной рукой, отправляя крупный осколок зеркала под комод. Но не вид алой крови тонкой струйкой, стекающей на пол, заставил девушку затрепетать ресницами, сдерживая слезы:

— Кто это сделал?!  

— Угадай?! — спросил Балаам с вызовом, поворачиваясь к девушке лицом и распахивая изломанные крылья, вывернутые под неестественным углом, изуродованные, стряхивая клочковатые тусклые перья. 

— Я не знаю, — Ксюша незаметно смахнула слезинку. — Мой отец?! — высказала предположение. — Но, он не мог. 

— Плохо же ты не знаешь свою семью, — демон методично вырывал поломанные перья и отбрасывал их в сторону. — Твой отец вместе со старой волчицей ездили к ведьме, как ты думаешь, зачем? — руки тащили крылья из-за спины, словно стараясь вырвать их с корнем. 

— Хватит! — не выдержала юная волчица. Ее сердце разрывалось от боли, глядя на то, как Балаам истязает себя. Она сделала шаг навстречу, еще один. — Не делай так, — осмелела и подбежала, обхватила мужской торс руками. — Пожалуйста, не делай так больше. Я не могу на это смотреть. 

— Так не смотри, — огрызнулся принц, но не шелохнулся, не оттолкнул. — Твоя семья искала способ избавиться от меня. И у них почти получилось. 

А Ксюша слушала, прижимаясь щекой к мужской шее, вкладывая всю силу в объятия. 

— Они пытаются меня защитить. Ты бы тоже защищал свою дочь, я уверена, — и волчица не врала, она действительно так думала. Что-то подсказывало ей, что принц Преисподней никогда не оставит тех, кого считает своими. 

— Возможно, — демон раздраженно мотнул головой. 

Ксюша осмелилась поднять взгляд и незаметно, чтобы не оскорбить, осмотреть крылья. Бросала короткие взгляды, часто-часто моргая: 

— Что они сделали с тобой? — спросила, сглатывая обиду и слезы. 

— Лишили сил, Ксения, — Балаам смотрел поверх девичьей макушки, не отвечая на взгляд. 

— Но разве так можно? Ты же принц Преисподней, — прошептала.

— Можно, если найти ведьму древнего рода. Настолько древнего, что у дочерей этого рода хватило ума выжить и сохранить знания, с которыми не стоит шутить, — демон зло улыбнулся, перенял инициативу — сам обнял девушку. — И твоя прабабка добавила что-то еще в чашу со сбором для обряда, я не успел заметить, даже запах не уловил — меня выбросило прямо на тебя, — он убрал изломанные крылья. — Не удивлюсь, если она хотела отправить меня в Чистилище. 

Ксюша вскинула голову:

— В Чистилище? — спросила растерянно. 

— Угу, пришлось бы прогуляться. Но прогулка могла затянуться на несколько Земных десятилетий. И я бы вернулся, — произнес с угрозой. — Рано или поздно, но вернулся. 

Ксюша плотнее прижалась к обнаженной груди, съедаемая противоречивыми чувствами. Ей было невыносимо жаль Балаама — принца Преисподней, демона сильного и гордого. Его изуродованные крылья словно отражали то, что сейчас творилось в его душе. И ей были понятна чувства и действия родных, хоть они и вызывали гнев. 

— И что мы будем делать?  Чем я могу помочь?

Когда первые эмоции начали чуть утихать, девушка ощутила неловкость положения, в котором сейчас находилась. Она ведь обнимала обнаженного мужчину. Абсолютно голого — к бледным щекам не просто вернулся румянец, а вспыхнул на них ярко-ярко. 

— Оденься, я пока уберу, — отпрянула и склонилась, собирая с пола перья.

— Не нужно, я сам, — фыркнул принц. 

— Мне несложно. Я не хочу, чтобы ты их трогал, это приносит адскую боль даже мне — прошептала волчица и рассмеялась. — Адскую, — хмыкнула, поднимаясь и складывая перья в мусорную корзину под письменным столом. 

Кожей Ксюша ощущала взгляд демона, первое время он молчаливо наблюдал за ней: 

— Об этом никто не должен знать за пределами особняка.

— Я понимаю.

