Глава 20

Там, на лекции, конечно, заметила, что внешность у этого носферату довольно заманчивая. Хотя вообще-то во всем Бикелови адепты и так будто сошли с картинок. Но носферату отличается чем-то неуловимым. Тем более, что изображение довольно четко прорисовано. Наверняка они в жизни отличаются от иллюстрации, но смысл художник передал — красивые, харизматичные и хищные.

Я невольно провела пальцами по картинке и почему-то испытала дрожь. Неужели за такой внешностью может скрываться то, о чем рассказывал профессор Люминари?

Я стала читать.

«Носферату — высшие представители Потустороннего конклава. Чрезвычайно опасны, поскольку довольно быстро вызывают доверие. Стоит иметь ввиду, что это свойство у них врожденное и распознать воздействующего на жертву носферату может только очень опытный маг. Потусторонний конклав граничит с Колдорским лесом с северной стороны, что находится в другой части от академии Бикелови и в целом не представляет опасности. Однако, во избежание критических ситуаций адептам рекомендовано не углубляться в лес.»

Текст я буквально проглатывала — когда еще удастся вот так спокойно поизучать новый мир, в котором мне предстоит жить.

«Время активности носферату, как и других представителей мира за границей жизни — ночь, сумерки, пасмурная погода. Но следует помнить, в отличие, например, от упырей и вампиров, они могу выходить на солнечный свет, хотя удовольствия это им не доставляет. Естественные враги носферату — носители светлой магии и, разумеется, камаэли. Однако на территории Орокана они почти не обитают, поэтому для обеспечения безопасности жителей страны регулярно принимаются всевозможные меры».

Что подразумевается под «всевозможными мерами» я не поняла, но решила, если адептам позволено спокойно перемещаться по территории и даже устраивать вечеринки на окраине леса, беспокоиться действительно не о чем.

Не помню, сколько еще страниц я прочитала. После носферату были огры, феи, эльфы, о которых я сейчас знала даже больше, чем написано в фолианте. Маги, драконы…

В какой-то момент меня стало клонить в сон и сопротивляться этому даже не стала. Дрема накрыла густой и уютной пеленой, а я стала погружаться в блаженное неведение.

Несколько следующих дней прошли в суматохе. Я бегала по занятиям, отбрыкивалась от Агавы, которая подозревала меня во флирте с каждым преподом, адептом и даже с камердинером Кифом Майбахом. И мои заверения, что гномы не в моем вкусе, и предпочитаю парней повыше и без бороды, не помогали.

Потом были бесконечные тренировки на занятиях по основам атаки и обороны для магов без определения. Мне, в переносном смысле, везло и в пару меня постоянно ставили то с демоном-пиромантом с говорящим именем Деймонис Кофеос, то с Агавой, которая будто за что-то мне мстила6 швырялась своими искорками. Причем довольно больно, даже несмотря на магические заслоны, которые преподаватель выдал нам в виде аккуратных браслетиков.

— Ты просто не умеешь ставить блоки! — радовалась фея каждый раз, когда я пропуская ее залп, и колючие искры россыпью разбегались по коже.

— Да как их ставить, если ты бьешь одним, а попадает сразу сотня?! — негодовала я.

Злило так же то, что в ответ атаковать собственной магией я не могла по причине ее непроявленности. Поэтому преподаватель Тервис Жолестос, тоже кстати демон, выдал мне какой-то артефакт, напоминающий теннисную ракетку. Только узкую и без сетки.

— Вот этим орудовать нужно так, — говорил он, каждый раз вручая мне ее, и демонстрировал удары и парирования.

В его исполнении удары этим артефактом выглядели, как танец в полете. Когда же артефакт брала я, получалось что-то вроде танца маленьких утят и лебединого озера. Профессор Жолестос только качал головой и прятал лицо в ладони.

Зато второй партнер по спаррингу, который Деймонис Кофеос, подбадривал:

— Ничего. У тебя получится. Надо просто тренироваться.

— Тебе легко говорить, ты в два раза больше меня, и магия у тебя четче.

Демон действительно превосходил меня размерами, что не удивительно — они все здоровые, как кони. Но обидно не это, а именно то, что даже утонченная и хрупкая фея умудряется наносить удары, тогда как я даже с артефактом этого не могу.

— Может и больше, — соглашался демон, — но, судя по тому, какие слухи о тебе ходят, ты способна на большее.

