Глава 19

Его появление после встречи с его остроухой соплеменницей вскипятило кровь в венах, я отпрыгнула и встала в боевую стоку, как делают во всех боевиках. Выглядело это, наверное, очень забавно — я ведь на голову ниже эльфа, и он прямо сейчас смотрит на меня сверху вниз. Причем так же, как и в первый раз: невозмутимо и равнодушно. Только глаза, светлые до невозможности, выдают какую-то необъяснимую заинтересованность что ли.

— Предупреждаю, — сказала я голосом, который должен был напугать эльфа, но, похоже, только озадачил, — в этот раз я не оцепенею. Дам в нос, только попробуй что-нибудь…

— Ты странная, — прервал мою угрозу Эрмалион.

— Кто бы говорил, — бросила я первое, что пришло в голову.

Эльф пропустил мою колкость мимо своих остроконечных ушей. Он продолжал смотреть, изучая и будто пытаясь проникнуть мне в мозг. Но, очевидно это не получалось, и даже его идеально ровный лоб хмурился, а глаза переливались световыми бликами.

Меня все это начало утомлять. Сегодня всем от меня чего-то нужно. Точнее даже не сегодня, а начиная со вчерашнего дня. Ха! Вчерашнего? Ощущение, что это было в прошлой жизни.

— Так, — проговорила я на свой страх и риск, опасаясь повторения ситуации в столовой. Правда теперь защищать меня некому. — Ты снова что-то от меня хочешь. Да?

Следующее его действие меня так изумило, что даже пошевелиться не успела: Эрмалион наклонился ко мне и, приподняв за подбородок, стал рассматривать мое лицо. Сердце пропустило удар, а дыхание перехватило — эльф оказался настолько близко, что ощутила его легкое и свежее дыхание на лице, смогла рассмотреть белые прожилки в радужке его глаз.

Боевая стойка моментально пошла крахом, я застыла в полной растерянности. Если и этот попытается меня поцеловать, тогда не знаю. Может в этом случае приглашение Джека к себе на реп точку не такая уж и вопиющая случайность, и меня действительно все считают какой-то «распутовкой»? Но почему?

Позор какой.

Осторожно, чтобы не вызвать неконтролируемый приступ агрессии, я высвободила свой подбородок из его пальцев.

— Э… слушай, не знаю, что там у вас за слухи, но я не такая.

— Ты странная, — повторил эльф, все еще вглядываясь в меня, но уже не настаивая на прикосновениях, от которых мурашки по коже.

Я попыталась продолжить диалог, может удастся вывести его на что-то более понятное и логичное.

— Ладно, хорошо, я странная. И в чем?

Пару мгновений он продолжал на меня глазеть, будто я не живой человек, а какой-то предмет для исследований. Потом вдруг лицо эльфа как-то разгладилось и стало осмысленным, словно проснулся.

— Точно не знаю, — сказал он. — Но что-то в тебе есть такое…

— Кажется, это я сегодня уже слышала, — пробормотала я.

Эльф проигнорировал, продолжил:

— Обычно жители Ильвиндора не смотрят на других…

— Угу, мните о себе много, — перебила я его.

К моему удивлению эльф стерпел и этого, хотя вообще-то после стычки в столовой ожидала от него чего угодно, только не разговора.

— Всё не совсем так, — произнес Эрмалион, а я только теперь, когда он не пытается прожечь меня взглядом и нарушить личное пространство смогла оценить его внешние данные. Хотя и раньше видела, что красив. Но сейчас понимаю — это не просто красота, а какое-то возвышенное и выдержанное благородство, какое, наверное, бывает у особых напитков.

— Попробуй объяснить, — предложила я и осторожно выглянула из-за его плеча, глядя в коридор.

К счастью, до поворота в женскую часть хостелия совсем недалеко, в случае чего, можно поднять крик, пнуть его в конце концов и бежать к себе. Уверенности, в том, что такие меры будут успешными, нет, но должен же быть план «Б». Или «Ц» Или еще какой-нибудь.

Эрмалион с ответом медлил, очевидно решая, стоит ли мне вообще что-то говорить. А я прислушивалась к своему состоянию. К счастью, приступа боли быть не должно, на мне ведь амулет, но разные другие эффекты ведь не исключены?

Наконец Эрмалион выдохнул, будто решился.

— Думаю, ты не настолько глупа, чтобы болтать о нашем разговоре, хотя и сам не пойму, почему говорю это, — начал он. — Дело в том, что эльфийская отстраненность не случайна и это не просто высокомерие и заносчивость. Мы не смотрим на людей и слабых магов потому, что нам их плохо видно.

Такого поворота я не ожидала, но слова эльфа пока прозвучали очень размыто.

— Я не совсем понимаю, что это значит. И тоже не понимаю, почему ты мне это говоришь. А еще мне пора к себе. Видишь фолиант? Надо изучать.

Для убедительности я приподняла книгу перед собой.

На лице эльфа отразилась задумчивость, что вообще-то странно выглядит — он ведь почти бесстрастный. Через секунду он сказал.

— Я провожу тебя.

От такого предложения самое время было выпасть в осадок. Судя по моему прежнему опыту, ильвиндорские эльфы даже говорить со мной не должны. А за сегодня их уже два, причем один предлагает проводить. Но отказываться преждевременно — вроде агрессии не проявляет, к тому же пытается что-то рассказать. Знания мне не помешают.

— Ладно, — неуверенно согласилась я и, обойдя Эрмалиона двинулась в сторону женского коридора хостелия.