— Нет, — принц резко развернулся и прошел к платяному шкафу, — вряд ли понимаешь, насколько опасно твое нахождение здесь. Если кто-то из Высших узнает о моей… — призадумался и процедил сквозь зубы, — … проблеме. Начнется война за мои, — он вновь замолчал, — наши земли. Легионы выстоят некоторое время, но без подпитки моей силой и без моего участия в битве — проигрыш стопроцентный, — рассказывал, нервными движениями надевая брюки. — А еще легионы скоро начнут голодать. А что происходит, когда голодают десятки тысяч душ? 

— Я не знаю.

— Они становятся неуправляемыми, ищут пищу в другом месте. Они начинают поглощать друг друга, нападать на более слабых.

— Но! — воскликнула Ксюша, сжав тусклые перья в ладонях. — Но сейчас же в Преисподней есть ведьма. Пара какого-то… э-э-эм, маркиза! Если одна ведьма лишила сил, другая же может вернуть их? — уточнила с надеждой.

Принц хмыкнул, улыбнулся и продолжил одеваться:

— Если я обращусь к Андрасу, он первый же захочет расширить свои владения. За счет наших, — придирчиво выбирал рубашку. — А ты время не теряла в мое отсутствие. Кто тебе рассказал о маркизе.

— Эира.

— Я всегда ее считал умной демоницей, — одну за одной Балаам застегивал пуговицы. — Разве построение дружественных отношений с хозяйкой нельзя назвать шагом умного человека? — он не дождался ответа. — Иди завтракать, Ксения, мне предстоит много работы. 

— Но… я бы хотела помочь, — демон закончил с одеждой, а волчица с уборкой. 

— Если хочешь, пожалуйста, — он пожал равнодушно плечами.

Юная волчица в привычном жесте гордо вскинула подбородок и ответила с вызовом: 

— Да, я хочу. Что нужно искать? — поинтересовалась, поспевая за широким мужским шагом. — Я не умею читать на вашем языке, — ходила вокруг огромного стола в библотеке, — но, если ты мне покажешь символы, которые нужно искать… — затараторила, всматриваясь в корешки потертых фолиантов.

— Ты меня удивляешь каждую минуту, — обронил Балаам. — Ищи вот этот знак, — протянул книгу, демонстрируя колдовской круг. — И этот — ведьмин знак, — указал на контур трилистника. — Ту часть библиотеки осматривает привратник. На тебе эти стеллажи, а я пока осмотрю здесь, — демон покрылся дымкой, мерцнул, но не смог перенестись, лишь рывком преодолел расстояние около метра и будто ударился о стену.  — Нужно привыкать, — прорычал, шагая к полкам. 

Еще никогда с таким усердием Ксюша не интересовалась содержанием книг. Она осматривала обложку, перелистывала оглавления и просматривала картинки, и если находила что-то, возбужденно спрашивала:

— Эта подходит?

— Да, — коротко отвечал демон. 

Вскоре принц Преисподней сел за стол. Балаам кривился, перекладывая книгу из одной стопки в другую. Брал следующую, плотно сжимал губы, перед тем как раскрыть — перелистывал оглавление и вновь кривился. Но один том привлек его внимание, демон не просто ознакомился с оглавлением и пробежался взглядом по диагонали, а внимательно вчитывался. И чем дольше он читал, тем мрачнее становилось его лицо. 

— Привратник, — Балаам прикрыл том, когда тот появился у стола, и заговорил на незнакомом для волчицы языке: — аш-штэрона уикр хиксрод, Ксена. Урт? — последнее он спросил со злостью. — Понял? — переспросил с той же интонация.

— Да, — привратник кивнул седой головой.

Не сдержав любопытства, Ксюша взяла первую попавшуюся книгу с полки и подошла к столу:

— О чем ты его попросил? — на самый верх стопки положив том. 

— Не попросил, а приказал.

— Что ты ему приказал? — девушка заглядывала через мужское плечо.

— Тебе не нужно об этом знать.

— Я же слышала свое имя. Ксена. Вы говорили обо мне.

Балаам молча листал.

— Ты что-то еще узнал, да? 

— Нет. 

