Глава 4

Захлопнув дверь своей квартиры, я прислонилась к ней спиной, чувствуя, как подгибаются колени.

Собеседование с Дороховым оставило после себя ощущение, будто я только что танцевала с тигром — завораживающе и смертельно опасно.

Его пронзительный взгляд, от которого по коже бежали мурашки, властный тон, заставляющий внутренности сжиматься, эта дьявольская улыбка… Всё это кружилось в голове, не давая собраться с мыслями.

Я начала медленно оседать на пол…

Закрыла глаза, но тут же распахнула их — перед глазами возник его образ. Высокий, широкоплечий, с этой небрежной элегантностью хищника. Темные волосы, которые так и хотелось растрепать еще больше… Чёрт! О чем я вообще думаю?

— Ты с ума сошла, Алиса, — пробормотала я, поднимаясь и направляясь на кухню. Мне срочно нужен был кофе. Крепкий, как виски, и горький, как мое здравомыслие.

Пока закипала вода, достала телефон. Марина ответила после первого гудка, словно ждала моего звонка:

— Ну как? Колись давай! Получила работу? Как он? Красивый? Я видела его фотки в Forbes, но вживую же совсем другое дело!

— Марина… — я выдохнула, пытаясь собраться с мыслями. — Он… он опасный.

— В смысле? Он что-то сделал?

— Нет, не в этом смысле. Он… — я замолчала, подбирая слова. — Знаешь, как в фильмах показывают акул? Грациозные, красивые, завораживающие. И смертельно опасные. Вот он такой.

— Господи, Алиса, — Марина присвистнула. — Звучит горячо! И что, прям такой секси-властный-опасный, как в романах?

— Хуже, — я отхлебнула кофе, вспоминая, как Дорохов смотрел на меня — словно видел насквозь, до самых потаенных мыслей. — Он… он как чертов хищник, Марин. Каждый жест, каждый взгляд… Он не играет во власть — он ею живет.

— И ты согласилась? — подруга затаила дыхание.

— Согласилась, — я нервно рассмеялась. — Подписала контракт. Можешь считать меня официально сумасшедшей.

— Рассказывай все! — потребовала подруга. — Как прошло собеседование? Что он говорил?

Я прикрыла глаза, снова погружаясь в воспоминания.

Его кабинет, пропитанный ароматом дорогой кожи и власти. Тот момент, когда он встал из-за стола и подошел ко мне — грациозный, опасный…

— Он играл со мной, Марин. Всё собеседование! Провоцировал, испытывал… А я… я огрызалась как последняя дура! — я застонала, вспоминая свою дерзость. — Назвала его самодовольным миллиардером. Прямо в лицо!

— И что он?

— Рассмеялся. Сказал, что ему нравится мой огонь, — я почувствовала, как щеки снова заливает румянец. — Господи, как он это сказал… Его голос… Марин, он же опасен! Реально опасен.

— Для твоего сердечка — точно, — хихикнула подруга. — Ты уже влюбилась?

— Не неси чушь! — возмутилась я, но щеки предательски вспыхнули еще ярче. — Он мой босс. Просто босс.

— Ага, просто босс. Который будет жить с тобой на одной яхте. И от которого у тебя уже дрожат колени…

* * *

— Заткнись! — я швырнула в стену скомканную салфетку. — Ничего у меня не дрожит!

Но внутренний голос предательски нашептывал, что Марина права. Было что-то в Дорохове… что-то первобытное, звериное, от чего все инстинкты кричали "беги!", а тело предательски тянулось навстречу.

— Ладно-ладно, — рассмеялась Марина. — Но серьезно, Алис, будь осторожна. Такие мужчины… они как огонь. Красиво, но обожжешься — мало не покажется.

После разговора я мерила шагами квартиру, пытаясь привести мысли в порядок. Собирала вещи, сортировала документы — все что угодно, лишь бы занять руки. Но мысли упорно возвращались к нему.

Максим Андреевич Дорохов. Даже его имя звучало как приговор. Я вспомнила, как он протянул мне контракт, как наши пальцы на мгновение соприкоснулись… Это было похоже на удар током — мимолетный, но обжигающий.

— А что, если он такой же, как Виктор Павлович? — прошептала я, замерев с платьем в руках.

