Глава 11.
- Мда… хреново, - просто тянет Анюта. – А дети в курсе?
- Наверное… Понимаешь, я им ничего не говорила, просто с места подорвалась. Но они же не глухие. А мы тогда орали будь здоров, да, и… я потом в анабиоз впала, они же не могут не делать выводов. По крайней мере пацаны. А знаешь, что мне вчера Стас сказал? Что он велел Сашке не возвращаться.
Вот я и рассказала всю нашу историю, и если честно, мне даже легче стало - извиняться и ныть больше не хотелось. А ведь до этого просто не могла представить, как я кому-то смогу рассказать про измену мужа, даже Кудяковой, а обычно с Ленкой я делитесь всем. Не зря же к ней поехала в своих сомнениях. Но тогда были мои домыслы, а тут… А тут уже ничем неприкрытый факт измены и блондинка, завёрнутая в полотенце. Этого уже никуда не скроешь, не отболтаешься, не сделаешь вид, что этого не видела. А ведь через неделю надо будет что-то рассказывать родителям, да и дети всё-таки заслужили каких-никаких объяснений.
Анюта допивает вино из своего бокала и спрашивает:
- А что Сашка, так с тех пор и не звонил?
- Не звонил… Может детям и пытался, но они мне не говорили. А что мне звонить то? Если он меня хоть сколько-нибудь знает, должен понимать, что я не отвечу.
- И что, тебе даже не хочется, чтобы он даже попытался?
Я упрямо трясу головой:
- Нет…
- Совсем-совсем? Чтобы названивал, сообщениями закидывал? Я бы так не смогла, - с неподдельным восхищением в голосе сообщает она. – Вот если б мой Олег… тьфу-тьфу-тьфу, - мы вместе на автомате стучим о столешницу. И нас обоих пробирает смех.
Мы немного пьяны. За стеной спят дети. И впервые за неделю меня почти не мучает чувство вины и стыда. Мы ещё какое-то время болтаем обо всё на свете и ни о чём конкретно, а затем убираемся на кухне, моем посуду. Анюта наигранно вздыхает:
- Вот она взрослая жизнь! Ещё б лет 5 назад я просто спать пошла, оставив всё это на утро! – и я смеюсь вместе с ней. Потом она гасит свет на кухне, и мы расходимся, каждая к своей семье. Я нахожу свободное место в куче матрасов на полу между Кириллом и Баксом.
Но в темноте комнаты не так легко сохранять вновь обретённую лёгкость. В голове всплывает вопрос Ани:
- Тебе совсем-совсем не хочется, чтобы он позвонил?
А мне ведь хочется, ужасно хочется. До дрожи в теле, что заставляет чувствовать себя наркоманом в поисках дозы. Мне нужны доказательства, того, что все эти года не были обманом, что ему не всё равно, что мы ему нужны… я нужна. А он молчит, и все самые страшные мысли лезут мне в голову. Я сжимаю в руке телефон и пьяно шепчу: «Позвони мне, позвони…».
А на следующий день дела закрутились с новой силой. Нужно было за неделю до приезда родителей что-то придумать с жильём. С родителями жить не хотелось категорически. Во-первых, было в этом что-то комически-унизительное – сбежать от мужа к маме. Это же как в плохом анекдоте. Не перекладывать же на родителей свои дела, я им в юности итак проблем на сто лет вперёд создала. Хоть сейчас садись и начинай разгребать всё заново. Во-вторых, хотелось самостоятельных решений и действия. А не как до этого, сидишь и ждёшь Сашку. В последнее время я как-то больше привыкла плыть по течению, значит пришло время начать грести. Вот только куда? И, в-третьих, кто его знает, что моим детям взбредёт в голову сболтнуть бабушке с дедушкой? Они вот внуков любили, но в последнее время всё больше на расстояние или же недолгими наездами в Москву. А дети росли, менялись, и порой городили такое, что даже я за голову хваталась. Зачем лишний раз шокировать окружающих?
Поэтому первым делом я отправилась на бабулину квартиру. У меня состоялся долгий и не совсем приятный разговор с квартирантами, в результате которого мы сошлись на том, что они через три дня съезжают. А я пообещала возместить им все траты за срочный переезд. Опять всё упиралось в деньги, но детям об этом не обязательно было знать. Заодно я бегло осмотрела квартиру. Ремонт был терпимый, квартиру мы всё-таки не запускали, и раз в три года отдавали ей дань памяти перед нашему прошлому, нанимая рабочих для смены обоев и побелки потолка. Мебель тоже была ничего такая, а вот спальных мест категорически не хватало. Как в двухкомнатной квартире разместить семерых человек? Это ладно мы сейчас у Анюты спим на полу в одной комнате, но туда мы приехали переконтаваться, а здесь придётся жить.
Опять пришлось доставать банковскую карту и ехать по магазинам. Отсюда и три дня, оставшиеся до переезда, пролетели достаточно быстро. Мы бегали по торговым центрам, выбирали кровати, диваны. Потом я вспомнила про подушки, одеяла и прочую домашнюю утварь.
Ещё пара дней понадобилась нам с Анютой для того, чтобы отмыть квартиру, а парням собрать новую мебель. То, что они смогли это сделать, было огромным открытием для нас всех. Правда, тут не обошлось без чутких наставлений со стороны Олега – два подзатыльника Стасу и один пинок для Романа.
И вот, мы, наконец-то дома. Ну ладно, не дома… Но за неимением другого, будем считать, что именно там.
В понедельник ждали родителей. Я всё утро простояла у плиты, готовя праздничный обед, а уже оставшееся время отгоняла детей от стола. Аппетит у моих мужиков был ещё тот. Мы жили на новом месте всего несколько дней, а я уже начинала скучать по нашей кухарке – Лидии Степановне. Готовить на всю ораву было крайне накладно. Хотя с другой стороны, чем мне ещё было заняться? Гуляй с близняшками, гуляй с собакой, корми пацанов, всё, можно считать, что долг перед Родиной выполнен.
Когда раздаётся звонок в дверь, я уже готова хорошенько проредить количество детей в своей жизни, потому что каждый (подчеркиваю каждый) раз по десять попытался умыкнуть что-нибудь из еды. Я как раз разбиралась с Пушинкой, которая упорно подбиралась к блюду с бутербродами:
- И ты, Брут!
Тыц-тыц-тыц.
- Мааааам, я открою, - кричит Кирилл и несётся к двери, за ним девочки и собака. Слышу как открывается замок и… и тишина. Даже теряюсь от этого. А затем раздаётся неожиданное:
- Пааааааапа!