— Я чувствую твою ложь, — вспыхнула Ксюша. — И она чувствует, — приложила ладонь к сердцу. — Моя волчица чувствует тебя. Ты боишься, — не стала говорить вслух, произнесла одними губами. — Она чувствует тебя, — повторила восторженно. Обхватила лицо демона руками и развернула к себе. — Почему? Спадает защита, о которой ты говорил, да? 

— Верно, — согласился принц. — Ирония судьбы, — хмыкнул, мягко убирая девичьи руки от лица и возвращаясь к делу. Он не глядя переложил том, который девушка только что принесла. 

— Я хотя бы одну нужную книгу нашла? —спросила, прислушиваясь к водовороту эмоций внутри себя — они смешивались и было трудно определить, где чья. Волнение — чье оно? А злость? А нежность? Беспомощность? 

— Одну из пятнадцати, — Балаам переложил следующий том. 

— А почему ты мне сказал об этом? Я же только отнимаю время!

— Мне нравится твоя забота, она стоит любого времени, — демон говорил, не поднимая головы, а юная волчица дважды за день пыталась скрыть слезы. Но сейчас они не приносили неприятных ощущений. 

— Теперь я буду отбирать тщательней. Я боялась, что-то пропустить, — бормотала в свое оправдание. 

В поисках прошел световой день, в библиотеке зажглись желтоватым множество ламп. Балаам вставал из-за стола дважды и оба раза он возвращался спустя несколько минут. Из огромных окон в помещении уже было трудно что-то рассмотреть в кромешной тьме.

— Иди спать, — наконец демон заговорил, растирая шею. 

— А ты? — Ксюша тоже не позволяла себе отдых.

— А мне сон не нужен, — ответил принц, поднимаясь и прохаживаясь туда-сюда.

— Думаю, ты ошибаешься. Это раньше тебе не нужен был сон, а сейчас я вижу, что ты устал. Балаам, — обращением по имени она привлекла внимание демона, — ты зевал. Я видела.

Он перестал размахивать руками, остановился, уставился расфокусированным взглядом перед собой:

— Ты, наверное, права, — произнес растерянно. — Но у меня нет времени на отдых, — быстрым шагом вернулся к столу. — Иди спать, Ксения. Ты правда больше ничем не сможешь помочь. 

Как бы Ксюше не хотелось встать в позу, и не сказать, что она никуда не уйдет, но Балаам был прав.

— Хорошо, — согласилась шумно выдохнув. 

В теле девушки действительно чувствовалась усталость, но вряд ли ей бы удалось уснуть. Все мышцы сковало невыносимое напряжение. Зверь внутри просил человека дать ему волю. Но волчица постаралась заменить прогулку теплой расслабляющей ванной. 

Откинувшись на высокий бортик, Ксюша прислушивалась к тихому разговору в библиотеке. Балаам вызывал слуг, говорил, что-то все на том же непонятном грубом языке и вновь оставался один. В моменты абсолютной тишины девушка распахивала глаза и выпрямляла спину, но слуха достигал очередной хлопок книги или утробное рычания, и она возвращала прежнюю позу. И так происходило бесчестное количество раз. Не выдержав, Ксюша наспех обтерлась полотенцем, накинула халатик и вышла из спальни.

— Тебе нужен отдых, — произнесла громко, упирая кулачки в бока. — Нужен полноценный сон, — остановилась в двух шагах от Балаама, обвела взглядом десятки раскрытых книг, сдвинула листы с записями и присела на край стола. — Ты больше не всемогущий… — осеклась. — Прости, я…

— Ты все правильно сказала.

Девушка сморщила носик. 

— Пойми, — она склонилась. Провела теплой ладонью по уставшему мужскому лицу, пригладила взъерошенные темные волосы — я… я не знаю, как сказать. Сказать, чтобы тебя не обидеть.

Принц Преисподней изогнул губы в болезненной ухмылке и прохрипел: 

— Меня еще никогда не боялись обидеть, — отвернулся.

— Не делай так. Не нужно отворачиваться, — Ксюша гневно воскликнула, заставляя принца посмотреть ей в глаза. — Я… — она не нашла слов, склонилась и поцеловала твердые, упрямо сжатые губы. 

— А еще меньше мне нужны поцелуи из жалости, — отстранился демон.

— Как скажешь!