Глава 29

— Нил!

Я залетела в спальню правителя Лаэрда без предупреждения и застала того почти без одежды.

— Упс! Ты бы запирался, что ли, — промычала я, заливаясь краской и отворачиваясь.

— Хм, да я как бы не ожидал внезапных гостей, — хмыкнул он, проворно натягивая рубашку и штаны. — Какими судьбами, милая жёнушка?

— Нил, нам надо поговорить, — начала я, но поняв, что серьёзный разговор не удастся, если так и буду стоять спиной, решила подождать, пока Его величество соизволит полностью одеться. — Ну всё, что ли?

— Всё.

Оборачиваюсь. Стоит мой драгоценный муж во всей красе и нисколько не смущается неожиданного стриптиза, тогда как я все ещё пылаю алыми щёчками.

— О чём разговор будет? Да ты присаживайся, Тала, не бойся, не укушу.

Я осторожно присела на стульчик.

— Нил, прошу, выслушай меня и не перебивай.

— О! — глаза лессира расширились от удивления. — Стало быть, разговор и впрямь серьёзный?

— Да.

— Ну что ж, — он сел напротив меня. — Я весь во внимании.

И то ли вид у него был слишком солидным, то ли мне, захотелось отомстить за его величественное спокойствие. Ведь вроде и без штанов-то он был, а всё равно смущалась одна я. Уж, не знаю, почему, но когда Нил задал вопрос:

— Чего же ты хочешь от меня, Талочка?

Я, сохраняя каменное выражения лица, ответила:

— Долга хочу. Супружеского.

Ох, боги, да ради одного его такого взгляда, я ещё раз двести готова была подурачиться на эту же каверзную тему.

— Что такое, муж мой любимый? Неужто отказываешься? Как смущать разум девичий телом полуголым, так ты можешь, а как супружеское ложе посетить, так сразу на попятную?

— Э… Тала, это шутка? — Нил явно не знал, как себя вести со мной и что ответить.

— Нет, почему же шутка? — я подошла чуть ближе. — Не до шуток сейчас. В конце концов, ты мой муж… Да и матушка твоя не раз мне напоминала про возможных наследников.

— Про кого?

— Про детей, Нил, про детей, — я вновь сделала пару медленных шагов. — Должны же быть у нас дети? В глазах общественности мы счастливая семья.

— Тала…

— Что? — я ласково дотронулась до его подбородка. — Ты же сам назвал меня женой.

Очертила подушечками пальцев нижнюю губу мужчины и с удовлетворением отметила порывистый вздох.

Надо бы мне ещё минутку выдержать да помучить, но не смогла, расхохоталась в полный голос.

— Ну конечно шутка. А ты что подумал? Что влюбилась в тебя по уши? — сквозь смех поинтересовалась я.

— Ну что ты, а то я тебя не знаю! — криво улыбнулся он. — Ты же Тала — человечек, который может стать хорошим другом для любого. Зачем тебе любовь? Да и не стремишься ты к ней. Тебе же свобода дороже. Даже от фиктивного брака со мной тяготишься, вижу же, — Нил сделал шаг назад. — Ну да ничего, немного осталось. А потом… неволить тебя не стану. Отпущу, как только попросишь.

Тут меня словно водой окатило. Вот оно как значит…Нил даже мысли не допускает, что толстушка-Тала тоже чувства иметь может. Что сердце женское и у неё в груди имеется. И что сердечку этому подчас, ох, как больно бывает.

— О чём поговорить-то собиралась? — не замечая возникшей напряжённости напомнил Нил.

— Я про Теней хотела сказать… А впрочем… Глупости это всё. Потом, как-нибудь обсудим, если нужда будет, — мотнула головой я и, резко поднявшись со стула, вышла из комнаты.

***

Дворцовый сад славился диковинными цветами, и редчайшими деревьями с экзотическими плодами. Недаром вся эта красота находилась в умелых руках местных садовников. Много раз я сидела на скамеечке в тени свисающего с изгороди плюща и смотрела на неторопливые движения прислуги. Со знанием дела садовый мастер отрезал очередную увядшую розу или подвязывал разросшийся куст.

Так и сейчас, сидя в саду, я наблюдала, как молоденький парнишка, в запачканных свежей землёй штанах, ковырялся среди цветов. Вот к нему подошёл Данай. Сказал что-то, но так тихо, что до меня донеслась лишь пара ничего незначащих слов. Садовник улыбнулся, понятливо кивнул, и, отойдя в сторону, вернулся с великолепной орхидеей глубоко фиолетового цвета. Данай одобрительно хмыкнул, похвалил парнишку, и, взяв протянутый цветок, неожиданно направился ко мне.

— Тала, вот ты где! А мы с Нилом тебя обыскались. Он говорит, ты какая-то странная сегодня. Сначала шутила чего-то, пыталась разговор важный начать, а потом, вдруг резко посерьёзнев, исчезла. Что-то случилось?

— Нет, что ты. Всё хорошо, — я старалась, чтобы мой голос звучал, как можно безразличнее, да видимо не получилось.

— Уверена?

