Глава 29

Глава 29

Чертовски обидно, но Стася отрубается в самый неподходящий момент. Стоит отвлечься буквально на мгновение. А после приходится ещё пару минут выяснять, обморок это или что. Оказывается или что, когда она глубоко вздыхает, поворачивается набок и подтягивает ногу к груди.

Негромко смеюсь, укрываю колючку покрывалом. На то чтобы раздеть, не хватает. Нет уж, не в таком состоянии.

Вместо этого сажусь за ноут. Успокаиваться.

Взгляд выхватывает из фона пиалу клубники и стоящие рядом сливки. На губы сама собой наползает ухмылка.

Мы так и не поели. Но если я что-то понимаю в этой жизни, то проснётся Стася голодная, так что всё в плюс. Проснётся, поест, а потом будет переосмыслять, кто здесь насколько правильный и куда ей деть все свои заморочки, не имеющие отношения к реальности.

А в почте сюрприз, Стас всё-таки оправдал доверие, накопав на Анастасию Евгеньевну столько всего, что даже при первичном чтении становятся дыбом волоски на руках.

Твою же мать. Это что?

Но нет, ни фотка, ни текст не меняются. Полякова Анастасия Евгеньевна действительно оказывается дочерью лиц с пониженной социальной ответственностью. Несколько раз привлечённых за жестокое обращение с ребёнком, но не лишённых родительских прав. Доверие? Да какое к чертям после такого детства.

А дальше больше. Подающие надежды девочка исчезла с радаров опеки после того, как родители угорели в очередном веселье, в этот раз с концами. Официально исчезла, но Стас накопал, что её засекали среди участников давней преступной группировки… стоп, кого? Серьёзно?

С издевательским смешком отрываюсь от ноут, растираю руками лицо.

Бесикеев. Его банда. Давняя, только-только начинавшая, на минималках. И Стася.

Похоже, нам будет о чём поговорить после её пробуждения. Раз уж именно он захватил “Зевс”, с которым у меня долгая и геморройная история.

Ладно, допустим. А что дальше? А дальше Анастасия Евгеньевна снова пропадает. На этот раз насовсем, ничего про её последние десять лет Стас не нашёл.

Мда.

Захлопываю ноут, всё равно толку от него больше нет.

Стасино детство оказалось расписано очень подробно, слишком. И, не выдержав, срываюсь к двери её спальни, прислоняюсь плечом к косяку и просто смотрю. На девочку, которой пришлось стать сильной, потому что некому было защитить. Рядом не оказалось того, для кого она стала бы целым миром. Вселенной — огромной, невероятной, манящей.

Чёрт.

Она спит на боку, трогательно положив ладони под голову. И это что-то меняет. Во мне. Не так, как изменил секс и ощущение, что значит держать в руках Анастасию Полякову. Нет.

По-другому.

И, аккуратно прикрыв за собой дверь, собираюсь с твёрдым желанием порадовать. В том числе маленькую беззащитную девочку, которая живёт в язвительной, себе на уме секс-бомбе.

Фыркаю, представив, что ответила бы Стася на мои мысли.

Засекаю время, чтобы уложиться в полчаса, и отправляюсь на поиски того, незнамо чего с ощущением, что это чего найду. Но проходит десять минут, двадцать, а не тянет. Не отзываются ни цветы — всякие, ни игрушки, ни другая дребедень. Поэтому останавливаюсь чуть вдалеке от основного потока пешеходов и залезаю в сеть.

Меньше всего ожидая, что меня отвлекут.

— Эй, привет, — ко мне подходит и улыбается какой-то левый мужик, — у нас с девушкой тут спор вышел. Поможешь разрешить? Нужен взгляд со стороны. Меня, кстати, Миша зовут, — тянет руку для рукопожатия.

Отвечаю, не задумываясь. Встречаюсь взглядом с милой, смущённой девушкой рядом. Речь явно о ней.

— Есь, — Стасино прозвище само собой слетает с языка.

— Короче, смотри, — мужик-Миша забирает сумку из рук девушки и достаёт оттуда коробку, — Соня у нас гениальный шоколатье, — делает серьёзную мину. — Она умеет подбирать сладости, которые тебе гарантированно понравятся.

— А Соня экстрасенс? — со смешком. Смотрю на время, которого остаётся всё меньше. — Ладно, ребята, мне пора. Найдите себе другого подопытного.

— Одна минута, — настаивает Миша. — Просто попробуй. Это медианты с совершенно разными вкусами. Какой бы ты выбрал?

— Никакой. Ненавижу шоколад.

Хватило раз в далёком детстве наесться втайне от родителей, чтобы потом всю ночь изрыгать его в ванной и получить опыт и прививку.

— Тяжёлый случай. А ты что думаешь? — обращается к, по-видимому, Соне.

— Аксёнов, ты невозможен, — закатывает она глаза. — Человек не любит шоколад, а ты прикопался, — вздыхает. А потом внимательно смотрит мне в глаза, прикусывает губу. — Хотя… попробуйте этот, — и протягивает один из кругляшей, который меньше всего похож на шоколад.

С сомнением смотрю на Мишу и его девушку. Как-то всё это отдаёт неслабым психозом, хотя… откровенно говоря, нас со Стасей тоже не назвать нормальными. Только поэтому беру кругляш — медиант и давлю фиговые воспоминания.

И капец удивляюсь, что это оказывается… вкусно?

— Что это?

— Чудо, — довольно усмехается мужик. — А если серьёзно, Сонь, что там? Надеюсь, ничего запрещённого?

— Можно сказать, что это печенье с солёным арахисом в глазури из горького шоколада, — тепло и мило улыбается Соня.

Как могла бы Стася, расти в заботливой, любящей семье.

— Офигеть. — Взлохмачиваю волосы. Вот оно то, что я искал. — Слушайте, а подберёте шоколад ещё для одного человека? Девушки.

— Собирай чемоданы, — обращается Миша к Соне, — ты переезжаешь, детка.

Но та явно больше смущена и рада, чем напугана. Иначе я бы вмешался. — Конечно, — теряется Соня. — У вас есть её фото? Или можете рассказать немного о ней? — Могу показать фото, — внезапное фото из самолёта, где она сидит и мрачно смотрит в иллюминатор. — Так что?

— Какая красивая, — Соня недолго рассматривает фото. — Дай пакет, — требует у Миши и копошится там недолго. — Вот, — достаёт деревянную коробку, внутри которой лежат маленькие плитки шоколада, упакованные в прозрачные пакеты с бантиками.

— Сколько?

— А давай так, — ухмыляется Миша, — подари шоколад своей девушке, а потом скинешь столько, сколько посчитаешь нужным. А это, — он отдаёт коробку с медиантами, — тебе, вдруг ещё что-то понравится.

— Принято, спасибо.

Мы обмениваемся крепким рукопожатием, совсем не таким, как при странном, но дико полезном знакомстве.

— Куда скинуть? — перевожу взгляд на Соню, но Миша перебивает:

— Держи, — протягивает визитку с номером телефона и реквизитами.

И есть ощущение, что специально обрывает все контакты со своей девушкой. Ревнует? Со смешком принимаю кусок картона.

— Будете в Москве, приходите на открытие, там классно.

И, взяв Соню за руку, уводит, что-то втолковывая.

А я подхватываюсь и спешу к Стасе.

В ожидании новой главы приглашаю вас заглянуть в гости к тем самым Мише и Соне. В историю Евгении Кец

"Сладкая шоколадка для босса"