Но нет. Дорохов был другим. В его взгляде не было той липкой похоти старого извращенца. Его желание было… иным. Опасным, властным, но честным. Он не притворялся — он просто брал то, что хотел.

"Готовы ли вы продаться?" — его слова снова зазвучали в ушах, и по спине пробежал холодок. Я вспомнила, как он смотрел на меня в тот момент — словно прикидывал цену. Не в денежном эквиваленте — нет, ему явно было интересно, сколько я стою как личность. Насколько сильна моя воля, насколько глубока страсть…

Черт. Я тряхнула головой, пытаясь избавиться от наваждения. Это просто работа. Просто контракт. Ничего личного.

Я подошла к шкафу, распахнула дверцы. Что берут с собой на яхту миллиардера? Особенно если этот миллиардер смотрит на тебя так, словно уже знает вкус твоей кожи?

"Оденьтесь… соответственно," — его слова эхом отдавались в голове. Я достала короткое черное платье, купленное для какой-то корпоративной вечеринки, но так и не надетое. Слишком смело, слишком откровенно…

— Нет, — я решительно отбросила платье. — Не буду давать ему повод думать, что я из таких.

Но внутренний голос ехидно поинтересовался:

"Из каких — таких? Из тех, кто уже представляет, как его сильные руки…"

— Заткнись! — рявкнула я в пустоту квартиры.

Телефон снова завибрировал. Сообщение от неизвестного номера: "Завтра в 9:00. Порт "Адмирал". Опоздание недопустимо. М.А.Д."

Даже его инициалы звучали как предупреждение. О да, это определенно подходило Дорохову.

Я рухнула на кровать, уставившись в потолок. С фотографии на тумбочке смотрели родители — счастливые, гордые. Что бы они сказали, узнав, что их дочь собирается уплыть в закат с мужчиной, один взгляд которого заставляет ее колени подгибаться?

— Прости, мама, — прошептала я, проводя пальцем по фотографии. — Но, может быть, это мой шанс? Шанс найти что-то настоящее?

"Или сгореть дотла," — добавил предательский внутренний голос.

Я встала и решительно продолжила сборы. Аккуратно сложила в чемодан деловые костюмы, несколько летних платьев, купальники… На секунду замерла, размышляя над нижним бельем. В итоге выбрала самое элегантное, но не вульгарное.

"Это просто на всякий случай," — убеждала я себя, складывая черный кружевной комплект.

— Я справлюсь, — сказала я своему отражению в зеркале. — Я сильная. Я умная. Я не позволю какому-то самоуверенному миллиардеру…

"Какому-то?" — мое отражение, кажется, насмешливо приподняло бровь. — "Да ты уже час думаешь о том, как его руки…"

— Господи, я схожу с ума, — простонала я, отворачиваясь от зеркала. — Уже с собственным отражением разговариваю.

Закрыв чемодан, я почувствовала странную смесь страха и возбуждения. Словно стою на краю пропасти, и внизу не камни, а бархатная тьма с привкусом дорогого одеколона Дорохова.

Я легла в постель, но сон не шел. Перед глазами снова и снова возникало его лицо — властное, красивое до неприличия. Эта небрежная щетина, от вида которой пальцы зудели — провести, почувствовать, как она колется… Эти губы, изогнутые в хищной усмешке…

— Черт! — я резко села на кровати. — Так, Алиса, хватит! Это просто работа. Просто контракт.

Но даже в темноте спальни я вспоминала его взгляд — обжигающий, изучающий, обещающий.

"Вопрос в том, какую цену вы готовы заплатить за свою свободу?"

Я сглотнула, вспоминая, как он произнес эти слова. Что он имел в виду?

"Потому что ты знаешь, — опять шепнул издевательский внутренний голос, — что с таким мужчиной любая цена будет оправдана…"

— Спать! — скомандовала себе. — Немедленно спать!

Но даже закрыв глаза, я чувствовала фантомное прикосновение его руки, когда он передавал мне ручку для подписи контракта. Помнила, как дрогнули его зрачки, когда я дерзко ответила на его провокацию…

Завтра. Завтра все изменится. И я была готова к этим изменениям.

Кажется.