— Да. Уверена.

— Тала, ты иногда очень плохо врёшь.

— Странно, а я думала иначе.

— Своим видом ты обманула всех, это правда, — он усмехнулся. — Но сейчас у тебя ничего не получается. Поэтому повторюсь: что-то случилось?

— Нет… — ответила я, но уже не так уверенно.

— Понятно. Нил тебя обидел и сам этого не заметил?

— Данай, всё хорошо! Ну что ты, в самом деле…

— Эх, молодожёны, — голосом доброго дедушки протянул Данай и всунул мне в руку орхидею. — На вот, держи. И когда придёт Нил, смотри только на цветок, поняла? Что бы я ни говорил, какую бы ахинею ни нёс, глаз с цветка не спускай! Да задумчивей, гляди, задумчивей…

— Зачем? — только и смогла спросить я.

Но Данай так грозно сдвинул брови и на орхидею пальцем указал:

— Туда смотри, а не на меня. И тем более не на Нила. Кстати, а вот и он.

Правитель Лаэрда, действительно, направлялся к нам. Ох, как же не хочется мне его сейчас видеть. Не угасли ещё эмоции после недавнего разговора. И правда уткнуться в цветок, что ли? Пусть мужчины меж собой говорят, а я тихо-мирно пережду.

Чем ближе подходил Нил, тем шире становилась улыбка Даная. Но улыбался он почему-то не лучшему другу, а мне.

— Талочка, — неожиданно ласково промолвил блондин, делая вид, что продолжает давно начатый разговор. — Девочка моя, ну, сколько ты ещё меня мучить будешь? Ответь, наконец… Скоро же закончится всё. И этот вынужденный брак закончится. Не надо будет изображать любовь с ним. Талочка… Да пойми ты, счастье моё только подле тебя. Только в твоих глазах, в твоём голосе… Освободишься от обязанностей перед Нилом и всё… Можно будет настоящую свадьбу сыграть. Слышишь меня? Ну что же ты молчишь? Даже взглянуть не хочешь… Тала…

Чем больше говорил Данай, тем шире распахивал глаза Нил.

— Тала, я готов ждать, правда… Только дай надежду. Позволь быть рядом, заботиться о тебе… Девочка моя… Талочка…

— Что тут происходит?! — взбешённый голос правителя прервал монолог. — Данай, бес тебя задери, это что такое сейчас было?!

— Нил? — блондин сконфуженно нахмурился. — Я тебя не заметил.

— Я! Спрашиваю! Что! Сейчас! Такое! Было! — разделяя каждое слово, проорал в лицо друга Нил.

Всегдашняя выдержка на этот раз изменила властителю. Если честно, я и сама пребывала в шоке от услышанного. Что бы Данай с такими словами да ко мне? Даже представить себе не могла. Да и никто не мог бы подумать. Хотя, если вспомнить всё, что говорил он до этого, чего просил… да ещё и пресловутая орхидея…

Данай, какой же ты умница! Ведь добился своего! Я, словно и впрямь смущённая его исповедью, голову к цветку склонила, а он, будто влюблённый мужчина, от всей души распинался. И ведь во всём оказался Данай прав… На Нила разыгранная сцена и впрямь, подействовала, как красная тряпка на быка. Вон как сверкают тёмные глаза, как пышет яростью, каждое слово. А виной всему, самое приземлённое на свете чувство — ревность.

— Данай, — тихо прошептала я, сама не замечая, как умело подыгрываю ситуации. — Данай, поговорим позже…

Нил гневно взглянул мне в глаза и заскрежетал зубами. А Данай весело улыбнулся и подмигнул — мол, всё правильно делаешь, Талочка, продолжай в том же духе.

— Прошу прощенья, лессиры, — я демонстративно дотронулась до лба. — Оставлю вас. Голова немного разболелась.

И не дожидаясь слов рассерженного мужа, направилась в сторону дворца.

***

Нил заявился в мою комнату через полчаса после описываемых событий. Уже немного успокоенный, он и не думал устраивать сцену ревности, но всё же обсудить произошедшее намеревался.

— Тала, разрешишь войти?

— Конечно.

Я благоразумно пожала плечами и указала мужу на мягкое кресло.

— Чем обязана твоему вниманию?

Нил поморщился.

— Тала, сейчас не время отрабатывать манеры.

— А я и не отрабатываю. Я этим живу. И уже давно. Не заметил? — я опустилась на второе кресло и развернулась к супругу вполоборота. С этого ракурса мой налепленный носик смотрелся вполне прилично. — Ты хотел о чём-то поговорить?

— Да, хотел.

— И?

— И я совершенно не понимаю, что у тебя может быть общего с Данаем! — выдержка вновь изменила властителю. Нил вскочил и принялся мерить шагами комнату. — Вы же совершенно разные. У вас нет общих дел… Общих интересов…

— Ты так думаешь? — я мягко улыбнулась, не позволяя оголиться желтоватым зубам. Чем меньше он будет видеть, тем лучше. — На самом деле мы с Данаем очень сблизились в последнее время. Он прекрасный человек, замечательный друг. Умелый лессир. Его Крух едва ли не самая сильная Тень в Лаэрде.