На слухи я предпочитала закрывать глаза и, когда кто-то перешептывался, проходя мимо меня, делала вид, что ничего не замечаю. Эрмалиона в эти дни не видела, Джек тоже к моему великому облегчению дал немного передохнуть от его неугомонного участия.

Кое-что полезно из общения с эльфом я все же усвоила — маги с небольшим магическим потенциалом на меня не пялятся, не пытаются познакомиться, подойти, полапать. Поэтому в спарринге с Деймонисом мне оказалось вполне сносно тренироваться — то ли у него магия слабая, то ли дар еще не достаточно прорезался.

Приступы не появлялись. Все благодаря амулету на шее, который не снимала даже на ночь — совсем не хотелось проснуться от скрючивающей боли посреди ночи и не иметь возможности никого позвать.

Один раз ректор выступал по магическим шарам, которые есть в каждом фойе и коридоре, повторил, что красный агносис ищется, что все под контролем, нам нужно продолжать соблюдать спокойствие и осторожность. Виновные, разумеется, будут наказаны.

Гюрза часто сопровождала меня всюду, чем вообще-то очень помогала от навязчивых магов, которым очень хотелось со мной познакомиться. Но хищный вид драконицы с желтоватыми глазами быстро ставил всех на место.

— Не знаю, что там в тебе такое, — проговорила она, когда в один из дней после практики по основам атаки, мы пришли в столовую, — но цепляешь ты всех крепко.

Возможную причину мне сообщил Эрмалион еще несколько дней назад, но делиться этими сведениями с другими я не спешила. Как минимум это может быть обидно для тех, кого я не интересую. По сути, это прямой намек на их слабость, как магов. Да и адептам с сильной магией это вряд ли порадует.

Я пожала плечами.

— Просто реакция на новенькую, наверное.

Гюрза усмехнулась, забирая сразу два подноса у бармена «Санта-Клауса».

— Тут таких новеньких, как мусора за баней.

— Ну спасибо за сравнение, — отозвалась я и отняла свой поднос.

Мы сели за ближайший стол.

— Да не обижайся, — сказала драконица. — Просто реально новеньких много, но цепляются все только к тебе. Да чего уж, я сама к тебе как-то привыкла.

— Я думала, мы подружились, — обиделась я.

— Ну, это тоже, — согласилась Гюрза, закидывая в рот куски жареного мяса и глотая, кажется, не жуя. — Но в начале я-то тебя не знала, а все равно привыкла.

— Сразу? Не поверила я.

Она кивнула.

— Угу.

Сегодня Гюрза ела быстро и сосредоточенно. Я успела только отпилить кусочек от своей отбивной, когда она со звоном бросила вилку в тарелку и откинулась на спинку кресла.

— Фух, набила живот. Жалко только что не на долго. Сейчас тренировка по огнеметанию. В общем ладно, доедай, я побежала. Если будет кто обижать, пригрози мной.

Я кисло кивнула. Постоянно прятаться за спину драконицы я не собиралась, но она не успокоится, пока не соглашусь. Пришлось ответить:

— Да, я помню.

— Ну и класс, выдохнула Гюрза довольно и бодро поднявшись умотала из столовой.

Оставшись без ее защиты я ела, стараясь не поднимать головы от тарелки, хотя всей кожей ощущала взгляды адептов, которым только и надо было, чтобы драконица ушла. И когда передо мной выросла тень, вспомнила все, чему меня учили на основах атаки и мысленно приготовилась отражать нападение.

Облегчению моему не было предела, когда, подняв голову, обнаружила перед собой Джека. Даже неоднозначная ситуация на его реп точке уже не казалась такой тревожной. Всё лучше, чем отбрыкиваться от очередных незнакомых адептов.

— Привет, — поздоровался он и подарил мне одну из своих коронных ослепительных улыбок.

— И тебе здрасте, — отозвалась я отправляя в рот кусок отбивной.

Джек как-то помялся, что очень непривычно в его исполнении.

— Слушай, — начал он, — ты извини за тот случай на реп точке. Я не должен был тебя вот так туда приводить.

Начало показалось мне хорошим. Продолжая планомерно пережевывать отбивную, я медленно кивнула и сказала:

— Угу. Продолжай.

Джек покривился.

— Ой, ладно тебе, — сказал он. — Ну вышло не очень. Просто ребята привыкли, что вот так на реп точку мы приводим девчонок… ну, как бы, чтобы… сама понимаешь.

— Это вы называете «показать реп точку», — согласилась я.

Лицо Джека просияло.

— Именно. А ты… другая. Вообще не знаю, зачем я тебя туда повел. Не надо было. Тебе там не место.