Эльф пошел рядом, при этом предусмотрительно посмотрел по сторонам, видимо, удостоверился, что рядом никого нет. Я мысленно усмехнулась — не хочет портить себе репутацию. Даже здесь меня подкараулили так, чтобы мы оказались исключительно вдвоем.

— Так что там с «плохо видно»?

— Обычно магия влияет на ее носителя, — сказал он, на ходу изредка поглядывая на меня. — Эльфийское зрение устроено таким образом, что оно видит отпечатки этой магии. И если ее мало или она слабая, то существо или создание кажется нам бледным, как выцветшая картинка.

У меня тут же вспыхнула очевидная идея, даже на мгновение забыла, что этот эльф совсем недавно подрался с Джеком из-за меня, и истинной причины я не знаю.

— Значит, ты можешь увидеть, какая у меня магия? — спросила я с надеждой. — Может и красный агносис не нужен?

Эрмалион покачал головой.

— Нет, этого я сказать не могу. Но дело в том, что ты бросилась в глаза именно тем, что у тебя очень яркий отпечаток магии. Я таких не видел у обычных человеческих магов.

— И что это значит?

— Не знаю, — нехотя признался эльф, — но будь осторожна и береги свой дар. Пока он не прорезался, ты уязвима и как ходячая мишень для многих.

Вот это стало новостью.

— Почему? — изумилась я, чувствуя, как мои планы незаметно влиться в академию рухнули окончательно. — Это из-за этих магических отпечатков ко мне твоя подруга прицепилась?

Эрмалион напрягся, посмотрел на меня.

— Что она сказала?

Я пожала плечами.

— Да особо ничего. Выделывалась, говорила, чтоб держалась от тебя подальше.

После этих слов эльф немного расслабился.

— Она боится, — сказал он. — Мы раньше не видели таких отпечатков. И даже в таком непроявленном состоянии твоя магия привлекает сильных магов. И чем сильнее маг, тем больше притяжение, если ты заметила.

В памяти тут же всплыл разговор в кабинете Лайта Люминари. Судя по словам Агавы, он действительно довольно силен, и даже он не удержался от поцелуя. Но ведь то был эксперимент? Или только повод?

Теперь, после слов Эрмалиона ситуация приобрела несколько иной оттенок.

А что же Джек? Он тоже притягивается моим непонятным даром или это его собственное желание произвести на меня впечатление, заарканить, влезть в душу?

— Заметила, — упавшим голосом произнесла я, подходя к дверям комнату. — Но у меня вопрос.

— Какой?

— Зачем ты мне помогаешь? Сейчас. Особенно после того, что устроил в столовой.

Лицо эльфа оставалось все таким же непроницаемо-возвышенным, но мне показалось, что на нем все е мелькнула тень задумчивости.

— Не знаю, — честно признался он, что, кажется ему тоже не нравится. — Но у меня стойкое ощущение, что моя помощь тебе нужна. Уже дважды.

После этих слов он резко развернулся, будто пожалел, что сказал лишнего и быстро пошел прочь по коридору, а я осталась обалдело хлопать ресницами ему вслед.

Дважды? Что он имел ввиду?

Но задерживаться в коридоре не пришлось — со стороны душевых послышались голоса и смех, а встречаться с кем-то желания не было совсем. Поэтому шмыгнула в комнату и закрылась на своей половине.

Агавы нет, и я наконец ощутила себя в относительной безопасности.

Никаких преподов, адептов, ревнующих соседок и подружек эльфов, а также бардов, желающих неизвестно чего.

Рухнув на кровать минут десять провалялась без движения, просто слушая удары сердца и дыхание. Сколько еще пройдет времени, пока я привыкну ко всему этому, начну понимать местных, их привычки шутки? Но привыкать надо, и как можно скорее.

И как-то разбираться со своей магией. Хотя бы понемногу, но любыми способами.

Полежав и немного расслабившись я перевернулась и открыла фолиант — увесистую книгу с пожелтевшими страницами. В начале изображения каких-то маленьких зверьков, пушистых, похожих на цыплят и одновременно кроликов.

Под картинкой описание:

«Викаровы бонобы — очень хрупкий и ценный вид боноб, обитающих в западной части Колдорского леса, а также недалеко от Уракрийских болот. Их размер колеблется от размеров зайца до небольшого волка. Естественных врагов мало. К ним относятся болотный горноварец, упырь обыкновенний. Кроме того, некоторые некроманты используют пыльцу с шерсти боноб в заклинаниях по оживлению умертвий, поскольку эта пыль обладает мощными магиогенными свойсвами…» 1439f7c

Я с интересом разглядывала пушистого зверька, очень милого и забавного. Сразу захотелось его потискать, погладить. Но мне пока питомцев лучше не заводить. С собой бы разобраться.

Во всяком случае, теперь я знаю, кто такие эти бонобы.

Стала листать дальше. Прочла о грифонах, которых видела у главного входа в академию, про горноварцев, которые оказались опасными хищниками с невероятно теплой шерстью. Потом были какие-то птицы Рух, пегасы, единороги и еще масса животных, о существовании которых даже не предполагала.

Когда первая глава кончилась, пошли магические создания высшего порядка, куда входили русалки, наяды, горгоны, собственно, маги (оказалось, мы тоже имеем место в этой иерархии), кентавры…

Я вчитывалась в каждую строчку. Узнавая все больше и углубляясь в сильнее. Все казалось таким удивительным, нереальным и реальным одновременно, я даже забыла, что теперь это мое окружение, это все — по-настоящему.

А потом перелистнула страницу и на секунду меня охватило оцепенение.

Носферату.

Обитатель Потустороннего конклава первого ранга.