— Мой Од не хуже.

— Ты прав, — прикрыла глаза я. — Но ты правитель Лаэрда, твоя сила не удивительна. А Данай… Знаешь, последнее время я всё чаще раздумываю о нём. Он умён, остроумен, в конце концов, красив…

— Тала! — предостерегающе прорычал Нил. — Ты, вообще-то, моя жена!

— Только в глазах общественности.

— Если кто-нибудь усомнится в нашем браке или в твоей верности…

— Или в твоей верности, любезный супруг.

— Я никогда не позволю себе подобного!

— Я тоже! — я заметила, как облегчённо выдохнул Нил и поспешила добавить: — Я буду соблюдать осторожность, пока наш брак действителен.

— Соблюдать осторожность? Как это понимать?! — его, и без того тёмные глаза, совсем почернели. — Тала, я прошу не просто соблюдать осторожность… Белоземские бесы… Я требую, чтобы ты держалась подальше от Даная!

— Именно от него?

Мужчина наклонился и, вцепившись в подлокотники моего кресла, произнёс:

— Ото всех, Тала, ото всех. Моя жена не может вести себя по-другому.

***

До самого вечера я раздумывала над поведением Нила. Может ли получиться так, чтоб его братское отношение ко мне стало давать трещину? Первый камень бросил Данай. Безусловно, это был очень неожиданный камень. Такой неожиданный, что поразил самого Нила и вызвал некоторые чувства. Наверняка вначале было лишь удивление, потом понимание, а потом… Как же приятно греет душу чужая ревность. Даже если она основана не на любви.

Поздно вечером, как и обговаривалось раньше, состоялся большой совет лессиров, на который меня не пустили. Не знаю даже почему… То ли из-за того, что Нил разозлился, то ли из-за того, что никого из женщин там вообще не было? В общем, сплошная предвзятость.

— Хома! Почему? Объясни мне, почему я не могу присутствовать там? Я ведь тоже имею свою пару-Тень! Не справедливо. Это Нил специально так, да?

— Нет, Талочка, не специально, — пушистик сидел у меня на плече и успокаивающе поглаживал лапкой ухо. — Женщин там нет, просто потому, шо любая Лаэрдская дева предпочтёт венок из цветов плести, а не о войне разговаривать.

— Я не любая! И вообще! Я королева! Они обязаны… — заводилась я.

— Ничего они тебе не обязаны, глупая человечка! — резко перебил меня Хомка. — В том-то и дело, шо ты не просто жена лессира. Ты правительница Лаэрда. Когда поймёшь-то? И таки это не пустые слова. Это обязанность! И пока твой муж, повелитель этого края, будет в военном походе, ты, человечка, туточки ждать его станешь! Дошло, наконец?

— Что?! Да как же так? Там же Нил будет один. А я тут? Просто ждать?! — я чуть заикаться не начала от осознания предложенной перспективы. — Хом, ты чего такое говоришь?

— Я-то ничего, а вот ты… Ну подумай сама, человечка? Кто из королей с собой в поход жён таскает? А?

И я задумалась… А ведь прав пушистик. Не по правилам это. Матушка не поймёт, народ осудит, да и сам Нил против традиций идти не станет. Но ведь и я не смогу отсиживаться тут всё время. Ёжик в попе не позволит. Эх и почему я не выросла благообразной девушкой со спокойным нравом?

— Шо надумала? Шо делать-то будешь? — словно ожидая какого-то решения, спросил Хома.

— Эх, а что тут удумаешь? Отстранили от важных дел, словно куклу безвольную. Единственный раз в жизни захотелось морду врагу набить и то не позволяют… — пожала плечами я.

— Ну, ну, а дальше-то шо? Тала, ты таки поражаешь меня по самые пятки! Неужели больше ничего в твою глупую головушку не пришло?

— Ты о чём? Эй, Хома! Никак ты толкаешь меня на неверную дорожку?

— Шо? Я? Да я молчу, молчу, и даже не помышляю, шо ты, человечка, можешь взять, лошадку посноровистей и не спеша так, прогулочным шагом, отправиться погулять, окрестности посмотреть… а пока гуляешь, таки не ровен час, и до Белоземья доедешь… Голова-то у тебя ветреная, задумаешься о своём, о девичьем, а тут, глядь! Мама дорогая, уже соседние земли! Ну не возвращаться же, в самом деле?

— Ага, вот только, когда Нил меня там увидит, ох и сильный скандал разразится.

— Тю, глупая человечка! Положись на меня. Нил не успеет и рта раскрыть, — авторитетно заверил Хома. — Тем более поедем мы, только после того, как они сами в путь отправятся.

Как же завлекательно звучали слова Тенюшки, как же всё легко и просто казалось. Может и правда, ничего страшного нет? Не убьёт же он меня, в самом деле?

— Ну, так шо? Возьмём потом лошадку-то? — потирая лапки, спросил Хомочка.

— А и правда! Возьмём, — решилась на авантюру я.