— Даже не знаю, как это воспринимать, но… ладно.

Я продолжила жевать, бард еще пару секунд помялся, будто сам факт того, что он подошел и пытается как-то загладить вину для него непривычен и ему не свойственен. Не сильно-то он в этот отличается от Эрмалиона. Но тот хотя бы не скрывает своего отношения к другим. Впрочем, теперь я знаю, чем от части оно продиктовано.

Набрав воздуха, Джек произнес:

— Тиффани, я хочу загладить вину. Ну правда.

— И как?

— Есть одна идея.

Прищурившись, я посмотрела на него с подозрением.

— Мне стоит опасаться?

На секунду его лицо стало задумчиво-растерянным, что вообще-то оказалось довольно милым. Потом сказал%

— М… нет. Не думаю.

— Не очень-то вдохновляет.

Джек замахал руками, будто сам себя убеждает.

— Да нет, нет. Всё в порядке. Доедай. Пойдем уже.

Пришлось согласиться и впопыхах доесть обед. Поднос убрать он мне не дал — сам цапнул и метнулся к стойке, затем вернулся и потащил меня к выходу.

— Не напрягайся ты так, — успокаивал бард, ведя меня по коридорам к фойе. — Серьезно. Тебе понравится.

Звучал он, конечно, убедительно, во всяком случае, очень старался. Но я ничего не могла поделать и все равно была настороже. А когда проходя через фойе в сторону главного выхода из Бикелови заметила Эрмалиона и его свиту из эльфиек, вспомнила его слова быть осторожной с адептами.

Он будто прочем мои мысли, немного вскинулся, но эльфийское высокомерие не дало больше ничего сделать. Я тихонько улыбнулась ему, но одна из его эльфиек заметила и послала мне такой взгляд, что я тут де отвернулась и сделала вид, что вообще не видела эльфов.

На широкое крыльцо мы вышли под внимательными взглядами адептов, которые, к счастью, в присутствии Джека тоже не рисковали приближаться. Бард, как выяснилось, дольно неплохой маг, а его чары уже успела испытать на себе. И больше не очень хочется.

— И куда дальше? — спросила я.

Джек улыбнулся.

— Увидишь.

Мы спустились по ступенькам, прошли мимо фонтана и двинулись по просыпанной песчаником тропинке. Воздух свежий, где-то поют птицы, высаженные в ровные ряды деревья у тропинок аккуратно пострижены. Все такое сказочно чистое, что даже не верится.

— А теперь закрой глаза, — попросил Джек.

Просьба мне не понравилась.

— Да? И как я должна идти?

— Я тебя поведу, не переживай, — верил бард. — Или хочешь, понесу?

Я помотала головой.

— Нет, я лучше своими ногами.

Пришлось подчиниться.

Как только закрыла глаза, ощутила прикосновение его теплых пальцев к своей ладони. То, что он меня поведет это предполагало, но мурашки все равно пробежали до самого плеча — прикосновение получилось довольно нежным и мягким. Даже не думала, что он на такое способен.

Хотя почему? Он ведь играет на своем магическом синтезаторе. А у пианистов, говорят, пальцы чуткие. Правда, он не только пианист, но и гитарист, и все остальное.

— Долго еще? — спросила я, хотя на самом деле мне очень приятно чувствовать тепло его ладони.

— Нет, уже скоро, — проговорил Джек, и я по голосу поняла — он улыбается.

Вообще, когда идешь с закрытыми глазами, доверив себя кому-то — ощущения очень странные и непривычные. Особенно, если этого никогда не делал раньше. Сразу сосредотачиваешься на слухе и ориентации в пространстве, а рука ведущего — единственная связь с контролем. Только контроль этот не у тебя. Хотя открыть глаза можно в любо момент, острота и какая-то интимность момента заставляют продолжать.

— Осторожно, — заботливо предупредил Джек, — вот тут кочка, ага, перешагивай… А вот тут шагни пошире…

Я не была уверена, что кочки и ямки там действительно есть, но мне нравилась эта игра. И если уж я решилась пойти с бардом невесть куда, то надо играть до конца. Иначе зачем это все? Нужно ведь дать человеку, то есть, магу шанс исправиться.

И руки у него приятные.

— Так, еще немного, — проговорил Джек, подводя меня за локоть куда-то. — Всё. Открывай глаза.

Я разомкнула веки и на секунду застыла, даже не зная, как реагировать.

Перед нами пять громадных грифонов и все смотрят на нас строгими большими глазами.